Знак Сатурна

Планета Сатурн – бледна; она медленно движется.

Люди, рожденные под ее влиянием, бледны, худощавы, высоки; их кожа очень черна, часто земляного цвета, жестка и суха; она легко покрывается морщинами; их волосы, вначале густые и черные, выпадают рано, – толсты и плоски. Они ходят с согнутыми коленями, с потупленными в землю глазами, и походка их медленна. Они зябки и немощны, их голос важен и глух, и язык их толст; они говорят медленно. У них длинная голова, впалые щеки, широкие челюсти, выдавшиеся скулы; их брови черны, приподняты при начале и сдвинуты; глаза впалые, черные, печальные и часто мрачные, при сомнении или во время гнева они становятся пронзительными. Белок – желтоватый; уши велики; нос обыкновенной длины, тонок и остроконечен; ноздри мясисты, но несколько открыты; рот велик, губы тонки и нижняя выдается вперед; зубы их, иногда довольно белые в юности, скоро портятся; они очень велики и иногда двойные, встречается даже полный двойной ряд. Их десны бледны, борода черна и редка на щеках; подбородок довольно длинен и широк в нижней части; их тяжелая и широкая нижняя челюсть выдается вперед. У них большая тонкая шея с сильными мускулами и с очевидными венами. То, что называется адамовым яблоком, у них очень ясно. Вообще хотя и худощавые, они имеют большие кости с грубыми связками, ибо кости суть материальная, земная часть, а Сатурн – земля: Tellus. Они имеют узкую и косматую грудь, плечи умеренно развитые, но весьма высокие, что делает тело их сводообразным, хотя чресла у них и прямы. Руки их костлявы и мускулы рисуются сухо; кисти рук узловаты и худы; вены на ногах очень явственны, и подвержены растяжению; их голени рано становятся слабыми и часто инертными в старости, и специально предназначены для припадков, которым голени главным образом подвергаются; между ними много встречается хромых. Френологически, им недостает органа благоговения, у них развит орган любопытства, помещающийся между глаз, и в особенности органы козальности, которая, не будучи освещена сравнением, непрестанно волнует их и бросает, никогда не будучи в состоянии разрешить, в грустные проблемы. Но и это состояние беспокойства имеет для них прелесть. Они любят скорбные идеи, ибо они печальны, мрачны, бранчивы; они подозревают других и даже самих себя; их чрезмерные предосторожности отнимают у них всякий порыв и заставляют, несмотря на звание, упускать бездну случаев сделаться известными в жизни. Они увлекаемы своим инстинктом к изучению сокровенных наук и в особенности к суеверным упражнениям, а между тем математическая точность их ума увлекает их также к сомнению. Их наклонность составляют отвлеченные науки, они любят отыскивать в вещах различия, разделения, противоречие чувства и соотношений. Маловерные, они во всем поступают сурово, они не верят ни зрению, ни слуху, им нужно ощупать, чтоб убедиться. Их неумолимая логика принимает только сухие и положительные доказательства. Они отдают преимущество отвлеченным наукам, в которых первенствуют; они делаются замечательными математиками, превосходными геометрами, учеными медиками и в особенности великими земледельцами. Они осторожны, благоразумны в советах, сказал Аристотель, говоря о них в своей книге проблем. Они редко сердиты, работящи, терпеливы, потому что медленны умственно и телесно. Действительно, они не любят ни бегать, ни скакать. Они мало чувствительны, мало сладострастны и мало способны к любви; они легко соблюдают девственность и отдаются умерщвлению плоти. Иезуиты почти все находятся под влиянием этой планеты: они имеют аскетизм, печаль, бледность и наклонность к независимости.

Они редко смеются, любят предаваться горьким мыслям и охотно проводят свою жизнь в сырых местах, на берегах ручьев и озер. Они любят строить прочно, но мало-помалу, – сажать деревья, располагать в сохранять сады, возделывать поля: также охотно живут они в рудокопиях, способны к открытию рудных жил и к обогащению минералогическими исследованиями. Магия предполагает, что они имеют особенные откровения для нахождения сокровищ и руд. Они расположены к сопротивлению. Служить – есть для них величайшее зло. Они любят черный цвет, и предпочтительно выбирают его для своей одежды. Они живут экономно, мало едят и вообще склонны к скупости. Их беспокоят сны, имеющие дурное предзнаменование. Они беспрерывно тревожатся важным страхом и застенчивы. Меланхолия – естественное следствие боязни. Гиппократ ставит боязнь как главную причину и симптом меланхолии. Они увлекаются к противоречию, любят уединение, живут для себя и только с трудом поддаются требованиям света. Если они музыканты, а между ними встречается много, то любят серьезную, духовную, хоровую музыку, в особенности отдаются науке искусства, так сказать его грамматикальной части и с любовью исследуют трудности. Берлиоз есть истинный сатурник; Амбруаз Томас – тоже, и наверное им был также и Бетховен[107] . Именно между этими людьми встречают исполнителей, терпением достигнувших до победы над величайшими трудностями и вообще способных исполнителей. Жадный, печальный, бледный, с смуглой кожей, худощавый Паганини был также настоящим типом, развившимся под влиянием Сатурна. Все академии наполнены сатурниками, исследователями, собирателями, которые сохнут, роясь в науках, и распространяют теории. Аристотель в своих «Проблемах» говорит, что все люди, отличившиеся в науке философии и в управлении республикой были меланхолики[108] . Платон говорит в Пармениде, что Зенон был высок ростом и тонок[109] . Диоген прибавляет, что он был очень тонок и черен кожей[110] , и имел слабые и больные голени[111] .

Известно, что Фокион имел черную кожу, он ходил босой и без зимней одежды; он был груб и печален; его красноречие было отрывисто; он был благоразумен, задумчив, независим; никогда не видали, чтобы он смеялся. Не смеялся никогда и Анаксагор[112] . Все эти философы принадлежат к типу Сатурна.

Даже в гастрономии Сатурн снабжает поварами – химиками, утонченными исследователями. Все терпеливые работы исполнены сатурниками. У этих людей скупое, мелочное хозяйство. Между ними также встречают истинных игроков, страстных и ожесточенных; игра, которой случай они хотят направить своими комбинациями, представляет громадное поле для их любви к отвлеченным исследованиям, и в то же время ласкает их естественную наклонность к деньгам. Но будь они учеными, музыкантами, торговцами или поэтами, – первая потребность их есть независимость. Если к этому присоединяется влияние Марса, они могут дойти до возмущения. Брут и Кассий были бледны и печальны.

Эти люди имеют длинные костлявые пальцы, с очень развитым философским узлом; их средний палец очень широк в первом суставе (где находится ноготь); первый сустав их большого пальца длинен, ибо их сильная воля идет часто дальше желания и влечет за собой упрямство. Бугорок Сатурна замечателен на ладони или по своей важности, или по покрывающим его линиям.


Примечания:



1

Этюды об электричестве.



10

Dupuis, Origine des cultes (1821) pag. 340.



11

Иод, хе, вав, хе в современном иврите.



107

Он был также под влиянием Марса и Меркурия.



108

Porta. De humana phisiognomonia Rethomagi. кн. IV, стр. 17.



109

Idem., стр. 174.



110

Idem., стр. 152.



111

Idem., стр. 252.



112

Porta. De humana phisiognomonia Rethomagi. кн. IV, стр. 181.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх