1. Викиномика

Искусство и наука производства на равных

Однажды вечером обычного для Канады сурового зимнего дня Роб Макюэн, руководитель компании Goldcorp Inc., стоял во главе стола в зале заседаний, заполненном геологами — руководителями подразделений компании. Новость, которую он должен был им сообщить, была плохой. Точнее, она была ужасной, и Макюэн едва сдерживал своё огорчение.

Небольшая компания, расположенная в Торонто, с трудом сводила концы с концами, постоянно сталкиваясь с забастовками, просроченными долгами и чрезвычайно высокими производственными издержками, заставившими компанию прекратить работы в рудниках. Рыночные условия сложно было назвать благоприятствующими. Рынок золота сокращался, и большинство аналитиков предполагали, что рудник в Ред-Лейк, Онтарио, разрабатывавшийся компанией в течение последних пятидесяти лет, вот-вот иссякнет. Ничто не предвещало наличия там новых залежей золота, и казалось, что рудник, а вместе с ним и сама компания близки к закрытию.

Напряжение нарастало. У Макюэна отсутствовал реальный опыт работы в золотодобыче, да и в целом в добывающей промышленности. Тем не менее этот молодой менеджер, управлявший взаимным фондом, ввязался в битву по приобретению компании и стал основным владельцем Goldcorp Inc. Немногие из находившихся в зале верили, что именно Макюэн сможет спасти компанию. Но Макюэн отмёл все сомнения.

Обратившись к геологам, он сказал: «Мы должны найти новые залежи в руднике, и мы сегодня не уйдём отсюда, пока у нас не будет плана поиска». По завершении встречи он передал геологам 10 миллионов долларов на дальнейшие разработки и отправил их собирать вещи для поездки в Северное Онтарио.

Большинство сотрудников сочли Макюэна сумасшедшим, однако исполнили его указания и начали бурить на самых глубоких и удалённых участках рудника. Удивительно, но спустя несколько недель они, гордые, вернулись в штаб-квартиру Goldcorp с великолепной новостью: результаты тестового бурения дали основание предполагать, что рудник содержит новые залежи, а их объём в тридцать раз превышает текущий объём добычи!

Открытие было удивительным и вряд ли могло быть более своевременным. Однако, к великому разочарованию Макюэна, последующие поиски не позволили геологам точно указать размер месторождения и его местонахождение. Макюэн считал крайне важным сделать отрасли, основанной на принципах старой экономики, прививку настойчивости, присущей современному рынку.

В 1999 году, всё ещё не до конца понимая, что будет дальше, Макюэн решил посвятить некоторое время личностному развитию. Как-то, находясь на конференции молодых руководителей компаний в Массачусетском технологическом институте, он присутствовал при обсуждении примера, связанного с Linux. Сидя в лекционной аудитории, Макюэн внимательно слушал замечательную историю о том, как Линус Торвальдс с группой программистов-добровольцев занимался разработкой компьютерной операционной системы мирового класса через Интернет. Лектор рассказал о том, как Торвальдс открыл код для всего мира, что позволило тысячам анонимных программистов принять участие в разработке и внести свой вклад в создание системы.

Макюэн почувствовал, что прозрел, и поудобнее устроился в кресле, чтобы всё хорошенько обдумать. Если сотрудникам Goldcorp самим не удалось найти в Ред-Лейк золото, то возможно, это мог бы сделать кто-то другой. И возможно, для того чтобы найти таких способных людей, компании следовало бы открыть процесс добычи, так же как Торвальдс открыл исходные коды Linux.

Макюэн поспешил обратно в Торонто, чтобы представить свою идею старшему геологу. «Я хочу взять все наши геологические данные с 1948 года, поместить их в один файл и поделиться этим файлом со всем миром, — заявил он. — А затем мы попросим весь мир сказать нам, где именно нужно найти очередные 6 миллионов унций золота». Макюэн увидел в таком подходе возможность привлечь некоторые лучшие умы в отрасли. Вполне понятно, сами сотрудники компании отнеслись к его идее достаточно скептически.

Добывающая промышленность любит хранить секреты, а помимо самих добываемых ископаемых самым ценным и хранимым ресурсом являются геологические данные. Это чем-то напоминает секрет Cadbury: компании крайне неохотно делятся такими секретами с кем-то ещё. Сотрудники Goldcorp не были уверены в том, что всемирное сообщество геологов откликнется на призыв Goldcorp таким же образом, как программисты — на призыв Линуса Торвальдса. Более того, их беспокоило то, как результаты конкурса могут сказаться на их собственной судьбе, с учётом того, что они сами оказались неспособны найти новые залежи.

Оглядываясь назад, Макюэн признаёт, что его стратегия была неоднозначной и рискованной. «Мы атаковали фундаментальное положение: вы никогда и никому не раздаёте данные о своей собственности, — говорит он и тут же добавляет: — Это настолько незыблемо, что никто и никогда не подвергал это сомнению». Как бы то ни было, Макюэн принял решение реализовать свою идею.

В марте 2000 года компания запустила программу Goldcorp Challenge, в рамках которой участники, предложившие наилучшие методы и расчёты, могли претендовать на часть призового фонда, составлявшего 575 тысяч долларов. Вся информация до мелочей (объём которой составил около четырёхсот мегабайт) об объекте собственности размером в 55 тысяч акров была размещена на сайте Goldcorp. Новость о конкурсе быстро распространилась по Сети, и к изучению данных приступило более тысячи виртуальных конкурсантов из пятидесяти стран мира.

Прошло некоторое время, и в головной офис Goldcorp устремился поток ответов со всего мира. Как и предполагалось, геологи активно включились в процесс. Однако ответы поступали и из совершенно неожиданных источников — от студентов, консультантов, математиков, военнослужащих, — каждый из которых хотел внести свою лепту. «Прикладная математика, прикладная физика, системы искусственного интеллекта, компьютерная графика, органические решения для неорганических проблем. Я никогда не видел, чтобы в отрасли использовался столь широкий инструментарий для решений, — говорит Макюэн. — Когда я увидел компьютерную графику, я чуть не упал со стула». Участники конкурса определили сто десять целей на участке в Ред-Лейк, причём 50 % из них не были ранее обозначены самой компанией. Свыше 80 % новых целей оказались результативными и позволили добыть значительные объёмы золота. Фактически, с момента объявления конкурса компании удалось изыскать месторождения поразительно большого объёма — в 8 миллионов унций. По подсчётам Макюэна, в результате творческого сотрудничества удалось снизить срок изыскательских работ на два-три года.

В наши дни Goldcorp пожинает плоды своего метода открытого подхода к изыскательской деятельности. Конкурс позволил добыть значительный объём золота и почти мгновенно превратил убыточную компанию с оборотом 100 миллионов долларов в гиганта с оборотом 9 миллиардов, а почти незаметную шахту в Северном Онтарио — в одно из наиболее инновационных и прибыльных месторождений во всей отрасли. Стоит ли говорить, что Макюэн счастлив. Счастливы и акционеры компании. Сто долларов, вложенные в компанию в 1993 году, могли бы к сегодняшнему дню превратиться в 3 тысячи.

Возможно, едва ли не самым главным уроком Goldcorp Challenge явилось то, что необычный подход к изысканиям в рамках до сих пор консервативной и закрытой отрасли может быть вполне оправдан. Сделав публичной информацию о своей собственности, Роб Макюэн изменил общий тренд развития отрасли, но одновременно он смог превратить неповоротливый процесс геологических изысканий в современный механизм поиска золота, который дал возможность привлечь группу наиболее талантливых специалистов в этой области.

Макюэн смотрел на вещи по-новому. Он понял, что лучшие мыслители, способные на открытия, могут находиться за пределами его собственной организации. Поделившись с ними некоторой интеллектуальной собственностью, взамен он приобретал силу и способности коллективного гения. Действуя таким образом, он смог на практике столкнуться с будущим инноваций, бизнеса и новым процессом создания ценности и всего остального. Добро пожаловать в мир викиномики, в котором массовое сотрудничество способствует изменению каждого общественного института.

Новый мир викиномики

Вследствие глубоких изменений в технологии, демографии, бизнесе, экономике и мире в целом мы вступаем в новую эру, когда степень участия людей в экономике велика, как никогда раньше. Такая более высокая степень участия достигла очередной стадии, при которой новые формы массового сотрудничества меняют процессы изобретения, производства, продвижения и дистрибьюции товара на всём глобальном рынке. Такие изменения предоставляют любой компании или человеку, вовлечённому в процесс, большие перспективные возможности.

В прошлом сотрудничество носило локальный характер. Оно происходило между семьями, друзьями, соседями, участниками небольших сообществ, в том числе отделов на работе. Крайне редко такое сотрудничество носило массовый характер, и обычно это случалось в периоды всплесков политической активности. Вспомните протесты против войны во Вьетнаме или совсем недавние акции антиглобалистов в Сиэтле, Турине и Вашингтоне. Никогда раньше у отдельных личностей не было возможности соединиться в гибкие сети единомышленников для постоянного и мобильного производства товаров или услуг.

Большинство людей следовали ограниченной экономической роли, выступая в качестве пассивных потребителей массовой продукции или сотрудников, захваченных организационной бюрократией и исполнявших в её рамках приказы руководителя. Даже избранные ими самими представители с трудом скрывали своё пренебрежение к участию в процессе формулирования решений снизу вверх. В целом, можно сказать, что огромная масса людей была исключена из процесса обмена знаниями, властью и капиталом, а следовательно, и из распределения экономических результатов.

В наши дни всё изменилось. Доступность информационных технологий растёт, предоставляя инструменты сотрудничества, создания ценности и конкуренции практически каждому. Это даёт возможность людям свободно участвовать в процессе инноваций и создания ценности в каждой экономической отрасли. Миллионы людей уже объединяют свои усилия в самоорганизующихся союзах, создающих динамичные новые продукты и услуги и бросающих тем самым вызов крупнейшим и богатейшим компаниям мира. Такая новая модель инноваций и создания ценности получила название "рееr production"[13], или пиринг-модель[14] (далее по тексту также «производство на равных»). Она описывает, что происходит, когда массы людей и компаний свободно сотрудничают для продвижения инноваций и стимулирования роста в своих отраслях.[15]

Некоторые примеры производства на равных уже приобрели повсеместную известность. По состоянию на август 2006 года, экстравагантный сетевой проект MySpace обрел 100 миллионов пользователей — и рос на полмиллиона каждую неделю, — имея основным двигателем размышления, связи и профили участников. MySpace, YouTube, Linux и Википедия — примеры массового сотрудничества — это только начало; это лишь несколько первых букв первой главы многотомной саги, которая изменит принципы работы экономики. На последующих страницах книги мы опишем семь уникальных форм производства на равных, делающих экономику динамичной и производительной. На протяжении всей книги мы будем рассказывать читателям истории и давать советы тем бизнесменам, которые хотели бы применить эту новую силу для развития собственного бизнеса.

Эра участия

Их можно назвать «оружием массового сотрудничества». Новые низкозатратные инструменты сотрудничества — начиная с бесплатной интернет-телефонии и заканчивая программами с открытым доступом, предназначенными для создания глобальных аутсорсинговых платформ, — позволяют многим тысячам отдельных людей и небольших компаний совместно создавать продукты, выходить на новые рынки и поражать клиентов способами, ранее доступными лишь крупным корпорациям. Это делает возможным появление новых форм сотрудничества и бизнес-моделей, которые обогатят готовые к этому компании и разрушат те, что не смогли адаптироваться.

Переворот, происходящий прямо сейчас в средствах массовой информации и индустрии развлечений, даёт понимание того, как массовое сотрудничество способно перевернуть с ног на голову целую индустрию. Заслуженные гуру, бывшие бастионом «профессионализма», вынуждены делить сцену с творцами-«любителями», постоянно нарушающими их покой. Десятки миллионов людей делятся новостями, информацией и точками зрения в блогосфере, самоорганизующейся сети, состоящей из более чем 50 миллионов персональных сайтов и ежесекундно обновляющейся.[16]Некоторые крупные веблоги (также для краткости называемые блогами) ежедневно посещаются полумиллионом пользователей,[17] то есть количество их читателей превышает тиражи многих ежедневных газет. Появившиеся в последнее время аудиоблоги, подкасты и блоги, на которых размещаются фотографии с мобильных телефонов, способствуют развитию динамичного, ежеминутно обновляющегося потока новостей, передающихся от человека к человеку, и свободному распространению информации через Интернет.

Уже сейчас люди могут делиться знаниями, вычислительными мощностями, каналами доступа в Интернет и другими ресурсами, что позволяет создать широкий ряд бесплатных и открытых для доступа товаров и услуг, которые могут модифицироваться или использоваться каждым участником. Более того, участие в таких системах является достаточно незатратным, что делает коллективные действия ещё более привлекательными. По сути, производство на равных является социальной деятельностью. Всё, что вам нужно для входа в проект, — это компьютер, связь с Сетью и некоторая степень инициативности и креативности.

Такие новые союзы не только обслуживают коммерческие интересы, но и позволяют людям безвозмездно заниматься некоторыми вещами, например содействовать лечению генетических заболеваний, предсказывать глобальные климатические изменения, находить новые планеты и звёзды.

К примеру, исследователи в Olson Laboratory используют мощный суперкомпьютер для изучения прототипов лекарств, способных когда-нибудь излечить СПИД. Но это не обычный компьютер. Разрабатываемая исследователями инициатива, получившая название FightAIDS@home, является частью World Community Grid — глобальной сети, миллионы участников которой предоставляют с помощью Интернета свободные мощности своих компьютеров для того, чтобы сформировать одну из самых мощных в мире компьютерных платформ.

Эти изменения наряду с другими направляют нас в новый мир, в котором знания, власть и производственные мощности будут распределены больше, чем когда-либо в истории, — мир, в котором новая ценность будет создаваться быстро, изменчиво и прерывисто. Это мир, в котором выживут только те, кто связан с другими. Грядёт перераспределение власти, и всё больше проявляется новое правило бизнеса: «Войди в новые связи или умри». Те, кто не сможет соответствовать новой доктрине, обнаружат, что находятся в ещё большей изоляции — они отрезаны от сетей, внутри которых создаётся новая ценность распределения, адаптации и обновления знания.

Это может показаться преувеличением, но это именно так. Давайте рассмотрим некоторые пути, следуя которым самые обычные люди могут участвовать в деятельности глобального экономического организма.

Вместо того, чтобы читать книгу, вы можете сами написать её. Для этого вам достаточно просто зарегистрироваться на сайте Википедии — онлайновой энциклопедии, никому не принадлежащей и создаваемой десятками тысяч энтузиастов. Сайт обслуживают всего пять штатных сотрудников, а объём энциклопедии уже в десять раз больше, чем у Энциклопедии «Британника» при сопоставимой степени корректности данных.[18] Сайт использует вики — программный продукт, позволяющий пользователям редактировать содержание веб-страниц. Несмотря на риски, присущие открытой для редактирования энциклопедии, в которую каждый может добавить свою точку зрения, и постоянные битвы с клеветниками и диверсантами, Википедия продолжает расти в объёме, качестве и количестве посещений. Англоязычная версия энциклопедии уже сейчас насчитывает больше миллиона статей, а количество родственных сайтов на других языках — от польского и японского до иврита и каталанского, равно девяноста двум.

Другой пример — химия. Если вы занимаетесь или занимались химией и являетесь, к примеру, пенсионером, сотрудником с неполной занятостью или студентом, ваша помощь может понадобиться компании Procter&Gamble. Скорость развития инноваций в её отрасли за последние пять лет удвоилась, и компании для удержания лидирующих позиций уже недостаточно армии из 7,5 тысяч штатных исследователей. Вместо того, чтобы нанять ещё больше исследователей, руководитель компании Эй. Джи. Лэфли[19] дал указание руководителям подразделений использовать для получения идей относительно новых продуктов или услуг внешние ресурсы и сделать так, чтобы этот источник приносил не менее 50% всех новых идей. Теперь вы можете работать на P&G, не являясь штатным сотрудником. Просто зарегистрируйтесь в сети InnoCentive, где вам и 90 тысячам других учёных предоставляется возможность за вознаграждение помочь компании решить её задачи или проблемы в области исследовательской работы. InnoCentive представляет собой лишь один из революционных рынков, на котором происходит встреча учёных с задачами, стоящими перед компаниями, находящимися в поиске инноваций. P&G и тысячи других компаний ищут на таких рынках новые идеи, изобретения и уникальные мозги, способные создать новую ценность в уже существующих условиях.

Точно так же могут действовать специалисты в области СМИ. Вместо того, чтобы просто потреблять телевизионные новости, вы получаете шанс создавать их сами, вместе с тысячами независимых непрофессиональных журналистов, ставящих профессию с ног на голову. Вы устали от знакомых лиц и пустых разговоров на экране? Выключите телевизор, возьмите камеру и недорогое программное обеспечение для редактирования видео — теперь вам под силу выпускать собственные новости для Current TV, новой национальной кабельной и спутниковой сети, содержание программ которой полностью создаётся непрофессиональными участниками. Хотя эта работа делается добровольно и не оплачивается, содержание оказывается на удивление достойным. Current TV обеспечивает участников онлайновыми учебными материалами по управлению камерой, а также делится различными техническими деталями. Информация о технологии создания сюжетов позволит участникам легко включиться в работу. Зрители голосуют за то, какие сюжеты достойны трансляции, в результате чего получают только самые захватывающие материалы в прайм-тайм.

И, наконец, молодой человек из Индии, Китая, Бразилии или житель любой активно развивающейся восточноевропейской страны способен в наши дни делать то, о чём его родители могли только мечтать, а именно — вступить в глобальную экономику в качестве равноправного участника. Вы можете работать в колл-центре в Бангалоре, принимая заказы для придорожного ресторана в Лос-Анджелесе. Или вы можете обнаружить себя в новом корпоративном городе компании Foxconn в китайской провинции Шеньжень, где всего лишь десять лет назад крестьяне пахали землю с помощью рогатого скота. Сегодня же в огромном высокотехнологичном лагере Foxconn работают, живут, учатся и развлекаются свыше 180 тысяч разработчиков и производителей бытовой электроники для тинейджеров всего мира.

Игрокам любой отрасли подобное изобилие участников и возможностей для сотрудничества представляется одновременно бодрящим и пугающим. По мнению руководителя New Paradigm Дэвида Тиколла, «не все меры самоорганизации являются плодотворными или работоспособными. В каждой отрасли развитие возможностей для самоорганизующегося сотрудничества может быть полезным, нейтральным или опасным с точки зрения конкуренции для каждой отдельной компании, а возможно, противоположные факторы будут действовать на неё одновременно в разных пропорциях». Например, для традиционных «бумажных» издательств наступили тяжёлые дни. Блоги, статьи в Википедии, чаты, поисковые машины, рекламные аукционы, пиринговые сети и персональные трансляции представляют собой новые способы развлечения, коммуникации и осуществления сделок. В каждом из этих примеров традиционно пассивные потребители информации и рекламы начинают играть активную роль, участвуя в создании ценности. Некоторые из этих инноваций содержат прямую угрозу существующим бизнес-моделям.

Издатели музыкальной продукции, книг, фильмов, программного обеспечения и телевизионных программ напоминают канареек в угольных шахтах — именно они первыми страдают от революции, распространяющейся в различных отраслях. Многие признанные титаны индустриальной экономики чувствуют угрозу. Несмотря на героические попытки измениться, они остаются в рамках традиционных схем руководства и контроля. Компании вот уже три десятилетия пытаются изменить свои бизнес-операции с тем, чтобы остаться конкурентоспособными в гиперконкурентной экономике. Они сокращают издержки при любом удобном случае, пытаются стать более «клиентоориентированными», создают глобальные производственные сети и переводят свои исследовательские подразделения в другие страны мира.

В наши дни титаны индустриальной эры, к своей великой досаде, начинают понимать, что настоящая революция начинается только сейчас. Теперь они не конкурируют с такими же, как они сами; основным их конкурентом становится соединенная множеством связей бесформенная масса самоорганизующихся личностей, твёрдо держащих в одной руке свои экономические потребности, а в другой — свою экономическую судьбу. «Мы, Народ»[20] — теперь не только выражение из лексикона политиков. В наши дни эта фраза становится многообещающей одой силе «масс»; кроме того, именно это выражение описывает то, как простые люди — работники, потребители, члены сообществ и налогоплательщики — приобретают силу для инноваций и создания ценностей на глобальном уровне.

Для умных и толковых компаний подобная вздымающаяся волна массового сотрудничества превращается в отличную возможность. Как показывает история Goldcorp, даже самые что ни на есть старые отрасли могут воспользоваться плодами этой революции для создания ценности непривычным образом. Компании могут сеять семена инноваций вдали от привычных стен и пожинать обильный урожай. На самом деле, компании, которые развивают быстрые и основанные на доверии связи с внешними сотрудниками, способны создать гибкие экосистемы бизнеса, что, в свою очередь, позволяет создавать ценность более эффективным образом по сравнению с иерархически организованными структурами.

Отдельным личностям и небольшим компаниям предоставляется возможность узреть рождение новой эры, возможно даже золотой эры, такой как итальянская эпоха Возрождения или расцвет афинской демократии. Массовое сотрудничество вне границ, отраслей и культур одновременно приносит экономические выгоды и удовольствие. Мы способны на равных совместно создавать операционные системы, энциклопедии, средства массовой информации, инвестиционные фонды и даже физические объекты, такие как мотоциклы. Мы сами становимся экономикой — гибкой глобальной сетью специализированных производителей, обменивающихся услугами в сфере развлечения, обеспечения средств к существованию и обучения. Возникает новая экономическая демократия, в которой каждому из нас принадлежит ведущая роль.

Обещания и опасности

Как свидетельствует опыт, первая волна изменений, вызванных появлением Интернета, была несколько переоценена. Трезвый анализ текущего состояния дел показывает, что новая реальность может быть как благом, так и бедствием. Массовое сотрудничество позволяет растущей когорте связанных между собой индивидуумов и организаций создавать уникальное благо и достигать беспрецедентных высот в обучении и научных исследованиях. Если мы будем вести себя по-умному, то сможем применить эту способность, создавая возможности для каждого и бережно относясь к природным ресурсам планеты. Однако новая реальность способна вызвать гигантский переворот, смещение и угрозу для общества, компаний и отдельных людей, неспособных адаптироваться к столь значительным изменениям.

Так же, как и в случае предыдущих экономических революций, требования к отдельным личностям, организациям и целым странам будут только нарастать, и их воздействие может оказаться травматичным в ситуациях, когда старые отрасли и привычный уклад будут постепенно уступать место новым процессам, технологиям и моделям бизнеса. Игровое поле открыто; возникающая время от времени необходимость изменений в людях и их способностях удовлетворять постоянно меняющийся рынок потребует от каждого изменить свой карьерный путь и начать его заново.

Как показывают недавние события, уменьшающийся, более открытый и взаимозависимый мир может быть динамичным и вибрирующим, однако, с другой стороны, он становится гораздо более уязвимым для террористических атак и деятельности криминальных группировок. Точно так же, как учёные и разработчики программ могут сотрудничать по социально значимым проектам, преступники и террористы могут плести свои заговоры с помощью Интернета с целью разрушения привычного для нас уклада.

Массовое сотрудничество, даже основанное на добросовестных намерениях, разумеется, не является панацеей. Люди, организованные в группы для создания продуктов, услуг или объектов развлечения, могут создавать как возможности, так и новые проблемы. Известный учёный в сфере компьютерных технологий, композитор и литератор Джерон Ланье[21] выражает своё беспокойство по поводу того, что сообщества типа Flickr, MySpace и Википедии представляют собой новую форму «онлайнового коллективизма», в которой отдельные голоса тонут в мутном анонимном потоке всеобщей посредственности. Ланье озабочен тем, что «кажется вполне приемлемым концентрировать влияние всего в нескольких точках, объединяющих коллективы с возрастающей степенью власти и кажущейся достоверности». Он вполне справедливо заключает, что подобные идеи при их осуществлении диктаторами типа Сталина или Пол Пота могли бы привести к ужасающим последствиям. Однако его аргументация практически не выдерживает критики, когда он пытается применить свой термин «коллективной глупости» к развивающимся формам массового сотрудничества в Сети.

Другие мудрые и думающие люди наподобие Билла Гейтса из Microsoft жалуются на то, что в мире практически перестали существовать стимулы для производителей знания. Талантливые личности объединяют свои усилия для создания бесплатных продуктов, вполне способных соревноваться с продукцией, обладающей патентной защитой. Гейтс считает, что в самом факте наличия такого движения по построению «общего творчества» заключается потенциальная угроза для прибылей в отраслях, основанных на знании, в частности, отрасли по производству программных продуктов. Многие руководители компаний солидарны с Гейтсом и с удовольствием при любом случае набрасываются на тех, кого считают новыми «коммунистами».

С учётом складывающихся обстоятельств такая реакционная позиция вполне понятна. Создание знаний, товаров и услуг становится деятельностью большого числа сотрудничающих между собой индивидуумов, и количество сотрудников здесь не ограничено. Соответственно, возникает опасность ущемления интересов тех, кто доселе успешно процветал под защитой разнообразных барьеров на вход, включая высокую стоимость приобретения финансового, физического и человеческого капитала, необходимого для успешной конкуренции. Компании, привыкшие к лёгкому управлению рынками, должны теперь принимать во внимание новые и неизвестные им источники конкуренции, включая самоорганизующиеся массы. А различные представители элиты (будь то журналисты, преподаватели, аналитики или политики) должны прилагать всё большие усилия, чтобы доказать, что прежние лидеры по праву заслуживают особого отношения и в новые времена. Поскольку глобальное разделение труда становится всё более сложным, разнообразным и динамичным, экономика начинает постепенно выпадать из сферы контроля «обычных подозреваемых». И, несмотря на обязательные потери, количество победителей превысит количество проигравших. Мы искренне верим в то, что новая эра принесёт больше экономических возможностей для личностей и компаний, а также послужит росту эффективности, креативности и инновационности в экономике в целом.

И хотя мы не можем согласиться с Ланье и Гейтсом, оба они задают крайне важные вопросы, и мы будем возвращаться к этим вопросам на протяжении всей книги. Пока же скажем, что «массовое сотрудничество» (mass cooperation) и «производство на равных» (peer production) являются не синонимами, а антонимами коммунизма, описываемого Гейтсом и Ланье. Как замечает пионер цифровой эпохи Говард Рейнгольд,[22] «коллективизм предполагает наличие насилия и централизованного контроля; коллективные действия означают свободный выбор и распределённую координацию». В то время как коммунизм душит индивидуальность, массовое сотрудничество именно на ней и основано, а компании широко используют распределённые системы вычислений и коммуникационные технологии, достигая тем самым общего желательного исхода, создаваемого добровольными и гибкими сообществами.

Более того, происходящие в настоящее время события позволяют миллиардам людей играть активную роль на своих рабочих местах, в сообществах странах или даже на уровне глобальной экономики. Вследствие этого национальные правительства становятся более ответственными, и миллионы людей могут быть вытащены из бедности.

Неверно предполагать, что новый способ коллективных действий представляет для традиционного бизнеса исключительно угрозу. Многие боятся, что массовое сотрудничество сократит количество отраслей, в которых возможны рост и получение прибыли. Мы покажем, что это не так. Новые модели производства на равных могут принести любому подготовленному менеджеру новые обширные возможности для развития инновационного потенциала путём привлечения ресурсов, как внутри компании, так и вне её. Правильно действующие компании, способные научиться методам участия и совместного творчества в динамичной растущей глобальной сети соратников, смогут достичь высоких уровней роста и инновационности. Вместо того чтобы размышлять относительно возможных угроз со стороны самой мощной экономической силы нашего времени, компании могут попытаться использовать новые механизмы сотрудничества в своих интересах.

Всё активнее развивается новое искусство и наука сотрудничества — мы называем её «викиномикой». Мы ведём речь не только о создании онлайн-энциклопедий и прочих документов. Вики — это гораздо больше, чем просто программный продукт, позволяющий многим людям редактировать содержимое веб-сайта. Это слово является метафорой новой эры сотрудничества и участия, которая, как пел Боб Дилан, «уже скоро будет трясти ваши окна и расшатывать ваши стены». Используя другую цитату того же автора, можно сказать, что «времена и вправду меняются».

Что нового обещает сотрудничество?

Проведём простой тест на словесные ассоциации. Что первое приходит вам на ум, когда вы слышите слово «сотрудничество»? Большинство людей представляют себе группы людей, счастливо и производительно работающих бок о бок. В реальной жизни мы сотрудничаем с товарищами на собраниях, работаем над совместным проектом с другими учащимися или взаимодействуем со своими соседями, желая сохранить или улучшить степень спокойствия в нашем районе. В бизнесе мы сотрудничаем с коллегами по офису, партнёрами в сбытовой цепочке и внутри команд, координирующих взаимодействие между различными элементами и уровнями организации. Мы сотрудничаем в исследовательских проектах, совместно пытаемся организовать прорыв в продажах или планируем маркетинговые кампании.

Как говорит руководитель Google Эрик Шмидт,[23] «когда обычный человек сорока пяти лет слышит от вас слово «сотрудничество», то думает, что вы имеете в виду то же, что и он, — сидящие за круглым столом команды, мило беседующие по милым вопросам. Так понимает сотрудничество большинство людей».

Мы же говорим о совершенно других вещах. Новый дух сотрудничества заключается в том, что при помощи производства на равных мы сможем более эффективно и результативно, чем когда-либо ранее, использовать человеческие навыки, интеллект и мастерство. Это звучит как сказка. Однако представьте — если вам удастся выстроить широкую горизонтальную сеть коллективного знания и способностей, то вы сможете использовать для своих целей гораздо больше ресурсов, чем находится внутри вашей компании. Речь может идти о проектировании самолёта, сборке мотоцикла или анализе генома человека. Единственной способностью, определяющей уровень компетенции менеджера или компании, становится его или её способность собрать воедино для реализации цели таланты отдельных личностей и организаций. Уже в скором будущем эта новая модель производства на равных заменит традиционные корпоративные иерархии и станет новой движущей силой экономики.

В главе 2 мы обсудим социальные, экономические и демографические силы, питающие растущую волну массового сотрудничества. Разумеется, более всего остального на развитие новой эпохи влияет развитие Интернета. Растёт вычислительная мощность, развиваются новые способы подключения к сетям, расширяется географический охват. Появляется больше способов доступа к инструментам, необходимым для организации, создания ценности и конкуренции. Таким образом, новая Сеть разрушает последние плотины и освобождает бурный поток возможностей для участия.

У этой новой Сети есть много имён: Веб 2.0,[24] живая Сеть, Hypernet, активная Сеть, read/write Web.[25] Называйте это, как считаете нужным, — смысл всё равно остаётся прежним. Мы все находимся в восходящем потоке развития глобальной и всеобъемлющей платформы расчётов и сотрудничества, которая по-новому выстроит практически каждый аспект человеческих взаимоотношений. Старая Сеть ассоциировалась с веб-сайтами и переходами с одного сайта на другой, новая же Сеть связана с сообществами, участием и пирингом (или взаимодействием на равных). Постоянное увеличение количества пользователей и вычислительной мощности вкупе с упрощением инструментов взаимодействия превращает Интернет в глобальный, живой сетевой компьютер, на котором каждый может создавать свои программы. Даже самые простые действия, которые вы совершаете в рамках онлайнового сообщества, позволяют развиваться цифровому пространству. И в данном случае неважно, пытаетесь ли вы построить бизнес на сайте Amazon, или размещаете свой клип на YouTube, создаёте сообщество, посвященное обсуждению ваших фотографий на сайте Flickr, или редактируете статью в Википедии, касающуюся вопросов астрономии.

Более миллиарда человек уже сейчас связаны между собой в Веб 2.0 и (в отличие от Веб 1.0) эта связь получает постоянную поддержку в реальном мире — в беспроводную сеть вовлечены такие материальные объекты, как гостиничные двери или автомобили. Возникли новые виды услуг — от бесплатной видеотелефонии на большие расстояния до консультаций по хирургии мозга на расстоянии и в режиме реального времени. Новая сеть покрывает планету как кожа и напрямую связывает производственную линию по изготовлению микрочипов, расположенную в Сингапуре, со складом чипов в Денвере, штат Колорадо.

Когда пройдёт двадцать лет, мы будем вспоминать сегодняшний день в начале XXI века как критически важную точку, на которой произошёл переворот в экономической и социальной истории. Мы будем полностью осознавать, что вошли в эпоху, основанную на новых принципах, точках зрения и моделях бизнеса — новую эпоху, в которой изменилась сама суть нашей игры.

Изменение спроса со стороны наших потребителей приведёт к тому, что компании не смогут выжить, ориентируясь для удовлетворения внешних потребностей лишь на внутренние ресурсы. Точно так же они не смогут выжить, имея связи лишь с ограниченным количеством партнёров, — они просто не смогут удовлетворять потребности клиентов с достаточной быстротой, инновационностью и надлежащей степенью контроля. Вместо этого, компании будут работать и творить совместно со всеми — партнёрами, конкурентами, учителями и преподавателями, правительством, и, в первую очередь, с самими клиентами.

Для того чтобы быть способным к инновациям и достичь успеха, каждый лидер должен включить массовое сотрудничество как в список своих инструментов, так и в лексикон. Учиться совместному творчеству и работе с постоянно меняющимся кругом самоорганизующихся партнёров становится так же важно, как и создавать бюджеты, заниматься научно-исследовательской работой или планированием.

Принципы викиномики

Новое понимание массового сотрудничества изменяет само видение того, как компании и общество в целом используют знание и способности для инноваций и создания ценности. Это влияет практически на каждый сектор экономики и каждый аспект управления. Развивается новый вид бизнеса, открывающий двери всему миру, сотрудничающий с каждым (в особенности, с собственными клиентами), делящийся ресурсами, прежде скрытыми за семью замками, получающий огромную выгоду от массового сотрудничества и ведущий себя не как традиционная международная компания, а как глобальная компания нового типа. Компании подобного типа проводят наиболее значительные изменения в своих отраслях и переписывают многие правила конкуренции.

А теперь сравните такой подход с традиционным взглядом на бизнес. Принято считать, что компании конкурируют, пытаются отличиться друг от друга и занимаются инновациями, делая некоторые известные вещи: привлекая лучших сотрудников, тщательно защищая интеллектуальную собственность, фокусируясь на потребителях, думая глобально и действуя локально и выстраивая исполнительскую дисциплину (то есть хорошую систему управления и контроля). Однако для нового делового мира этих правил недостаточно, а в ряде случаев они попросту неприменимы.

Искусство и наука викиномики основаны на четырёх мощных новых идеях: открытости, пиринге, доступе и умении делиться, и глобальном характере деятельности. Эти принципы заменяют собой прежние. По ходу нашего повествования мы будем постоянно показывать вам примеры того, как люди и организации используют эти новые принципы для проведения инноваций на своих рабочих местах, в своих сообществах и отраслях.

Открытость

Это слово имеет множество значений и оттенков. Помимо прочего, слово «открытость» ассоциируется с честностью, прозрачностью, свободой, гибкостью, экспансивностью, вовлечённостью и доступом. Однако этот термин крайне редко используется в описании традиционной компании, и до недавнего времени открытость так же не являлась характеристикой экономики в целом. Лишь недавно самые предусмотрительные компании начали переосмысливать значение понятия «открытость», и это привело к изменениям в ряде важных функций бизнеса, таких как кадровая политика, промышленные стандарты, коммуникации и инновации.

Компании традиционно относятся к сетям, предоставлению доступа и поддержке самоорганизующихся систем с определённым подозрением. Во многом это происходит из-за устоявшегося мнения о том, что компании способны сохранять конкурентоспособность, лишь держа свои самые ценные активы плотно прижатыми к себе обеими руками. Если речь шла, к примеру, о человеческом ресурсе, то компании должны были нанимать лучших людей на рынке, мотивировать, развивать и удерживать их, так как именно люди являются основой конкурентоспособности. Сегодняшние компании, открывающие свои границы внешним идеям и человеческим ресурсам, гораздо более результативны, чем компании, полагающиеся исключительно на собственные ресурсы и способности.

Новое понимание открытости завоёвывает всё большую популярность среди менеджеров в связи с научным и технологическим развитием. Большинство компаний в принципе не могут глубоко заниматься исследованиями, связанными с их продукцией, не говоря уже о том, чтобы эффективно удерживать у себя лучшие умы индустрии. Поэтому компании, стремящиеся оставаться в авангарде собственной отрасли, должны шире открыть двери для всех талантов внешнего мира, стоящих за стенами компании.[26]

Открытость ведёт и к изменению стандартов. В сегодняшней сложной и динамичной экономике недостатки и дополнительные обязательства, возникающие из-за отсутствия или недостаточности стандартов, быстрее становятся очевидными, а их негативное воздействие — более серьёзным и продолжительным, чем когда-либо ранее. На протяжении многих лет отрасль информационных технологий сражалась с концепциями открытых систем и открытых источников. И лишь в последние годы началось стихийное движение в сторону открытых стандартов — не в последнюю очередь из-за того, что этого потребовали клиенты отрасли. Им надоело, что они постоянно замкнуты внутри программной архитектуры конкретного поставщика, в которой приложения являются отдельными островами и перенос которых на оборудование других поставщиков невозможен. В своё время компании Microsoft удалось заработать много денег именно потому, что она смогла предоставить стандартную платформу, на которой разработчики программного обеспечения могли предлагать свою продукцию, вне зависимости от брэнда самого компьютера. Изменение в сторону открытости усилилось, когда профессионалы в области информационных технологий начали сотрудничать по широкому ряду открытых проектов. Так в результате сотрудничества появились платформы Apache для веб-серверов Linux для операционных систем, MySQL для баз данных, Firefox для браузеров, да и сама Всемирная паутина.

Более того, теперь активно развивается ещё одна грань открытости — передача прежде секретной информации партнёрам, сотрудникам, клиентам, акционерам и другим заинтересованным участникам системы. Прозрачность, то есть раскрытие информации, составляет основу сетевой экономики. Дело вовсе не в том, что необходимо соблюдать законы, связанные с раскрытием финансовой информации. Это не имеет отношения к Комиссии по ценным бумагам и биржевым операциям,[27] Закону Сарбей-нса-Оксли,[28] генеральному прокурору штата Нью-Йорк Элиоту Спйтцеру[29] или предотвращению ситуаций, когда бывшие руководители компаний дефилируют перед телекамерами в наручниках в сопровождении спецагентов. Скорее, речь здесь идёт о том, что люди и организации, взаимодействующие с компанией, получают беспрецедентный доступ к важной информации о её поведении, деятельности и результатах работы. Вооружённые новыми инструментами для выяснения, информирования других и самоорганизации, заинтересованные стороны исследуют деятельность фирмы так глубоко, как никогда раньше.

Потребители способны яснее разглядеть реальную ценность продукта. Сотрудники получают ранее недостижимую информацию о стратегии компании, её управлении и стоящих перед ней проблемах. Партнёры узнают больше об организации деятельности друг друга и могут сотрудничать по-новому. Сильные институциональные инвесторы, владеющие или управляющие в наши дни основным благосостоянием, смогут развить рентгеновское зрение. В мире, где связь осуществляется мгновенно, где донос не считается недостойным занятием, где средства массовой информации обладают крайней степенью любопытства, с помощью поисковой системы в Интернете может быть получена практически любая информация, любой гражданин и любое сообщество способны рассматривать деятельность любой компании под микроскопом.

Ведущие компании готовы предоставлять информацию всем этим группам, потому что они получают от такого предоставления значительные положительные результаты. Прозрачности не стоит бояться, потому что она является новой мощной силой, способной принести успех. Разумные компании движутся в сторону прозрачности и активно раскрываются. Наше исследование показывает, что прозрачность крайне необходима деловым партнёрам, она снижает трансакционные издержки и ускоряет процессы обмена в деловых сетях. Сотрудники открытых компаний больше доверяют друг другу и компании в целом — это приводит к снижению издержек, ускорению инноваций и росту лояльности. И когда компании (наподобие Progressive Insurance) открыты своим клиентам и честно делятся с ними информацией о своих ценах по сравнению с конкурентами (даже если сравнение идёт не в их пользу), клиенты отвечают доверием.[30]

И наконец, стоит заметить, что экономика и общество также постепенно открываются. Говоря о причинах, по которым десятки вполне конкурентоспособных стран вошли в глобальную экономику, чаще всего имеют в виду падение торговых барьеров и информационные технологии. Однако не стоит преуменьшать роль образования. В наши дни любознательная студентка из Мумбаи, мечтавшая попасть в Массачусетский технологический институт, может получить всю его учебную программу, не платя ни цента в качестве вступительного взноса. Она просто подключается к его сети и сразу же видит надпись «Добро пожаловать в Программу открытого образования МТИ.[31] Эта программа является открытым образовательным ресурсом[32] для преподавателей, студентов или людей, занимающихся самообразованием во всём мире. Программа поддерживает общую миссию МТИ — продвигать знания и образование и служить в XXI веке всему миру. Вы можете познакомиться с программой и профессурой одного из ведущих университетов в мире и заняться изучением широкого спектра предметов — от аэронавтики до зоологии. Материалы для чтения и задания доступны для скачивания. На наших форумах вы можете поделиться собственным опытом. Станьте частью Массачусетского технологического института, участвующего в системе пожизненного образования и мировой экономики в области знаний».

Пиринг

На протяжении всей истории человечества та или иная форма иерархии служила основным двигателем создания ценности и основой для моделирования общественных институтов — будь то церковь, армия или правительство. Иерархическая модель организации была столь убедительной и прочной, что большинство людей до сих пор предполагает отсутствие у неё сколько-нибудь значимых альтернатив. Идёт ли речь о рабовладельческих империях Греции, Рима, Китая, Америки, или о феодальных княжествах, покрывавших планету после них, или о капиталистических корпорациях — всюду иерархии делили людей на два уровня (подчинённых и вышестоящих). Даже в наши дни случается, что литература по вопросам управления, посвященная проблемам наделения полномочиями, работе в команде или прогрессивным техникам управления, как данность принимает необходимость вышестоящего контроля в современной корпорации. Разумеется, сложно предположить, что в обозримом будущем иерархии исчезнут, однако уже сейчас видно, как развивается новая форма горизонтальных организаций, которая сможет бросить вызов иерархиям в том, что касается эффективности создания товаров и услуг, связанных с информацией, а может быть, и других материальных объектов. Как уже было сказано ранее, такая новая форма организации носит название «пиринг».

Пожалуй, самым значимым примером пиринга является Linux, о котором мы немного рассказали в нашей истории о Goldcorp. Основные факты из истории Linux хорошо известны в профессиональных кругах, однако более широкая аудитория почти не знает эту историю, поэтому позвольте нам рассказать о ней ещё немного. В 1991 году, незадолго до изобретения Всемирной паутины, молодой программист из Хельсинки по имени Линус Торвальдс создал простейший вариант операционной системы Unix. Он назвал её Linux и поделился своей программой с другими программистами через онлайновый новостной бюллетень. Пятеро из десяти откликнувшихся на это сообщение программистов внесли в систему существенные изменения. Видя это, Торвальдс решил лицензировать свой продукт с помощью General Public License (GPL).[33] В соответствии с условиями такой лицензии ею можно было пользоваться бесплатно, однако каждый пользователь, изменявший программу, должен был делать эти изменения доступными всем остальным.

С течением времени такая неформальная организация позволила развить непрекращающийся процесс улучшения программного продукта, и до сих пор в его усовершенствование вносят лепту тысячи добровольцев со всего мира. Linux, надёжный и бесплатный, стал полезной операционной системой для компьютеров, веб-серверов и баз данных. В настоящее время многие компании рассматривают Linux как краеугольный камень своей информационной системы.

Лёгкость, с которой люди сегодня могут общаться, каждый день открывает дорогу проектам, подобным Linux. Люди всё чаще самоорганизуются для создания новых товаров или услуг, единого знания или просто для того, чтобы обмениваться опытом. Появляется всё больше примеров, подтверждающих тот факт, что модели организации экономической деятельности по типу участия равноправных партнёров (peer-to-peer) уже проникли в новые сферы экономики, а не только в создание программного обеспечения. Давайте рассмотрим два из них.

Исследователи из CAMBIA,[34] Центра применения молекулярной биологии в международном сельском хозяйстве, обеспокоены тем, что патенты, принадлежащие международным компаниям, таким как Monsanto, ущемляют права миллиардов людей, которые не могут позволить себе оплачивать лицензионные отчисления за использование генетически модифицированных зерновых. Поэтому исследователи из CAMBIA, занимающиеся вопросами обеспечения продуктовой безопасности и производительности в сельскохозяйственной отрасли, публично размещают результаты своих работ под названием «биологические лицензии с открытым доступом» — BiOS.[35] Это позволяет ещё большему количеству талантливых учёных способствовать разрешению проблем нуждающихся фермеров.

Сходная форма пиринга применяется компанией Marketocracy при формировании взаимного фонда, для управления которым используется коллективный интеллект инвестиционного сообщества. Около 70 тысяч трейдеров управляют виртуальными портфелями акций, соревнуясь за звание лучшего инвестора. Компания Marketocracy создаёт индекс ста лучших трейдеров, а их стратегии используются для управления взаимным фондом, результаты которого стабильно превосходят результаты индекса S&P 500. И хотя это не стопроцентно открытая система, она является примером того, как меритократические модели сотрудничества на равных проникают в индустрию, типичным героем которой принято считать аналитического гения-одиночку.

Оба этих примера показывают, как новый способ производства проникает в сердцевину самых развитых экономических моделей в мире — в результате чего формируется новый экономический ландшафт и подвергаются сомнению наши основополагающие впечатления о человеческой мотивации и поведении. В ряде случаев самоорганизующийся «не-рынок» захватывает отрасли, в которых раньше доминировали компании, ориентированные на прибыль. К примеру, появление Википедии, онлайновой энциклопедии с бесплатным открытым доступом, пошатнуло позиции индустрии книгопечатания. В то же самое время, на базе инфраструктур и ресурсов с общим доступом наподобие Linux уже выстраиваются мощные экономические экосистемы. Сам Linux можно свободно использовать или модифицировать, однако эта система применяется при разработке различных продуктов или услуг, приносящих прибыль их производителям (таким как BMW, IBM, Motorola, Philips и Sony).

Участники пиринговых сообществ могут иметь совершенно разную мотивацию — от удовольствия или альтруистических мотивов до чего-то другого, позволяющего им получать какие-то собственные ценности. Хотя общим правилом существования таких сетей и является эгалитаризм, в каждой из них существует некая подводная структура, согласно которой одни участники обладают большими правами и влиянием, чем другие. Тем не менее основной принцип деятельности таких сетей так же сильно отличается от корпоративной командно-контрольной иерархии, как она сама — от небольших мастерских феодальной, доиндустриальной эпохи.

Пиринг успешен потому, что он использует самоорганизацию — метод производства, работающий на решение ряда задач лучше, чем иерархическое управление. Самое большое влияние пиринг оказывает в настоящее время на производство продукции в информационной индустрии — и его результаты заметны в производстве программного обеспечения, развлекательного и новостного контента, сфере культуры, — но нет никаких оснований полагать, что пиринг на этом остановится. Почему не подумать об открытом правительстве? Возможно, мы могли бы принимать лучшие решения, если бы имели возможность привлекать к работе широкий круг участников, представляющий все слои населения? Или, к примеру, мы могли бы применить принципы производства на равных к созданию физических объектов, таких как автомобили, самолёты или мотоциклы. Чуть позже мы покажем вам, что это не досужие фантазии, а реальные возможности, предоставляемые нам новым миром викиномики.

Доступ и умение делиться[36]

Принято считать, что ресурсы (в особенности интеллектуальные) и инновации должны охраняться путём получения патентов, авторских прав и товарных знаков. Если кто-то осмеливается нарушить твои права на интеллектуальную собственность, ты немедленно призываешь своих юристов и начинаешь битву. Во многих отраслях так принято думать и по сей день. Миллионы технически подкованных детей и подростков во всём мире используют Интернет для свободного создания и распространения музыки в формате МРЗ (а также программ для её обработки). Цифровая музыка представляет музыкантам и потребителям отличную возможность оказаться в самой середине паутины создания ценности. Однако, вместо того чтобы признать МРЗ и адаптировать собственные бизнес-модели, индустрия предпочла занять оборонительную позицию. Навязчивое стремление некоторых крупных игроков отрасли к контролю, борьбе с пиратством и соблюдению стандартов привело лишь к тому, что слушатели музыки пришли в ярость и не поддержали их.

Несомненно, дигитализация создаёт достаточно серьёзные и прежде неизвестные проблемы для создателей цифрового контента. Цифровыми объектами легко делиться, делать из них ремиксы, использовать для новых целей и — что особенно важно — их легко копировать. Но, с другой стороны, это означает, что отрасли с нулевыми маржинальными издержками (к примеру, разработчики программ и развлекательного контента) могут получить невероятную экономию на масштабах производства. Однако если ваше изобретение может быть бесплатно скопировано, с чего кому-то вдруг захочется за него платить? Вот никто и не платит. А если никто вам не платит, как вы сможете окупить уже произведённые инвестиции?

Голливуд предлагает расширить сферу действия законодательства по защите интеллектуальной собственности. Новые цифровые технологии управления правами делают знание и сам контент более исключительным — информация может быть изучена, поведение потребителей может контролироваться, а владельцы прав на интеллектуальную собственность могут взимать плату за доступ. Это всё те же сады за высокими стенами — контент, базы данных, программы с закрытым кодом, — все они способны принести существенные доходы своим владельцам. Но в то же время они ограничивают доступ к важным инструментам экономики, основанной на знаниях. Хуже того, они не позволяют развиваться инновациям и творчеству со стороны пользователей, что могло бы привести к развитию новых моделей бизнеса и целых отраслей.

В наши дни превалирующей становится новая экономика интеллектуальной собственности. Всё чаще, как это ни парадоксально, компании, работающие в сферах электроники, биотехнологий и других отраслей, понимают, что традиционные инструменты защиты интеллектуальной собственности начинают мешать им создавать ценность. Самые мудрые из них рассматривают интеллектуальную собственность как некий взаимный фонд — они поддерживают баланс своих интеллектуальных активов, защищая некоторые из них и предоставляя открытый доступ к другим.

К примеру, начиная с 1999 года более десяти фармацевтических компаний, которые вряд ли можно обозвать «современными коммунистами», отказались от собственных научно-исследовательских проектов, дававших им патентную защиту и, напротив, поддержали открытые партнёрства, такие как SNP Consortium и Alliance for Cellular Signaling (см. главу 6, «Новые александрийцы»). Оба проекта направлены на сбор генетической информации, полученной в ходе биомедицинских исследований в общедоступных базах данных. Они также используют свои объединённые структуры для привлечения ресурсов и новинок из исследовательского мира — как корпоративного, так и открытых некоммерческих проектов. Подобные усилия подталкивают отрасль к фундаментальному прорыву в области микробиологии — прорыву, обещающему наступление эры персонализированной медицины и излечения прежде неизлечимых расстройств организма. Никто из участников не жертвует своими возможными патентными правами, а имея совместный доступ к интеллектуальной собственности, компании способствуют более быстрому выходу продукции на рынок.

Логика предоставления доступа применима практически в любой отрасли. «Это так же верно, как то, что прилив поднимает все пришвартованные лодки, — говорит Тим Брэй,[37] директор компании Sun Microsystems по веб-технологиям. — Мы искренне верим в то, что всеобъемлющий доступ выигрышен для всех участников. Растущие рынки создают новые возможности». При определённых условиях это можно сказать о любой отрасли, начиная от автомобилестроения и заканчивая производством товаров массового потребления.

Разумеется, компаниям нужно защищать свою интеллектуальную собственность. К примеру, им всегда нужно защищать свои «королевские алмазы», то, без чего их деятельность не имеет смысла. Однако компании не смогут сотрудничать, если вся их интеллектуальная собственность скрыта от других участников. Внести свой вклад в общее дело — это не альтруизм; скорее, это можно считать лучшим способом выстраивания гибких экосистем бизнеса, использующих совместное владение технологией и знанием для ускорения роста и инноваций.

Сила совместного доступа не ограничивается лишь интеллектуальной собственностью. Точно так же можно вести речь о компьютерных мощностях, ширине канала связи с Интернетом, контенте или научном знании. К примеру, распределение на равных компьютерных мощностей ставит на колени телекоммуникационный бизнес. Как говорит руководитель и один из основателей компании Skype Никлас Зеннстром,[38] «идея взимать плату за телефонные звонки принадлежит ушедшему веку». Программный продукт его компании использует компьютерные ресурсы участников системы, позволяя им бесплатно общаться друг с другом через Интернет. В результате получается самостоятельная и устойчивая система, которая не требует централизованного инвестирования, — нужна всего лишь готовность участников делиться своими ресурсами.

Похоже, что у Skype нет заметных ограничений в развитии. Эта компания, зарегистрированная в Люксембурге, за два года прошла путь от 100 тысяч до 100 миллионов зарегистрированных пользователей и в сентябре 2005 года была приобретена eBay за 2,6 миллиарда долларов. Когда Майкл Пауэлл,[39] занимавший в своё время пост председателя Федеральной комиссии по коммуникациям США,[40] в первый раз воспользовался программой Skype, то пришёл к следующему заключению: «Всё кончено. Теперь мир изменится, и это неотвратимо».

Глобальный характер деятельности

Представьте себе жизнь на Галапагосских островах. Их изоляция от внешнего мира привела к тому, что на них появилось большое разнообразие видов, многие из которых отсутствуют в каком-либо другом месте на Земле. Каждый из этих видов уникальным образом привязан к собственной среде обитания. Теперь представьте себе, что произошло бы, если бы там появилось некое телепортационное устройство, позволяющее различным видам спокойно и легко перемещаться между разными островами. Разумеется, эти острова изменились бы до неузнаваемости.

Этот вымышленный эксперимент демонстрирует последствия новой эры глобализации. Барьеры между Галапагосскими островами и континентом являются аналогиями географических и экономических барьеров, разделяющих компании или нации. Как только барьер исчезнет, в бизнес-стратегиях, структуре предприятий, конкурентном окружении и глобальном общественном и политическом порядке обязательно произойдут изменения.

Книга Томаса Фридмана «Плоский мир. Краткая история XXI века»[41] многим открыла глаза на важность новой глобализации. Однако скорость изменений и глубина последствий глобализации, её влияние на инновации и создание ценности пока ещё не поняты до конца. В последние двадцать лет мы наблюдали, как становятся либеральными экономики Китая и Индии, как разваливается Советский Союз и как начинается первая стадия мировой революции в сфере информационных технологий. Следующие двадцать лет глобализации позволят усилить мировой экономический рост, поднимут стандарты жизни и существенно увеличат степень мировой взаимозависимости. В то же время, практически ничто не сможет сохранить статус-кво — мир ожидают огромные экономические, культурные и политические потрясения.[42]

На экономическом фронте произойдет дальнейшая интеграция национальных экономик в единый безграничный мир, а быстрый и яростным рост новых титанов — Китая, Индии и Южной Кореи — будет способствовать расширению и сглаживанию игрового поля. Объём мировой рабочей силы уже увеличивается за счёт 2 миллиардов жителей Азии и Восточной Европы. И хотя развитые страны продолжают беспокоиться о всё возрастающем уровне взаимозависимости, основной рост населения и потребительского спроса будет происходить в развивающихся на сегодняшний день странах — в особенности в Китае, Индии и Индонезии.

Новая глобализация вызвана (и в свою очередь, сама вызывает) изменениями в понятии сотрудничества и способах, которыми фирмы реализуют свои способности к инновациям и производству. Оставаться конкурентоспособным на глобальном уровне означает внимательно изучать, как развивается бизнес во всём мире и иметь возможность привлечь ещё большее количество талантливых сотрудников. Глобальные альянсы, огромные рынки труда и сообщества равных обеспечат доступ к новым рынкам, идеям и технологиям. Управление людьми и интеллектуальными активами будет проводиться, минуя культурные отличия, привычные стереотипы и организационные границы. Компаниям, стремящимся к выигрышу, придётся познать весь мир, его рынки, технологии и народы. Те, кто не смогут этого сделать, быстро обнаружат свою ущербность, неспособность соревноваться в деловом мире, который попросту невозможно подогнать под стандарты сегодняшнего дня.

Чтобы действовать правильно, недостаточно мыслить глобально (это уже превратилось в заклинание) — необходимо глобально действовать. Линейные «полевые» менеджеры осознают, что глобальные действия являются настоящим вызовом для существующих операционных процедур компаний, особенно в организациях, где в такого рода процедурах можно утонуть. Как говорит Ральф Жигенда,[43] директор General Motors по информационным технологиям, «большинство крупных компаний являются многонациональными, но не глобальными — именно это становится для нас всё более важной проблемой».

Жигенда описывает, как развивалась GM, состоящая в наше время из группы отдельных компаний. У каждого основного брэнда, включая Cadillac, Oldsmobile и Buick, был собственный персонал, свои процедуры и вопросы для обсуждения. Уровень координации между ними оставался крайне низким. Они могли спрятаться от дождя под одним зонтом, но общего между ними было не больше, чем у группы людей, стоящих на уличном переходе в Нью-Йорке.

Как и многие другие мультинациональные компании, GM также делилась по географическому принципу. У региональных дивизионов были право и полномочия развивать, производить и распределять автомобили в соответствии с местными потребностями, причём снабжение могло идти через местных поставщиков в каждой стране. Для GM в целом такая федеративная структура была затратной и достаточно инертной, так как в каждом дивизионе обязательно присутствовали подразделения, отвечавшие за каждый этап процесса — от производства до работы с сотрудниками. По мнению Боба Лутца,[44] вице-президента по глобальному производственному развитию, дублирование усилий ежегодно обходилось компании в миллиарды долларов и не позволяло ей привести в норму ни размер, ни масштаб своих операций.

В мире глобальной экономики и растущей конкуренции такие недочёты могут привести к большим проблемам. Именно поэтому компания готова платить за то, чтобы получить глобальные возможности — включая по-настоящему глобальную рабочую силу, объединённые глобальные процессы и глобальную платформу информационных технологий, позволяющую улучшить сотрудничество между разными частями бизнеса, а также с сетью внешних партнёров компании.

По определению, у истинно глобальной компании не может быть региональных или физических границ. Она выстраивает экосистемы планетарного масштаба для дизайна, снабжения, сборки и распределения продукции в мировом масштабе. Возникновение открытых стандартов в области информационных технологий существенно упрощает возможность выстраивания глобального бизнеса путём интеграции лучших в своём классе компонентов со всех уголков мира.[45] Жигенда считает, что такой союз мог бы сыграть для GM огромную роль. «Мы могли бы иметь возможность связать в безграничную глобальную сеть все наши действия, — говорит он, — и разработку нового продукта, и производство, и снабжение, и дистрибуцию». А Боб Лутц добавляет: «Я представляю себе корпорацию, действующую на глобальном уровне, без какого-либо доминирования США. У нас будут глобальные бюджеты, и мы будем управлять ими оптимальнее, чем сейчас. Тоже самое будет относиться и к распределению капитала, и к распределению дизайнерских или инженерных ресурсов, закупкам или производству. Мы будем относиться ко всему миру, как к одной большой стране».

Корпорация GM уже предприняла существенные шаги по реализации этого видения, что может помочь ей в её возрождении.

Если глобальными могут стать компании, то могут ли стать глобальными отдельные личности? Похоже, что да. Когда мы присутствовали на встрече со Стивеном Миллзом,[46] отвечающего за разработку программного-обеспечения в IBM, то заметили, что он одновременно вовлечён в двадцать онлайновых бесед с клиентами и коллегами по всему миру. «Когда компьютеры работают быстро, а скорость канала достаточна, у вас создается впечатление, что даже самые удалённые уголки мира находятся где-то рядом. Мне лично кажется, что весь мир расположен где-то неподалёку от меня. Для того чтобы участвовать в какой-нибудь встрече, мне совершенно не обязательно находиться с участниками в одной комнате», — говорит он. Новая глобальная платформа для сотрудничества открывает огромное количество возможностей для глобальной деятельности таких личностей, как Миллз. Мир наполнен возможностями в сферах образования, работы и предпринимательства. Для того чтобы к нему подключиться, вам нужны навыки, мотивация, желание обучаться всю жизнь и небольшая сумма денег для первичного подключения к Сети.

Путешествие по миру викиномики

Эти четыре принципа — открытость, пиринг, доступ и глобальный характер деятельности — всё сильнее определяют характер будущей конкуренции между компаниями XXI века. Такие компании будут крайне сильно отличаться от иерархических, закрытых и скрытных мультинациональных компаний, доминировавших в прошлом веке.

Неизменным остаётся то, что побеждающие организации (и сообщества) будут, как и сейчас, обладать способностью включаться в единый поток человеческого знания и находить ему новые и полезные сферы применения. Отличие же состоит в том, что сегодняшние ценности организации, её навыки, инструменты, процессы и вся архитектура командно-контрольной экономики не просто утратили срок годности — они превратились в препятствия для создания ценности. В эпоху, когда массовое сотрудничество способно изменить портрет целой индустрии за считанные дни, старым иерархическим путям организации работы и процесса инноваций не под силу обеспечить требуемый для конкуренции в сегодняшних условиях уровень креативности, взаимосвязи и быстроты реакции. Сегодня у каждого человека есть своя роль в экономике, а у каждой компании появляется выбор — объединяться с другими или просто пытаться пользоваться результатами их труда.

Глубокие изменения происходили и раньше. По сути, человеческое общество всегда сталкивалось с периодами больших изменений, не только заставлявшими людей думать или действовать по-другому, но и создававшими новые общественные институты и нормы. Зачастую именно в такие периоды и возникают прорывные изобретения, такие как печатный пресс, автомобиль или телефон. Подобные изобретения проникают в общество и меняют его культуру и экономику.

Новая Сеть, представляющая собой переплетение прорывных технологий, является наилучшей на сегодняшний день платформой для развития и быстрого внедрения творческих прорывов. Люди, знание, объекты и устройства — всё переплетается и взаимодействует в сетях типа «мно-гие-ко-многим», внутри которых инновации и социальные тренды распространяются подобно вирусам. Организации, которые в своё время не отреагировали на появление новых феноменов, подобных Napster[47] или блогосфере, должны ожидать чего-то подобного (только развивающегося ещё быстрее или сильнее) в ближайшем будущем.

Прежним технологическим революциям, таким как промышленная электрификация, требовалось больше половины столетия, чтобы развернуться в полную силу.[48] Сегодня же масштаб и глубина ресурсов, используемых для инноваций, таковы, что новые изменения будут внедряться с поразительной быстротой. И хотя мы находимся в самом начале масштабных экономических или организационных изменений, льготного периода не будет ни у кого. Прежнее мышление в стиле «планировать и стимулировать исполнение» уступает место новому — «участвовать и совместно создавать». Крайне высокая степень конкуренции изменяет формат предприятий, а за этим следуют и политические, и юридические корректировки.

Организации и общества часто противятся этой изменяющейся реальности, но им нужно внимательно следить за тем, как сохранить свою конкурентоспособность. Скорость и масштаб изменений нарастают. А ответы на вопросы «кто, где, что, как и почему?» находятся где-то, за пределами нашего привычного географического или экономического сектора.

В главе 2 мы будем более подробно рассказывать о том, как набирает силу идеальный шторм, каждой своей волной ломающий корабли старых корпораций. Мы начнём наш рассказ с того, как вчерашний Интернет в стиле «разместить информацию и переходить со страницы на страницу» превращается в новое место, где знания, ресурсы и вычислительные мощности миллиардов людей объединяются в единую коллективную силу. Получая энергию через блоги, вики, чаты, подкасты и другие формы общения и сотрудничества на равных, эта децентрализованная и аморфная сила приобретает всё больше способностей к самоорганизации и созданию собственных новостей, развлекательного контента и услуг. Эти эффекты начинают оказывать влияние на экономику и происходят в одно время с глубокими структурными изменениями, например, с глобализацией. Мы уже видим, как возникает новый тип экономики, в котором компании сосуществуют с миллиардами автономных производителей, свободно связанных между собой в сетях. Мы называем такую новую экономику «экономикой сотрудничества».

Далее мы проведём для вас экскурсию по экономике сотрудничества и расскажем вам о семи новых моделях массового сотрудничества, успешно бросающих вызов традиционной организационной структуре бизнеса.

1. Мы начнём наше путешествие с «Пионеров пиринга (Peer Pioneers)» — людей, которые познакомили мир с программным обеспечением на основе открытого доступа и Википедией. Мы покажем, как тысячи не связанных друг с другом добровольцев могут создать быстрые, гибкие и инновационные проекты — гораздо более успешные, чем известные крупные проекты с большим объёмом финансирования.

2. «Идеагоры (Ideagoras)» объяснит, каким образом развивающийся рынок идей, изобретений и уникальных мозгов позволяет компаниям подобным P&G привлекать для решения своих задач творческие коллективы, размер которых в десятки раз превышает количество собственных сотрудников компании.

3. «Просьюмеры (Prosumers)» посвящена развивающемуся миру инноваций, инициированных потребителями. Новое поколение потребителей-производителей считает «право на взлом» своим естественным правом от рождения. Это хорошие новости.

4. «Новые александрийцы (New Alexandrians)» расскажет вам о новой науке совместного доступа, позволяющей существенно улучшить здоровье человека, изменить вектор негативного влияния на окружающую среду, развить культуру или создать прорывные технологии, и даже исследовать Вселенную — и в то же время помогать компаниям зарабатывать деньги для своих акционеров.

5. «Платформы для участия (Platforms for Participation)» объяснит, как толковые компании разрешают доступ к своим производственным и товарным инфраструктурам, что позволяет им создать открытую сцену, на которой большие сообщества партнёров могут создавать ценность, а во многих случаях — новые виды бизнеса.

6. «Глобальный цех (Global Plant Floor)» покажет, что даже в отраслях, завязанных на материальное производство, происходит переход к планетарным экосистемам, позволяющим проектировать и создавать физические продукты. Мы воспринимаем это как новую фазу в эволюции массового сотрудничества.

7. «Рабочее место в стиле вики (Wiki Workplace)» завершает наше путешествие и рассказывает о том, как массовое сотрудничество занимает своё место на рабочих местах и создаёт новую корпоративную меритократию, разрушающую иерархические закрытые компании и объединяющую прежде разрозненные внутренние сети в крупные открытые мегасообщества.

Наше время — это восхитительная новая эра для каждого человека и каждой компании — эра, в которой они могут участвовать в производстве и создании добавленной стоимости в рамках больших экономических систем так, как это было даже невозможно себе представить раньше. Большим компаниям семь моделей массового сотрудничества обеспечивают доступ к мириадам путей привлечения внешнего знания, ресурсов и талантов, позволяя за счёт этого стать больше и улучшить своё конкурентное положение. Обществу в целом новая эра несет взрывообразный рост знания, степени сотрудничества и инноваций в бизнесе. Это позволяет членам общества вести более насыщенную и полную жизнь и пользоваться всеми благами экономического развития.

Но будьте внимательны. Когда происходят крупные преобразования, они зачастую приводят к изменению конкурентной позиции и появлению новых показателей измерения успеха и ценности. Чтобы быть успешным в новом мире, вам будет недостаточно — напротив, вам будет вредно — улучшать существующие политики, стратегии управления и планы работ. Инновационность требует, чтобы мы понимали и суть самих изменений, и то, какие новые стратегические вопросы эти изменения вызовут. Мы должны одновременно сотрудничать с огромным количеством людей — невзирая на границы, культуры, принятые правила и корпоративные рамки, — иначе мы просто исчезнем.


Примечания:



1

Collaborative (англ.) — основанный на сотрудничестве или совместной работе. От collaborate — работать совместно, сотрудничать.



2

Martin Wroe, "200 Million Heads Are Better Than One, so Join the Crowd." Tre Sunday Times (2 сентября 2007 г.)



3

The Ignorance of Crowds.



4

Nicholas G. Carr, "Tre Ignorance of Crowds", slrategy+business, issue 47 (лето 2007 г.)



13

Peer (англ.) — ровня, равный (по положению, способностям).



14

Peering (англ.) — взаимодействие на равных, равноправный информационный обмен.



15

Термин «производство на равных» ("peer produclion") был предложен Йохаи Бенклером (Yo<fhai Benkler), преподавателем Йельского университета. См. также Yocriai Benkler, "Coase's Penguin, or, Linux and the Nature of tre Firm," Yale Law Journal, том 112, (2002–2003). В книге мы используем термины «производство на равных» и «массовое сотрудничество» в качестве синонимов.



16

По данным ресурса TecTinorati.com, оценивающего зарегистрированные блоги. Реальное количество, включающее незарегистрированные блоги, гораздо выше.



17

На момент написания этой книги, среднесуточное количество посетителей сайта Boing Boing составляло 750 тысяч человек.



18

Jim Giles, "Internet encyclopedias go read to read," Nature, том 438 номер 531 (15 декабря 2005 г. www.narure.com/news/2005/051212/full/438900a.html.



19

А. G. Lafley.



20

Первые слова преамбулы Конституции США. — Прим. переводчика.



21

Jaron Lanier.



22

Howard Rheingold.



23

Eric Schmidt.



24

Web 2.0



25

Термин «Веб 2.0» был предложен вице-президентом O'Reilly Дэйлом Догерти (Dale Dougrertyi в 2004 году. Tim O'Reilly, "What Is Web 2.0?" oreillynet.com (30 сентября 2005 г.).



26

По мере того как возрастает масштаб глобальных проблем, мы все чаще сталкиваемся с вопросами, решение которых силами отдельных организаций невозможно. Проблемы глобального потепления. Борьба с нищетой и болезнями. Поиск новых источников энергии. Создание компьютеров на базе нанотехнологий. Понимание человеческого генома (а не только его воссоздание). Инновации требуются и возможны практически в любых областях. Эти сложные проблемы требуют решений с участием различных организаций и научных областей. Сложными становятся даже прежде сраь нительно простые продукты. Нарастающая степень сложности всё больше усиливает потребность в открытости и сотрудничестве, игнорирующем прежде существовавшие границы.



27

Securities and Exchange Commission (SEC).



28

Sarbanes-Oxley Act



29

Известному, помимо прочего, разоблачениями финансовых махинаций американских компаний, в том числе, страховых. — Прим. пер.



30

Don Tapscott, Anthony Williams, "Creating Value in tre Age of Transparency," Conference Board (2003 г.). Don Tapscott, David Ticoll, 77p Naked Corporation: How the Age of Transparency Will Revolutionize Business (New York: Simon &. ScTiuster, 2003).



31

MIT OpenCourseWare.



32

Open educational resource (OER).



33

Генеральная общественная лицензия, или Универсальная общедоступная лицензия, или Открытое лицензионное соглашение — лицензия на свободное программное обеспечение, созданная в рамках проекта GNU в 1988 году.



34

Center for the Application of Molecular Biology to International Agriculture.



35

Biological Open Source Licenses.



36

Sharing — разделение, распределение, коллективное использование (данных), предоставление доступа.



37

Tim Bray.



38

Niklas Zennstrom.



39

Michael Powell



40

Federal Communications Commission (FCC)



41

Tomas L Friedman. The World is Flat. A Brief History of the Twenty First Century.



42

National Intelligence Council, "Mapping tre Global Future: Report of tre National Intelligence Council's 2020 Project;" (декабрь 2004 г.).



43

Ralph Szygenda.



44

Robert (Bob) Lutz



45

lames W. Cortada, David Ticoll, "On Using IT Standards As a Competitive Tool in a Global Economy," New Paradigm's IT 81 CA Research Program, Big Idea Series (2005 г.).



46

Steven Mills



47

Napster — файлообменная пиринговая сеть, позволявшая пользователям легко обмениваться музыкальными файлами. В настоящее время торговая марка и логотип Napsler используются платным сервисом.



48

Динамо-машина (устройство, преобразующее механическую энергию в электрическую) была изобретена в 1832 году, однако распространение электрических двигателей в промышленности США затянулось, в результате чего рост производительности замедлился. Во многом, задержка была вызвана тем, что компаниям и учреждениям требовалось время для того, чтобы принять новые технологии и оценить их эффект. Как только сформировалась новая технико-экономическая парадигма, последовало почти пятьдесят лет устойчивого роста и повышения производительности, в том числе после окончания Второй Мировой войны. Рекомендуем вам изучить работу Пола Дэвида (Paul David), экономиста из Стэнфорда, прекрасно раскрывающую роль технологий в современной экономической истории.







 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх