9 июля

Космический дневник

Проснулся в 8.10, так как в 8.17 сеанс связи. В 8.00 зазвенел будильник, выключил его и еще чуть-чуть задремал. Спал сегодня плохо, жарко. Привык уже к 14-16 градусам, а тут 20. Очень часто просыпался. С вечера снял носки, а ночью - белье. Володя спит. В первом сеансе проводил перераспределение топлива. Поставил в нагреватель консервы, включил “самовар”, выпил теплого молока. Встал Володя. Оказывается, тоже плохо спал, ночью вставал. Не привыкли мы к теплу.

С утра начали готовить интерьер станции к телеинтервью “Международное сотрудничество в космосе - к десятилетию полета “Союз-Аполлон”.

Выполнили физо. Бежится легко, я получаю от занятий удовлетворение. Сегодня во время бега взял в руки кистевые эспандеры и бежал с ними. Такое ощущение, что руки загружены, как во время бега на Земле, к тому же тренируются кисти. Это нужно для выхода в открытый космос. Получил эмоциональный заряд от физо, а вот Володя - нет. Говорит, что у него сейчас все циклы в минусе. Но, когда он начал заниматься интерьером, то вся хандра прошла. Великий он мастер. Художник. Очень здорово видит, куда пристроить тот или иной блок, чтобы он не только не мешал, но и выглядел прилично.

В. Рюмин поблагодарил за репортаж. Прошел он хорошо. По свету все было здорово, и совсем нестандартное место. Мы установили камеру на правый борт и направили в район конуса. Сами расположились за МКФ, на который прицепили на резинке бортовой звездный глобус, создающий невесомость.

После репортажа Валера сообщил приятную новость. Звонил В. Г. Кирилов-Угрюмов и передал, что ВАК рассмотрел решение ученого совета МИИГАиК и утвердил решение совета. Мне присвоена ученая степень кандидата технических наук.

Земля: записи переговоров

Сегодня на связи с “Памирами” радиокомментатор П. Пелехов.

Пелехов: “Сейчас вошел в обиход такой космический термин, очень серьезный - многоразовость. Это после запуска “Шаттла”. За время вашего полета совершил свой полет американский корабль “Дискавери”. Взлетел, неделю полетали они и он сел. Сел, чтобы опять обновить, сменить все свои системы, обновить свой ресурс. Можем ли мы термин многоразовость применить к орбитальному комплексу, к станции, на которой вы работаете?"

П-2: “Наверно, не надо так говорить, потому что многоразовость - это взлет - посадка, взлет - посадка. Американцы вернутся к станциям. Без станций осваивать космос нельзя. Без долговременных станций! На орбите, мы считаем, нужно работать человеку непрерывно, длительное время. Мы правильно осваиваем космос. Мы научились не только ремонтировать станцию. Мы многое поняли: какой она должна быть."

Пелехов: “Сам факт пополнения ресурса на орбите говорит о многоразовости, объект много раз используется без приземления?"

П-1: “Петр, “Шаттл” не может работать больше месяца, в принципе, не может. Две недели для него реальный предел, а месяц - теоретический предел. Станция же может работать много лет. Не многоразово, а много лет”.

Земля: “А теперь побеседуйте с приятным человеком. На связи А. Иванченков”.

Иванченков: “Володя, Виктор, здравствуйте! С вами говорит приятный человек Саша. Рад вас слышать и встретиться с вами в эфире. Хочу поздравить вас с тем, что вы разменяли месяц работы. Мы внимательно здесь следим. Хотя особенно и не надо следить, так как вы настолько внимательно, надежно и уверенно работаете, что такое ощущение, как будто бы вы уже годы летаете и летаете вместе и работаете практически без ошибок”.


В последний день перед отлетом на Байконур - самый настоящий экзамен - защита диссертации на ученом совете Московского института инженеров геодезии, аэрофотосъемки и картографии. Вспоминаю эти дни, и кажется, что меня несла тогда высокая волна - были силы, огромное желание всюду успеть и какое-то ощущение полноты жизни.

Перед экзаменом все было как в юности - и холодок страха, и волнение, несмотря на то, что один из новых оптических приборов, идея которого защищалась в диссертации, уже прошел испытание в космическом полете.

Итак, защита.

Чувство подъема, потом странной опустошенности, сердечные поздравления - все это пронеслось в убыстренном темпе и отлетело, так как мыслями моими уже всецело овладел предстоящий полет.


Космический дневник

На следующем сеансе был снова телерепортаж, встреча с В. Севастьяновым. Поздравили его с юбилеем. Рассказали о первых наблюдениях, ответили на вопросы. Доложили С. Савченко о состоянии иллюминаторов. Он просил вести наблюдение за слоем аэрозоля сейчас, во время солнечной орбиты. Особенно его волнуют два вопроса: блики в океане и полоса аэрозоля.


Земля: записи переговоров


Телевизионный репортаж

П-1, 2: “Здравствуйте, добрый день”.

П-1: “Мы отмечаем 10 лет со дня первого Международного совместного Советско-американского космического полета по программе “Союз-Аполлон”. Мне довелось принимать участие в этой программе. Видел я как работали советские и американские специалисты С каким подъемом и воодушевлением версталась и затем выполнялась эта программа. Вспоминаются и сложные моменты как у нас, так и у американских космонавтов в космосе, но это все было преодолено. Мне хотелось бы привести слова французского космонавта Ж. Л. Кретьена: “Не главное - выполнить полет, а главное, что мы узнали друг друга”."

Всех кто проходил подготовку в Звездном тянет, чтобы пообщаться с теми людьми, с которыми прожито, вроде немного времени, но сделано много интересного”.

П-2: “Международные программы дают толчок в развитии науки в разных странах. Наши позывные “Памиры”. Это величайшие горы - крыша Мира. Мы сейчас находимся над нашей прекрасной планетой. Видим ее во всем великолепии В мирном ее обличии. И нам хотелось бы всю жизнь видеть ее вот такой”.

П-1: “Космос должен быть мирным!"





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх