ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ РУССКОМУ ИЗДАНИЮ

Писатель и журналист Ален де Бенуа родился 11 декабря 1943 года.

Свою политическую деятельность начал (под именем Фабрис Ларош) в рядах Федерации студентов-националистов, созданной в 1960 году активистами организации «Молодая нация», которую основали в 1950 году братья Сидо, дети расстрелянного деятеля вишистского режима, будущие борцы за французский Алжир.

В июле 1962 года Ларош (Бенуа) и другие руководители ГРЕСЕ приняли участие в составлении манифеста «За позитивную критику». Это была первая попытка выработки чёткой идеологии для «крайне правых».

17 января 1969 года в Ницце была официально зарегистрирована Группа изучения европейской цивилизации, сокращённое название ГРЕСЕ звучит по-французски как «Греция». Это общество стало мозговым центром движения, которое позже назвали «новыми правыми», а Ален де Бенуа стал главным идеологом этого движения. По оценке его противников, он сыграл «первостепенную роль в походе против рационализма, против идеалов 1789 года».

В том же 1969 году Ален де Бенуа (под именем Робер де Эрг) стал руководителем журнала «Нувель эколь». Официальным органом ГРЕСЕ является основанный в 1973 году журнал «Элеман». А. де Бенуа руководит также изданием тематического альманаха «Кризис» (с 1988 г.).

Полный перечень всего, что А. де Бенуа написал и издал, начиная с 1965 года, занял бы слишком много места. Тематика его работ удивительно разнообразна. Назовём лишь важнейшие из них.

«Взгляд справа. Критическая антология современных идей» (1977). Эта книга была отмечена Большой премией Французской академии и переведена на ряд языков. Она содержит очерки о многих идеологах, влияние которых порой затрагивало не только правый, но и левый лагерь.

«Идеи как они есть» (1979). Именно в этом году журналисты открыли, что уже 10 лет существует какое-то непонятное движение, приклеили ему ярлык «новых правых» и развернули против него кампанию, нагородив много всякой ерунды. А. до Бенуа счёл своим долгом ознакомить широкую публику с идеями т. н. «новых правых» в неискажённом виде.

«Как можно быть язычником» (1981). А. де Бенуа — противник христианства и один из идеологов европейского «неоязычества», приверженность к которому — одна из черт, отличающих «новых» правых от «старых».

«Европейские традиции» (два изд.: 1982 и 1996).

«Ориентиры для решающих людей» (1982).

«Проблема демократии» (1985).

«Европа и Третий мир — одна борьба» (1986). А. де Бенуа занимает резко антиамериканскую позицию и считает ползущий из США глобализм главным врагом независимости и самобытности, как европейских народов, так и народов т. н. Третьего мира.

«Против расизма». Книга издана на испанском языке в 1992 году. Предлагаемый А. де Бенуа общий фронт народов Европы и Третьего мира против США, разумеется, исключает расистский подход в его ненаучном варианте, т. е. идею превосходства одних рас над другими.

«На линии прицела», 2 тт. (1995–1996). Сборник, включающий в себя наиболее важные выступления А. де Бенуа на различных конференциях с 1972 по 1995 гг.

«Коммунизм и нацизм» (1998). Размышление о тоталитаризме в XX веке.

«Восстание культур. Европейский манифест XXIвека» (1999). Здесь речь идёт о воссоздании самобытных культур против глобализации.

Истоки европейской цивилизации, изучением которой занималась ГРЕСЕ, были завалены христианским мусором. Расчистка пути к этим истокам была долгой кропотливой работой. Большой успех, можно сказать, даже прорыв в этом направлении был достигнут в 1981 году, когда вышла книга Алена де Бенуа «Как можно быть язычником».

В названии этой книги обыгрывается известная фраза Вольтера: «Как можно быть персом?». О такой возможности с удивлением заговорили во Франции после того, как Монтескье в своих «Персидских письмах» подверг критике общество, в котором он жил, прикрывшись вымышленными персами. Европейцам того времени было трудно представить себе, как человек может быть персом. Современным европейцам столь же трудно представить себе, как можно быть язычником, а не христианином. Ален де Бенуа доказал, что можно. Речь идёт, конечно, не о восстановлении культа Юпитера или Вотана и не о маскарадно-этнографическом неоязычестве, а об осмыслении глубинной сути феномена, именуемого европейским язычеством. А. де Бенуа утверждает, что религии древней Европы не только ни в чём не уступают семитскому монотеизму по своему богатству и по своей духовной и теологической сложности, но чаще всего даже превосходят его в этом отношении. Он задался целью выявить те фундаментальные различия, которые отделяют европейское язычество от иудео-христианства. Нельзя сказать, что ему удалось полностью решить эту задачу. Не случайно его бывший соратник по ГРЕСЕ Гийом Фай считает, что А. де Бенуа, хотя и объявил себя некогда «язычником», остался в действительности иудео-христианином.

Справедлив ли этот упрёк?

Частично да, потому что провести чёткую разграничительную линию А. де Бенуа так и не сумел. Он слишком увлёкся полемикой с иудео-христианством, и получилось так, как часто бывает в схватке: борцы сцепляются настолько, что трудно различить, где кончается один и начинается другой. А. де Бенуа не смог должным образом воспользоваться той стратегической исходной позицией, которую обеспечил ещё Э. Ренан: «Есть монотеистические и политеистические расы». При последовательном расовом подходе никакой путаницы не будет.

А у Бенуа она есть. Считая, что для иудео-христианского монотеизма характерна не только вера в единого бога, но также и прежде всего — приверженность к дуалистической концепции мира, отрывающий дух от материи, он заявляет, ссылаясь на греческую философию, что может существовать недуалистический монотеизм (пантеизм), не являющийся по сути своей антагонизмом политеизма.

Этот тезис — главное заблуждение А. де Бенуа. Когда речь заходит о связи между расой и мировоззрением, всегда необходимо учитывать, точно так же, как в случаях с антропологическим типом и психическим складом, что у разных рас могут наличествовать одни и те же элементы, вопрос лишь в том, какой элемент является доминантным. В греческих философах тоже надо разбираться, насколько они «греческие». Выдающийся современный философ Пьер Шассар доказывает, что, например, Гераклит, которого принимают за типичного представителя «греческой мысли», выступает со своей теологией Единого на самом деле в роли разносчика семитских религиозных идеи (журнал «Контртез» № 4, февраль 2000).

Мигель Серрано говорит, что «ариец должен быть политеистом». Политеизм — это вовсе не «примитивная религия дикарей», а особое расовое мировоззрение, философскую суть которого лучше всего показывает П. Шассар в своих книгах «по ту сторону универсализмов» и «Разнообразие в природе». Политеизм это только символика, выражающая понимание того, что разнообразие заложено в самой сущности мироздания, которую нельзя свести ни к какому «единому началу». Поэтому те люди на Западе, которые мыслят в этом направлении, заменяют термин «универсиум» словом «плюриверсиум».

Если же сползать с этой позиции в сторону пантеизма, как это делает А. де Бенуа, можно быстро оказаться в числе сторонников «вселенского единоначалия», политеистов на словах, монотеистов по сути. В арийском расовом мировоззрении эта тенденция была рецессивной, те же, кто делает её доминантной, садятся не на арийского коня, а на семитского верблюда.

Но нельзя требовать слишком много от одного человека. Если А. де Бенуа не продумал какие-то выводы до конца, где-то остановился на полпути, а Г. Фай и П. Шассар пошли дальше него, это ничуть не умаляет его заслуг. Показав, что можно быть язычником, он одновременно провёл линию, отделяющую «новых» правых от «старых», которые всё никак не могут отступиться от своего христианства.

А. де Бенуа даже опередил современное язычество, которое часто сводится к одному лишь окрашенному в пантеистическое тона культу природы, отметив, что природа лишь один аспект мира и что теология язычества — это не теология природы, а теология мира, почему следует отвергнуть натуралистическое толкование индоевропейских религий. Опередить-то он его опередил, но здесь тоже, как и в случае с пантеизмом, есть риск убежать слишком далеко и забежать на чужую территорию. Очень трудно избежать двух крайностей: растворения в природе и отрыва от неё. За словами «один из аспектов» скрывается задняя мысль «не главный», а применительно к человечеству её можно толковать так, что и расовый аспект — не главный. В природе, что бы ни говорили пантеисты, цельности нет, а в человеке, если только разные расовые компоненты не смешаны в нём, как в «ирландском рагу», она как раз есть. И не надо нарушать эту цельность, заставляя душу и тело бороться за «приоритет». Против этого раздора и должно быть обращено, в первую очередь, острие той критики «дуализма», которую дал Ален де Бенуа.


A.M. Иванов





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх