ИДЕОМОТОРНЫЕ ФЕНОМЕНЫ

В глубокой древности русские жрецы заметили, что психика человека работает более качественно в особых, измененных состояниях сознания, которые проявляют себя прежде всего автоматизмом выполняемых действий, невесомостью тела, неутомляемостью и рациональностью движений. А так как русы были военной кастой и жреческим сословием в большинстве стран Древнего мира, то открытые жрецами секреты, как и в нынешние времена, прежде всего попали к военным.

Подготовка профессионального воина длилась много лет и ее целью была ежедневная тренировочная отработка всех основных военных приемов нападения и защиты до такой степени, чтобы практический навык стал автоматическим, т.е. выполнялся мгновенно, адекватно и неосознанно. Образцы такого искусства дожили и до нашего времени, когда казак в одно мгновение мог шашкой на полном скаку срубить дерево и оно продолжало стоять не шелохнувшись, причем взмах шашки был столь молниеносным, что глаз наблюдателя его просто не видел. Ни до, ни после казак своего тела или коня не ощущал, сознание было вдохновенное и необыкновенно ясное.

Итак, древнерусские жрецы решили применить трансовые состояния для ускорения военной подготовки и повышения боевых качеств русских воинов. И, действительно, применение транса резко сократило сроки боевой подготовки и резко повысило военные качества русских воинов – они могли несколько суток воевать, защищаться и преследовать врага, никогда не уставали и всегда побеждали, причем в значительном меньшинстве и практически без потерь, так как никто не мог победить война-руса. Это состояние – "русский дух", умели воспитывать у всех воинов, вплоть до христианизации при Великом Кагане Владимире, в 988 году.

Со временем "трансовое движение" распространилось и на все другие стороны жизни – ритуальные танцы, рисование, поэзию, литературу, скульптуру, театр, спорт, биолокацию и т.д.

Открытие русских жрецов быстро распространилось по всему Древнему миру и получило со временем развитие в воинском искусстве и культуре большинства народов мира.

Психотехника вхождения в транс состояла в достижении невесомости через "всплытие рук", а затем переходом к нужной деятельности – письму, рисованию, еде, бою, сексу, ораторству и т.д.

Наибольший вклад в идеомоторную психотехнику внес настоятель Шаолиньского монастыря Бодхидхарма, назвав ее "чань". Именно в Китае, Японии и других самых восточных странах, куда еще не смогли добраться христианские идеологи, частично сохранилось древнерусское искусство трансового движения в виде различных боевых, мистических, оздоровительных и религиозных систем.

У других народов идеомоторная психотехника, т.е. техника вхождения в транс через автоматические движения, сохранилась в виде различных простейших ритмичных и однообразных движений, сопровождаемых специальной ритмичной музыкой или пением.

Примером прикладного использования идеомоторной психотехники было древнее лозоходство, когда для поиска воды или руды брали в руки расщипленную лозу, затем добивались всплытия рук с выставленной вперед лозой, затем, ощутив общую невесомость и особую эйфорию транса и ожидаемой удачи, начинали искать воду или руду, скрытые в земле, ожидая, что над местом, где они спрятаны, лаза идеомоторно дрогнет вниз.

В средние века по всему миру распространились древние идеомоторные психотехники гадания и прорицания через идеомоторное (автоматическое) письмо и идеомоторную (автоматическую) речь. Затем появились и христианские идеомоторные психотехники вхождения в транс "всплытием рук" в Афонском монастыре. Затем идеомоторные психотехники появились в системах мистиков (Блаватская, Гурджиев, Успенский и др.), ученых (Бехтерев, Платонов, Кандыба и др.), а также у спиритов (непроизвольное постукивание, давление, дергание и т.д.), экстрасенсов (маятники, рамки и т.д.) и врачей-психиатров (Алиев, Эриксон и др.).

Любители спиритизма верили в то, что существует жизнь после смерти и на спиритическом сеансе можно "слышать голоса" умерших людей, видеть их "дух" и т.д. Чтобы наладить с "духами" умерших связи, прибегали к помощи особых инструментов, например, к дощечке уиджа с нанесенным алфавитом и словами "да" или "нет" (как в биолокации). Медиум задавал вопрос, затем клал руку на указку или перевернутый вверх дном стеклянный стакан, и тот за счет идеомоторных (автоматических, бессознательных) движений медиума "самостоятельно" двигался от буквы к букве, складывая слова "ответа" (медиумы считали, что их рукой водит "дух" умершего).

В варианта идеомоторного (автоматического, бессознательного) письма медиум держал над листом бумаги в расслабленных пальцах ручку или карандаш и затем, войдя в транс, начинал что-нибудь писать или рисовать, считая, что это с его рукой проделывает "дух" умершего. Известны случаи, когда медиум записывал несколько текстов одновременно, двумя руками и на разных языках! Иногда (например, во Франции) для идеомоторного письма использовалась "планшетка" – дощечка на роликах с отверстием для карандаша.

Некоторые медиумы, владевшие психотехникой идеомоторной речи, утверждали, что в них вселился дух Бога или какого-нибудь человека и говорит через них, часто слегка или сильно изменившимся голосом и манерой произносить. А иногда идеомоторная речь медиума или предсказателя (Ванга и др.) трудно разборчива и похожа на болезненный бред, который нуждается в специальной "расшифровке".

Интересны феномены идеомотороного искусства: идеомоторной живописи, когда медиум считал, что его рукой какой-то определенный художник, и идеомоторной музыки или композиции, когда медиум считал, что в него вселился "дух" какого-нибудь знаменитого музыканта или композитора и играет или сочиняет и пишет музыку. То же самое и с идеомоторным ваянием скульптур и др.

В настоящее время идеомоторную психотехнику применяют в психотерапии, психоанализе, саморегуляции и в СК-науке: СК-творчестве, СК-спорте, СК-аутотренинге, СК-медицине, СК-педагогике и др.

В литературе описываются случаи, когда люди, обладающие высокой чувствительностью, безошибочно обнаруживали подземные воды, рудные жилы с помощью водоискательного (рудоискательного) прутика. Еще в конце ХУ11 в. Лебрен считал, что причина движения водоискательного прутика есть воля человека, а направление определяется его желаниями. Позднее М.Шеврель (В 1853 г.) также указывал, что ожидание известного колебания со стороны прутика есть главная причина этого колебания. Затем Кирхер определил, что прутик не наклоняется ни к воде, ни к металлу, если не находится в руках человека. По мнению М.Шевреля, А.Леманна, Н.А.Кашкарова, опытные искатели могут распознавать местоположение источника или рудной жилы по особенностям почвы и растительности, а возникшая мысль проявляется в движении прутика.

В прошлом веке в Америке стала быстро распространяться своеобразная "психическая эпидемия" – столоверчение. Сущность его состояла в следующем: участники сеанса садились вокруг стола, положив на него руки, и сосредоточенно ожидали "сообщений с того света". Мыслительные импульсы, незаметные глазу, передавали столу различные движения, потрескивания, что воспринималось как ответы "духов". "Столоверчение" стало модой, увлекшей сотни, тысячи и сотни тысяч людей. Однако трезвомыслящие ученые именно в это время начали исследовать природу всех "загадочных" явлений, в которых обнаруживалась связь мысли и движения. Тогда и был введен термин "идеомоторный акт" (В.Карпентер), который употреблялся в эмпирической психологии для обозначения двигательных реакций, автоматически возникающих вслед за представлением о движении.

Первые исследования и теоретическое обоснование идеомоторных реакций сделали видные ученые: М.Фарадей, М.Шеврель, Дж.Брэд, Д.Менделеев, В.Карпентер и др.

В простом опыте с удержанием в руке шнура, к концу которого подвешен груз, М.Шеврель обнаружил, что при напряженном "думании" о движении маятника по часовой стрелке груз начинает двигаться именно в этом направлении, описывая круг. Испытуемый совершает рукой едва заметные движения, не замечая их сам. М.Фарадей в опытах с помощью физической регистрации доказал, что руки участников спиритических сеансов сообщают столу ряд бессознательных идеомоторных толчков. Это подтвердил и Дж.Брэд, который отмечал, что стол приходит в движение только тогда, когда этого ждут участники сеанса: если же их внимание отвлечено, то движения не происходит. Д.И.Менделеев на манометрическом столе точно зарегистрировал каждое, даже самое слабое давление на него рук и тем самым доказал существование идеомоторного акта. Американский врач Г.Бирд выпустил небольшую брошюру "О психологических основах чтения мыслей". Затем В.Карпентер в Англии и В.Прейер в Германии независимо друг от друга и не зная о брошюре Г.Бирда дали одинаковые объяснения этому феномену.

Исследуя вопросы связи между выражением лица и деятельностью мимических мышц, П.Ф.Лесгафт также описал идеомоторные реакции. В 90-х годах прошлого века комиссия Российского общества экспериментальной психологии пришла к выводу, что так называемое чтение мыслей есть не что иное, как "чтение мускулов", т.е. расшифровка минимальных мышечных движений. Позднее А.Леманн, используя кимограф, записал кривые идеомоторного акта, а И.М.Сеченов, наблюдая себя, установил связь между внутренней и внешней речью и наличие идеомоторных речевых движений.

В научных трудах И.М.Сеченова (1863), Л.Левенфельда (1903), И.Р.Тарханова (1904), В.М.Бехтерева (1925), И.П.Павлова (1951) есть ряд примеров тому, как яркое представление и самовнушение влияют на сосудо-двигательную систему, различные телесные и многие вегетативные процессы и вызывают галлюцинации, истероидные конвульсии, нередко со смертельным исходом. Так, при воображении мороза даже в тепле появлялась "гусиная кожа", при воспоминании об отвратительном – тошнота и гримасы, при мысли об ужасном – дрожь в теле, стигмы, припадки. Описан случай, когда у впавщей в религиозный экстаз девушки появились на руках и ногах кровоточащие язвы именно на тех местах, которые соответствовали ранам распятого Христа.

М.Ф.Андреева вспоминала, что когда Горький описывал сцену убийства женщины в повести "Городок Окуров", то он до такой степени ярко представлял себе ее боль, ощущения, рану, что упал в обморок, и у него образовалась на месте предполагаемой раны стигма, которая держалась несколько дней.

Постепенный поворот глазного яблока при мысли о предмете, находящемся вне поля зрения; ответная звукокинетика тела, слушателя на слова оратора или певца; невольное, едва заметное движение пальцев рук у пианистов, воспроизводящих мелодию в уме; выделение пота, учащение сердцебиения при переживании наблюдаемых или представляемых стрессовых ситуаций; навязчивая мысль о неудаче перед выступлением у артиста, спортсмена и реализация ее в ошибочных действиях; микродвижения тела и лица человека, стремящегося скрыть свои желания, поступки, – все эти явления вызываются идеомоторными актами (реакциями), непроизвольными движениями, автоматически возникающими вслед за представлением о них.

Исследования идеомоторных актов вызвали появление самых различных теорий. Так, согласно волюнтаристской теории Джеймса, мысль о движении вызывает его непосредственно, механически. Эта теория отстаивает тезис о надматериальности психических процессов, составляющих динамическое целое, в котором происходит круговорот мыслей и движений, формирующих идеомоторный акт. Идеомоторный акт оказывается целиком оторванным от материалистических основ психики и выступает как внешнее выражение нематериальной души, противопоставленной материальному миру. В противоположность такой позиции И.Р.Тарханов трактовал идеомоторный акт в духе естественно-научного материализма. Он искал нейродинамическую основу процесса, которую видел в "обострении", "усилении" двигательных следов, остающихся в центральной нервной системе человека в скрытом напряженном состоянии и проявляющихся в форме реальных мышечных движений. Попытки истолковать идеомоторные реакции с идеалистических и механистических позиций подвергались заслуженной критике со стороны К.Корнилова, С.Рубенштейна и других русских психологов.

И.К.Спиртов в 1914 г. с помощью аппарата Леманна, принцип работы которого основан на увеличении амплитуды движения посредством специальной системы рычагов, регистрировал малейшие движения руки, возникающие при двигательных представлениях. Перед исследователем стояли задачи проверить существование идеомоторного акта и выявить условия, способствующие большему его проявлению.

В частности, в ряде опытов участвовал человек, у которого была ампутирована рука выше локтевого сустава. Исследователь предлагал ему "совершать движения" несуществующей частью руки и изучал биоэлектрические потенциалы мышц культи и здоровой руки. Потенциалы имели одинаковую величину. Было обнаружено, что для возникновения идеомоторной реакции недостаточно просто концентрации внимания на представлении движения. Необходимо наличие интереса, вызываемого или целевой установкой на воображаемое действие, или его особой эмоциональной окрашенностью.

В 1924 г. Р.Аллерс и Ф.Шеминский также показали, что при психомоторном представлении сжатия кулака возникают такие же токи действия в мышцах, как при реальном сокращении мышц руки, сжимающих ее в кулак.

В 30-е годы Е.Джекобсон опытами с применением электрокардиографической регистрации импульсов возбуждения описал гальванографические изменения в мышцах, наступающие при воображаемых действиях. Гальванометрическая картина мышечных потенциалов оказалась почти полностью тождественна при воображаемом и реальном действии (в первом случае обнаруживается лишь более низкий вольтаж). Особенно детально этот вопрос изучал Е.Джекобсон в связи с проблемой упражнения мышечного чувства. Была доказана необходимость двигательных представлений для появления идеомоторного акта. При этом отмечалось, что импульсы посылаются в мышцы по пирамидным нервным путям теми корковыми нейронами, с деятельностью которых связано переживаемое двигательное представление.

Исследуя нервно-мышечные реакции на воображаемую работу у хорошо тренированных в расслаблении мышц испытуемых, Е.Джекобсон отмечал, что представление вызывает реальное, хотя и слабое, сокращение работающих мышц. Напряжение мышц ощущается, движения же не замечается. Микродвижения руки соответствуют характеру представляемого действия: при представлении одиночного броска мяча на механограмме отмечается одиночное сокращение мышц, при представлении ритмических движений регистрируются ритмические мышечные сокращения. Во время " работы" одной руки мышцы другой остаются пассивными.

Идеомоторные акты прекрасно иллюстрируют идею И.М.Сеченова о том, что мысль есть рефлекс, более или менее заторможенный в своей последней, двигательной части, рефлекс с ослабленным концом, причем дуга такого рефлекса проходит через нейроны "органа психики" – коры больших полушарий мозга. И.М.Сеченов показал, что раздражение афферентных клеток непременно вызывает соответствующие движения.

Многочисленные исследования отечественных и зарубежных физиологов и клиницистов показывают, что в период непосредственной подготовки к предстоящей деятельности под влиянием только двигательных представлений изменяется функциональное состояние многих систем организма, которые участвуют в реальном осуществлении двигательного акта. Так, при представлении о действии увеличивается кровообращение (И.Р.Тарханов, 1904, Е.Вебер, 1810). Если загипнотизированному при легкой работе внушают, что она тяжелая, то утомление и сдвиги со стороны сердечно-сосудистой, дыхательной и других систем развиваются соответственно внушенной, а не реальной работе (Д.Н.Шатенштейн, 1936). "Мнимое питье" влияет не только на функционирование центрального и рефлекторного аппаратов, регулирующих явление "жажда", но и на все распределения воды в организме (К.М.Быков, АД.Слоним, 1958). Было выявлено, что двухминутная воображаемая работа изменила моторную хронаксию испытуемых (т.е. возбудимость и лабильность периферической нервной системы в сторону повышения (В.В.Ефимов, А.Д.Жучкова, 1937). Сопоставление частотных и амплитудных соотношений в полученных одновременно при мышечной работе электроэнцефалограммах и электромиограммах показывает изменение мозговых потенциалов в связи с одним только представлением о работе и в состоянии готовности к ней (П.И.Шпильберг, 1941).

В 1944 г. Л.Л.Васильев и Е.Ю.Белицкий еще раз экспериментально подтвердили наличие идеомоторного акта и выделили типы протекания идеомоторных реакций. Регистрация покачивания туловища на пневматической платформе показала, что типы протекания идеомоторных реакций, в основном, соответствуют типам внушаемости. Через четыре года А.В.Пенская, изучая запись тремора у слепых и зрячих людей, пришла к выводу, что все здоровые субъекты, как зрячие, так и слепые, в большей или меньшей степени способны к идеомоторным реакциям. Это было подтверждено дальнейшими исследованиями биоэлектрических явлений в моторной зоне коры головного мозга и в мышцах при идеомоторном акте (Ю.С.Юсевич, 1949; М.С.Бычков, 1953; А.Н.Соколов, 1957; А.И.Ройтбах, Ц.МДедабришвили, И.К-Гоцеридзе, 1960; А.Ц.Цуни, Ю.З.Захарьянц, Е.Н.Сурков, 1961).

Исследования показали, что токи идеомоторного возбуждения мышц и по количественным характеристикам, и по форме кривой схожи с токами действий при реальных движения. Так, на электроэнцефалограммах (ЭЭГ) моторной зоны, полученных при идеомоторном акте, появляется множество очень медленных волн большой амплитуды, придающих ЭЭГ вид кривой, типичной для мышечных идеомоторных и реальных токов. Это указывает на то, что возбуждение при воображаемом действии в известной мере аналогично возбуждению при реальном действии. Сходство мышечных и мозговых ритмов свидетельствует об их вероятном постоянном взаимодействии в процессе идеомоторики, которое как бы включает и мозг и мышцы в единую рабочую систему.

Теоретическое объяснение физиологических механизмам идеомоторных реакций было дано И.П.Павловым. Он писал: "Давно было замечено и научно доказано, что раз вы думаете об определенном движении (т.е. имеете кинестезические представления), вы его невольно, этого не замечая, производится".

Кинестерические клетки больших полушарий, возбуждаемые движением с периферии, могут раздражаться, центрально и посылать через соответствующую клетку импульса к периферическому органу. При раздражении слабым электрическим током определенных пунктом поверхности двигательной области коры больших полушарий возникают строго определенные скелетные движения. Следовательно, "кинестезическая клетка, раздражаемая определенными пассивными движениями, производит то же движение, когда раздражается не с периферии, а центрально."

И.П.Павлов отмечал, что кинестезические клетки могут связываться с любыми другими клетками (слуховыми, вкусовыми и т.п.) и процесс между ними может "двигаться туда и обратно". В силу такой связанности кинестезических клеток двигательного анализатора с клетками многих других анализаторов зрительное восприятие предметов и восприятие речи вызывают оживления следов целой системы временных связей в области двигательного анализатора, соответствующей системе ранее выполнявшихся движений. В результате по механизму центрального возбуждения кинестезических клеток коры возникает и представление об этих движениях.

Возникшее возбуждение кинестезических клеток распространяется на клетки двигательного, речедвигательного и других анализаторов. Отсюда импульсы передаются к "рабочим органам" – мышцам, внутренним органам и вызывают соответствующие внешние реакции.

Таким образом, основу идеомоторного акта составляют двигательные представления. При этом в минимальные движения переходят не только бессознательно возникшие, но и сознательно вызванные представления. Это повторное сознательное возбуждение определенных кинестетических клеток как при выполнении реальной работы, так и при мысленном ее воспроизведении подкрепляет и усиливает межцентральные взаимосвязи, что способствует более быстрому образованию двигательного стереотипа.

В свете учения И.П.Павлова о первой и второй сигнальных системах обнаруживаются механизмы и особенности следовых явлений в двигательном анализаторе, выступающие, в частности, в форме идеомоторного акта.

Опираясь на учение А.А.Ухтомского о доминанте, возбуждение кинестезических клеток в коре, связанное с двигательными представлениями, можно охарактеризовать как доминантный очаг, который усиливается и подкрепляется добавочными импульсами мышц в результате тех минимальных мышечных сокращении, которые возникают при идеомоторном акте.

Условнорефлекторная природа идеомоторных реакций подтверждается результатами ряда электроэнцефалографических (ЭЭГ) исследований. При этом идеомоторный акт можно представить как замыкающийся в кольцо цепь изоритмических реакций. Центральное возбуждение моторной области коры больших полушарий головного мозга вызывает микросокращения мышц, возникающее же при этом возбуждение проприорецепторов становится источником периферических импульсов в кору головного мозга. Таким образом, можно выделить четыре основных элемента механизма идеомоторного акта:

1) предварительное восприятие движения и связанное с ним возбуждение кинестезических клеток;

2) возникновение образа двигательного представления и связанного с ним возбуждения, аналогичного тому, которое имело место при восприятии;

3) возбуждение в моторных клетках, возникающее на основе временных связей их с кинестезическими клетками;

4) передача возбуждения к мышце и ответная рабочая реакция.

С точки зрения нейрофизиологии тренирующий эффект представления является следствием закрепления определенных связей в функциональной динамической системе при многократном мысленном выполнении конкретных действий точно так же, как это происходит при их многократном практическом повторении.

Следовательно, тренирующий эффект представлений связан с подкреплением двигательной доминанты в нервных центрах и с дополнительным воздействием обратной афферентации, возникающей при реальном исполнении движения.

Все это показывает, как сильно влияют двигательные представления на изменение функционального состояния многих систем организма и на телесные проявления человека. При этом результаты, полученные после представлений, схожи с результатами, полученными после реальных восприятии предметов, вещей, явлений, чувств, движений и действий. Все это указывает на огромные возможности использования идеомоторики в различных областях человеческой деятельности.

Проблема идеомоторики занимает значительное место в педагогических исследованиях, связанных с различными видами деятельности человека: СК-терапией, искусством, авиацией; спортом и др.

Г.Рубен-Рабсон (1941) пришел к выводу, что идеомоторная тренировка улучшает запоминание техники игры на фортепиано. Замечательный русский пианист И.Гофман писал, что, так же как действие пальца определяется прежде всего в уме, так и каждый пассаж должен быть вполне готов психически, прежде чем он будет испробован на рояле.

Описываются случаи, когда музыканты, лишенные по тем или иным причинам инструмента, осваивали программу идеомоторно, на основе внутреннего слуха, и исполняли впоследствии с высоким техническим мастерством. Известный пианист И.И.Михновский считает, что не особенно трудные вещи можно готовить для исполнения без инструмента при условии, что в них нет каких-либо неосвоенных технических приемов, причем подготовленная таким образом вещь запоминается во всех деталях более прочно, вследствие того, что исключается "механическое овладение какими-либо деталями только при помощи пальцев".

Созданная К.С.Станиславским система воспитания актера в значительной мере основана на идеомоторике. Воображаемы образ и связанное с ним переживание выступают как стимул к сценическому перевоплощению. Исследование психических основ сценического перевоплощения актера показывает, что происходит выработка фиксированной установки на воображаемую ситуацию и создается такое отношение к ней, какое бы имело место, если бы эта ситуация была реальной. С.Гиппиус (1967) приводит примеры актерского тренинга, который совершенствует пластичность нервной системы и позволяет осознанно воспроизводить работу механизмов жизненного действия – механизма восприятия и реакции механизмов переключения.

Описывая сущность своих психологических опытов, В.Мессинг (1961) отмечал, что он руководствуется идеомоторными сигналами, которые невольно подает ему проводник, напряженно думающий о предстоящих загадочных движениях. Идеомоторные акты человека широко использовали в своих выступлениях гипнотизеры и артисты: Броди, Фельцман, Куни, Дадашев, Игнатенко и др.

Как уже отмечалось выше, яркое представление какого-либо движения, концентрация на нем внимания вызывают непроизвольное осуществление этого движения. На производстве идеомоторные акты часто бывает причиной многих ошибочных действии и даже несчастных случаев. К.К.Платонов (1962) приводит интересные примеры, когда у ученика шофера мысль: "Сейчас наскочу на столб" – иногда реализуется в ошибочных движениях вместо поправочных. Есть основания считать, что некоторые случаи столкновения самолетов в воздухе, а также произвольного преждевременного выдергивания кольца при парашютных прыжках вызваны подобным же проявлением идеомоторики. В то же время многочисленные эксперименты указывают на существенное влияние кинестезических представлений и ощущений на правильную регуляцию рабочих движений.

Ряд исследований показывает возможность использования идеомоторных реакций для создания биоэлектрических систем управления. Так, для целей управления были использованы биотоки скелетных мышц, а также сердечной мышцы и мышц, управляющих дыхательными движениями.

В 1956 г. был сконструирован протез металлической руки человека, управляемый биотоками мышц, сгибающих и разгибающих пальцы.

В Политехническом музее имеется модель электропоезда, которым может "мысленно" управлять любой: хитроумный механизм и руку человека связывает тонкий провод, по которому передаются биотоки.

Основоположник кибернетики Норберт Винер писал о возможности совершенно нового, непосредственного контакта человека с машиной, о создании систем, в которой невиданные механические конструкции будут подчиняться мозгу, как мышцы живой руки.

В авиации большое значение придается развитию "летного чувства". Исследователи указывают на важность предварительного "розыгрыша полета" у летчиков и отмечают, что воображаемые полеты способствуют автоматизации последовательности действий и порядка воспитания летных навыков у курсантов.

Метод преднамеренного представления применяется как при первоначальном формировании и совершенствовании, так и при восстановлении летных навыков после перерыва в полете.

В литературе имеются сообщения о тренировке с помощью воображаемых движений в медицинской практике.

Так, Н.А.Попова (1955), описывая методику восстановления двигательных функций при центральных параличах сосудистого происхождения у больных, сообщает о большой эффективности этого метода. А разработанная З.М.Атаевым (1973) методика применения идеомоторных движений способствует восстановлению функций травмированной конечности даже в тех случаях, когда воспроизведение движений затруднено или невозможно, например при гипсовой иммобилизации. Важную роль идеомоторика играет в спортивной деятельности. Еще в 1899 г. американский ученый Д.Андерсон пытался узнать, можно ли подготовить мышцы для выполнения гимнастических упражнений, если движения только воображаются, но практически не выполняются. Многочисленные опыты дали положительный результат.

В последующие годы это положение экспериментально проверялось и подтверждалось большим количеством исследований по психомоторике в разных странах. Было убедительно доказано, что идеомоторная тренировка способствует повышению внимания к деятельности и ее осознанности, в результате чего улучшается качество выполнения упражнений, повышается точность движений, ускоряется процесс научения и появляется возможность начального овладения незнакомым действием без практического его выполнения.

Первые экспериментальные работы по идеомоторной практике в учебно-тренировочном процессе спортсменов были выполнены в СССР. А.Ц.Пуни, начиная с 1940 г., на протяжении многих лет проводил исследования на спортсменах различной специальности. Он отмечал, что выполнение спортивных упражнений как в процессе тренировки, так и на соревнованиях проходит значительно эффективнее, когда практическому выполнению упражнения предшествует "мысленное" выполнение. По его исследованиям, в результате тренировки путем представления движения у испытуемых спортсменов повышались: скорость движения на 34%, точность в пределах от 6,4 до 16,8% и мышечная сила кисти на 34%. В 1967 г. А.Ц.Пуни выдвинул положение о полифункциональном характере представления движения.

В 1943 г. Р.Вендел, Р.Девис и Г.Клагстон выявили эффект идеомоторной тренировки в стрельбе из лука, метании копья в цель и определили, что эта тренировка приносит такой эффект, как и практическая. Позднее А.Ц.Пуни (1948) наблюдал повышение отчетливости двигательно-мышечных ощущений и представлений у фехтовальщиков и лыжников.

Л-Халверсон (1949), проведя исследования на баскетболистах, изучающих бросок одной рукой мяча в корзину, сделал вывод, что приблизительно 500-разовое идеомоторное воспроизведение этого действия повысило результат на 13,4%. В.Твиннинг в 1947 г. провел аналогичные исследования на спортсменах, бросающих кольцо в цель. В контрольной группе, где не проводился специальный тренинг, улучшения результата не было отмечено. В этом же исследовании группа испытуемых, использовавшая лишь идеомоторную тренировку, повысила свои результаты на 36%, а группа, тренировавшаяся практически – на 37%. В 1952 г. В.Сгидл в бейсболе получил улучшение результатов по группам соответственно на 7,6; 9; 15,3%.

По данным Е.Трассела (1953 г.) сочетание одной недели идеомоторной тренировки с двумя неделями физической при жонглировании теннисным мячом дало такой же результат, что и физическая тренировка в течение трех недель. Аналогичные результаты у теннисистов получили Р.С.Абельская (1955) – после мысленного проигрывания ими действий в процессе решений тактических задач – и Р.Уилсон (1960) – при обучении удара слева и справа.

Во многих работах указывается, что действенное улучшение может быть достигнуто только при сочетании идеомоторной и физической тренировки. При этом влияние идеомоторной тренировки на формирование умений и навыков наиболее эффективно, когда обучаемый предварительно ознакомлен с упражнениями и действиями или имеет определенный двигательный опыт. В то же время отдельные исследования (Д.Джонс, 1963; А.А.Белкин, 1965) показывают, что посредством только идеомоторной тренировки можно в глубокой форме овладеть новым упражнением (совсем незнакомым действием) без предварительного его выполнения. Но этой способностью обладают только отдельные высококвалифицированные спортсмены. Рядом исследований установлено, что идеомоторная тренировка дает возможность установить ошибки или переделывать уже усвоенный двигательный навык, а может сопровождаться эффектом, если мысленное выполнение действия недостаточно точно и тщательно.

Идеомоторный метод при правильной организации в каждом виде спорта может существенно повысить "мышечную выносливость" (И.Келси, 1961), спортивную работоспособность (Г.Тивальд, 1973) и способствовать сохранению техники сложных упражнений после перерыва в тренировках (В.Я.Дымерский, 1965; А.А.Белкин, 1969).

Идеомоторика эффективна при психорегуляции эмоциональных состояний спортсменов перед соревнованиями (А.В.Алексеев, 1968).

Итак, головной мозг – орган, где формируется программа будущего движения, а остальные системы организма, в первую очередь опорно-двигательный аппарат, выполняют намеченную программу. От того, насколько успешно функционируют программирующая и исполняющая системы, и от того, насколько хорошо они взаимосвязаны, зависит качество конечного результата нашей деятельности.

Для того, чтобы мысленные образы будущего движения воплощались предельно эффективно, надо правильно пользоваться ими. Причем пользоваться совершенно сознательно, активно, а не просто полагаться на те процессы, которыми природа одарила наш организм. Представление, как психический процесс, подчиняется определенным законам.

Первое положение – чем точнее мысленный образ движения, тем точнее, "чище" выполняемое движение.

Второе положение – идеомоторным называется лишь такое представление, при котором мысленный образ движения обязательно связан с мышечно-суставным чувством человека.

Мысленные представления могут быть "зрительными". В этом случае человек видит себя как бы со стороны, будто на экране телевизора. Надо хорошо уяснить, что такие "зрительные" представления обладают очень малым тренировочным действием. Ведь в этом случае импульсы, рожденные в головном мозгу, почти не передаются на мышцы, которые должны выполнять задуманное движение. Поэтому работа идет как бы вхолостую, не возникает достаточной активности в соответствующих мышцах. В этом можно убедиться и на опыте с висящим грузом. Мысленно представьте себя как бы в "зеркале", "посмотрите" на себя со стороны и попытайтесь, глядя на тот, "зеркальный", висящий сбоку груз, представить, что он раскачивается, – получится намного хуже.

Рассогласованность между программирующим органом – головным мозгом и исполняющим аппаратом – мышцами и суставами особенно хорошо заметна во время наблюдении за обнаженным телом неподвижно сидящего или лежащего с закрытыми глазами человека. В тех случаях, когда он мыслит идеомоторно, "пропускает" представления о движении "через себя", в его мышцах довольно отчетливо видны микросокращения и микрорасслабления. Если же представления имеют чисто зрительный характер, то никаких микродвижений в мышцах не возникает, хотя человеку кажется, что он "пропускает" мысленные представления через свой организм. Следовательно, наблюдая за мышцами человека во время идеомоторной тренировки, можно легко выяснить, насколько его мысленные представления о том или ином техническом элементе достигают цели.

Третье положение – исследования ряда авторов, в частности АД.Пуни, Ю.З.Захарьянц и В.И.Силина, Е.Н.Суркова и др. доказали, что эффект воздействия мысленных представлений заметно возрастает, если их облекать в точные словесные формулировки. Надо не просто представлять то или иное движение, а одновременно проговаривать его суть про себя или шепотом. В одних случаях слова нужно произносить параллельно с представлением движения, а в других – непосредственно перед ним. Как поступать в каждом конкретном случае, – подсказывает практика. В том, что слова заметно усиливают эффект мысленного представления, легко убедиться во время опыта с висящим на пальце предметом. Если не просто представлять, что груз начинает раскачиваться, предположим, вперед-назад, а начать произносить слова "вперед-назад" вслух, то амплитуда колебаний сразу же увеличится.

Четвертое положение – начиная разучивать новый элемент техники, надо представлять его исполнение в замедленном темпе, так, как мы это видим при демонстрации кинопленки, заснятой рапид-методом. Замедленное промысливание технического элемента позволит точнее представить все тонкости изучаемого движения и вовремя отсеет возможные ошибки.

Пятое положение – при овладении новым техническим элементом мысленно представлять его лучше в той позе, которая наиболее близка к реальному положению тела в момент выполнения этого элемента.

Когда человек, занимаясь идеомоторикой, принимает позу, близкую к реальному положению тела, возникает гораздо больше импульсов от мышц и суставов в головной мозг, которые соответствуют реальному рисунку движения. И головному мозгу, программирующему идеальное идеомоторное представление о движении, становится легче "связываться" с исполняющим аппаратом – опорно-двигательным. Другими словами, у человека появляется возможность более осознанно отрабатывать необходимый технический элемент.

Вот почему так полезны тренажеры, позволяющие принимать самые различные позы, особенно, где движения часто происходят в воздухе, после отрыва от точек опоры. Побывав в состоянии своеобразной невесомости человек начинает лучше чувствовать тонкие элементы техники движения и лучше представлять их.

Шестое положение – во время идеомоторного промысливания движения оно иногда осуществляется настолько сильно и явственно, что человек начинает невольно двигаться. И это хорошо, так как говорит о налаживании прочной связи между двумя системами – программирующей и исполняющей. Поэтому такой процесс полезен – пусть тело как бы само по себе включается в исполнение того движения, которое рождается в сознании. Такую картину приходилось видеть наиболее часто при занятиях с фигуристами. Стоя на коньках с закрытыми глазами, они неожиданно для себя начинали плавно и медленно двигаться вслед за мысленными идеомоторными представлениями. Как они говорили, их "ведет".

Вот почему в тех случаях, когда идеомоторные представления реализуются не сразу, с затруднениями, можно рекомендовать сознательно и осторожно связывать идеомоторные представления с соответствующими движениями тела и таким способом соединять мысленный образ движения с мышцами, выполняющими его.

Несколько слов о так называемых имитациях. Имитируя, выполняя как бы в намеке реальное движение или часть его, человек помогает формированию более четкого представления о нужном ему техническом элементе, идя, так сказать, от периферии, от мышц, к центру, к головному мозгу. Так что имитация самых разных движений, которую нередко можно увидеть во время разминки – хорошее подспорье в подготовке к выполнению того или иного трудного упражнения.

Но, имитируя, нужно сознательно связывать исполняемые движения с их мысленным образом. Если же имитации проводить формально или думать о другом, пользы имитирующие действия не принесут.

Седьмое положение – не правильно думать о конечном результате непосредственно перед выполнением упражнения. Это одна из довольно распространенных ошибок.

Когда в сознании доминирующее положение занимает забота о результате, она вытесняет самое главное – представление о том, как достичь этого результата. Вот и выходит, что, например, стрелок думает о том, что ему необходимо попасть в "десятку", эта мысль начинает мешать точным представлениям о тех технических элементах, без выполнения которых попасть в "десятку" просто невозможно. Поэтому он и не попадает. "Перестарался, очень хотел", – говорят в таких случаях, забывая о том, что для достижения желаемого результата надо думать не о нем, а опираться на мысленные образы тех действий, которые ведут к этому результату.

Итак, в умении непосредственно перед выполнением движения представить его идеомоторно и точно, назвать исполняемое движение соответствующими точными словами – и заключается суть "идеомоторного принципа построения движений".

Подведем основные итоги. Итак, чтобы достичь высокой точности движения, надо:

Во-первых, создать предельно точный мысленный образ данного движения, на первых порах хотя бы зрительный;

Во-вторых, перевести этот образ, сохраняя его высокую точность, на рельсы идеомоторики, то есть сделать движение таким, чтобы вслед за его мысленным образом начали (пусть еле заметно) функционировать соответствующие мышечные группы;

В-третьих, подобрать программирующее словесное оформление хотя бы для наиболее главных – опорных – элементов в отрабатываемом движении.

К четвертому этапу – физическому исполнению движения – можно переходить только после того, как будут выполнены предыдущие условия, после того, как идеомоторный образ движения станет точным и устойчивым и будут хорошо "размяты" мышцы, которым предстоит выполнить намеченное движение.

Соблюдение такого принципа построения движений, как показывает практика, избавляет от многих осложнений и дает нужный результат намного скорее, чем обычный метод "проб и ошибок".

А теперь несколько слов о СК-идеомоторике. Так вот, оказалось, что если идеомоторное представление о движении "пропустить" через СК, то движение обретает более высокую точность, чем после идеомоторной тренировки, осуществленной при обычном состоянии сознания.

Существует два вида СК-идеомоторики:

1) с помощью преподавателя (гетеро-СК-идеомоторика) и

2) самостоятельная (ауто-СК-идеомоторика).

Итак, резюмируем: психическая подготовка к сложным автоматическим двигательным навыкам – это ежедневная систематическая, целенаправленная тренировка функций головного мозга, в первую очередь с помощью слов и соответствующим словам мысленных образов, с одновременной тренировкой умения управлять своим вниманием и своими эмоциями.

А теперь несколько слов об идеомоторных тестах.

Под идеомоторным тестом мы понимаем испытание умения выполнять действия без зрительного контроля, только по двигательному представлению, двигательному чувству. Идеомоторные тесты дают возможность реагировать и измерять точность пространственньк, временных и силовых характеристик как простых, так и сложных движений и действий, выполняемых спортсменами после разных вариантов непосредственной подготовки к ним. Результаты тестирования можно регистрировать приборами, специальными устройствами и приспособлениями.

Кинематометры (ручной и ножной) позволяют получит показатели точности двигательно-мышечных дифференцировок в локтевом, лучезапястном, коленном, тазобедренном суставах при выполнении простых движений после соответствующей идеомоторной тренировки. Так, испытуемый садится боком к аппарату в удобной позе и кладет предплечье на ложе кинематометра. Делает несколько попыток отведения руки по заданной амплитуде, контролируя движение зрительно и стремится запомнить при этом двигатедьно-мышечные ощущения, возникающие в локтевом суставе.

Затем несколько раз (в зависимости от задания) идеомоторно воспроизводит эти чувства и выполняет 3-5 контрольных попыток с закрытыми глазами. Величина ошибки учитывается по градуированной шкале кинематометра, изменяется лишь исходное положение испытуемого или прибора.

Секундомеры определяют точность идеомоторного воспроизведения скорости, длительности, одновременности, последовательности движений различных частей тела, отдельных действий и упражнения в целом. Сравнительный анализ временных параметров идеомоторного и реального выполнения заданий позволяет судить об эффективности идеомоторной тренировки, о способности каждого индивида к идеомоторике и косвенно – о состоянии его тренированности и технической готовности к соревнованию.

Динамометры (ручной или становой с индикатором часового типа конструкции Абалакова) показывают точность воспроизведения статистических и динамических усилий исследуемых групп мышц. Показатель точности мышечного усилия свидетельствует о степени влияния разных видов настройки на результативность действия.

Экран-мишени, ростометры, сантиметровые рулетки регистрируют данные (до 1 мм), по которым можно судить о тренирующем эффекте различных идеомоторных заданий. Например, на специальном стенде, с учетом роста испытуемого, крепится лист бумаги с начерченной в середине окружностью диаметром 15 мм).

Испытуемый, стоя на расстоянии 0,5 м от мишени, после пробных попыток и предварительной идеомоторной тренировки, выполняет без зрительного контроля пять уколов в мишень. Аналогично проводится и тест на выполнение из основной стойки шага вперед по начерченной на полу линии (расстояние 50 см от исходной позиции) и поднимание ноги на высоту 50 см из положения стоя у опоры боком к ростометру. Ошибки фиксируются по данным, полученным после вычисления отклонений точек-"уколов" от центра круга и носка ступни от контрольной отметки на полу или на ростометре (в мм).

Тренирующий эффект представления движения определяется по улучшению результата в сравнении с выполнением контрольных действий с помощью зрения и без него.

Прибор для выполнения графических заданий позволяет получить графическую продукцию, по которой можно установить зависимость результативности написания фигур от тренирующего действия идеомоторных заданий и косвенно диагностировать состояние психической готовности к предстоящему действию.

В основе конструкции прибора лежит устройство для проведения миокинетического теста (Мира, Лопес, 1939). Прибор состоит из подставки и укрепленной на ней рабочей площадки, которая устанавливается в двух плоскостях (горизонтально и вертикально) и может смещаться по вертикали в зависимости от роста испытуемого. На площадке крепится протокол-бланк. Графическими заданиями могут являться: горизонтальная линия длиной 5 см, равносторонний треугольник со стороной 5 см, прямой угол и т.п. Отклонение от шаблона определяется в мм и град.

Влияние индивидуальных способностей и навыков в черчении и рисовании исключается условиями эксперимента: карандаш в данном случае служит не чертежным инструментом, а писчиком, регистрирующим движение всей руки. Рука не должна касаться рабочей площадки.

Тремометры (конструкции Меде или Верхало) и специальные планшеты с вырезанными фигурами, включенные в электрическую сеть с электросчетчиком и электросекундомером (А.Ц.Пуни, В.И.Секун), позволяют получать объективные сведения о тренирующей степени идеомоторных заданий по количеству ошибок, фиксируемых счетчиком от прикосновения щупа тремометра и по времени, которое требуется испытуемому для "прохождения" фигур, прорезанных на передней панели тремометра и планшетах.

Гребной аппарат и градуированные экраны дают возможность получить данные об эффективности идеомоторной тренировки в естественных условиях. Гребной аппарат представляет собой установку (длина 150 см, ширина – 24 см, вес – 5,2 кг) с сиденьем обычной байдарки и веслом длиной 115 см с тонкими иглами или мелом, закрепленным на его концах. Его можно устанавливать на ровной песчаной или деревянной (фанерной) площадке. Следы, оставленные веслом после гребков с двух сторон аппарата, замеряются в см. При этом фиксируется расстояние от начала проводки до ее конца и от корпуса аппарата до точки "захвата" весла.

Начерченный градуированный экран и специальный прибор позволяют регистрировать отклонения от точного выполнения упражнений и прыжков после разных вариантов идеомоторной тренировки и настройки (в град. и см). Например, правильным исполнением сложных прыжков с поворотами на 360 и 720 в наших исследованиях считалось приземление в отмеченную область. Точка приземления определялась по средней линии, соединяющей пятки. Перпендикуляр, восстановленный из этой точки, показывал отклонение от идеала в градусах.

А теперь еще несколько слов об обучении идеомоторным феноменам.

Процесс обучения идеомоторному методу надо строить на основе общеизвестных дидактических принципов, а также учитывая ряд специфических принципов:

1. Принцип мотивированной заинтересованности. Он предполагает привитие серьезного отношения к методу. Если не удается создать глубокого и устойчивого интереса к методу, он не даст ожидаемого эффекта.

2. Принцип универсальной эффективности. Актуализация двигательных представлений – действенное средство саморегуляции неблагоприятных эмоций. Идеомоторная подготовка воспитывает ряд необходимых нтеллектуально-волевых качеств (способность к сосредоточению, интенсивность и устойчивость внимания, склонность к самонаблюдению, самоанализу и самооценке), развивает познавательный интерес и творческое отношение.

3. Принцип доминирующей эффективности. В наибольшей степени тренирующий эффект проявляется в овладении пространственными характеристиками движения, затем временными и, в определенной, степени силовыми. При этом чем сложнее двигательное действие по своей кинематической структуре и координации, тем более необходимым становится применять идеомоторную подготовку.

4. Принцип отсроченного эффекта. Первые занятия на начальной стадии обучения не всегда сопровождаются тренирующим эффектом. Это происходит из-за отсутствия достаточно полной пpoграммы представления движения. Начинающие использовать идеомоторный метод на первых этапах могут отставать в темпах научения. Однако вскоре, когда двигательно-мышечные представления приобретают отчетливость и устойчивость, они значительно обгоняют учеников, тренирующихся по обычной методике, без использования идеомоторики.

5. Принцип содержательной эффективности. Содержанием идеомоторного воспроизведения может явиться все движение или действие от начала до конца со всеми деталями и двигательными компонентами (пространственными, временными и силовыми); все движение (но обобщенно и свернуто); наиболее трудные, узловые моменты действия; только его начало и конец. При этом на фоне индивидуального своеобразия вариантов выявляется устойчивая закономерность: наибольший реальный тренирующий эффект представления движения достигается при идеомоторном воспроизведении в двигательно-мышечных образах узловых моментов действия, его результативной сути.

6. Принцип моделирования. Эффективность идеомоторного воспроизведения усиливается в условиях реального моделирования действий. Манипулируя моделью (проволочной, пластмассовой, графической, макетом) человек стремится техническую модель (образ движений) воплотить в реальном движении, фиксирует в нем основные результативные моменты или позы. Тренер при этом всегда может получить необходимую информацию, какой образ складывается или уже сложился в сознании ученика, соответствует ли желаемое действительному. Результатом таких действий является создание и закрепление у ученика и тренера оптимальной модели.

7. Принцип базирования. Многократное и длительное идеомоторное воспроизведение движения или действия утомляет нервные центры. В итоге двигательные представления теряют свою яркость и четкость, становятся беспорядочными, расплывчатыми, что значительно снижает результативность идеомоторной тренировки. Поэтому целесообразно мысленно повторять идеомоторное задание 4-5 раз, а задание, содержащее сложные и длительные упражнения – однократно.





 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх