Как выжить оказавшись один на один с водной средой

Краткая физико-географическая характеристика Мирового океана

Если взглянуть на нашу планету из космоса, она кажется голубой. И не удивительно. Ведь 70,8 % ее поверхности покрыто водой — Мировым океаном.

Четыре океана составляют его: Тихий, Атлантический, Индийский и Северный Ледовитый. Географы разделили Мировой океан на несколько зон в зависимости от их физико- географических особенностей.

Между 60° и 40° с.ш. расположена умеренная зона — зона прохладных вод и активной циклонической деятельности. В летнее время температура воздуха здесь поднимается до 22 °C, почти совпадая с температурой воды. Слабые западные и юго-западные ветры едва шевелят водную гладь. Для этой зоны обычна пасмурная погода с моросящим дождем и густыми туманами. В зимние месяцы температура воздуха опускается ниже нулевой отметки, а на севере.

Тихого океана воздух охлаждается до минус 13 °C.

Зима — разгар циклонической деятельности, и штормы — частые гости этих краев.

Субтропическая зона простирается примерно между 40–50° и 30–40° с.ш. Влажный тропический воздух прогревается летом до 24–28 °C. Однако поверхностные воды остаются относительно холодными. Хотя эта зона бедна осадками, мгла и туманы здесь не редкость. В зимний период года, когда разница температур между водой и воздухом вызывает усиление конвекционных процессов, обычны дни с дождями и снегопадами. Погода крайне неустойчива, и спокойные солнечные дни то и дело сменяются сильными штормами. Для тропической зоны, лежащей между 25–30° и 8° с.ш., характерны высокие летние температуры воды и воздуха (25–27 °C). Осадков выпадает немного, и устойчивые восточные пассаты дуют не переставая круглый год.

Зимой температура воздуха уменьшается до 10–15 °C. Вероятность дождей возрастает до 15–20 %. А порой на океан обрушиваются грозные ураганы и тайфуны, и тогда пенистые гребни огромных волн скрываются в густых тучах, опустившихся к самой воде.

Экваториальная зона.

О вступлении в ее пределы можно узнать по резкому ослаблению ветра, возросшей облачности, участившимся дождям. Экваториальная зона — самая жаркая в океане. Здесь в течение всех 12 мес ртутный столбик термометра не опускается ниже 24 °C, а иногда подолгу держится у отметки 30 °C. Годовые колебания температуры весьма незначительны — всего 0,5–1,5 °C. Утомительно жаркие дни сменяют душные, насыщенные влагой ночи, когда относительная влажность воздуха повышается до 85–95 %.

В экваториальной области всех трех океанов температура поверхностных слоев воды примерно на градус ниже температуры воздуха, что благоприятствует интенсивному испарению, образованию кучевых облаков, частым грозам и ливням. Не случайно вероятность дождливой погоды летом составляет 25–30 %.

Климатические условия тропический и субтропической зон Южного полушария во многом сходны с аналогичными условиями Северного. Но зато его умеренная зона получила выразительное название "ревущие сороковые". Мореплавателям всего земного шара известна она своими грозными штормами, вздымающими волны на высоту 15–20 м. Штормовые районы достигают 55–58 °C ю.ш., простираясь по меридиану на расстояние 1500–2000 км.

Температура воздуха здесь даже летом держится около нуля, опускаясь зимой до минус 10 °C. Только на северных окраинах зоны температура колеблется в течение года в пределах 6-10 °C.

Из густых туч, пеленой застилающих небо, часто моросит дождь или падает снег.

Подобно тому как в атмосфере происходит постоянная циркуляция воздушных масс, в Мировом океане порожденные ветрами, Солнцем и вращением Земли течения непрерывно переносят гигантские массы теплой воды к полюсам планеты и холодные потоки в тропическую зону, образуя сложную систему, охватывающею весь Мировой океан.

Крупнейшие системы течений — антициклонические, субтропические низких широт. Необычайно мощные и устойчивые, они простираются в субтропиках от одного побережья океана до другого на расстояние от 6–7 тыс. км в Атлантическом до 14–15 тыс. км в Тихом океане.

Главная роль в образовании поверхностных океанских течений принадлежит ветрам. Это восточные пассаты — ветры, с завидным постоянством дующие в тропической зоне круглый год с востока на запад, образуют мощные экваториальные течения — Северное и Южное. Скорость пассатных течений составляет от 15 до 50 см/с, увеличиваясь по мере приближения к экватору до 100 и даже 200 см/с.

В Атлантике Северное пассатное течение, проникнув в Мексиканский залив, вытекает из него со скоростью 9,35 км/ч гигантской "рекой в океане" — Гольфстримом. На подходе к Чесапикскому проливу оно переносит в секунду 75–90 млн. м3 воды.

Южное пассатное течение, достигнув берегов Бразилии, устремляется к югу, глубоко проникая в Антарктический бассейн.

Наиболее устойчивыми и быстрыми потоками Мирового океана являются теплые сточные течения: упомянутый Гольфстрим, Гвианское (в Атлантическом океане), Сомалийское (в Индийском океане), Минданао, Куросио и Восточно-австралийское (в Тихом океане). Скорость их составляет 25–50 см/с, достигая местами 75-100 см/с.

В Индийском океане, в его северной части, муссоны изменяют направление течения с северо- восточного на юго-западное; Южное пассатное течение у преграждающего ему путь Африканского материка сворачивает на юг.

Умеренную зону южных широт опоясывает медленное, но мощное Антарктическое циркумполярное течение, или течение Западных Ветров.

Животный мир океана необычайно богат и разнообразен. Его бескрайние просторы населяют рыбы, млекопитающие, моллюски, ракообразные — более 180 тыс. видов животных организмов от почти невесомых радиолярий и фораминифер до многотонных китов.

Особенно богаты жизнью районы слияния холодных и теплых вод — районы неистощимых запасов питательных солей, нитритов и фосфатов. Здесь бурно цветет планктон. А там, где изобилие пищи — фитопланктона, там и его потребитель зоопланктон и следующее звено биоценоза — рыбы, питающиеся зоопланктоном.

Иногда окраска воды может сказать опытному глазу гораздо больше, чем справочники по рыболовству и труды по морской зоологии. Так, зеленоватый цвет воды часто свидетельствует о бурном развитии планктона, и, как образно выразился известный американский океанолог Р. Ревелл, "зеленые океанские волны по своему плодородию могут сравниться с лучшими черноземными почвами".

В то же время кобальтово-синие волны красивы, но, увы, безжизненны. Недаром синий цвет называют цветом морской пустыни.

Растительный мир океанов насчитывает около 15 тыс. видов водорослей. Но из огромного семейства водорослей, среди которых немало съедобных, важнейшее значение имеют диатомовые. Известный французский биолог Франсис Беф писал: "…в конечном счете людям, живущим за счет организмов, которыми кишит морская вода, — будь то рыбаки или любители рыбы, не мешает задуматься над тем, что жизнь и поведение диатомовых представляют куда больший интерес и важней, чем повадки акулы или большой морской змеи. Без диатомовых не могут существовать ни веслоногие, ни рыбы, ни акулы, ни киты, ни сами рыбаки".

У побережья Северной и Южной Америки, у берегов Африки и Командорских о-вов водоросли порой образуют настоящие подводные леса.

А на западе Атлантического океана, между 23 и 35° с.ш., 30 и 68° з.д., гигантским овалом длиной 5 тыс. км, шириной 2 тыс. км раскинулось море без берегов — Саргассово море. Окаймленное тремя течениями — Гольфстримом с запада и севера, Северным пассатным с юга и Канарским с востока — оно славится идеально тихими погодами, исключительно прозрачной водой и бесчисленными желто-бурыми кустиками водорослей, напоминающими гроздья винограда. За это сходство португальские моряки и нарекли эти водоросли именем саргассовых (по-португальски сорт мелкого винограда). "Виноградники", — это не что иное, как воздухоносные камеры-поплавки, поддерживающие водоросли на поверхности. На 1 км2 моря приходится до 2 т водорослей.


Человек в условиях автономного существования в океане

С каждым годом все безопаснее становится мореплавание. Разработаны конструкции кораблей, которые обеспечивают их плавучесть при самых тяжелых повреждениях, совершенствуются автоматические системы навигации в сложнейших погодных условиях, создаются надежные средства тушения пожаров и т. д. И все же…

Радио и телетайпы со всех концов света непрерывно приносят сообщения о катастрофах в океане: "… в 215 милях к востоку от Бермудских островов затонуло западно-германское судно "Элма-Трес". Экипаж в 24 человека, покинувший судно, не обнаружен"; "Японское судно "Сиокай-мару" затонуло во время шторма в 18 км от берега"; "в Яванском море погибло индонезийское судно-паром "Тампонас — 2". Число жертв 400 человек"; "в 90 милях от восточного берега Канады загорелось греческое судно "Эфтимис". 26 моряков покинули судно. Судьба их неизвестна"; "Штормы у южного берега Сулавеси потопили 4 судна. Утонули 52 человека".

"Сухая" статистика свидетельствует, что в одном только 1970 г. затонуло 352 торговых судна (не считая судов менее 500-т водоизмещения) общим тоннажем свыше 1 млн. т. По данным Института экономики морского судоходства, в Бремене с 1972 по 1976 год исчезло в морской пучине 754 крупных океанских судна. Рекордными оказались 1978–1980 гг. За это трехлетие мировой флот потерял судов общим водоизмещением свыше 5 млн. т. По материалам морского страхового общества Ллойда, в 42 % случаев корабли гибнут по навигационным причинам (налетая на рифы и скалы, садясь на мель, сталкиваясь с затонувшими судами), в 22 % случаев причиной морских катастроф служат пожары и взрывы, в 17,5 % — штормы и тайфуны, в 8 % — столкновения. В 8 % кораблекрушений обстоятельства оказываются неустановленными, 2,5 % судов пропадают без вести.

Нередки аварии самолетов над океанскими просторами. Так, по данным Национального бюро безопасности США, с 1964 по 1974 год зарегистрировано 278 случаев вынужденной посадки самолетов на воду.

Для спасения экипажей и пассажиров судов и самолетов, терпящих бедствие в открытом море, существуют различные индивидуальные спасательные средства — надувные жилеты, воротники, пробковые и капковые (с волокном полученным из плодов тропических деревьев из семейства бомбаксовых) спасательные пояса. Однако, поддерживая человека на поверхности воды, не давая ему утонуть, они не могут защитить организм от охлаждения, которое нередко становится причиной его гибели.

Анализ морских катастроф показывает, какую огромную роль в сохранении жизни пассажиров и членов экипажа играют спасательные лодки и плоты. После гибели судна удается спасти лишь 20 % потерпевших, оказавшихся в воде, но число спасенных из тех, кто добрался до лодок и плотов, составляет почти 80 %.

Рис 43. Надувной спасательный плот ПСН-6.


В наши дни помимо вместительных шлюпок, подвешенных к внушительным шлюпбалкам, придающим романтический колорит морским судам, на палубе вдоль бортов устанавливаются скромные, похожие на металлические бочонки, контейнеры, укрывающие от солнца и дождя надувные резиновые плотики (рис. 43).

Появились надувные спасательные плоты на флоте и в авиации совсем недавно. В 1955 г. в Лиссабоне состоялась 1-ая Международная конференция по спасательным судам. На ней впервые был поставлен вопрос об использовании надувных плотов в качестве средства помощи при аварии на море. Но только пять лет спустя на 2 Международной конференции в Лондоне 45 стран-участниц подписали конвенцию, по которой автоматически надуваемый резиновый плот был официально признан средством спасения экипажей и пассажиров на судах свыше 500-т водоизмещения наряду со спасательными шлюпками и ботами (небольшое парусное, гребное или моторное судно). В 1967 г. Франция, в последствии и другие страны обязали капитанов судов любого класса вплоть до рыбачьих шхун и прогулочных яхт иметь на борту надувные спасательные плоты. Без них сегодня портовые власти не выпустят в плавание ни одно судно и ни одни самолет, совершающий рейсы над океаном, не поднимется в воздух. Действительно, плоты имеют немало преимуществ перед другими спасательными средствами (лодками, шлюпками и т. п.). Они имеют хорошую устойчивость, обладают высокой "живучестью" и непотопляемостью, просты в эксплуатации и надежно защищают от ветра и холода, солнца и дождя. С помощью автоматического устройства они быстро заполняются углекислым газом из специального баллона и приводятся в рабочее состояние. Это особенно важно при вынужденном приводнении сухопутного самолета, когда в распоряжении экипажа и пассажиров остаются считанные минуты, ибо время, в течение которого самолет остается на плаву, крайне ограничено. Например, для самолета "Дуглас-ДС-8" и "Дуглас-ДС-7" оно составляет 24–25 мин, а для воздушного лайнера "Локхид-1049 Суперконстеллейшен" — всего 10 мин.

В северных районах надувной тент хорошо защищает человека от ветра, водяных брызг и дождя, позволяя сохранять одежду сухой. Но что самое главное, температура воздуха в подтентовом пространстве оказывается всегда намного выше наружной.

В 1972 г. советские исследователи провели 5 сут на плотах ПСН-6 в Черном море, и в течение всего эксперимента температура внутри плота не опускалась ниже 16–18 °C, в то время как температура воды не превышала 4 °C.

Но и в жарких тропических районах океана тент играет важную роль, предохраняя человека от губительного действия прямой солнечной радиации. Это наглядно показали данные эксперимента, проведенного нами в тропической зоне Индийского океана в 1967 г. Правда, условия микроклимата на плоту были несколько жестче, чем на открытой шлюпке: температура воздуха, особенно в жаркие дневные часы, была выше наружной на 3,5–5,4 °C, а относительная влажность больше на 20–30 %. Кроме того, тент несколько затруднял циркуляцию воздуха, что создавало застой воздушных масс, ухудшал условия теплообмена организма. И все же самочувствие испытателей, находившихся на плоту, было значительно лучше, чем на лодке. У них отмечалась более высокая работоспособность, они в значительно меньшей степени страдали от жажды и, несмотря на высокую температуру и влажность воздуха, испытывали меньший тепловой эффект.

Субъективные ощущения испытателей подтверждались данными медицинских наблюдений. У испытателей, находившихся на плоту, была несколько ниже температура тела, реже пульс и, что особенно важно, меньше (почти на 1300 мл) водопотери.

В случае аварии судна пассажиры и экипаж занимают места в шлюпках и плотах согласно расписанию или указанию капитана. При отсутствии специальных устройств, когда обстановка не позволяет разместиться в спасательных средствах непосредственно на палубе, люди спускаются за борт по штормтрапам, тросам с мусингами (утолщение на середине или на конце троса, служащее обычно опорой для ног при лазании по нему) с помощью спасательных сеток. При этом необходимо соблюдать строгую очередность, сохраняя интервал между спускающимися, чтобы избежать травм.

При вынужденном приводнении "сухопутного" самолета покидание его и спуск на плоты разрешаются лишь после полной остановки самолета. Лодки и плоты удерживаются у самолета фалом (канат, веревка, трос) до тех пор, пока все пассажиры и экипаж не разместятся на плавсредствах. Лишь после этого командир экипажа, покидающий самолет последним, перерезает фал ножом.

Лодки и плоты должны отойти на расстояние 200–300 м от тонущего воздушного судна. Однако при этом продолжается непрерывное наблюдение за окружающим водным пространством, чтобы вовремя обнаружить людей, не успевших воспользоваться плавсредствами, и оказать им помощь.

Чтобы лодки и плоты не разносило, их связывают между собой 15-30-метровыми фалами.

Когда плавсредства собраны и связаны друг с другом, командир организует оказание медицинской помощи пострадавшим, проверяет, все ли люди налицо, и в случае отсутствия кого-либо проводит поиск. Чтобы вытащить пострадавшего из воды, его поворачивают спиной к шлюпке, берут под мышки, обхватив грудь, и затем втягивают на борт.

С момента посадки в шлюпки (плоты) все находившиеся в них становятся единым экипажем, который подчиняется командиру, осуществляющему власть, в соответствии со статусом капитана морского судна. У командира множество обязанностей и забот. Он не только должен руководить всеми действиями экипажа во время автономного плавания, определять суточную норму воды и пищи, но, главное, постоянно поддерживать в людях оптимизм, уверенность в благополучном исходе плавания, не допуская ссор, уныния и особенно паники. Когда неотложные дела закончены, все дальнейшие работы на плоту командир распределяет между членами экипажа, сообразуясь с их способностями, профессиональными знаниями и наклонностями.

С первых же минут на плавсредствах устанавливается круглосуточная непрерывная вахта со сменой через каждые 2 ч. В обязанности вахтенного входит наблюдение за воздухом и океаном, своевременное оповещение командира об изменении метеорологической обстановки, о появлении судов и самолетов, приближении косяков рыбы и акул. Вахтенный также следит за сохранностью запасов воды и пищи.

Совершенно очевидно, что жизнь экипажа во многом зависит от исправности плавсредств. Чтобы избежать случайных повреждений оболочки воздушных камер, все находящиеся на плоту снимают обувь, а колющие и режущие предметы (ножи, крючки и т. п.) складывают в одном месте, завернув в кусок ткани.

Утечка воздуха из камер легко определяется на слух по характерному шипению. При небольшом проколе, порыве оболочки участок вокруг него зачищают наждачной бумагой, смазывают резиновым клеем, а затем накладывают заплату из прорезиненной ткани. Все необходимое для этой цели хранится в специальной ремонтной аптечке, входящей в комплект плота. Более значительные повреждения сперва затыкают резиновыми пробками или металлическими заглушками, чтобы воспрепятствовать большой утечке воздуха, и только после этого производится тщательный, надежный ремонт.

Но даже при отсутствии повреждений воздух все же просачивается через ткань, швы, поэтому камеры приходится периодически подкачивать с помощью насоса или поддувать ртом. Это сделать нетрудно, так как давление, которое может создать человек при сильном выдохе, близко к рабочему давлению (примерно 0,14 атм) внутри камер плота. Камеры должны иметь округлую форму, но не быть тугими, словно футбольный мяч. Поскольку в жаркое время суток воздух расширяется, его рекомендуется немного стравливать. В холодную же погоду необходимо периодически камеры подкачивать. При сильном волнении, чтобы придать плоту большую устойчивость, а шлюпку развернуть носом против волны и замедлить дрейф, за борт спускают плавучий якорь. Это нехитрое устройство, напоминающее небольшой парашютик, надежно делает свое дело. Чтобы шнур якоря не протер ткань оболочки, его у места прикрепления обертывают тряпкой или бинтом. В случае переворачивания плота, чтобы восстановить его нормальное положение, через днище перебрасывают фал, прикрепленный к противоположному борту, а затем тянут его на себя. При отсутствии подходящего фала рекомендуется взобраться на днище плота, ухватиться за борт, а затем, соскользнув в воду, постараться опрокинуть его на себя.


Сигнализация и связь

Чтобы привлечь внимание проходящих судов, самолетов, на спасательных лодках и плотах всегда хранится запас сигнальных средств: ракет, дымов, фальшфейеров. Но и ими надо пользоваться разумно, лишь тогда, когда есть полная уверенность, что сигнал бедствия будет замечен. Днем это надо делать только тогда, когда судно подойдет на расстояние 4–6 км. В ночное время ракеты и сигнальные огни хорошо видны с дистанции 12–18 км. Чтобы частицы горящего вещества из фальшфейера или сигнального патрона не попали на ткань плота и не прожгли ее, патрон держат на вытянутой руке за бортом с подветренной стороны.

При работе с аварийной радиостанцией следует тщательно оберегать ее от попадания воды. Морская соль, отложившись на сочленениях телескопической антенны, на местах стыковки кабеля может серьезно нарушить работу станции и даже вывести ее из строя.

Для подачи сигнала бедствия самолету пользуются специальными красящими порошками — флюоресцином, уранином. Пакет с порошком, освобожденный от водонепроницаемой оболочки, привязывают шнурком к поручню или петле и опускают за борт. Порошок, быстро растворяясь в воде, образует на ее поверхности ярко-зеленое флюоресцирующее пятно. Оно отчетливо видно с высоты 3 тыс. м и порой замечается раньше, чем плот или лодка. В штилевую погоду цветное пятно держится 2–3 ч, однако стоит усилиться ветру и волнению, и оно исчезает через 15–20 мин.

Весьма эффективным в условиях плавания в океане оказывается сигнальное зеркало. Вспышки солнечного зайчика принимаются на расстоянии 10–15 км.

Это произошло в Тихом океане. Миновав Панамский канал, советский танкер "Линкува" вышел в открытый океан. Наступил полдень, когда вахтенный заметил странные вспышки света, появлявшиеся через небольшие интервалы в одной и той же точке океанской глади. Это напоминало солнечные зайчики.

"А не сигнал ли это бедствия?" — подумал капитан и дал команду изменить курс. И действительно, через 15–20 мин уже можно было различить беспомощно дрейфующее суденышко и четырех человек, радостно размахивавших руками. Посыльное судно Панамской судоходной кампании "Нависса" шло из порта.

Гуаякиль (Эквадор) в Панаму. Неожиданно кончилось топливо, и течения отнесли "Анну-Александру" в открытый океан. Вода кончилась на третьи сутки.

Последний сухарь — на четвертые. Ракеты они израсходовали в первые два дня, пытаясь привлечь внимание проходящих судов. Оставалась надежда на сигнальное зеркало. И она оказалась не напрасной.


Автономное плавание на спасательных плавсредствах

17 января 1960 г. на Курильские о-ва обрушился шторм. Ураганным ветром сорвало с якоря самоходную баржу Т-36 и унесло в открытый океан. 49 суток боролся с волнами и ветром ее маленький экипаж: А.Зиканшин, Ф.Поплавский, А.Крючковский и И.Федотов. Весь их запас состоял из ведерка картофеля, двух банок свиной тушенки, 1,5 кг хлеба и 10 ведер пресной воды. Их силы были уже на исходе, когда пришло спасение. 7 марта их заметили с американского авианосца "Кирсардж" и оказали необходимую помощь.

В конце 1959 г. в Индийском океане во время шторма затонуло английское судно "Рузбум". 30 матросов и пассажиров успели перебраться в шлюпки, в которых имелись запасы воды и продовольствия. Но через двадцать шесть дней, когда шлюпки добрались до берегов острова Суматра, в живых осталось только шестеро. Остальные были убиты своими спутниками или сошли с ума от пережитого.

27 октября 1978 г. радист советского большого морозильного рыбного траулера "Мыс Синявин", возвращавшийся из многомесячного плавания в свой порт на острове Сахалин, принял из Гонолулу сигнал бедствия: американский четырехмоторный турбовинтовой противолодочный самолет "Орион" с пятнадцатью человеками на борту загорелся в воздухе. Летчику удалось посадить пылающую машину на кипящий волнами зимний океан. Она затонула через несколько минут. Этого времени хватило тринадцати членам экипажа, чтобы перебраться на спасательные плотики. И с тех пор, наверное, они с надеждой вглядывались в ночной мрак, спустившийся над океаном. В 22 ч 5мин с корабля обнаружили первый плотик и четверо измученных холодом и переживаниями американцев были подняты на борт БМРТ. Через 20 мин в темноте замелькали светлячки фонариков, вмонтированных в спасательные костюмы летчиков.

На полузатопленном плотике оказалось восемь человек. Видимо, плот получил повреждения и был наполовину заполнен водой. Девятый плавал рядом, привязанный фалом. Когда подошел спасательный бот, двое членов экипажа уже погибли от охлаждения. Остальные находились в полубессознательном состоянии. И не удивительно. Видимо, в спешке покидая тонущий самолет, многие не успели загерметизировать спасательные гидрокостюмы. Одиннадцать с половиной часов в холодной воде — срок, который может выдержать далеко не каждый человек.

Патрульная морская служба Италии обнаружила в 10 км от побережья Сицилии тунисскую рыболовецкую шхуну. После поломки двигателя ветры и течения три недели носили ее по Средиземному морю. Из трех членов экипажа уцелел лишь один. Двое скончались от истощения.

45 сут провели в Тихом океане на неуправляемой деревянной лодке семеро жителей Фиджи. Их обнаружили моряки с Соломоновых островов за 1286 км от родных берегов. Фиджийцы были сильно истощены, страдали от жажды, но выжили в борьбе с выпавшими на их долю испытаниями.

Восемь африканских моряков из Гвинеи и Сьерра-Леоне в январе 1986 г. отправились из деревни в деревню, держась побережья. Неожиданно отказал мотор, и деревянное 15 — метровое суденышко, подхваченное мощным течением, понесло в открытый океан. Три недели носило их по волнам Атлантики. На суденышке не оказалось ни капли воды, и моряки поддерживали себя, высасывая влагу из тушек пойманной рыбы. Но силы их иссякали, и гибель казалась неизбежной, если бы их не заметили с мостика советского танкера-водовоза "Севан".

Стивен Каллахен после взрыва яхты "Соло", на которой он отправился в путешествие по Атлантическому океану, оказался один на спасательном плоту среди волн. На одиннадцатый день ему удалось поймать корифену и решить проблему питания, ибо корифены больше от него не отставали. Проблему водообеспечения помогли решить дожди. День проходил за днем. Несколько раз на горизонте появлялись сверкающие иллюминаторами корабли. Но его так и не заметили, несмотря на ракеты, запас которых он бережно хранил до конца. Вечером 76-го дня его вынесло к берегам острова Гваделупа. Он боролся до конца и победил.

Еще более продолжительными оказались скитания молодой английской пары Бейли в Тихом океане. Морис и Мэрилин, решив перебраться из Англии в.

Новую Зеландию, приобрели яхту "Орилин" и отправились через Тихий океан. 4 марта 1972 г. яхта столкнулась с китом. Раздался страшный треск — и через пробоину хлынула вода. Растерявшиеся было путешественники быстро пришли в себя и за те немногие минуты, пока их суденышко оставалось на плаву, собрали все необходимое — запас воды, продовольствия, аварийное снаряжение — и перебрались на спасательный плотик, не забыв захватить и резиновую лодочку. Запасы консервов кончились на 14-е сутки. Выручила черепаха, запутавшаяся в фалах, связывавших лодку с плотом. Неудачливые путешественники старались не терять бодрости. Долгие дни проводили они, играя в домино или бридж картами и костяшками, изготовленными из листиков блокнота. Дожди обеспечивали их водой, а рыбу удавалось вылавливать несложными снастями, или с помощью остроги. Но особенно трудно стало, когда на 55-й день днище плотика распорола меч-рыба. Уже миновали сотые сутки. Надежда не спасение становилась все более призрачной. Да и рыба стала ловиться все хуже и хуже. Разве что на 109-й день удалось схватить маленьких акул, резвившихся рядом с бортом. Лишь на 117-й день, когда Морис и.

Мэрилин уже были готовы отказаться от борьбы, их подобрал теплоход, шедший на Гавайи.

Так сколько же может продержаться человек, оказавшийся среди океана? Почему одни неделями, месяцами борются с холодом, голодом, жарой и жаждой, другие погибают, не израсходовав запасов воды и пищи? В чем причина преждевременной смерти людей?

Молодой французский врач Ален Бомбар тщательно изучил множество документов, связанных с гибелью людей в океане. И не раз он убеждался, что людей губят безволие и растерянность, губит не опасность, а страх перед ней. Наверное, прав был капитан бальсового плота "Таити- Нуи", бесстрашный Эрик.

Бишоп, утверждавший, что "бесконтрольный страх может сделать из самого закаленного атлета самого жалкого хлюпика или последнего скота. И наоборот, если подобного страха нет, то даже полудохлый заморыш может превратиться благодаря своей моральной стойкости в героя".

Но как доказать это маловерам? Как убедить их, что с океаном можно бороться, даже если нет запасов пресной воды и пищи? Мужественному человеку их даст океан. И тогда Бомбар решился. На маленькой резиновой лодке, названной "Еретиком", 19 октября 1952 г. он покинул Канарские о-ва и взял курс на запад к берегам Америки. 65 дней и ночей провел он наедине с океаном. 65 дней и ночей его окружало безбрежное синее пространство. Он страдал от одиночества и болезней, питаясь сырой рыбой, пойманной на удочку. Он утолял жажду соком, выжатым из рыбьего мяса, и дождевой водой. И он победил.

23 декабря отважный доктор высадился на песчаный берег о. Барбадос. Он похудел на 25 кг, сильно ослабел, лишился ногтей на пальцах ног. Но он выстоял.

Теперь он с полным правом мог сказать: "Жертвы легендарных кораблекрушений, погибшие преждевременно, я знаю: вас убило не море, вас убил не голод, вас убила не жажда. Раскачиваясь на волнах под жалобные крики чаек, вы умерли от страха".

И наверное, мужество Бомбара помогло преодолеть страх, внушило уверенность в победе не одному моряку, оказавшемуся в беде.

А ровно три года спустя по пути Бомбара отправился из Лас-Пальмаса на пироге либерийский врач Ханнес Линдеманн. Два с лишним месяца длилась борьба мореплавателя с океаном. Но одержанная победа не удовлетворила отважного либерийца. Прошел всего год, и он снова вышел в океан на пятиметровой байдарке навстречу опасностям. Тяжелые испытания выпали на его долю. 15 декабря шквал опрокинул маленькую "Либерию-3", и лишь к утру ценой невероятных усилий, почти теряя сознание, Линдеманну удалось перевернуть байдарку и взобраться в нее. Истощенный, до предела измученный, он упорно боролся за жизнь. И победил.

Через 72 дня он высадился на о. Сен-Мартен и после двухдневного отдыха двинулся дальше, к конечной цели путешествия — о. Сент-Томас.

Плавания А. Бомбара и Х. Линдеманна — это гимн человеческому мужеству и бесстрашию. Они шли на смертельный риск во имя высокой гуманной цели, во имя спасения человека. И возможно, их героический пример вдохновил на борьбу немало людей. которых случай поставил один на один с океаном. И таких примеров вписано немало в летопись мореплавания.


Водообеспечение

Человеку, оказавшемуся на борту спасательной шлюпки в тропиках, некуда укрыться от тепла, поступающего со всех сторон с прямой солнечной радиацией, с лучами, отраженными от зеркальной глади океана, от нагретой солнцем ткани плота. По наблюдениям, выполненным во время экспедиции в Индийском океане в 1967 г. на "Витязе", среднесуточная суммарная солнечная радиация за 3 мес плавания составляла 481–544 кал/см2.

По данным Ю.М. Стенько, на каждый квадратный сантиметр поверхности приходится 0,9–1,5 кал/мин. Таким образом, человек, находящийся на солнцепеке, в течение дня получает извне огромное количество тепла.

В борьбе с перегревом организм использует все защитные механизмы, и в первую очередь потовыделительную систему, которая работает с максимальным напряжением. Водопотери на солнце в тропической зоне океана иногда достигают 740–810 г/ч. Однако с каждой каплей теряемого пота возрастает угроза обезвоживания. Возникает парадоксальная ситуация. С одной стороны, организму необходимо обеспечить охлаждение с помощью пота, а с другой — потоотделение увеличивает обезвоживание, ибо потери жидкости нечем восполнить. Вместе с тем существует простой метод, с помощью которого можно снизить потоотделение и в то же время обеспечить охлаждение организма: достаточно смочить одежду забортной водой, и она, испаряясь, возьмет на себя охлаждающую функцию пота.

Чтобы проверить эффективность этого метода, мы провели экспериментальные исследования во время экспедиций на научно-исследовательских судах "Михаил Ломоносов" и "Витязь" в 1964–1975 гг. Результаты исследований представлены в табл. 10.



* °С по шаровому зачерненному термометру.

В каждой серии экспериментов пять испытателей находились в течение 3 ч на открытой палубе. Ежечасно проводилось взвешивание на медицинских весах.

Величина водопотерь определялась по изменению массы тела. Радиационные температуры регистрировались по зачерненному шаровому термометру. исследования показали, что обнаженный человек на солнцепеке при температуре 45–50 °C (по шаровому термометру) теряет 420+-15 мл жидкости за 1 ч (1,2.

— 1,4 л за 3 ч).

В последующей серии экспериментов испытатели размещались под тентом из белого капрона. Эта небольшая теневая защита почти вдвое снизила водопотери, составившие 230+-15 мл/ч.

Затем испытатели, находившиеся на солнцепеке, были одеты в белые трикотажные рубашки с длинными рукавами, смоченными водой, по мере высыхания одежда периодически увлажнялась. При взвешивании выяснилось, что водопотери потоотделением уменьшались до 170+-13 мл/ч. При этом самочувствие испытателей и их теплоощущения значительно улучшились. Однако при длительном воздействии высоких температур все применяемые меры снижения водопотерь хотя и замедляют процесс дегидратации, но не могут его остановить. Так, во время многосуточных экспериментов, проводившихся на спасательных лодках и на палубе корабля при радиационной температуре 40–52 °C, относительной влажности воздуха 80–96 %, уже за первые сутки испытатели теряли в среднем 2787+-453 мл жидкости.

Поскольку суточная норма воды была ограничена до 0,8 л и не компенсировала водопотерь потоотделением, суммарные потери жидкости после пяти суток эксперимента составили в среднем 5674+-560 мл. В результате у испытателей развилось обезвоживание организма, составившее 78-8,5 % от первоначальной массы тела.

При самом строгом режиме экономии воды рано или поздно наступает минута, когда запасы ее приходят к концу.

Тяжелы страдания от жажды путника, заблудившегося в пустыне, но тысячекратнее муки его в океане. Человек видит сверкающую водную гладь, слышит шепот волн, ощущает освежающее прикосновение брызг — и не может утолить жажду.

Правда, хроника морских катастроф знает случаи, когда жертвы кораблекрушений использовали морскую воду для сохранения жизни. Почти 70 сут утолял жажду океанской водой Пун Лим, моряк американского транспортного судна, торпедированного японцами во время второй мировой войны. Морская вода помогла выжить молодому флотскому врачу П. Ересько, 37 дней находившемуся в шлюпке в Черном море без пресной воды.

"Если считать со времени отплытия из Монако, — писал Ален Бамбар, — то в течение четырнадцати дней я утолял жажду морской водой".

"Я выпивал не меньше двух кружек морской воды и не испытывал от этого ни малейшего вреда", — отмечал в своем дневнике бесстрашный мореплавательодиночка капитан бальсового плота "Севен систерз" Уильям Уиллис.

Казалось бы, что доводы Бомбара, Уиллиса и случаи, когда морская вода использовалась людьми, бедствовавшими в океане, достаточно убедительны.

Однако Ханнес Линдеманн после опубликования рекомендаций Бомбара в печати выступил с резким возражением: "С тех пор как существует человечество, всем известно, что пить морскую воду нельзя. Но вот в Европе появилось сообщение об исследовании, утверждающем обратное, при условии, что организм еще не обезвожен. В газетном лесу оно расцвело пышным цветом и получило горячий отклик у дилетантов. Конечно, морскую воду можно пить, можно и яд принимать в соответствующих дозах. Но рекомендовать пить морскую воду потерпевшим кораблекрушение — по меньшей мере преступление".

Эксперименты, которые провели в лаборатории французские военно-морские врачи Ж.Ори в 1954 г. и С. Лонже в 1957 г., не внесли ясности в эту проблему. С одной стороны, изменения, обнаруженные у испытателей-добровольцев, пивших морскую воду небольшими порциями в течение 3–5 дней, оказались незначительными: несколько возрастало содержание в крови натрия, хлора, мочевины, чуть снизился щелочной резерв крови, а с другой стороны — объем выделенной мочи значительно превышал количество выпитой воды.

Но пожалуй, самым ярким доказательством токсического действия морской воды стал результат работы английских исследователей (Маккенс и др., 1956).

Они тщательно изучили и проанализировали 448 случаев катастроф, постигших британские торговые суда во время второй мировой войны. Значительной части матросов и пассажиров из 27 тыс. человек, находившихся на борту этих судов, удалось спастись. Многим помощь была оказана сразу же после катастрофы. Но примерно 5 тыс. человек еще много дней после кораблекрушения носило по волнам в спасательных шлюпках и на плотах. И вот оказалось, что из 977 человек, утолявших жажду морской водой, погибло 387 (38,8 %). В то же время из 3994 моряков, не употреблявших для питья соленую воду, умерло лишь 133 (3,3 %). если даже принять во внимание, что часть людей погибла по другим причинам, что в первой группе некоторые люди не пили морской воды, а во второй находились моряки, соблазнившиеся морской водой, все же приведенные цифры весьма убедительны.

В составе морской воды преобладают хлориды (88,7 %), меньшую долю составляют сульфаты (10,8 %) и карбонаты (0,3 %). На все прочие соединения приходится лишь 0,2 %. Общий вес всех солей в граммах, растворенных в 1л воды, называется соленостью. Что поразительно, так это постоянство солевого состава, на которое указывает одно и то же для всех участков океана значение так называемого хлорного коэффициента — отношения общего количества солей, растворенных в воде, к содержанию хлора. Вместе с тем соленость морских и океанских вод неодинакова. Иногда солей совсем немного, всего 3–4 г на 1л воды, как, например, в Финском заливе. В Азовском и Черном морях их несколько больше — 10–18 г/л. В океанах содержание солей возрастает до 32–35 г/л. Более 40 г соли содержится в каждом литре воды Красного моря.

Одно из удивительных свойств человеческого организма — умение сохранять гомеостаз — постоянство своей внутренней среды. За этим бдительно следят бесчисленные живые датчики — хеморецепторы, барорецепторы, терморецепторы. За концентрацией различных веществ, растворенных в жидких средах организма: плазме крови, лимфе, межклеточной жидкости, наблюдают свои дозорные — осморецепторы.

Обычно с пищей человек получает примерно 15–25 г соли в день, главным образом хлористого натрия. Этого количества достаточно для удовлетворения его потребностей. Но едва организм получит излишек солей, как осморецепторы немедленно поднимут тревогу и не успокаиваются до тех пор, пока утраченное равновесие не будет восстановлено. Избыточные соли выводятся через почки, на которых лежит обязанность обеспечить осмотический гомеостаз. По данным В. Леделла, прием 500 мл 3–4% раствора соли увеличивает мочеотделение 0,36 до 1,56 мл/мин, т. е.е почти в 5 раз.

Известно, что на каждый грамм веществ, образующихся в результате процессов обмена, в том числе солей, необходимо не менее 50 мл жидкости (максимальная концентрация мочи — 2 %). Следовательно, чтобы удалить 4,5 г солей, поступивших со 100 мл океанской воды, требуется израсходовать примерно 150 мл жидкости, т. е. израсходовать дополнительно к выпитой еще 50 мл из внутренних резервов. Если даже согласиться с мнением А.Гембла, В.

Леделла и других ученых, что часть солей усваивается и потому 15–20 % выпитой воды все же остается в организме, то для удовлетворения его потребностей в жидкости придется ежедневно выпивать 8- 10 л горько-соленой океанской влаги. Возможно ли это? Справятся ли почки с такой огромной солевой нагрузкой?

Чтобы вывести из организма соли, растворенные в 1 л океанской воды, почки затрачивают 970 кал, значит, на 8-10 л потребуется 7760–9670 кал.

Максимальная же теоретическая работоспособность почек составляет всего 5670 кал/сут. Кроме того, и это нельзя не учитывать, концентрационная способность почек при длительной солевой нагрузке постепенно снижается. В результате почки рано или поздно перестают справляться с непосильной работой, и тогда концентрация солей в крови и тканях начнет стремительно нарастать. В результате поражаются почки, желудок и кишечник. Но особенно уязвима к действию солей центральная нервная система. Вот почему среди людей, потерпевших кораблекрушение и не выдержавших соблазна утолить жажду океанской водой, так часто наблюдались психические расстройства, сопровождающиеся попытками к самоубийству.

Несмотря на запреты и неприятный горько-соленый вкус, люди, мучимые жаждой, все же пьют океанскую воду, но то небольшое облегчение, которое они чувствуют вначале, лишь маскирует разрушительное действие солей на клетки и ткани организма.

И все же спор между сторонниками и противниками морской воды продолжался. Более того, после опубликования в печати рекомендаций А. Бомбара и экспериментальных данных Ж. Ори среди моряков стало распространяться убеждение, что вредность питья морской воды преувеличена. В связи с этим.

Комитет по безопасности мореплавания в 1959 г. обратился к Всемирной организации здравоохранения с просьбой высказать свое компетентное заключение по этой проблеме.

В Женеве были приглашены видные специалисты по проблеме выживания в океане, биологи и физиологи — Р.А. Маккенс и Ф.В. Баскервиль из Англии, швейцарец Ж. Фабр, француз Ш.Лабори и американец А.В. Вольф. Эксперты обстоятельно изучили материалы многочисленных экспериментов на людях и лабораторных животных, проанализировали случаи использования морской воды терпящими бедствие и пришли к единодушному мнению, что морская вода разрушительно действует на организм человека. Она вызывает глубокие расстройства многих органов и систем.

Поэтому памятками и инструкциями для моряков и летчиков питье морской воды в условиях автономного пребывания на спасательных лодках и плотах запрещено.

Так чем же утолить жажду при отсутствии пресной воды?

"Рыбьим соком", — советует Ален Бомбар.

Сколько же потребуется рыбы, чтобы влагой, содержащейся в ее мышцах, напоить человека, страдающего от жажды?

Тело рыбы почти на 80 % состоит из воды. Но чтобы извлечь ее, необходимо специальное приспособление, нечто вроде портативного пресса. Однако даже с его помощью отжать удается не так уж много воды. Например, из 1 кг морского окуня можно получить лишь 50 г сока, мясо корифены дает около 300 г, из мясо тунца и трески можно нацедить до 400 г мутноватой, пахнущей рыбой жидкости. Возможно, этот "напиток", не очень приятный на вкус, и помог бы решению проблемы, если бы не одно серьезное "но" — высокое содержание в нем веществ, небезразличных для организма человека. Так, в 1л необезжиренного рыбьего сока содержится 80-150 г жира, 10–12 г азота, 5-80 г белков и до 450 мэкв солей натрия, калия и фосфора.

Как же будет на них реагировать организм?

Ответ на этот вопрос попытался получить английский ученый С. Хантер. Восемь испытателей поместили в тепловую камеру и в течение первых двух суток давали по 250 мл воды. На третьи сутки, когда у всех участников эксперимента появились выраженные признаки обезвоживания, четырем из них выдали дополнительно по 1 л рыбьего сока.

Выпитый рыбий сок вызвал значительное (до 1005 мл) увеличение суточного диуреза (процесс образования и выведения мочи). Следовательно, почти вся выпитая жидкость была использована организмом на удаление веществ. содержащихся в соке. У четырех испытателей (контрольной группы) суточное количество мочи составляло лишь 608 мл, однако на ее образование организм затратил дополнительно 358 мл жидкости из своих внутренних резервов.

Следовательно, выпитый рыбий сок способствовал некоторому сбережению эндогенных запасов воды, поскольку потоотделение у всех восьми испытателей осталось на прежнем уровне. Результаты эксперимента, проведенного С. Хантером, показали, что при отсутствии пресной воды рыбий сок может в какой-то мере облегчить положение людей, терпящих бедствие в океане.

Многочисленные памятки и инструкции для терпящих бедствие в океане рекомендуют: собирайте в ночное время росу, пополняйте запасы пресной воды за счет дождя. Дожди нередки в тропиках. В них ваше спасение. Так ли это? Ален Бомбар приветствовал первый дождь лишь на 23-и сутки плавания. Уильям.

Уиллис за 116 дней путешествия на плоту воспользовался небесной влагой один раз, да и то лишь на 76-е сутки после выхода из порта Кальяо, а по свидетельству Алена Брэна, соратника Эрика де Бишопа по экспедиции в Тихом океане на плоту "Таити-Нуи", "против всех ожиданий за два с половиной месяца плавания не выпало ни одного хорошего дождя".

Итак, дождь, роса, рыбий сок — все это источники, на которые трудно полагаться с уверенностью. Правда, на спасательных шлюпках всегда имеется запас пресной воды. Но в жарком климате вода не может сохраняться подолгу в деревянных бочонках и зацветает, приобретая неприятный запах и вкус. Ее часто приходится заменять свежей. Это хлопотно, да к тому же на кораблях, подолгу плавающих в тропиках, запас питьевой воды и без того всегда ограничен.

В последние десятилетия на смену флягам и анкеркам пришли "водные консервы". Воду после специальной обработки заключали в запаянные жестяные банки по 300–500 мл. Там она могла сохраняться многие месяцы. Но много ли банок можно уложить на маленький спасательный плот?

И снова взоры моряков и ученых обратились к морской воде. Если ее нельзя пить такой, какая она есть, то надо избавиться от того, что делает ее опасной, — от солей. Например, соорудить перегонный куб и гнать опресненную дистиллированную воду, используя солнечное тепло. Стоило родиться идее, и как грибы после дождя появилось целое семейство разнообразных "перегонных устройств" для терпящих бедствие в океане.

Уже во время второй мировой войны стали выпускаться дистилляторы в виде цилиндров, выстланных изнутри слоем черной губки, которую пропитывали морской водой. Вода нагревалась солнцем, и охлажденный пар стекал в водосборник. Такие устройства давали до 0,7 литров воды в сутки.

Рис 44. Солнечный дистиллятор для опреснения морской воды.

1-резервуар для заливания морской воды; 2-внутренняя оболочка испарителя из черной пленки; 3-прозрачная пластиковая оболочка; 4-соединительный зажим; 5-соединитеьлная трубка; 6-трубка для заполнения балласта; 7-сифон для пресной воды; 8-тканевый дренаж для соленой воды; 9-балластная трубка; 10-трубка для надувания опреснителя и соединения его с контейнером; 11-контейнер для сбора опресненной воды; 12-шипы, разъединяющие оболочки.


Одни из наиболее распространенных дистилляторов сконструирован в виде шара из прозрачного пластика. Внутри его находится второй шар несколько меньших размеров, сделанный из черного материала. Дистиллятор надо заполнить морской водой, надуть воздухом и, привязав к лодке, пустить гулять по волнам. Солнце нагревает воду, пар проходит по системе трубок и, оседая на стенках, каплями пресной воды сбегает в пластиковый резервуар (рис. 44).

Однако прибор этот страдает одним весьма существенным недостатком: в пасмурный день и вночное время он бездействует.

Дистиллятор английской фирмы "Дэнлоп", выполненный в виде сферы из прозрачного материала, имеет в нижней части специальную чашу, обрамленную тепловым экраном из черной пленки. Когда дистиллятор опускают за борт, между верхней его частью, обдуваемой воздухом, и нижней, находящейся в воде, создается разность температур. Вода в чаше начинает испаряться и, конденсируясь на внутренней поверхности верхней полусферы, стекает в водосборник, из которого ее можно отсасывать через специальную трубку. Новый дистиллятор действует в любую погоду, днем и ночью и дает до 1,5 л воды в сутки.

Химики предложили опреснять морскую воду с помощью препаратов, которые вступали в химическую реакцию с растворенными в ней солями, образуя нерастворимые соединения. Для этой цели широко используются природные минеральные вещества — цеолиты. Они обладают способностью связывать положительно заряженные молекулы солей натрия, калия, кальция, магния, выпадая в нерастворимый осадок. Чтобы избавиться от молекул хлора, к цеолитам добавляют препараты серебра.

Для получения пресной воды резиновый мешочек заполняют морской водой и, добавив измельченный препарат, встряхивают минут 10–15.

Еще более высокую способность к ионному обмену имеют искусственные высокомолекулярные соединения — ионообменные смолы.

Химическими опреснителями ныне снабжены индивидуальные и коллективные аварийные укладки для летчиков и моряков во всем мире. С помощью одного такого комплекта ХО-2 можно, например, опреснить до 3,5л морской или 1,5л океанской воды.

Однако ни солнечные дистилляторы, ни химические опреснители не могут кардинально решить проблему водообеспечения терпящих бедствие в океане.

Поэтому усилия специалистов разных стран направлены на создание высокоэффективных устройств многоразового действия, которые могли бы снабдить людей необходимым количеством пресной воды в течение всего времени автономного плавания на спасательных плавсредствах. Одним из наиболее перспективных путей является создание так называемых селективных мембран, позволяющих задерживать при фильтрации соленой воды молекулы растворенных в ней солей. Такого рода мембраны в 80-х годах были изготовлены в университете английского города Уорвика из натриево- боросиликатного стекла с порами диаметром до двух миллионных частей миллиметра. С 1 м2 такого стекла удавалось получать до 3,5 м3 пресной воды за сутки.

Как же должен себя вести экипаж, оказавшийся на спасательной лодке или плоту в тропической зоне океана?

Не пить первые сутки после аварии, экономить пресную воду, помня, что 500–600 мл воды в сутки — рацион, которого хватит на 5–6 дней без особых последствий для организма. Находясь на открытой шлюпке, необходимо сделать самую примитивную теневую защиту от солнечных лучей (рис. 45).

Рис 45. Импровизированный тент на спасательной шлюпке ЛАС-5.


Смачивать в жаркое время суток одежду забортной водой, помогая организму сохранить внутренние резервы жидкости, но не забывать высушить ее до захода солнца. Ограничить до минимума физическую работу в жаркие дневные часы. Никогда, ни при каких обстоятельствах не пить морскую воду.

Поскольку прямые и отраженные солнечные лучи легко поражают чувствительные участи кожи вокруг губ, ноздрей, век, вызывая болезненные ожоги, все эти уязвимые места необходимо в дневное время смазывать солнцезащитным кремом или заклеивать липким пластырем. В яркие солнечные дни надежно защитят глаз от раздражения очки-светофильтры.


Выживание в холодной воде

В апреле 1912 г. гигантский лайнер "Титаник", следовавший из Ливерпуля в Нью-Йорк, столкнулся в Атлантическом океане с айсбергом и затонул. Прошло всего 1 ч 50 мин, как спасательные суда, приняв сигнал бедствия, уже прибыли на место катастрофы. Они подняли на борт людей, находившихся на шлюпках. Но ни одного из 1489 пассажиров, оказавшихся в воде, спасти не удалось.

Из 720 погибших во время авиационных катастроф американских рейсовых самолетов за 10 лет (с 1954 по 1964 год) 71 человек стал жертвой холодной воды.

Во время второй мировой войны 42 % немецких летчиков, сбитых над арктическим водным бассейном, погибали от переохлаждения за 25–30 мин.

Известно, что организм человека, находящегося в воде, охлаждается, если ее температура ниже 33,3 °C. Однако даже наиболее теплые поверхностные воды.

Мирового океана в тропической зоне имеют температуру 29–30 °C. При этой температуре, по данным медицинского исследовательского института ВМФ в.

США, теплопотери обнаженного человека не являются ограничивающим фактором только в течение первых 24 ч. Вместе с тем более 77 % поверхностных вод Атлантического океана, 62 %-Индийского и 59 % — Тихого имеют температуру ниже 25 °C. Следовательно, в подавляющем большинстве случаев время безопасного пребывания людей, оказавшихся в воде в результате тех или иных коллизий, будет ограничено скоростью охлаждения организма. Поскольку теплопроводность воды почти в 27 раз больше, чем воздуха, процесс охлаждения идет довольно интенсивно. Например, при температуре воды 22 °C человек за 4 мин теряет около 100 калорий, т. е. столько же, сколько на воздухе при той же температуре за час. В результате организм непрерывно теряет тепло, и температура тела, постепенно снижаясь, рано или поздно достигнет критического предела, при котором невозможно дальнейшее существование.

Конечно, скорость этого процесса зависит не только от температуры воды. Важное значение будет иметь физическое состояние человека и его индивидуальная устойчивость к низким температурам, теплозащитные свойства одежды на нем, толщина подкожно-жирового слоя. Последнему фактору некоторые физиологи придают большое значение.

Так, путем экспериментальных исследований было установлено, что теплопроводность участка свежевырезанной поверхности ткани человека с жировой прослойкой 1 см составляет 14,4 ккал/м2/ч/°С, теплопроводность участка, лишенного подкожно-жировой клетчатки, — 39,6 ккал/м2/ч/°С. Ученым удалось выявить линейную зависимость между скоростью охлаждения и толщиной подкожно-жировой клетчатки у человека.

Важная роль в активном снижении теплопотерь организма принадлежит сосудосуживающему аппарату, обеспечивающему уменьшение просвета капилляров, проходящих в коже и подкожной клетчатке.

Что испытывает человек, неожиданно оказавшийся в ледяной воде? У него перехватывает дыхание. Голову будто сдавливает железный обруч. Сердце бешено колотится, артериальное давление подскакивает до угрожающих пределов. Мышцы груди и живота рефлекторно сокращаются. вызывая сначала выдох, а затем вдох. Непроизвольный дыхательный акт особенно опасен, если в этот момент голова находится под водой, ибо человек может захлебнуться.

Пытаясь защититься от смертоносного действия холода, организм включает в работу резервную систему теплопроизводства — механизм холодовой дрожи.

Теплопродукция резко возрастает за счет быстрого непроизвольного сокращения мышечных волокон, иногда в три-четыре раза. Однако через некоторый период времени и этого тепла оказывается недостаточно, чтобы компенсировать теплопотери, и организм начинает охлаждаться. Когда температура кожи понижается до 30 °C, дрожь прекращается, и с этого момента гипотермия начинает развиваться с нарастающей скоростью. Дыхание становится все реже, пульс замедляется, артериальное давление падет до критических цифр.

Достаточно кратковременного пребывания в воде с низкой температурой, чтобы наступили отчетливые нарушения в деятельности организма. Так, у 124 испытателей, помещенных в ледяную воду, через 240 с скорость восприятия снизилась с 4,3+-0,1 до 2,9+-0,1 бит (бит — выбор одного из двух решений).

Скорость письма замедлилась с 51,3 +-1,3 до 221,9+-18 с. При этом существенно изменился почерк, увеличилось число пропусков и повторений слов, удлинились разрывы между буквами.

Уже при температуре воды 24 °C время безопасного пребывания измеряется всего 7–9 часами, при 5-15 °C оно уменьшается вдвое. Температура 2–3 °C оказывается смертельной через 10–15 мин, а при минус 2 °C — не более 5–8 мин. Конечно, эти сроки не абсолютны и могут варьировать в ту или иную строну.

По данным Р. Мак-Кенса, во время морских катастроф, происшедших в районах с низкой температурой воды (минус 1,1–9 °C), гибель матросов и пассажиров наступала в течение 5-20 мин. П.Вайтингем. Е. Ферруджиа и другие считают, что при температуре 0-10 °C время безопасного пребывания ограничивается 20–40 мин. Однако при отсутствии необходимой медицинской помощи жертвы кораблекрушений, добравшиеся до шлюпок, в 17 % случаев погибают в последующие 8-12 ч от расстройств дыхания и кровообращения.

Основной причиной смерти людей в холодной воде является переохлаждение, так как тепла, вырабатываемого организмом, недостаточно. чтобы возместить теплопотери.

Однако смерть настигает человека, оказавшегося в холодной воде, иногда гораздо раньше, чем наступило переохлаждение. Причиной ее может быть своеобразный "холодовый шок", развивающийся иногда в первые 5-15 мин после погружения в воду, или нарушение функции дыхания, вызванное массивным раздражением холодовых рецепторов кожи. Крайне осложняет спасение человека в холодной воде быстрая потеря тактильной чувствительности. Находясь рядом со спасательной лодкой, терпящий бедствие иногда не может самостоятельно забраться в нее, так как температура кожи пальцев падает до температуры окружающей воды.

И в то же время можно привести примеры поразительной устойчивости человека к холодной воде.

В ноябре 1962 г. летчик И.Т. Куницын, катапультировавшийся после аварии самолета над Баренцевым морем, в течение 12 ч греб руками, добираясь до ближайшего островка на спасательной надувной лодке. Не обнаружив на нем никаких средств для поддержания жизни, он снова отправился в путь, продолжавшийся около 40 ч. Несмотря на низкую температуру воздуха и воды (4–6 °C), мокрую одежду, у него на третьи сутки после спасения было установлено лишь умеренное общее охлаждение организма, ознобление и отморожение первой степени верхних и нижних конечностей.

В одни из последних дней февраля 1987 г. летчик Ефремов совершил вынужденную посадку на воду в приполярных водах Тихого океана. Надувная резиновая лодка помогла удержаться на плаву, но нисколько не защищала от холода. А мороз был нешуточный — минус 18 °C. Чтобы не замерзнуть, пока хватало сил, летчик непрерывно двигался, делал упражнения руками и ногами. А когда силы иссякли — то и дело напрягал мускулы, чтобы хоть как-то сопротивляться надвигающемуся переохлаждению. На семнадцатом часу плаванья лодочку с полузамерзшим пилотом обнаружили моряки субмарины, вышедшей на поиск исчезнувшего самолета.

Ефремов был спасен. Выстоять ему помогли воля, выносливость и здоровье, навыки и закалка заядлого охотника и рыболова, оптимизм, без которого невозможна борьба со стихией.

Еще более поразительным является случай с летчиком Валентином Смагиным, который академик АМН СССР Г. Сидоренко отнес к "исключительным в медицинской практике. И исключительность эта, без сомнения., — следствие необычайных волевых качеств офицера.

Заполярная осень уже вступила в свои права. Экипаж, выполнив задание, возвращался на свой аэродром. Вдруг в наушниках коротко, как удар хлыста, прозвучал дважды повторенный приказ командира: "Второму штурману покинуть самолет!" Часы показывали 21 ч 40 мин, когда катапультное кресло вышвырнуло летчика из теплой уютной кабины самолета в промозглый мрак сентябрьской ночи. Отошло кресло. С шелестом раскрылся парашютный купол.

Смагин пристально всматривался вниз, пытаясь различить хоть единый огонек. И лишь когда до "земли" остались считанные метры, он понял: под ним — море. Это было Белое море — суровое, безжалостное.

Смагин погрузился в его студеные волны. От обжигающего холода захватило дыхание. Захлебываясь горько-соленой водой, он выплыл на поверхность, поддул спасательный жилет и, нащупав коченеющими руками замок подвесной системы, нажал фиксатор. Порыв ветра сорвал подвесную систему. Стало легче держаться на воде. Отдышавшись, он подтянул за фал спасательную лодку. Но взобраться в нее в намокшей, ставшей скользкой кожаной куртке оказалось непросто. Пришлось снять с себя надувной жилет. сбросить куртку, оставшись в легком комбинезоне. Лишь после этого удалось влезть в маленькую резиновую лодочку. Сильный порывистый ветер гнал ее по бурному морю к еще невидимому во мраке берегу. Крутые волны то и дело переворачивали лодку, и ему каждый раз приходилось взбираться в нее. Два, пять, десять. Смагин уже потерял счет этим ледяным купаниям. Он уже почти не чувствовал холода. Но решил не сдаваться, бороться за жизнь, пока есть хоть капля сил, и без перерыва греб и греб онемевшими от холода руками.

Неожиданно огромная волна опрокинула лодку и унесла ее в темноту. Казалось, теперь — конец. Но вдруг ноги зацепили дно. Значит, берег где-то совсем близко (впоследствии определили, что до него оставалось еще 200 м).

Он продвигался вперед, то стараясь плыть, то отталкиваясь от дна ногами. Перед глазами всплывали белые круги, он почти терял сознание, но, собрав в комок всю волю, приказывал себе: вперед!

Неподалеку приветливо светился желтый глаз рыбацкой избушки. Он дополз до порога и упал без память.

Супруги Гундаровы сделали все возможное, чтобы спасти героя-летчика. Почти семь часов находился Смагин в воде, температура которой была всего шесть градусов выше нуля, а воздуха — плюс пять. Семь часов борьбы со стихиями! Какими беспримерным мужеством должен обладать человек, чтобы выдержать это страшное испытание холодом и ежеминутным ожиданием гибели!

Необычайную устойчивость к воздействию холодной воды продемонстрировала тридцатилетняя спортсменка из американского города Лос Адамитс Линн.

Кокс. 9 августа 1987 г. нона преодолела 4160 — метровый пролив, отделявший американский о. Крузенштерна (Малый Диомид) от советского о. Ратманова.

(Большой Диомид). 2 ч 6мин Линн находилась в воде, температура которой не превышала 6 °C. Этот полярный морской марафон, к которому она тщательно готовилась 2 года, завершил цепь удивительных рекордов отважной спортсменки. В 1962 г. Кокс за 9 ч 57 мин переплыла Ла-Манш, а в 1963 г. улучшила свое достижение на 21 мин. В 1975 г. она стала первой в мире женщиной, переплывшей пролив Кука в Новой Зеландии. 1976 год ознаменовался плаванием через.

Магелланов пролив, в 1978 — марафоном вокруг мыса Доброй Надежды. Венцом ее спортивных достижений было осуществление фантазии Жюля Верна в 1985 г., когда она за 80 дней проплыла вокруг света. Свою последнюю победу в Беринговом проливе она посвятила миру и дружбе между советским и американским народами.

Анализ случаев длительного пребывания людей в холодной воде, закончившихся благополучно, натолкнул канадских физиологов Хайворда и Экерсона на мысль о том, что охлаждение организма происходит значительно медленнее, чем это представляется многим исследователям. С этой целью они поставили эксперимент, к участию в котором привлекли 16 испытателей- добровольцев — 12 женщин и четырех мужчин. Испытатели, одетые в обычные купальные костюмы, залезли в бассейн, заполненный ледяной водой с температурой 0 °C. По условиям эксперимента он прекращался либо при отказе испытателя продолжать "купание", либо после снижения температуры тела с 36,6-37 °C до 35 °C.

Уже в первые минуты эксперимента у всех испытателей появилась сильная дрожь. При исследовании энергетического обмена оказалось, что теплопродукция организма увеличилась по сравнению с исходной в четыре раза (максимальным увеличением теплопродукции за счет дрожи считается пятикратное). Легочная вентиляция возросла на 434 %. Пульс участился до 90- 110 ударов в минуту. Через 10 мин экспериментаторы зарегистрировали падение кожной температуры до 5 °C. Однако скорость охлаждения "сердцевины" оказалась значительно меньше ожидаемой и не превышала 5,6–6 °C в час.

Хотя большинство испытателей выскочили из бассейна через 25 мин и лишь четверо продержались 40 мин, их всех можно было считать своеобразными рекордсменами, опрокинувшими твердо установившееся представление о сроках безопасного пребывания человека в воде с низкой температурой. Расчеты показали, что даже в ледяной воде смертельное охлаждение организма должно наступить не ранее чем через 60–90 мин, а следовательно, причиной гибели людей является либо утопление, либо "холодовый шок", либо нарушения деятельности сердца.

Какие же могучие резервы таит в себе организм, если вызвать их к жизни несгибаемой человеческой волей!

Как себя вести, оказавшись в холодной воде: стараться сохранить неподвижность или согреваться активными плавательными движениями? Основываясь на экспериментальных данных, некоторые ученые рекомендуют активную физическую деятельность, считая, что этим можно в течение определенного времени компенсировать теплопотери за счет увеличения теплопродукции. Другие полагают, что поддержание теплового баланса таким способом можно рекомендовать только людям, одетым в специальное защитное снаряжение — скафандры, спасательные гидрокостюмы и тому подобное. При этом уровень физической активности должен создавать прирост теплопродукции примерно 190 ккал/ч за счет мышечного напряжения. В ином случае происходит быстрое охлаждение периферических отделов организма, и в первую очередь конечностей. Теоретически такая физическая нагрузка может предотвратить падение температуры тела за счет увеличения теплопродукции. Однако исследования показали. что при активных плавательных движениях наряду с увеличением теплопродукции нарастают и теплопотери. В результате энергетические резервы организма окажутся израсходованными значительно быстрее. Особенно интенсивно этот процесс протекает у людей худощавых, со слаборазвитой подкожно-жировой клетчаткой.

Одна из причин быстрого понижения температуры тела — перемещение прилежащего к телу, подогретого им слоя воды и замена его новым, холодным.

Кроме того, при движениях нарушается дополнительная изоляция, создаваемая водой, пропитавшей одежду. Вот почему активные плавательные движения рекомендуются лишь в тех случаях, когда расстояние до берега или до спасательного средства можно преодолеть минут за 20–40 без полного истощения тепловых резервов. Людям, оказавшимся в результате морской или воздушной катастрофы в холодной купели, придется нелегко. И все же выполнение некоторых правил может несколько замедлить наступление гипотермии и этим способствовать увеличению сроков безопасного пребывания в воде с низкими температурами, а следовательно, повысить вероятность спасения. Находясь на плаву, следует голову держать как можно выше над водой, ибо известно, что белее 50 % всех теплопотерь организма, а по некоторым данным, даже 75 % приходится на ее долю. Удерживать себя на поверхности воды, стараясь затрачивать на это минимум физических усилий. Активно плыть к берегу, плоту или шлюпке, если они находятся на расстоянии, преодоление которого потребует не более 40 мин. Добравшись до плавсредства, надо немедленно раздеться, выжать намокшую одежду и снова надеть. Для согревания использовать любые пригодные для этой цели вещи. Летчик, например, может воспользоваться тканью парашютного купола, предварительно отжав ее. По возможности дно надувной лодки или плотика застилают парашютной тканью или укладывают что-либо из снаряжения, чтобы лучше изолировать себя от охлаждающего действия воды. Время от времени рекомендуется разогреваться, выполняя физические упражнения или напрягая попеременно мышцы ног, живота, рук.

Для расчета времени безопасного пребывания человека в воде с различной температурой американские физиологи Г.Смит и Е. Хэмс составили номограмму (рис. 46), учитывающую массу человека, величину теплообразования, площадь тела, погруженного в воду, теплоизоляцию одежды и, наконец, температуру воды.

Рис 46. Номограмма для определения безопасного времени пребывания человека в холодной воде Номограмма для определения безопасного времени пребывания человека в холодной воде.

°С — температура воды; К — величина теплоизоляции, кло; Кк/А — величина теплопотерь, ккал/м2/ч; М/А — величины теплопродукции, ккал/м2/ч; Д/А — дефицит тепла, ккал/м2/ч; А — площадь тела, погруженного в воду; В — масса тела, кг; Д — теплосодержание организма, ккал/м2/ч; Т — снижение температуры тела в градусах за 1 час; мин — продолжительность безопасного времени пребывания в воде, мин; Т°С — температура тела.


В примере, обозначенном на номограмме сплошной линией, человек (К-0,3 кло), находящийся в воде с температурой 4 °C, теряет 610 ккал/м2/ч дефицит тепла (Д/А) составит 210 ккал/м2/ч. При массе (В) 80 кг и площади тела (А) 1,75 м2 уменьшение теплосодержания организма (Д) должно составлять 365 ккал/м2/ч, температура тела будет снижаться на 6 °C за 1 ч. Если считать предельно допустимой температурой температуру тела 31 °C, то время безопасного пребывания в воде будет около часа.

Для прогнозирования физиологических реакций организма и теплового состояния человека в условиях холода французские ученые разработали оригинальную математическую модель. Экспериментальная проверка модели показала, что она хорошо учитывает взаимосвязь между температурой воздуха и воды, влажностью и скоростью движения воздуха, барометрическим давлением и морфологическими особенностями организма — толщиной жировой складки, ростом и весом.

Бездыханное тело вытащили из холодной воды. Что делать дальше? Прежде всего попытаться вернуть пострадавшего к жизни, даже в том случае, если он находился под водой в течение относительно длительного времени. Интенсивное искусственное дыхание и непрямой массаж сердца давали удивительный результат через 10–20 мин и более после утопления в холодной воде.

Бриан Каннингхем, 18-летний американец из штата Мичиган, отправился пешком через замерзшее озеро. Неожиданно лед под ногами провалился. Юношу извлекли из ледяной воды через 38 мин без признаков жизни. И все-таки врачам удалось казалось бы невозможное. Юноша был спасен.

Зимой 1986 г. 7-летний Витя Блудницкий решил вместе с товарищами покормить лебедей, плававших в полынье среди озера. Один неосторожный шаг — раздался треск ломающегося льда, и через мгновенье голова мальчика скрылась в черной воде. Прошло почти полчаса пока подоспела помощь. Казалось, нет ни единого шанса вернуть мальчика к жизни.

Лишь врач Якушко не терял надежды. Он без устали продолжал делать искусственное дыхание и непрямой массаж сердца, несмотря на все признаки клинической смерти. Эта история тоже имела благополучный конец.

Так что же, эти случаи — чудо? Ведь известно, что после остановки дыхания и сердца предельный срок оживления — 4–5 мин, ибо происходят необратимые разрушения белков, нуклеиновых кислот в тканях головного мозга. И в то же время физиологи неоднократно ставили эксперименты с замораживанием на длительный срок тритонов, которые после оттаивания бойко плавали в аквариуме. В 1968 г. в Институте хирургии им. А.В. Вишневского группа ученых под руководством академика А.А.Вишневского провела исследования условий обратимости смерти высокоразвитого организма. Им удалось установить, что при быстром охлаждении после смерти теплокровных животных возможность возвращения к жизни измеряется часами.

Первая медицинская помощь людям, извлеченным из воды, направлена в первую очередь на быстрейшее восстановление температуры тела, активное согревание всеми имеющимися средствами.

Ученые Клемсоновского университета (Южная Каролина) провели сравнительные исследования для оценки различных способов согревания людей, оказавшихся в состоянии гипотермии после пребывания в холодной воде.

Отогревание производилось с помощью нагретых подушек, ингаляции теплого влажного воздуха, специального костюма с системой циркуляции горячей воды, теплом человеческого тела, погружением в ванну с теплой водой. Наиболее эффективным оказался последний метод. У испытателя через 4 мин после погружения в ванну с водой, температура которой была 32,2 °C, исчезла дрожь. Костюм с циркуляцией устранял дрожь через 7 мин. Ингаляция — через 36 мин, а согревание телом — через 39 мин.

Пострадавшего в условиях больницы обычно отогревают в ванне с водой (температура воды 34–36 °C), постепенно повышая ее температуру до 40 °C.

Процедура прекращается после того, как температура тела поднялась до 34 °C.

Для ускорения согревания тела пострадавшего кожные покровы необходимо растирать мягкими мочалками, одновременно проводится интенсивная медикаментозная терапия. Внутривенно вводятся: 60–80 мл 40 % раствора глюкозы для восполнения энергетических ресурсов организма: 10 мл 10 % раствора хлористого кальция и 1–2 мл 20 % раствора димедрола для предупреждения электролитных расстройств и десенсибилизации (повышение чувствительности организма к воздействию какого-либо вещества) организма; 200–230 мл 5% раствора бикарбоната натрия, витамины Б1, Б2 и другие для предупреждения нарушений и корреляции кислотно-щелочного равновесия.

Однако в условиях автономного существования этот способ обычно недоступен и отогревание производят с помощью различных подручных средств.

Пострадавшего надо укрыть в месте, защищенном от ветра, хорошо укутать в любую имеющуюся одежду, одеяло, парашютную ткань. Если он в сознании. напоить горячим чаем, кофе, очень эффективны грелки. Бутылки, фляги, заполненные горячей водой, или камни, разогретые в пламени костра и завернутые в ткань, прикладывают к боковым поверхностям грудной клетки, к голове, к паховой области, под мышки. Что касается некоторых традиционных способов отогревания людей в состоянии гипотермии — растирание тела, дача алкоголя, то в настоящее время доказано, что они не только не способствуют улучшению состояния, но могут нанести серьезный вред организму. Так, при растирании охлажденная кровь из периферических сосудов начнет активно поступать к "сердцевине" тела, что приведет к дальнейшему снижению ее температуры. Алкоголь же не только будет оказывать угнетающее действие на центральную нервную систему, но, кроме того, расслабляя спазмированные холодом сосуды конечностей, усилит поступление холодной крови к "сердцевине" тела.

Во время автономного плавания на спасательной лодке или плоту нередко у людей в результате долгого пребывания в вынужденной позе, постоянного охлаждения появляются судороги мышц живота, нижних конечностей. Они болезненны, но безопасны и легко устраняются быстрым растиранием сведенных мышц, активными движениями пальцев, стоп.


Питание в условиях автономного плавания

Обеспечение пищей экипажа на случай длительного автономного плавания являлось предметом серьезных забот еще во времена мореплавателей древности.

Невозможность продолжительного хранения свежего мяса, рыбы, овощей, фруктов вынуждало капитанов использовать продукты, не боящиеся порчи при хранении — солонину, галеты, вяленую рыбу, крупы. Так, например, на борт португальской каравеллы с экипажем 120 человек, направлявшийся в океан, погружали из расчета на 8 мес 21 132 кг галет, 14100 кг солонины, 2400 штук соленого хека (морская промысловая рыба, семейства тресковых), 38640 ли вина, 2520 л уксуса, 280 кг соли, 55 бочонков оливкового масла, десятки мешков с чечевицей, бобами, луком и чесноком.

В наше время благодаря достижениям консервной промышленности изобретению новых способов сушки различных продуктов для моряков и летчиков, совершающих полеты над океаном, созданы разнообразные аварийные рационы пищи.

Помимо многочисленных требований, предъявляемых к таким рационам, продукты, входящие в их состав, должны в наибольшей степени способствовать сохранению и экономии жидкости в организме. По мнению гигиенистов и физиологов, в наибольшей степени этому требованию соответствуют рационы, состоящие из одних углеводов — сахара, леденцов, мармелада и т. п.

Например, американский физиолог М.Хокинс считает, что 100 г углеводов в сутки обеспечивают без каких-либо обменных нарушений экономию белков и воды в течение 5 сут. По данным Всемирной организации здравоохранения. рацион из 100 г углеводов и 500 мл воды в сутки обеспечивает жизнедеятельность организма в условиях плавания на спасательной шлюпке в течение 5 сут.

Со времен второй мировой войны аварийные пищевые рационы для морской авиации создавались главным образом из продуктов, содержащих углеводы. На этом принципе был скомплектован аварийный паек для летчиков, состоявший из шоколада, сухарей и таблеток декстрозы, а также вариант пайка, включавший 760 г концентрата кексовой муки в таблетках и 350 г таблетированной глюкозы. А например, в английский пятисуточный морской рацион входят 500 г карамели, 50 г конфет с 30 %-ной добавкой жира, 500 г сгущенного молока и 500 г галет.

Еще в 60-е годы морской врач Л.Н.Комаревцев с группой специалистов провел исследования влияния малокалорийного питания, состоящего преимущественно из углеводов (150 г карамели и сахара калорийностью 600 ккал/сут) на организм человека в условиях плавания на плотах ПСН-6.

Медицинское обследование, проведенное на пятые сутки, показало, что при водопотреблении 0,5 л в сутки испытатели, "сидевшие" на углеводном питании, сохраняли удовлетворительное самочувствие и белковый обмен оказался более нормализованным, чем у группы, питавшейся концентратами, хлебом и маслом с калорийностью 1700 ккал/сут. Для решения некоторых вопросов организации аварийного питания в условиях автономного плавания мы провели летом 1977 г. эксперимент в Черном море при температуре воздуха 15–26 °C. Две группы испытателей, по 16 человек в каждой, находились в течение 7 сут на плотах ПСН-6 в условиях автономного плаванья. Первая группа питалась смешанным рационом, вторая — витаминизированной карамелью. Калорийность обоих рационов составляла 400 ккал/сут. Результаты медицинских исследований показали, что в условиях плавания на спасательных средствах в летнее время углеводный рацион имеет ряд преимуществ по сравнению со смешанным питанием — меньше водопотребление, меньше водопотерь с мочой, лучше субъективные ощущения.

Оказавшись на спасательной шлюпке или плоту, приходится сразу же подумать о пополнении своих продовольственных запасов. Океан — достаточно богатая кладовая, надо только умело распорядиться ее дарами. Практически в пищу можно использовать все живые существа — рыб, птиц, моллюсков, даже медуз.

Дополнением к ним могут служить водоросли, зоо- и фитопланктон. Мясо большинства рыб, обитающих в океане съедобно даже в сыром виде.

При удачном улове всю пойманную рыбу, чтобы она не испортилась, немедленно заготавливают впрок. Тушку очищают от внутренностей, удаляют позвоночник и голову, а затем нарезают тонкими ломтями и, чуть присолив, развешивают на солнце. Когда мясо подсохнет и побуреет, его можно завернуть в ткань и хранить длительное время.

В зависимости от района аварии с помощью рыболовных снастей, имеющихся в аварийных комплектах спасательных плотов и лодок, в летных аварийных укладках, можно отлавливать ставриду, морского окуня, сельдь, тунцов и т. д.

Пожалуй, наибольший практический интерес для людей, оказавшихся среди океана на утлом суденышке, представляет золотистая корифена, или дорада. Эту стремительную хищную рыбу природа наградила воистину прекрасным цветным нарядом. Чаще всего встречаются корифены ярко-желтого цвета с зелеными боковыми плавниками и зеленым спинным плавником, широким словно раскрытый дамский веер. Он тянется от головы с высоким крутым лбом, придающим хищнице некоторое сходство с бульдогом, до самого хвоста, заостренного словно бранши ножниц. Но иногда попадаются сказочные красавицы цвета старой бронзы с многочисленными синими точечками-глазками, голубым хвостом и боковыми плавниками, ослепительно синим спинным плавником.

Корифена — довольно крупная рыба. Неоднократно нам удавалось поймать экземпляры длиной свыше 1 м, весившие более 20 кг. Во время экспедиции в тропики мы, как правило, встречали корифен, "дежуривших" возле буев, оставленных на несколько дней для проведения гидрологических исследований.

Нередко стаи корифен сопровождают небольшие парусные суда, шлюпки и плоты, стараясь поживиться мелкой рыбешкой, укрывающейся в их тени.

Корифену лучше всего ловить на крючки № 10, 11 12, на тройники с приманкой из мяса кальмара или рыбы. При отсутствии приманки можно воспользоваться шоколадной оберткой. Привлеченная блеском серебристых кусочков фольги, корифена набрасывается на них, видимо принимая за летучую рыбку.

Тот, кто хоть раз бывал в тропической зоне океана, никогда не забудет сверкающих стаек летучих рыб, то и дело взмывающих над голубой океанской гладью. Пролетев 50-200 м. словно маленькие серебристые планеры, они бесшумно погружаются в воду, чтобы через несколько секунд снова взмыть над волнами. Нередко в ночное время они залетают прямо в лодку, привлеченные светом фонаря или светлым пятном паруса.

"Начиная с третьего дня после отплытия, — писал А.Бомбар, — и до самого конца плавания я каждое утро находил в лодке от пять до пятнадцати летучих рыб". "обычно их бывало не меньше полдюжины, — свидетельствует Т.Хейердал, — а однажды утром мы обнаружили на плоту 26 жирных летучих рыб".

Внимание и наблюдательность могут оказать немалую помощь при рыбной ловле. Надо лишь знать признаки приближения рыбьего косяка: тень от планктона, черная рябь от стайки мелких рыбешек, за которыми следует более внушительная добыча, стремительное пикирование фрегатов и чаек, высмотревших в воде косяк рыбы, высокие прыжки дельфинов занятых охотой.

Между тридцатой и шестидесятой параллелями, нередко в тысячах миль от суши, встречаются птицы, которые могут оказаться желанной и довольно легкой добычей для людей, заплутавших в океанских просторах. К таким птицам относится самый крупный океанский пернатый хищник альбатрос, которого Бодлер назвал "принцем пустоты". Его могучие узкие крылья, достигающие в размахе четырех метров, позволяют преодолевать огромные расстояния и часами парить над волнами, высматривая добычу. Приманку, брошенную с плота, он видит издалека и, не раздумывая, хватает ее крючковатым клювом.

Пойманного альбатроса, как, впрочем, и любую другую морскую птицу, обычно не ощипывают. Достаточно надрезать шкурку, а затем содрать ее вместе с перьями. Надо не забыть тщательно удалить слой подкожного жира, придающего мясу неприятный запах и вкус.

Морская медуза аурелия — одна из наиболее известных и широко распространенных обитательниц морских глубин. Крупные экземпляры медузы весят до 10 кг. Но что самое главное, мясо ее довольно вкусно. В Китае, например, вкусовые качества медузы известны уже 1000 лет и блюда из нее пользуются большой популярностью.

Есть в океане еще один источник пищи, который может сослужить хорошую службу людям, потерпевшим бедствие. Это планктон. Его достоинства отмечали многие путешественники. А Тур Хейердал после своего знаменитого путешествия на "Кон-Тики" пришел к твердому убеждению, что "приправленный и как следует приготовленный он (планктон), без сомнения, может служить первоклассным блюдом".

Как и положено исследователям, мы при первом же удобном случае продегустировали густую буро-зеленую массу, терпко пахнувшую морем.

Надо честно сказать, что на вид она была весьма неаппетитна. Но, преодолев некоторое предубеждение, мы пришли к заключению, что это экзотическое блюдо довольно приятно на вкус и напоминает нечто вреде смеси водорослей с перемолотыми креветками.

Однако как скажется на здоровье человека длительное питание планктоном? Ответить на этот вопрос решил болгарский инженер Дончо Папазов. Он успешно просидел на планктонодиете 14 сут, а 2 года спустя привлек к эксперименту свою невесту Юлию, вдвоем с которой пересек на шлюпке Черное море. А в 1974 г. чета Папазовых отправилась на шлюпке "Джу" через Атлантический океан, и в течение почти двух с половиной месяцев планктон поддерживал силы путешественников. Ален Бомбар, воздавая должное планктону, приписывал ему и целебные свойства как источнику витамина С. Однако химический анализ проб планктона, проведенный рядом ученых, показал, что аскорбиновая кислота содержится в нем лишь в небольших количествах.

По нашим данным, содержание аскорбиновой кислоты в планктоне не превышает 5,5-11,5 мг%. Следовательно, чтобы покрыть потребности организма в витамине, необходимо ежедневно съедать не менее 400–500 г планктона. Практически отлов такого количества вполне возможен.

Так, в дневное время с помощью одной сетки из газа № 23 (23 отверстия на 1 см2) с поверхностных слоев воды нам удавалось собрать за три часа до 100–115 г планктона. Ночью, когда начинается вертикальная миграция веслоногих рачков и прочей живности, образующей зоо-планктон, улов взрастал в тричетыре раза.

Однако зоопланктон не всегда безвреден для организма человека. Некоторые его представители, и особенно микроскопические морские жгутиконосы динофлагелляты, или перидинеи, крайне ядовиты. Отравление наступает через 10–15 мин, сопровождаясь сильной рвотой, поносом. Появляются сильная слабость, головокружение. Немеют губы, язык, кончики пальцев. Нередко развивается паралич конечностей.


Высадка на берег

После странствий по океанским волнам ветры и течение могут принести спасательную шлюпку к долгожданным берегам земли. О приближении к ним иногда можно узнать загодя, по различным природным признакам. Иногда это ветки деревьев с еще зеленой листвой, пучки свежей травы, иногда это зеленоватый отблеск неба, отразившего поверхность лагуны, или неподвижное кучевое облако, образовавшееся в результате испарения внутренности.

Иногда это затхлый запах мангрового леса, гул прибоя или гомон птиц — обитательниц птичьего базара. На близость суши и направление к ней могут указать появление некоторых видов морских птиц, которых нетрудно определить по особенностям поведения и характеру полета.

Например, олуши редко удаляются от суши на расстояние более 150–200 км и перед закатом солнца обязательно возвращаются в свои кучеобразные хворостяные гнезда. Заметив в вечерние часы летящих на небольшой высоте этих крупных ярко-белых птиц, можно с точностью сказать, что, плывя в направлении их полета, можно добраться до берега.

"Проводником" может стать тропическая птица фаэтон с белым, иногда розоватого оттенка оперением, покрытым черными полулунной формы полосками и длинными хвостовыми перьями. Фаэтонов можно узнать издали по "голубиной" манере полета — частым, быстрым взмахам крыльев, — отличающей их от других морских птиц. Избегая посадки на воду, они предпочитают держаться поблизости (в 100–120 км) от суши и возвращаются назад перед вечерней зарей.

Хищную морскую птицу фрегат, обитающую в тропиках, узнают по длинным, до 2 м в размахе, черным крыльям, длинному вилообразному хвосту, крючковатому клюву и характерному долгому парящему полету. Возвращаются на сушу фрегаты уже в сумерках на большой высоте.

Некоторые зарубежные руководства по спасению на море указывают, что появление фрегатов — верный признак того, что до земли не более ста миль.

Насколько справедливы эти сведения, можно узнать, заглянув в дневник А.Бомбара. Он с сарказмом записал: "Еще с неделю назад я их видел немало и с тех пор прошел миль триста". (С недавних пор ученым стало известно, что фрегаты могут сутками парить в воздухе не приземляясь)

Но вот на горизонте появилась темная полоска незнакомого берега. Казалось бы, все трудности уже позади. Однако именно сейчас, когда до берега рукой подать, нельзя поддаться бездумной радости и забыть об осторожности. Известно, что 90 % несчастных случаев происходит в момент высадки на землю. И сколько бы ни пришлось затратить времени на поиск пологого песчаного берега, где высадка относительно безопасна, даже в штормовую погоду не следует спешить. Белые барашки вблизи берега — верный признак того, что под ними скрываются коварные коралловые рифы. Если высадка на спасательной лодке связана с большим риском, добираться до берега лучше вплавь.

Спасательные жилеты все члены экипажа должны предварительно надеть поверх одежды. При небольшом волнении выходить на берег рекомендуется вместе с волной, держась ее обратного склона, а когда волны велики, приблизившись к берегу, находиться следует между волнами, во впадине.

При подходе отраженной волны ныряют под ее гребень, оставаясь лицом к берегу, а затем стараются удержаться во впадине.

Наиболее трудны и опасны для высадки скалистые, крутые побережья, коралловые рифы. Подплывают к берегу или гряде рифов, стараясь держаться заднего склона высокой волны. При этом, удерживаясь на плаву с помощью одних рук, принимают сидячее положение, такое, чтобы ноги, согнутые в коленях, находились чуть впереди, на полметра ниже головы.

Тогда удар о рифы или камни придется на ноги и будет менее опасен. Если первая попытка оказалась неудачной, ее повторяют, дождавшись следующего высокого вала. Иногда на мелководье у берега встречаются настоящие заросли фукусов, ламинарий и др. Чтобы не запутаться в водорослях, эти участки преодолевают брассом, стараясь придать телу горизонтальное положение.

Высаживаясь на лодке в штормовую погоду, или при сильном прибое, необходимо принять все меры, чтобы лодка не перевернулась: выбросить на всю длину шнура плавучий якорь и подгребать веслами так, чтобы шнур был все время в натянутом положении.

При сильном прибое, но при отсутствии ветра гребень волны необходимо проходить как можно медленнее, чтобы лодка, перевалив через него, не опрокинулась.

Поскольку самое безопасное место на плоту — поперечная надувная банка, на ней следует разместить больных и наиболее ослабевших членов экипажа.

Покидать лодку (плот) нельзя до тех пор, пока она не коснется дна. После этого два человека должны быстро спуститься в воду и, держась за леер (туго натянутая веревка закрепленная с обеих сторон), подтянуть лодку (плот) к берегу. Затем экипаж покидает лодку и вытаскивает ее за линию прибоя.

Пологие тропические побережья Африки и Южной Америки, Азии и Австралии, Малайского архипелага, Новой Гвинеи и других островов Тихого и.

Индийского океанов, заливаемые приливами, илистые участки вблизи эстуариев (однорукавное воронкообразное устье реки впадающее в океан или в море), где потоки мутной, насыщенной взвесями речной воды смешиваются с океанской, нередко покрыты густыми зарослями вечнозеленых деревьев и кустарников. Это мангровый лес, или мангрова. Его издали можно узнать по курчавым темно- зеленым кронам невысоких деревьев с плотной кожистой листвой и затхлому запаху болот.

Деревья, образующие мангрову, авиценнии и ризофоры, относятся к весьма своеобразным представителям тропической флоры.

Ризофора, например, как бы стоит на фундаменте из чудовищных щупалец, хаотического переплетения узловатых, дугообразных корней. Эти корни-подпорки достигают самых верхних ветвей, снабжая их кислородом.

Ризофора — "живородящее растение". Сформировавшийся зародыш развивается и прорастает внутри плода, а созрев, отрывается от плода и, словно копье, вонзается в илистую почву, где и продолжается его дальнейший рост.

Авиценния по своему внешнему виду ничем не отличается от обычных деревьев. Но корни ее, погрузившись глубоко в ил, выбрасывают на поверхность многочисленные твердые отростки.

Итак, многодневные странствия по волнам океана закончены. Под ногами не зыбкий резиновый пол спасательного плота, а твердая земля. Однако в условиях полярной и даже умеренной зон после успешной высадки на берег может возникнут немало трудностей, связанных с необходимостью защиты от холода, добывания топлива, пищи и др. Достаточно вспомнить трагическую историю экспедиции Витуса Беринга. Шел 1741 год. Вторая Камчатская экспедиция успешно выполнила свои задачи, обследовав берега Северной Америки. и в начале сентября направилась обратно к п-ову Камчатка.

На пути мореходов застигло ненастье. Шторм бушевал 17 дней. Они сбились с курса и шли на запад "ощупью", не имея возможности определить ни свою широту, ни долготу. 4 ноября они увидели землю. Но шторм не утихал. Огромный вал поднял "Святого Петра" и швырнул его через каменную гряду.

Мореплаватели с трудом перебрались на берег. Это была безлесная, безжизненная, с небольшими холмами земля, покрытая глубоким снежным плато. Лишь незамерзший шумный ручей нес прозрачную холодную воду. Чтобы укрыться от пронизывающего ветра, путешественники очистили глубокие рвы между песчаными холмами, покрыв их парусиной. Предстояла долгая суровая зимовка. Часть оборудования и провианта погибла во время очередного шторма, выбросившего судно на берег. Почти весь экипаж поразила цинга. И одним из первых погиб капитан-командор.

При обследовании земля, давшая им приют, оказалась необитаемым островом. Запасы продовольствия удалось пополнить за счет морских выдр, котиков, моржей, тюленей. Жир морских животных использовали для освещения и обогрева. Только к середине августа удалось соорудить новое судно и после недолгого плавания 27 августа 1742 г. добраться до Петропавловска на Камчатке.

Но и в наши дни люди порой оказываются на необитаемом острове без всяких средств к существованию. 6 ноября 1986 г. шофер Анатолий Городецкий и его товарищ Сергей Двиговский решили половить камбалы неподалеку от берега, чтобы украсить праздничный стол. Моторная лодка шла ходко, и вскоре они достигли острова Русского, где всегда хорошо клевала рыба. Погода стала ухудшаться. Сильный порыв ветра качнул "дюральку" раз, другой. Пора было возвращаться. Но подвесной мотор захлестнула волна, и он так и не завелся. Волны становились все круче. Наконец, лодку сорвало с якоря и понесло в залив Петра Великого. Их носило почти двое суток по клокотавшему от пятибалльного шторма заливу. Но море пощадило людей и на третье утро выбросило на каменистую отмель неизвестного острова. Лодка мгновенно затонула, а они с трудом выбрались на берег. Это был остров Рекорда — необитаемый клочок суши длиной 2,5 мили и шириной 1 миля поросший лесом. Пресную воду они отыскали сразу, неподалеку в расщелине. Значительно хуже дело обстояло с пищей. Иногда удавалось отыскать ягоды шиповника, иногда пожевать березовые почки, порой обнаруживали между камней моллюсков. С каждым днем становилось все холоднее. Они отправились на рыбалку без шапок, без рукавиц, а их телогрейки, намокшие и изорванные, никак не просыхали. Разжечь костер так и не удалось, как ни пытались они добыть огонь трением, а затем с помощью зажигательного стекла, изготовленного из осколков электрических лампочек, найденных на берегу и склеенных изоляционной лентой. Особенно тяжко было по ночам. Холод не давал заснуть, и они то согревали друг друга, то бегали вокруг убежища, чтобы не закоченеть. Страшнее всего было поддаться унынию. Чтобы этого не случилось, они каждый раз выдумывали для себя новую работу. То переделывали шалаш, то таскали плавник, то развлекали себя собиранием различных предметов, выброшенных волнами на берег, то принимались строить плот из досок и гвоздей, собранных на берегу. Они поддерживали бодрость друг в друге, делились каждой ягодой, каждым найденным моллюском. Спасение пришло лишь на девятый день. Их заметили с рыбацкого баркаса и доставили домой усталых, ослабевших от голода и лишений, но не сдавшихся на милость природе, не утративших ни на миг высокого звания — человек.

Конечно, на островах тропической зоны условия выживания значительно более благоприятны. Достаточно вспомнить Александра Селькирка, сына шотландского сапожника, высаженного в наказание на крохотный, всего 144 км2, необитаемый остров Мас-а-Тьерра в 1704 г. Пять лет провел он в полном одиночестве среди богатой тропической природы, поддерживаемый ее дарами. Но история не забыла шотландского моряка. Под пером Даниеля Дефо она увековечила его в главном герое бессмертного романа "Робинзона Крузо". А вот Джереми Бибс, юнга со шхуны "Прекрасное блаженство", затонувшей во время урагана в южной части Тихого океана в 1911 г., оказавшись на необитаемом острове прожил там … 74 года. На затерянный в океане островок случайно наткнулась западногерманская экспедиция, доставившая на родину 88- летнего новоявленного Робинзона.

Впрочем, встречаются люди, которые добровольно обрекают себя на одиночество. Бразильский эколог Фернандо Эдвар Ли вот уже много лет живет и работает на крохотном необитаемом острове у южной части Бразильского побережья. Он высадился на него впервые в 1962 г. и с тех пор пребывает там в добром здравии, получая от природы все необходимое.


В общем, люди, оказавшиеся на берегах кораллового атолла (коралловый остров кольцеобразной формы) или острова в тропиках, не останутся без пищи.

Если прибрежные районы покрыты вечнозелеными зарослями мангровы, здесь без труда можно набрать устриц, которые иногда в несметном количестве облепляют воздушные корни и нижние ветви ризофор и авиценний, омываемых водой. Вязкий, болотистый грунт, густой частокол корневых отростков авиценний, переплетения воздушных корней ризофор создают порой непроходимые препятствия. В зарослях мангровы можно столкнуться с крокодилами и ядовитыми змеями, и надо быть предельно осторожным, чтобы не подвергнуться неожиданному нападению.

На Американском и Европейском побережьях расселины скал на небольшой глубине нередко населяют крупные, до 10 кг, ракообразные — омары.

Их тропические сородичи лангусты не уступают омарам размерами, но лишены их могучих клешней.

Омаров и лангуст ловят с помощью остроги или вершами (плетенная рыболовная снасть конической формы), сплетенными из веревок, парашютных строп, гибких ветвей, волокон пальмовых листьев. В качестве приманки в верши закладывают подгнившее мясо рыб.

Наиболее богата живностью приливно-отливная зона. В часы, когда океан отступает, обнажая обширные песчаные отмели, здесь можно наловить крабов и креветок, собрать прилепившихся к валунам, обломкам скал и кораллов морских желудей и др. Среди многочисленных разнообразных моллюсков немало съедобных. Это и нарядные морские гребешки с плоскими раковинами, украшенными радиальными желобками, и изящные, с выпуклыми раковинами сердцевидки. По небольшим воронкам, из которых высовываются тоненькие трубки-сифоны, можно найти мию — крупного двустворчатого моллюска с белоснежной мягкой раковиной. Вполне съедобны литорины — одностворчатые, принадлежащие к классу улиток.

В речных эстуариях с твердым дном в холодных и тропических водах широко распространены устрицы.

Эти небольшие двустворчатые моллюски — весьма полезный продукт питания. В них содержатся витамины группы В и аскорбиновая кислота. Мясо устрицы, лишенное холестерина, содержит столько же протеина, сколько постная говядина. И хотя калорийность одной устрицы не более 10 ккал, ее главная пищевая ценность заключается в гликогене (животный крахмал, основной запасной углевод (полисахарид) животных и человека), который накапливает моллюск в своей мышце. Не уступают им по широте распространения и многочисленности мидии. Они тоже селятся на участках берега, защищенных от волн, прикрепляясь ко дну не самой раковиной, а пучком тонких клейких нитей-биссусов.

На дне лагун коралловых атоллов часто попадаются толстые вздутые известковые раковины одного из крупнейших океанских моллюсков — тридакны.

Иногда они относительно невелики (всего 10–20 см), и заметить их можно лишь по извилистой фиолетовой или зеленоватой линии мантии моллюска, окаймляющей его полуоткрытые створки. Но порой размерами тридакны достигают 1,5 м в поперечнике, а весом — 300 кг. Такие тридакны могут оказаться для неосторожного ныряльщика живым капканом. Стоит случайно попасть ногой в открытые створки раковины, как они мгновенно захлопываются.

Освободиться из ловушки можно, лишь перерезав замыкающую мышцу. Для этого нож просовывают между створками и рассекают ее быстрыми пилящими движениями. Эта белая упругая мышца довольно приятна на вкус и напоминает в сыром виде капустную кочерыжку. В пищу также используют мантию моллюска, отварив ее в течение 1–1,5 ч в соленой воде или прожарив.

На желто-белом песчаном дне лагун можно увидеть странное животное, напоминающее по внешнему виду пупырчатый огурец зеленоватой, коричневой и даже черной окраски. Это морской огурец, или голотурия. Обычно размеры его 30–40 см, однако встречаются экземпляры, достигающие полутора и более метров в длину. В пищу идут пять крупных белых мышц, расположенных вдоль тела животного. Их варят или жарят на медленном огне. В странах Востока некоторые виды голотурий — трепанги — пользуются большой популярностью и даже считаются деликатесом.

К тому же классу иглокожих относятся морские ежи — длинноиглый морской еж и др. Их мясо, особенно икра, после удаления колючего панциря вполне пригодно в пищу.

На песчаных тропических побережьях по следам, словно оставленным маленьким гусеничным трактором, отыскивают гнездо черепахи. Там, где след обрывается, — у края растительности, у бревна, подножия дюны, — углубившись в песок на 0,5–0,8 м. в воронкообразном гнезде можно собрать около ста крупных яиц в мягкой кожистой оболочке.

Своеобразной пищей служит крупный (30–40 см) многощетинковый кольчатый червь — палоло. Обычно в течение года он прячется в расщелинах скал, среди рифов, но в строго определенное время всплывает на поверхность океана для совершения брачного танца. В районе архипелага Самоа это происходит в октябре и ноябре, когда луна вступает в последнюю четверть.

В Атлантике, у берегов Флориды и Вест-Индии, родственный палоло червь размножается в течение 3 дней в последнюю четверть луны. между 29 июня и 23 июля. В Амбоине, на Малайском архипелаге, подобный червь, называемый "ваво", роится на вторую и третью ночь после полнолуния в марте и апреле. А японский палоло "бачи" появляется в октябре и ноябре после новолуния и полнолуния. Эта связь половой цикличности с фазами луны весьма примечательно.

Но что особенно интересно, в роении участвует, лишь его задняя часть. Разбухшая от яиц или молок, она отрывается от тела и всплывает. Передняя же еще глубже забивается в расщелину. Несметная масса палоло покрывает порой обширные пространства в десятки квадратных километров. Самки отличаются от светло-коричневых самцов своим серовато-индиговым или зеленоватым цветом. Вода становится опаловой (бледной, стекловидной). Ветер и течения образуют из икры длинные полосы, которые даже опытными моряками не раз принимались за буруны.

Палоло ловят, вычерпывая сеткой, банкой или черпаком прямо из воды. Эту густую, извивающуюся клубками коричневато-зеленую массу можно есть сырой без всяких приправ, завертывать в листья хлебного дерева или отваривать. Вкусом и запахом палоло напоминает свежую рыбью икру и считается у жителей Полинезии, Меланезии, Микронезии и Вест-Индии большим деликатесом.

Важным источником питания для людей, оказавшихся на берегу необитаемой земли, могут служить водоросли. Среди более чем 28 тыс. видов этих низших растений съедобными считаются около 80, но зато они широко распространены в прибрежной зоне морей и океанов — от фьордов (узкий глубоко вдавившийся в берег морской залив со скалистыми берегами) Гренландии до ледников Антарктиды. Водоросли необычайно богаты пищевыми веществами. Так, в пересчете на сухой вес они содержат от 5 до 50 % белков, от 40 до 70 % углеводов, от 1 до 3 % жиров. Их энергетическая ценность очень высока и достигает в некоторых случаях (диатомовые водоросли) калорийности шоколада. Но, что весьма важно, усвояемость водорослей человеческим организмом составляет 65–80 %. Одни виды водорослей можно употреблять в пищу сырыми, другие приходится сначала прожаривать, отваривать или высушивать.

Одной из наиболее распространенных водорослей, образующей настоящие подводные луга у берегов Китая, Японии, Америки, является бурая водоросль из рода ламинарий, называемая морской капустой. Это крупная водоросль с коротким стволиком и гигантским листообразным, зазубренным по краям, мясистым слоевищем темно-зеленого или желто-зеленого цвета, достигающим в длину 20 м. Слоевища богаты высокомолекулярными полисахаридами — ламинарином и маннитом, содержание которых достигает 42 % и более. Полезные свойства ламинарии настолько значительны, что еще в 17 в. китайский император Каньси издал указ, по которому каждый житель мукденской провинции должен был съедать не менее 5 фунтов ее в год.

Вкусовые качества ламинарии высоко ценятся у народов Юго-Восточной Азии. Достаточно сказать, что в Японии из нее приготовляют свыше трехсот блюд.

В рыбацких деревушках Ирландии охотно используют в пищу невысокие (от 3 до 5 см) кустики красной водоросли хондруса курчавого, называемого ирландским мохом. Его хрящеватые слоевища, окрашенные в различные цвета, от светло-желтого до пурпурного, вкусны в жареном и вареном виде.

Водоросль служит для приготовления полисахарида, используемого против простудных заболеваний. Шотландские рыбаки вместо овощного гарнира нередко употребляют красную водоросль из рода родимения (родимения дланевидная). Ее пластинчатые слоевища светло-розовой, розоватой или пурпурной окраски густо покрывают каменистое, скалистое ли ракушечное дно литорали (прибрежная часть морского дна, расположенная между уровнем воды в самый низкий отлив и уровнем воды в самый высокий прилив) и сублиторали Северной Атлантики и арктических морей.

В Англии и Уэльсе вас могут угостить лепешками из красной водоросли порфиры лопастной. Ее небольшие (до 2,5 см в высоту) тонкие розоватые или красные слоевища округлой формы со слабоволнистыми краями устилают дно верхней части литорали арктических морей и севера Атлантического океана.

Порфиру используют вместо овощной приправы или варят в уксусе, а из получившейся студенистой массы пекут лепешки.

Жители прибрежных районов многих стран нередко употребляют в качестве приправы к мясным и рыбным блюдам зеленую водоросль из рода ульва, так называемый морской салат. Пластинчатые ярко-зеленые слоевища, напоминающие по внешнему виду его "сухопутного однофамильца", промытые в морской воде, вполне съедобны в сыром виде. Но они становятся особенно вкусными, если их высушивать на солнце до тех пор, пока они не станут ломкими, а затем кусочки поджарить.

В холодных морях в нижней литорали и сублиторали широко распространена бурая водоросль алярия съедобная. Ее длинное (до 2 м) зеленовато-бурое слоевище имеет широкое среднее ребро. После непродолжительного вымачивания и варки оно становится мягким и приятным на вкус.

Обеспечить себя водой на островах вулканического происхождения, как правило, не составляет труда. Обычно там встречается немало речек, ключей, озер, родников. Значительно сложнее это сделать на коралловых атоллах. Вся пресная вода здесь — это дождевая влага, скапливающаяся в расселинах и углублениях рифа. Встречается она в виде подпочвенных и грунтовых вод, где образует своеобразные резервуары, называемые линзами Гибен-Герцберга, состоящие из соленой и пресной воды. Самая толстая часть линзы расположена под центром острова, утончаясь по направлению к берегу. Линзы двояковыпуклые, но верхняя пресная более плоская. Их радиусы соотносятся как 41:40. Размеры линз подвержены колебаниям в зависимости от дождей и приливов. Правда, некоторое количество пресной воды теряется при отливах. В эти часы можно заметить, как из берега чуть выше уровня моря струится множество ручейков пресной воды, вполне пригодной для питья.

И конечно, на подавляющем большинстве тропических островов можно утолить жажду молоком кокосовых орехов.







 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх