ГЛАВА 12

Распутина высылают в Покровское, но он вскоре возвращается обратно. Доклад М.В. Родзянко о принадлежности Распутина к секте хлыстов. Трагическое событие на Ленских приисках. Великая княгиня Ольга Александровна о Государе. Забота Государя о Церковно-приходских школах. Прием членов Думы в Александровском дворце. Встреча Императора Николая II с кайзером Вильгельмом. 1912 год - столетняя годовщина победы российских войск над Наполеоном. Торжества в России по случаю юбилейного года. Письмо Государя своей матери Императрице Марии Феодоровне. Благодарственный молебен в Высочайшем присутствии на Красной площади. Болезнь Цесаревича в Спале. Письмо Государя матери. Прием Императором новых депутатов Государственной Думы. Трехсотлетие дома Романовых. Благодарственный молебен в Казанском соборе в Санкт-Петербурге. М.В. Родзянко выгоняет Распутина из собора. Подарок Государю от членов Думы. Празднества по случаю трехсотлетия дома Романовых. Энтузиазм народа при виде Государ Присутствие Распутина на торжествах. Государь в Костроме. Царская Семья в Москве. Сазонов о романовских торжествах. Воззвание Императора к согласию и миру на Балканах. Травля В.Н. Коковцева через газету «Гражданин». Поездка Коковцева во Францию и в Германию. Граф С. Витте против В.Н. Коковцева и его близость к Распутину. Государь увольняет В.Н. Коковцева. Последнее свидание Государя с Коковцевым. С.Д. Сазонов о причинах увольнения В.Н..Коковцева. Новый председатель Совета Министров И.Л. Горемыкин. Огромный расцвет России в области экономики за время царствования Императора Николая II.


После докладов председателя Государственой Думы М.В. Родзянко и Премьер-министра Коковцева, по распоряжению Государя Григорий Распутин выехал к себе в село Покровское. Но он находился там недолго и вскоре опять появился в Петербурге. Его бурно встретили его поклонники на квартире г-жи Головиной, родственницы А. Вырубовой, и потом привезли в Царское Село. Но здесь его ждало разочарование - к Государыне он допущен не был. Теперь, вероятно с ведома Императора, за Распутиным усиленно следила полици По пятам за ним также следовали и корреспонденты газет.

Государь больше не мог вынести разговоров, сплетен и докладов о Григории Распутине. Он очень устал и нуждался в отдыхе. Он сказал В.Н. Коковцеву, что уезжает в Крым и постарается вернуться как можно позже. Это было время Великого поста 1912 года. На шестой неделе Царская Семья выехала на юг.

Несмотря на запрещение Государя, Анна Вырубова тайно посадила Распутина в императорский поезд, в купе князя Туманова. Когда Император узнал об этом, он очень разгневался и приказал остановить поезд на первой же станции Тосно. Здесь «старца» высадили и с агентом тайной полиции отправили обратно в Сибирь.162

М.В. Родзянко послал свой письменный доклад о принадлежности Распутина к секте хлыстов Государю в Крым, но о судьбе своего доклада он так ничего и не узнал. Осталось неизвестным - читал ли его Император, или же доклад не попал Государю в руки, а был кем-то перехвачен.


В апреле 1912 года, когда Император с Семьей находился в Крыму, произошло трагическое событие, взволновавшее всю страну. В Восточной Сибири на Ленских приисках бастовавшие рабочие были встречены огнем воинского отряда. В результате оказались убитыми двести рабочих и столько же раненых. Среди солдат жертв не было. В народе известие об этом вызвало всеобщее возмущение.

Министр Внутренних дел Макаров произнес в Государственной Думе речь, где защищал действия полиции и солдат. Он винил рабочих, которые будто бы, под влиянием злостной агитации, набросились на воинское подразделение, и заключил словами, что когда толпа набрасывается на войска, то войскам ничего не остается делать, как стрелять. «Так было, и так будет впредь» - закончил Макаров.163

Пресса сразу же подхватила эти слова, и по всей России, в знак протеста, прокатилась волна забастовок. Событие на Лене получило название «Ленского побоища».

Председатель Совета Министров В.Н. Коковцев выступил в Государственной Думе с речью, в которой обещал произвести расследование. Он предложил Государю послать на Ленские прииски бывшего министра Юстиции, члена Государственного Совета, С.С. Манухина, который пользовался всеобщим уважением как человек большой честности и порядочности, Император одобрил кандидатуру и С.С. Манухин выехал на место трагедии.

В результате расследования, произведенного Манухиным, оказалось, что администрация Ленских приисков халатно отнеслась к справедливым требованиям рабочих и отказала им в улучшении жилищных и трудовых условий. Местная же полиция проявила превышение своей власти и вызвала воинский отряд, что и повлекло за собой эту кровавую расправу.

После расследования правление Ленских приисков ушло в отставку, и начальник местной полиции был предан суду.

Император Николай II сильно переживал события на Лене. Он всегда все принимал близко к сердцу.


Великая княгиня Ольга Александровна, которая являлась крестной матерью младшей дочери Императорской четы, Анастасии, часто бывала в Царском Селе. Она там имела возможность хорошо изучить характер своего брата, Государ Она видела, какую тяжесть он несет на своих плечах. Великая княгиня говорила,164 что хотя Император и имел некоторые недостатки в своем характере, но его достоинства были очень высоки. Его привычки были простыми; его семейная жизнь - безупречной; пища - простой и умеренной. Государь был бережлив с деньгами, когда это касалось его личных нужд. Единственной слабостью Императора было курение. Курил Государь много. Но это являлось следствием его постоянного нервного напряжени Государь выработал в себе выдержку и сдержанность, а на лице носил выражение спокойствия, что вводило в заблуждение многих. Об Императоре ошибочно думали, что он человек равнодушный ко всему и холодный. Великая княгиня Ольга Александровна сказала, что выражение безразличия на лице Государя - всего лишь маска, под которой он скрывал свои истинные чувства. Стоя во главе многомиллионного народа, Император переживал все события очень глубоко. Переживания были порой настолько сильны, что он иногда боялся, что не выдержит и этим покажет слабость. Только Ольга Александровна и Императрица Александра Феодоровна знали истинное лицо Государ Знали, как он страдал, как он переживал всякое событие, всякое волнение в стране.


В 1912 году оканчивался срок 3-й Государственной Думы. Император очень желал, чтобы Дума, перед окончанием своего срока, утвердила кредиты на Церковно-приходские школы. Государь заботился об этих школах и хотел, чтобы их количество возросло по всей России. В таких школах в 1912 году обучалось 1988367 детей.165 Но кредиты Государственной Думой утверждены не были.

Граф В.Н. Коковцев в книге «Из моего прошлого» пишет:166

«Едва прошли благополучно морские кредиты, как в Думе поднялись опять страстные прения по смете Синода и специально по кредиту на Церковно-приходские школы. Опять появились намеки на Распутина, опять полились речи по адресу Саблера и Синода, опять заговорили о закулисных влияниях при назначении архиереев, -ив результате этих прений - опять последовал отказ в кредитах на открытие новых школ и на улучшение преподавания в них. Под шум этих прений Государственная Дума III созыва готовилась завершить свое пятилетнее существование и ожидала дня своего приема у Государ..

Подошло 7-8 июн Оставалось только проголосовать незаконченные прениями Церковно-приходские школьные кредиты и устроить прощальное молебствие…»

12-го июня в 11 часов утра состоялся прием членов Думы в Александровском дворце. Члены Думы разместились в алфавитном порядке по названию губерний.

Государь вошел в зал и поздоровался с В.Н. Коковцевым и М.В. Родзянко. Потом обошел членов Государственной Думы, разговаривая с некоторыми из них сравнительно подолгу. Затем вышел на середину зала и произнес свое обращение. В нем Государь благодарил Государственную Думу за проведенную работу, но в конце сказал следующее:

«Меня чрезвычайно огорчило ваше отрицательное отношение к близкому моему сердцу делу Церковно-приходских школ, завещанному мне моим незабвенным Родителем».

Эти слова Императора произвели отрицательное впечатление на членов Думы. И когда Государь ушел и всех пригласили в соседний зал к чашке чая, там стали раздаваться реплики, выражающие огорчение и разочарование. И в тот же день Государственная Дума большинством голосов отклонила несколько последних кредитов на Церковно-приходские школы. Этот вопрос оставался неразрешенным от предыдущих прений.


В 20-х числах июня состоялось свидание Императора Николая II и Германского императора Вильгельма в Балтийском порту. На встрече присутствовал и председатель Совета Министров В.Н. Коковцев. Он разговаривал с немецким Канцлером и выражал тревогу, что в Германии введен чрезвычайный военный налог и что Германия вооружается быстрым темпом. Потом он доложил о своем разговоре Государю. Император ответил, что он чрезвычайно доволен беседою с кайзером Вильгельмом, который заверил его, что не допустит Балканским обострениям перейти в мировую войну. Далее Государь сказал:167

«А все-таки готовиться нужно, и хорошо, что нам удалось провести Морскую программу, и необходимо готовиться и к сухопутной обороне».

1912 год был юбилейным годом - праздновалась столетняя годовщина победы российских войск над Наполеоном, и Император Николай II хотел достойно отметить эту знаменательную дату. Он входил во все детали разработки плана торжеств как в Петербурге, так и в Москве.

8-е сентября (26-го авг. - ст. ст.) был днем решительного Бородинского сражения между русскими и французами в 1812 году, положившего начало отступления войск Наполеона с русской земли.

Торжества начались с богослужения в Казанском соборе в Петербурге, где похоронен герой Отечественной войны, Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов, князь Смоленский, генерал-фельдмаршал, командующий русскими войсками при Бородино. На этом богослужении присутствовал Государь с Августейшей Семьей. На следующий день Император отбыл на место знаменитого сражения - в Бородино, где царский поезд был установлен на насыпи на все время бородинских торжеств.

В самую годовщину Бородинского сражения Император Николай II на белом коне объехал все поле битвы. Здесь, к этой славной дате, были восстановлены все главные пункты сражения - редуты, окопы; были обозначены места расположения российских и французских войск.

Одного участника Бородинского сражения, дожившего до 1912 года и бывшего старше столетнего возраста, представили Государю. Императора эта встреча глубоко тронула. Он не мог скрыть своего волнения, когда пожимал руку этого ветерана войны и говорил ему теплые слова.

В своем письме матери, Императрице Марии Феодоровне, Государь описывает чувства, охватившие его при посещении поля Бородинского сражени

Письмо помечено 10-м сентября (ст. ст.) 1912 г. и послано из Беловежа:168

«Моя дорогая Мама,

Я собирался тебе написать еще раньше, но не мог найти свободного времение. Было так много и таких радостных впечатлений за последние дни, что их не легко описать.

Конечно, самые замечательные дни были 25 и 26 августа в Бородино. Нас всех там охватило общее чувство глубочайшего благоговения перед нашими предками. Никакое описание битвы не может вызвать того впечатления, того чувства, которое испытываешь, когда вступаешь на землю, где была пролита кровь пятидесяти восьми тысяч наших храбрых людей, убитых и раненых в дни Бородинской битвы. Некоторые старые редуты и батареи были точно воссозданы нашими саперами.

Присутствие на панихиде по погибшим воинам, а после этого - на благодарственном молебне перед прославленным образом Божией Матери Одигитрии, тем самым образом, который был здесь во время сражения сто лет тому назад; торжественный крестный ход с этой иконой перед войсками: все это были моменты волнующего величия, которые неповторимы в наши дни. Кроме того, несколько старых людей, которые все еще помнят пришествие французов, были собраны здесь, и самым главным среди них был ветеран войны, стодвадцатидвухлетний сержант Войтинюк, который лично участвовал в сражении! Только вообрази, говорить с человеком, который помнит все, описывает детали битвы, указывает место, где он был ранен и т.д.! Я распорядился, чтобы они все встали рядом с нами у палатки во время богослужения и так, чтобы я мог их всех видеть. Они становились на колени и поднимались с колен вполне легко, и некоторые даже без помощи своих палок!

Французская делегация, которая присутствовала на торжестве, также очень заитересовалась ветеранами, и забрасывала главного старого солдата через переводчика вопросами.

Парад войск на поле Бородино был очень интересным, потому что все полки и батальоны военно-морских гвардейцев, которые принимали участие в сражении, были представлены ротами, отрядами, или взводами от каждого полка или батареи. Многие полки отметили памятниками приблизительно те места, где сражались их предки и получили отличи Днем 26-го я объехал на коне все поле и осмотрел все это. Такая поездка верхом дала еще более яркое впечатление после того, что мы видели и слышали…»

В Москве Государь с Семьей присутствовал на Божественной Литургии в храме Христа Спасителя, воздвигнутом в память победы России над Наполеоном; посещал различные храмы, музеи; присутствовал на многих приемах и парадах.

Императрица Александра Феодоровна находилась рядом с Государем, но ввиду своего болезненного состояния здоровья, едва выдерживала такое напряжение.

12-го сентября, день перенесения мощей святого Александра Невского, явился заключительным днем бородинских торжеств. В этот день, по инициативе Епископа Анастасия и при поддержке Великой княгини Елизаветы Феодоровны, был устроен всенародный благодарственный молебен на Красной плащади в присутствии Царской Семьи. Этот день стал незабываемым днем для жителей Москвы. Весь народ во главе со своим Царем слился в одной молитве к Богу.


После успешно проведенных бородинских торжеств Царская чета решила поехать на отдых в Польшу.

Цесаревич Алексей чувствовал себя отлично. У него уже давно не происходило приступов гемофилии, и Августейшим родителям казалось, что эта страшная болезнь больше не вернется к сыну. Но судьба сулила иное. В Польше и произошел у Наследника один из самых сильных приступов гемофилии, который подробно описан в главе девятой этой книги. Тогда Цесаревич, прыгая в лодку, повредил свою левую ногу у бедра.

В Спале, через неделю, состояние его здоровья так ухудшилось, что были вызваны из Петербурга лучшие специалисты медицины. На консилиуме они определили, что состояние больного очень опасно.

По всей России служили молебны о выздоровлении Цесаревича. В Спале же ждали самого страшного - конца.

10-го октября (ст. ст.) Наследника причастили Святых Таин Христовых. И этой же ночью А. Вырубова послала телеграмму Григорию Распутину в Сибирь. Ответ пришел утешительный.

И тогда случилось что-то странное. Было ли это совпадением, или действием таинственной силы - на этот вопрос ответа до сего времени не найдено. Через день после получения телеграммы от Распутина, кровоизлияние у больного остановилось, и он стал медленно поправлятьс

Если бы не этот роковой случай в Спале, по всей вероятности, Государь навсегда бы запретил въезд Распутину в Петербург. Теперь же было иное. Императрица Александра Феодоровна была твердо уверена, что спасителем от смерти ее горячо любимого сына был Распутин.

Но Государь Император придерживался другого мнени В своем письме матери он писал, что после Святого Причастия Наследнику сразу же стало лучше; температура спала и он начал поправлятьс

Государь в этом письме ни одним словом не упоминает о телеграмме, посланной Распутину. Он подробно описывает ход болезни сына и о своих моральных страданиях, и о страданиях Государыни.

Письмо датировано 20-ым октября (ст. ст.) 1912 г. и послано из Спалы:169

«Я пишу тебе, а мое сердце наполняется благодарностью ко Господу за Его милость дарованную нам - началось выздоровление Алексе.. У него болела нога в течение нескольких дней. И как мы \ узнали потом, это было в результате неловкого прыжка в лодку. Боткин обнаружил у него синяк и небольшую опухоль ниже живота, в верхней части левой ноги. Через неделю опухоль прошла, и когда Алексей приехал сюда (в Спалу), он чувствовал себя хорошо… 2-го октября он пожаловался на острую боль в том же месте, и его температура стала подниматься все выше каждый день. Боткин сказал, что у него началось сильное кровоизлияние в левой стороне и что ему необходим полный покой. Мы сразу же послали за лучшим хирургом Федоровым, которого мы знали уже давно, и который является специалистом в этой области, а также и за Раухфусом. Перед ними приехал и наш детский доктор Острогорский. … Дни между 6 и 10 были самыми ужасными. Наш бедняжка дорогой сильно страдал. Приступы боли появлялись каждые четверть часа. Из-за высокой температуры он находился в бредовом состоянии и дни и ночи. Он сидел на постели и малейшее движение вызывало новую боль. Он почти не спал, и не имел даже сил, чтобы плакать. Он стонал и продолжал повторять: «О, Господи, помилуй меня». Я едва имел силы находиться в его комнате, но должен был быть там, сменяя Аликс. Она была измучена, проводя целые ночи у его постели. Она переносила это испытание лучше, чем я, когда Алексею было так плохо. Но теперь, слава Богу, опасность миновала, и она начинает чувствовать последствие этого. Ее бедное сердце ослабело. Теперь она более осторожна и проводит дни на кушетке в комнате Алексе

10-го октября мы решили причастить его Святых Таин, и его состояние сразу же стало улучшатьс Температура спала до 39.5 и 38.2 (по Цельсию), боль почти прекратилась, и он погрузился в глубокий сон в первый раз… Я должен тебя предупредить, что, как говорят доктора, выздоровление Алексея будет идти очень медленно. Он все еще чувствует боль в левом колене и не может его согнуть, и нога должна лежать на подушке. Но это докторов не беспокоит. Главное это то, что процесс внутреннего рассасывания (сгустков крови) происходит, и для этого необходима полная неподвижность (ноги). Он выглядит сейчас довольно хорошо, но раньше он был как восковой: его руки и ноги, его лицо, все. Он очень похудел, но доктора сейчас дают ему все, что могут.

21-го октябр Мы сейчас все - и свита и казаки и слуги - приняли Святое Причастие в походной церкви. После этого священник понес Святые Дары Алексею. Такое изумительное чувство облегчения нашло на мен Слава Господу!… «

Выздоровление Наследника шло чрезвычайно медленно. Он долго не мог сгибать свою больную ногу. И только через год стал ходить.


Во второй половине 1912 года начались выборы в 4-ю Государственную Думу. В это время В.Н. Коковцеву был предложен пост посла Росии в Германии. Как думает сам Коковцев, это произошло благодаря интригам некоторых лиц, которые хотели удалить его из Петербурга.

Премьер-министр поблагодарил за оказанную ему честь, но отклонил предложение, мотивируя тем, что он по своей природе не дипломат, а прямой натуры человек и может нечаянно сказать больше, чем нужно и, кроме того, подчеркнул Коковцев, он сознательно несет свои обязанности Премьер-министра и министра Финансов и его совесть спокойна за то, что он делает.

Министра внутренних дел Макарова отстранили от должности и новым министром Внутренних дел был назначен Маклаков, который стоял очень близко к князю В.П. Мещерскому, издателю крайне правой газеты «Гражданин», человеку, пользовавшемуся репутацией крайнего консерватора.

Председателем новой Государственной Думы был переизбран Михаил Владимирович Родзянко.

Новых депутатов пригласили на прием к Государю. Император встретил всех очень милостиво, обошел каждого и с каждым разговаривал. Потом Государь вышел на середину и сказал общее слово приветствия, пожелав депутатам дружной и плодотворной работы.


Уже в конце 1912 года все государственные учреждения стали готовиться к празднованию трехсотлетия дома Романовых.

Во время тяжелого Смутного периода на Руси, когда поляки хозяйничали на нашей земле, когда, казалось, пришел конец Святой Руси, появились русские герои Кузьма Минин и князь Пожарский, святой Патриарх Гермоген и другие, силой своего духа и с молитвой на устах поднявшие наше Отечество на борьбу с врагом.

Неся с собой чудотворный образ Казанской Божией Матери, русские ополченцы во главе с князем Пожарским освободили Москву от поляков. И тогда собрался Всероссийский собор, который и избрал на царство юного Михаила Романова в феврале 1613 года.

Государь Император Николай II желал, чтобы эта великая дата была отмечена по всей стране как всероссийский праздник.

По предложению председателя Государственной Думы М.В. Родзянко, члены Думы решили преподнести Императорской Семье подарок.

В Москве был куплен дорогой старинный образ Христа Спасителя, и там же приобретен редкостной работы старинный плат. Он представлял собой белый холст, длиною в 24 аршина. Весь плат был расшит шелком, где изображалась встреча новоизбранного Царя Михаила Романова со своим отцом, патриархом Филаретом. Здесь же были изображены бояре и боярыни в разноцветных костюмах, стража, крестьяне с хлебом-солью. На фоне всей этой картины вдали виднелась Москва с ее Кремлем и церквями, а наверху, как бы благословляющая, Пресвятая Троица в окружении ангелов, трубящих славу.

Подарки эти были уложены в футляры, покрытые парчей и перевязанные золотым шнуром с кистями, на которых висели вышитые золотом орлы.

Романовские торжества открылись Божественной Литургией и благодарственным молебном в Казанском соборе в Санкт-Петербурге.

С большим трудом М.В. Родзянко «отвоевал» подходящие места для членов Государственной Думы в Казанском соборе. Им сначала было отведено место далеко позади.

М.В. Родзянко пишет:170

«Действительно, оказалось, что Государственная Дума была поставлена далеко сзади не только Государственного Совета, но и Сената. Если Романовские торжества должны были носить характер народного празднества, то нельзя было забывать, что в 1613 году народ в лице Земского собора, а не группы сановников, избрал Царем Михаила Феодоровича Романова.

Я указал на это обер-церемонимейстерам барону Корфу и графу Толстому и после неприятного спора добился того, что Сенат должен был уступить нам свое место и был отодвинут значительно вглубь собора… Не прошло и десяти минут, как за мной прибежал взволнованный старший пристав барон Ферзен и доложил, что не взирая на протесты его и его помощника, какой-то человек в крестьянском платье и с крестом на груди встал впереди Государственной Думы и не хочет уходить. Догадавшись в чем дело, я направился в собор к нашим местам и там, действительно, застал описанное бароном Ферзеном лицо. Это был - Распутин. Одет он был в великолепную темно-малинового цвета шелковую рубашку косоворотку, в высоких лаковых сапогах, в черных суконных шароварах и такой же черной поддевке. Поверх платья у него был наперсный крест на золотой художественной цепочке. Подойдя к нему вплотную, я внушительным шопотом спросил его: «Ты зачем здесь?» Он на меня бросил нахальный взгляд и отвечал: «А тебе какое дело?»

«Если ты будешь со мною говорить на «ты», то я тебя сейчас же за бороду выведу из собора. Разве ты не знаешь, что я председатель Государственной Думы».

Распутин повернулся ко мне лицом и начал бегать по мне глазами: сначала по лицу, потом в области сердца, а потом опять взглянул мне в глаза. Так продолжалось несколько мгновений.

Лично я совершенно не подвержен действию гипноза, испытал это много раз, но здесь я встретил непонятную мне силу огромного действи Я почувствовал накипающую во мне чисто животную злобу, кровь отхлынула мне к сердцу и я сознавал, что я мало-помалу прихожу в состояние подлинного бешенства.

Я в свою очередь начал прямо смотреть в глаза Распутину и, говоря без каламбуров, чувствовал, что мои глаза вылезают из орбит. Вероятно, у меня оказался довольно страшный вид, потому что Распутин начал как-то ежиться и спрашивал: «Что вам нужно от меня?»

«Чтобы ты сейчас убрался отсюда, гадкий еретик, тебе в этом святом доме нет места».

Распутин нахально отвечал: «Я приглашен сюда по желанию лиц более высоких, чем вы» - и вытащил при этом пригласительный билет.

«Ты известный обманщик, - возразил я, - верить твоим словам нельз Уходи сейчас вон, тебе здесь не место»…

Распутин искоса взглянул на меня, звучно опустился на колени и начал бить земные поклоны. Возмущенный этой дерзостью, я толкнул его в бок и сказал: «Довольно ломатьс Если ты сейчас не уберешься отсюда, то я своим приставам трикажу тебя вынести на руках».

С глубоким вздохом и со словами: «О, Господи, прости его грех», Распутин тяжело поднялся на ноги и, метнув на меня злобный взгляд, направился к выходу. Я проводил его до западных дверей, где выездной казак подал ему великолепную соболью шубу, усадил его в автомобиль и Распутин благополучно уехал».

Во время поздравлений во дворце, где присутствовали все члены Государственной Думы, М.В. Родзянко сказал приветственное слово Государю. Когда он говорил, Товарищи председателя держали развернутым плат и святую икону.

Закончил Родзянко свою речь словами:171

»… Примите же, Государь, эту святую икону Христа Спасителя как благословение народное, как видимый знак тех горячих молитв, которые сегодня возносятся во всех уголках России о здравии и благоденствии Вашего Величества и всей Царствующей Семьи.

Да благословит Вас Всевышний, да сохранит Он под небесным Покровом Своего Помазанника на счастье и радость всей русской земли».

В Петербурге высшая знать давала балы в честь Царской Семьи. На одном из балов присутствовали и две старшие дочери Императорской четы - Ольга и Татьяна. Балы следовали один за другим.

Фрейлина Государыни Императрицы баронесса София Буксгевден пишет, что посещение балов для Государыни было пыткой. Переживания, постоянная тревога за больного сына, бессонные ночи у его постели - совершенно расстроили ее здоровье. На одном из балов Императрица почувствовала себя так плохо, что чуть не упала в обморок. Только поспешивший к ней Государь успел вовремя вывести ее из зала.172

Великая княгиня Ольга Александровна тоже подтверждает, что Государыня была больна.173 Дыхание у нее порой становилось учащенным и затруднительным, губы делались синими.

О балах по случаю романовских торжеств Великая княгиня Ольга Александровна говорила, что их великолепие и пышность казались ей нереальностью и неподходящими ко времени. Она посещала эти балы, смотрела на красивую иллюминацию в честь трехсотлетия дома Романовых, но в своей душе чувствовала, что что-то новое и страшное вползает в жизнь, и что это неотвратимое формируется силами, которые остановить невозможно.


В мае 1913 года Императорская Семья проследовала на пароходе вниз по Волге в глубь России туда, где возникли основные национальные силы руского народа.

Великая княгиня Ольга Александровна рассказывает, что везде народ с энтузиазмом встречал своего Цар Когда пароход шел вниз по Волге, местные крестьяне заходили по пояс в воду, чтобы лучше рассмотреть Государ В некоторых городах ремесленники и рабочие падали на колени, чтобы поцеловать землю, где ступали ноги Императора, и те кто видел это, не могли и предполагать, что меньше чем через четыре года имя Государя будет оклеветано и опорочено.

Царская Семья посетила Владимир, Нижний Новгород, Ярославль, Суздаль, Ростов, Кострому.

Энтузиазм народа особенно выразился в Костроме, там, где в Ипатьевском монастыре триста лет назад, был избран на трон русского государства первый Царь династии Романовых, Михаил. Граф В.Н. Коковцев говорит:174

»… Государь и его Семья были окружены сплошной толпой народа, слышались неподдельные выражения радости…

Тут же нужно отметить, что при посещении одной из церквей в ней оказался Распутин. Когда все вышли из церкви - его фигура была замечена многими, и ко мне подошел генерал Джунковский и обратил мое внимание на его присутствие среди немногих имевших доступ в церковь. Мне пришлось ответить ему, что я удивляюсь каким образом ему, как Товарищу министра Внутренних дел и командиру корпуса Жандармов, могло быть неизвестно присутствие здесь «старца» и получил в ответ:

«Я ничем не распоряжаюсь и решительно не знаю кто и как получает доступ в места пребывания Царкской Семьи»; мне осталось только добавить ему: «так недалеко и до Богрова».

Посол Франции Морис Палеолог, который присутствовал на всех романовских торжествах, в книге «Aux portes du jugement dernier» - «У порога последнего суда», пишет,175 что в Костроме перед знаменитым Ипатьевским монастырем энтузиазм народа перешел в исступление. Вид Императорской Семьи глубоко потряс народное сознание. Но Палеолог замечает, что было ошибкой позволить присутствовать там Распутину. Его видели вместе с епископом Варнавой в машине, которая следовала за процессией.

Далее Морис Палеолог говорит о Великой княгине Елизавете Феодоровне, которая оставила на время свою Марфо-Мариинскую обитель и сестер, и присоединилась к Императорской Семье на Волге, чтобы присутствовать на романовских торжествах.

Все, кто восхищался красотою Елизаветы Феодоровны до трагической гибели ее супруга Великого князя Сергея Александровича, были теперь поражены тем, что ее лицо оставалось таким же прекрасным в монашеском одеянии, как и прежде. Трудно было оторвать от нее взгляд, любуясь как ее внешней, так и внутренней, духовной красотой.

Великая княгиня показывалась только в церквах. Ни на какие гражданские увеселения она не оставалась, а удалялась в местные женские монастыри.

Когда она узнала в Костроме, что Распутин пачкает своим присутствием священное торжество трехсотлетия дома Романовых, она издала крик ужаса и застыла на коленях в долгой молитве.

Морис Палеолог пишет, что генерал А.И. Спиридович, ведавший службой безопасности, сказал ему, что эти прекрасные помпезные торжества, которые предназначались для того, чтобы поднять имя Династии Романовых, закончились нехорошим предзнаменованием: тень Распутина стала падать на Императорский трон.


В Костроме, в присутствии Царской Семьи, на краю высокого обрыва над Волгой, был заложен памятник трехсолетию дома Романовых.

Когда Государь уезжал из Костромы, толпы народа долго стояли вдоль берега реки, провожая своего Цар Император был очень тронут приемом в Костроме.

По прибытии Царской Семьи для торжеств в Москву в июне месяце, Государь въехал в город один на коне, сопровождаемый на расстоянии отрядом казаков Собственного Е.И.В. Конво На Красной площади он сошел с лошади и проследовал за духовенством через Спасские ворота в Кремль.

Граф Коковцев пишет, что всегда поражающие своим великолепием царские выходы в Москве на этот раз превзошли все виденное раньше. Вид Государя на Красной площади среди своего народа, заполнившего всю площадь, вызвал необычайный подъем, и, несмотря на это, там поддерживался порядок. Только одно было печально - это присутствие Наследника на руках казака. Коковцев ясно помнил, как напротив памятника Минину и Пожарскому до него долетели громкие возгласы скорби из народа при виде больного мальчика. Толпа чувствовала что-то глубоко тяжелое в этом беспомощном состоянии единственного сына Государ

С.Д. Сазонов в своих воспоминаниях так отмечает энтузиазм русского народа во дни празднования трехсотлетия дома Романовых:176

«Те кто не видел этого, не может постичь тот глубокий и искренний энтузиазм, который пронесся через Россию в то врем Романовы, трехсотлетие которых праздновалось в Москве и в Костроме, были создателями современной России со всей ее прошлой славой и ее безграничными возможностями мирного развития и благосостояния в будущем». (пер. с англ.)

Во время романовских торжеств, как В.Н. Коковцев, так и министр Иностранных дел Сазонов были озабочены событиями на Балканах.

Политикой России являлось сохранение мира в Европе. Этого желал Государь, и его раньше поддерживал в этом покойный П.А. Столыпин, а теперь его преемник Коковцев и министр Иностранных дел С.Д. Сазонов, в то время как М.В. Родзянко придерживался противоположного мнени

С.Д. Сазонов попросил у Государя аудиенцию.177 Император его принял в Кремлевском дворце. Министр Иностранных дел стал уговаривать Государя лично вмешаться в спор между сербами и болгарами, чтобы их помирить.

Сначала русский Император спросил Сазонова - все ли доступные средства дипломатии исчерпаны, чтобы добиться мирного разрешения этого вопроса. Также Государь спросил, уверен ли Сазонов, что его личное вмешательство будет иметь желаемый успех.

На первый вопрос Императора С.Д. Сазонов ответил утвердительно, по второму же вопросу - не был уверен в успехе. Но он отметил, что в случае войны между сербами и болгарами Государь будет жалеть, что не попробовал вмешаться, чтобы разрешить мирным путем эту сложную ситуацию на Балканах.

Император внимательно слушал Сазонова и, после минутного колебания, объявил министру, что подпишет обращение к королям Сербии и Болгарии. Он также добавил, что чувствует, что это не только его право, но и его долг - предостеречь их в этот критический момент о возможных последствиях - о конфликте.

«Если они откажутся послушать меня, - сказал Император, - то зачинщики этих беспорядков понесут наказание. Я исполнил свой долг и моя совесть будет спокойна». (пер. с англ.)

С.Д. Сазонов пишет, что эти слова были произнесены с чарующей простотой, которая характеризовала Государя, и которая произвела на Сазонова непреодолимое впечатление.

Император прочитал текст телеграммы, которую заготовил Сазонов, и дал распоряжение сразу же ее отправить, желая, чтобы его призыв к единению и братству среди славян исходил из Москвы.

Покидая Кремль, С.Д. Сазонов думал о разговоре с Государем и о возможном результате государева решени Два факта ясно выделялись на общем впечатлении от этой встречи, именно, что Император Николай II не обращал внимания на мирскую славу, как другие, и что его личная гордость не играла никакой роли в его решениях, когда они внушались чувством долга.

Эти размышления Сазонова еще больше укрепили его в любви и преданности к Государю.

Когда текст воззвания Императора к миру и согласию стал известен за границей, то это произвело там большое впечатление, особенно на Балканах. Даже враги Российского государства должны были признать искренность и полную незаитересованность в этом призыве и его глубоко мирный характер. Все ясно увидели миротворческую политику правительства Санкт-Петербурга на Ближнем Востоке в этот критический момент истории Балкан.

К сожалению, Болгария не вняла призыву Российского Императора и началась вторая балканская война, которая, правда, длилась недолго.

Получая тревожные вести из Европы, Государь все время сохранял свое обычное самообладание и кажущееся спокойствие. Как-то он сказал В.Н. Коковцеву,178 что он верит в искреннее желание императора Вильгельма не допустить возникновение общеевропейской войны, верит в его умиротворяющее влияние на Австрию.

Граф Коковцев пишет:

«Вопреки сильно распространенному мнению о том, что Государь просто был глубоко равнодушен ко всем окружавшим его грозным событиям и не понимал их, я вполне убежден в том, что он лучше многих понимал их, давал себе ясный отчет о их силе и значении, но был также убежден и в том, что с нашей стороны делается все, что только доступно нашим силам, и что мы стоим на правильном пути, Его кажущееся внешнее спокойствие было поэтому отнюдь не проявлением его равнодушия или непонимания обстановки, а только той исключительной внешней выдержки, под которой скрывалось, подчас, глубокое волнение. Я убежден, что даже большинство из нас, стоявших близко к Государю, все же не знали его сложной души и не представляли себе, что именно переживал он в частые минуты глубокого и скрытого от всех нас раздумь..»


По всей России шло железнодорожное строительство и Премьер-министр Коковцев хотел получить за границей заем с целью производства дальнейших работ по постройке железных дорог. Государь очень желал того же и дал соответствующие инструкции В.Н. Коковцеву перед его отъездом за границу.

В это же время князь Мещерский начал свою травлю Коковцева через газету «Гражданин».

Мещерский, этот ловкий интриган, как его называет граф Коковцев, не первый раз занимался такими делами. Незадолго до убийства П.А. Столыпина он осмелился через «Гражданина» начать свой яростный поход против этого великого человека. Вдовствующая Императрица Мария Феодоровна открыто презирала Мещерского.

Теперь же Мещерский писал о якобы умалениях министрами, и в особенности В.Н. Коковцевым, престижа Государя и призывал упразднить Совет Министров и вернуться к прежнему Комитету Министров во главе с И.Л. Горемыкиным или А.С. Танеевым.

Тогда председатель Совета Министров понял, что против него началась решительная кампания при участии министра Внутренних дел Маклакова.

Поездка В.Н. Коковцева за границу оказалась очень успешной. Во Франции его встречали с большими почестями. Там он добился получения для России займа. Было подписано соглашение о реализации нами во Франции ежегодно, в течение пяти лет, железнодорожного займа на сумму не менее 550 миллионов франков в год.179

В.Н. Коковцев также побывал в Берлине, откуда вынес впечатление, что положение дел в Германии очень тревожно. Он убедился, что катастрофа приближается, что ряд подготовительных к войне мер в Берлине, начатых еще в 1911 году, уже замыкает свой страшный цикл и что никакое миролюбие русского Императора не в силах остановить надвигающуюся войну.

По возвращении в Россию, Премьер-министр явился к Государю с отчетом о своей поездке. Он представил Императору письменный доклад, впоследствии опубликованный уже Советской властью. Свой доклад В.Н. Коковцев дополнил еще и устным повествованием.

В.Н. Коковцев пишет, что никто никогда не узнает, что происходило в душе Государя во время этого доклада. Император ни разу не прервал Премьер-министра во время его изложени Государь упорно смотрел ему в глаза, как будто хотел проверить искренность слов Коковцева. Потом, отвернувшись к окну, около которого они сидели, Император долго всматривался в расстилавшуюся там морскую даль (это происходило в Ливадии), затем, как бы очнувшись от забытья, произнес:180

«На все воля Божия!»

Травля В.Н. Коковцева продолжала расти. Газета князя Мещерского обливала его грязью. Начались выступления против него и со стороны графа Витте.

О графе Витте В.Н. Коковцев в своем труде пишет,181 что С. Витте был очень властолюбивым, очень деятельным и полным инициативы. Он тяжело переносил безделие. Он считал, что Коковцев долго засиделся на посту председателя Совета Министров и министра финансов. Граф Витте видел в Коковцеве до известной степени помеху в достижении своих целей и расчитывал, что с уходом В.Н. Коковцева ему откроется дорога к продвижению вперед.

Далее В.Н. Коковцев пишет,182 что по слухам, граф Витте состоял в сношениях с Распутиным.

О дружественных отношениях графа Витте к Распутину находим и у других авторов. Так С.П. Белецкий в своих воспоминаниях пишет:183

»… был близок (Распутин - Л.М.) к семье гр. С.Ю. Витте, -которого он до конца своей жизни вспоминал с особой теплотой, и которого он при жизни графа, как он мне сам говорил, неоднократно хвалил в высоких сферах, мечтал об обратном его возвращении к власти, и познакомил уже с А.А. Вырубовой…»

В книге секретаря Распутина Аарона Симановича, в главе «Витте ищет протекции Распутина"184 написано, что Витте сказал Симановичу, будто у него имеется план, который может оказаться интересным для еврейского народа и просил Симановича свести его с Распутиным. Симанович предложил сперва добиться расположения Распутина, и посредницей была выбрана жена Витте, Матильда, еврейка по происхождению.185 А Симанович подыскал удобную квартиру в доме, где жил Распутин и там происходили тайные встречи графа Витте и Григория Распутина. По словам Аарона Симановича, С. Витте обещал поставить еврейский вопрос на первый план, если ему удастся при помощи Распутина вновь получить власть. Известно, что Григорий Распутин был покровителем евреев.186


Кроме графа Витте кампанию против В.Н. Коковцева вели министр Внутренних дел Маклаков, Военный министр Сухомлинов, министр Земледелия А.В. Кривошеий. Государь Император оказался не в состоянии идти против давления, которое оказывалось на него.

29-го января (ст. ст.) 1914г. В.Н. Коковцев получил письмо от Государя об увольнении. Новым министром финансов был назначен П.Л. Барк, а председателем Совета Министров стал Горемыкин. Коковцева Император пожаловал графским титулом.

Свое последнее свидание с Государем граф Коковцев описывает в своей книге:187

»… Когда я вошел в кабинет, Государь, только что вернувшийся с прогулки, быстро подошел ко мне навстречу, подал мне руку и не выпуская ее из своей руки стоял молча, смотря мне прямо в глаза. Я тоже молчал и боялся, что не сумею вполне совладать с собой при первом же слове.

Не берусь определить сколько времени тянулось это тягостное молчание, но кончилось оно тем, что Государь, все держа мою руку, вынул левой рукой платок из кармана, и из его глаз просто полились слезы…»

Государь предложил назначить В.Н. Коковцеву 200 или 300 тысяч рублей в виде единовременной выдачи. Но Коковцев не принял денег, сказав, что всякий будет подозревать, что он злоупотребил добротою Императора и выпросил себе крупную сумму. Коковцев продолжал, что он без средств вступил на пост министра финансов, и таким же он хотел бы и покинуть этот пост десять лет спуст Взамен этой крупной суммы Коковцев попросил Государя назначить ему оклад, чтобы он мог безбедно существовать.

Император, пишет В.Н. Коковцев, не сводил с него глаз, и они снова были полны слез. Государь, видимо волнуясь, сказал:

«Ну что же делать. Я должен подчиниться вашему желанию и вполне понимаю почему вы так поступаете. Мне не часто приходилось встречаться с такими явлениями. Меня все просят о помощи, даже и те, кто не имеет никакого права, а вы вот отказываетесь, когда я сам вам предложил!»

Касаясь вопроса смещения Государем В.Н. Коковцева с поста председателя Совета Министров и министра финансов, С.С. Ольденбург пишет,188 что быстрый расцвет экономики России привлек внимание критиков. Несмотря на растущие военные расходы и ежегодное повышение кредитов на народное образование, дефицита по бюджету не было. Огромная же часть государственных доходов поступала от винной монополии. Деревни расцветали, но и пьянство, в связи с появившимися у крестьян деньгми, увеличивалось. Возникла тогда в некоторых кругах мысль о закрытии многих винных лавок.

В.Н. Коковцев мало верил в действенность этих мер для сокращения в стране пьянства. Он заботился о государственных финансах.

Государь видел в пьянстве большое зло, порок и был намерен с этим боротьс Слухи о таких взглядах Императора проникли в «сферы», и граф Витте стал яростно выступать в Государственном Совете против политики министра финансов Коковцева.

С.С. Ольденбург вставляет и несколько слов о Распутине:

«Насколько известно, и Распутин, на личном опыте хорошо знакомый с «соблазнами вина», не раз говорил, что «нехорошо спаивать народ».

Государь, видимо, некоторое время колебалс Он не хотел расставаться с Коковцевым. Он высоко ценил его деятельность, твердость, разделял его мнение о необходимости сохранять мир.

«Есть, поэтому, все основания считать, - пишет Ольденбург, - что отставку В.Н. Коковцева вызвало, в конечном счете, убеждение Государя в невозможности приступить при нем к коренным преобразованиям в деле борьбы с народным пьянством».

С. Д. Сазонов, министр Иностранных дел России того времени, об увольнении Коковцева пишет,189 что смещение Коковцева, как главы правительства, повело к серьезным последствиям.

Коковцев имел много врагов потому, что несмотря на свои прекрасные качества как государственного деятеля, он был человеком, у которого не хватало дипломатической ловкости и который, благодаря своему долголетнему опыту политического деятеля, действовал по своему усмотрению, не прислушиваясь к мнению оппонентов. Это повлияло на его взаимоотношения с Думой. Коковцев не имел сторонников при дворе, хотя Государь и признавал его заслуги. Крайняя неприязнь Коковцева к Распутину настроила против него Императрицу, которая за последние годы показывала свое расположение только тем, кто был дружен с Распутиным и его кликой.

При таких обстоятельствах, как пишет С.Д. Сазонов, было достаточно усилий одного или двух членов Государственного Совета, враждебно настроенных к Коковцеву, чтобы сделать для него невозможным дальнейшее пребывание у кормила власти.

С.С. Ольденбург пишет, что новый председатель Совета Министров И.Л. Горемыкин, которому было тогда 74 года (по другим данным он был гораздо старше), был энергичным человеком и обладал живым умом. Он не был «старой шубой, вынутой из нафталина», как он сам себя называл.190

С.Д. Сазонов дает противоположную характеристику новому председателю Совета Министров.191 И.Л. Горемыкин, по словам С.Д. Сазонова, был старым человеком, который уже давно потерял всякий интерес к жизни, кроме своего покоя и благополучия, и утерял способность разбираться в окружающей обстановке.

С.Д. Сазонов пишет, что с того момента, как И.Л. Горемыкин занял пост председателя Совета Министров, а после него и Штюрмер, центральная сила Российской Империи начала падать все ниже и ниже, пока не оказалась на дне пропасти.

В правительстве стала наблюдаться с каждым днем все большая разобщенность, и положение правительства становилось все более неопределенным.

И.Л. Горемыкин имел поддержку при дворе, где друзья Распутина постарались снискать для него расположение Императрицы Александры Феодоровны, а также его поддерживали и некоторые члены кабинета министров. При Горемыкине отношения между правительством и Государственной Думой были натянутыми из-за того, что Горемыкин не сумел вести совместную работу с Думой.

С.Д. Сазонов пишет, что Государыня не была причастна к назначению Горемыкина, но поддерживала его потому, что его любил Распутин, и в течение двух лет, пока Горемыкин оставался у власти, он пользовался расположением Императрицы.


За время царствования Императора Николая II в России замечается огромный расцвет во всех областях экономики.192

Российская Империя быстро окрепла после Русско-японской войны. Необходимо было заново отстроить русский флот, который Россия потеряла в этой войне. О создании нового флота особенно беспокоился Государь. Постройка требовала колоссальных средств, но, несмотря на это, сельское хозяйство, промышленность, торговля, народное образование, искусство и другие виды народного хозяйства государства Российского так возросли и достигли такого расцвета, какого не знали предыдущие времена России.

Прошло только пять лет после слов П.А. Столыпина: «Дайте государству двадцать лет покоя, внутреннего и внешнего, и вы не узнаете нынешней России!» - и уже страна достигла невиданных успехов во всех областях государственной жизни.

К началу войны 1914 года народное образование преуспевало. В 1910 году русское правительство начало подготовку к введению всеобщего обязательного школьного образовани План всеобщего образования должен был осуществиться к 1920 году. Государь этого очень желал и следил за выполнением плана. К началу 1914 года расходы на школы и народное обучение составили около трехсот миллионов рублей.

Во время рождественских праздников 1913 года в Санкт Петербурге открылся первый всероссийский учительский съезд, где присутствовало около семи тысяч учителей. Здесь читались доклады. вносились новые предложения об улучшении системы преподавания, обсуждался план дальнейшей работы.

Несколько тысяч учителей народных школ по льготным условиям, предоставленным государством, смогли поехать за границу для ознакомления: в Германию, Францию, Швейцарию и Италию. Поездка обогатила знания и кругозор русских учителей и они могли все это передать детям.

Внутреннее спокойствие страны и богатые урожайные годы в России - 1909 и 1910 годы дали значительные средства для развития в стране всех отраслей экономики. Время с 1912 года по 1914 год было золотым периодом расцвета хозяйства российского.

К 1914 году, за двадцатилетний период, население России возросло на 50 миллионов человек. Естественный прирост населения составил свыше трех миллионов в год. Это свидетельствовало о растущем благосостоянии людей. Количество потребляемых народом товаров, как русского производства, так и заграничного удвоилось.

Благодаря развитию сельского хозяйства и интенсивного строительства железных дорог по всей России, «голодных годов» дальних деревень уже не существовало. Неурожай одного района быстро покрывался урожаем другого.

Государством были отпущены значительные суммы на развитие земледелия, на производство сельскохозяйственных машин, на переселение крестьян. Сельскохозяйственная сторона жизни России в связи со столыпинской аграрной реформой, с механизацией обработки земли, с распространением химических удобрений, с открытием целой сети агрономических ведомств, - очень окрепла. Производительность посевов увеличивалась, урожаи повысились. Русский крестьянин богател. В деревнях поднялся спрос на сельскохозяйственные машины, на мануфактуру, на предметы домашнего обихода. Значительно увеличилось потребление крестьянами сахара.

Россия вывозила хлеб за границу и стала «житницей Европы». Вывоз хлеба составлял около четверти от общего сбора хлебных злаков России. Белый хлеб стал конкурентом черному. Вместе с расцветом сельского хозяйства начала быстро развиваться и промышленность Российского государства.

За двадцатилетний период времени текстильная промышленность тоже шагнула вперед. Производство хлопчатобумажных тканей удвоилось. С усиленным развитием хлопководства в Туркестане Россия стала меньше ввозить хлопка из-за границы. Льняная промышленность, производство шерсти и шелка увеличились более чем на 75 процентов.

Тяжелая промышленность России также развивалась. Добыча угля увеличивалась беспрерывно. Один Донецкий бассейн давал в 1913 году свыше полутора миллиарда пудов193 угл Началась разработка Кузнецкого бассейна. Добыча угля по всей России за 20 лет возросла более, чем в четыре раза. В 1913 году было добыто угля 2214 миллионов пудов. Открылись новые богатые залежи железной руды в Кривом Роге, марганцевой руды в Закавказье.

В Российской Империи быстро росла металлургическая промышленность. Чугуна в 1913 году было произведено 283 милл. пудов. Некоторые фабричнозаводские оборудования еще ввозились из-за границы, но для железнодорожного строительства паровозы, вагоны, рельсы - употреблялись отечественного производства. Повсюду строились фабрики, заводы, разрабатывались недра земли.

Только добыча нефти отставала ввиду тех разрушений, которые были произведены во время революции 1905 года.

Российский рубль стоял высоко. В 1897 году Россия перешла на золотое обращение и были установлены очень строгие законы в отношении выпуска кредитных билетов.

Вклады народа в Государственные сберегательные кассы в 1913 году составляли свыше двух миллиардов рублей.

Повышение доходов России началось с 1906 года, когда окончилась Русско-японская война и прошли потрясения, вызванные революцией 1905 года. Повышение доходов шло непрерывно и плавно, и в 1913 году достигло 3415 милл. рублей. Доходы Российского государства превысили расходы в 1913 году более чем на 2 миллиарда рублей. Золотой запас Государственного банка России в 1913 году составил 1680 миллионов рублей. Бюджет государства возростал без обложения населения новыми налогами и без повышения старых.

Общий оборот внешней торговли к началу 1914 года за десять лет возрос с 1682 милл. рублей до 2690 милл. рублей, что стало одним из главных факторов прогресса экономики России.

Железнодорожное строительство шло по всей России очень быстрым темпом. За 20 лет протяжение железных дорог и телеграфных проводов более чем удвоилось. К началу 1914 года сеть железных дорог в России составляла 65526 верст.194 Усиленным темпом строился и речной флот.

По России, при поддержке правительства, стали открываться кооперативные общества. Это были или торговые организации, или кредитные учреждени Кооперативы открывались как в городах, так и в деревнях.

Иностранцы следили за необычайным ростом России. С.С. Ольденбург в своей книге «Царствование Императора Николая II», с.499, приводит слова одной из французских газет:

«Если дела европейских наций будут с 1912 по 1950 г. идти так же, как они шли с 1900 по 1912 г., Россия к середине текущего века будет господствовать над Европой, как в политическом, так и в экономическом и финансовом отношении».

О громадном расцвете России в предвоенные годы пишет в своих «Воспоминаниях» протопресвитер Георгий Шавельский.195 Он по долгу службы посещал воинские части и подчиненные ему церкви по всей России. Таким образом он объездил всю страну.

За три года мировой войны протопресвитер Шавельский побывал на Кавказе, в Туркестане, Сибири и в Западном крае. Сибирь он объезжал во второй раз. В первый раз он там был во время Русско-японской войны. В Сибири, Туркестане и на Кавказе отец Георгий увидел своими глазами, какой прогресс там произошел. Он на месте убедился, как поднимался там культурный рост России.

Когда отец Георгий ехал на фронт в 1904 году, он впервые увидел Сибирь. Тогда, по его словам, даже прилегающие к железнодорожному полотну места едва были заселены. Тогда там вдоль железной дороги тянулась тайга, и только изредка попадались поселени Во второй раз он побывал в Сибири в 1913 году и не узнал этого кра Везде расстилались бесконечные поля, и хлеб там убирали и косили сено машинами. Сибирь в этом отношении опередила центральную Россию, а также и северную и западную, где тогда еще не вывелись соха, серп и коса.

Прежние маленькие сибирские города теперь стали крупными центрами. Так, Новониколаевск на Оби, где в 1904 году было коло 15-и тысяч жителей в 1913 году уже насчитывал 130 тысяч горожан. Как рассказывали отцу Георгию местные жители, в Сибири наблюдались необыкновенные урожаи, около сам 40. Сибирские реки кишели рыбой, сибирские леса изобиловали дичью и пушниной, недра Сибири хранили в себе несметные богатства. На Алтае были обнаружены целебные минеральные источники.

Туркестан, по словам отца Георгия, по своему расцвету не уступал Сибири. Протопресвитер Шавельский проехал Туркестан по железной дороге по линии Ташкент-Скобелев-Самарканд-Ашхабад-Красноводск-Кушка-Мерв. Он видел, как голодные степи, благодаря орошению, превращались там в плодородную землю. На полях выращивался хлопок, рис; виднелись плантации фруктовых деревьев.

Отец Георгий побывал и на Кубани, и везде мог воочию убедиться, как быстро Россия залечила свои раны после Русско-японской войны. Россия неслась вперед. Протопресвитер Шавельский пишет, что тогда была у всех уверенность, что наша Россия вскоре станет самой богатой страной в мире. Прогресс в стране наблюдался во всем - и в торговле и в промышленности и в земледелии и в деле народного образования, и отец Георгий затрудняется ответить - кому обязана Россия таким расцветом. Он считает, что блестящие министры последнего царствования: Витте, Столыпин, Кривошеин, Коковцев и другие способствовали всероссийскому прогрессу. Но было бы несправедливым, как пишет о. Георгий, не отдать должного Государю Императору Николаю II, который всегда и всей дугпой откликался на предлагаемые министрами реформы, те реформы, которые были направлены на благо российского народа. Каждое ответственное лицо могло быть совершенно уверено в поддержке Императора, если ему удавалось убедить Государя в необходимости и полезности нового представляемого проекта. Император Николай Александрович безгранично любил Родину. Он не страшился новизны и ценил в своих сотрудниках их горячие и смелые порывы. Протопресвитер Георгий Шавельский заключает свою главу о росте России словами, что эти драгоценные качества Государя, как правителя, к великому несчастью, не проявились до конца и во всей своей силе.

Если бы не война 1914 года, а затем и страшная катастрофа -революция в России, то наша страна в недалеком будущем достигла бы такого могущества, богатства и величия, какого еще не достигало ни одно государство мира.


Не всем нравилось растущее благоденствие Российской Империи. Работали мировые темные силы, чтобы уничтожить Россию, что вскоре и произошло.


Примечания:



1

Великая княгиня Елизавета Феодоровна, причисленная к лику святых Русской Православной Церковью за границей 1 ноября 1981 года, а Московской Патриархией - 4 апреля 1992 года.



16

Миллер «Святая Мученица Российская Великая княгиня Елизавета Феодоровна» с.89.



17

Великий князь Александр Михайлович «Книга воспоминаний». Издательство «Лев», Париж, с. 169.



18

Л. Миллер «Святая Мученица Российская Великая княгиня Елизавета Феодоровна», с. 91.



19

Дневник Императора Николая II, с. 257



162

М.В. Родзянко «Крушение Империи», с. 53.



163

С.С. Ольденбург «Царствование Императора Николая II», с. 474.



164

Ian Vorres «The Last Grand-Duchess», сс. 107,108.



165

"Царские коронации на Руси», с. 429.



166

Граф В.Н. Коковцев «Из моего прошлого», том II, сс. 72-75.



167

Граф В.Н. Коковцев «Из моего прошлого», том II, с. 80.



168

The Secret Letters Of The Last Tsar, сс. 270-272.



169

The Secret Letters of the Last Tsar, сс. 275-278.



170

М.В. Родзянко «Крушение Империи», сс. 60,61.



171

М.В. Родзянко «Крушение Империи», с. 62.



172

Baroness Sophie Buxhoeveden «The life and tragedy of Alexandra Feodorovna Empress of Russia», с 175.



173

Ian Vorres «The Last Grand-Duchess», сс. 130, 131.



174

Граф В.Н. Коковцев «Из моего прошлого», том II, сс. 169,170.



175

Maurice Paleologue «Aux portes du jugement dernier», Elisabeth-Feodorowna, Grand Duchess de Russie. Paris, Librairie Plon, 1940, глава 10.



176

Serge Sazonov «Fateful Years», 1909-1916, с. 93.



177

Serge Sazonov «Fateful Years», 1909-1916, сс. 94-96.



178

Граф В.Н. Коковцев «Из моего прошлого», том II, сс. 171,172



179

Граф В.Н. Коковцев «Из моего прошлого», том II, с. 203.



180

Граф В.Н. Коковцев «Из моего прошлого», том II, с. 361.



181

Там же, с. 335.



182

Там же, с. 336.



183

С.П. Белецкий «Воспоминания», с. 7.



184

Аарон Симанович «Распутин и евреи», сс. 87-92.



185

В. Криворотов «ПРИДВОРНЫЙ ЮВЕЛИР (страшное иго) Распутиниада и ее Секретарь». Мадрид, 1975, с. 19.



186

Аарон Симанович в своей книге «Распутин и евреи», сс. 89-91, пишет, что граф Витте предложил Симановичу при помощи Распутина собрать необходимую сумму денег, чтобы добиться влияния на газету «Новое Время» и прекратить ее злостную пропаганду. Симанович рассказал об этом Распутину, и они решили обратиться к «умному банкиру» - Дмитрию Рубинштейну. Решили также поставить в известность барона Гинцбурга и Мозеса Гинцбурга. Распутин пригласил их всех к себе и предложил купить эту враждебную евреям газету. В результате, акции «Нового Времени» были приобретены на имя графа Витте, а затем переуступлены Рубинштейну. Симанович пишет, что Рубинштейн радовался, что теперь закончится травля против евреев, а Витте был доволен, что «Новое Время» перестанет его ругать и не будет ему вредить.



187

Граф В.Н. Коковцев «Из моего прошлого», том II, сс. 285-293.



188

С.С. Ольденбург «Царствование Императора Николая II», сс. 489-491.



189

Serge Sazonov «Fateful Years», 1909-1916, с. 279.



190

С.С. Ольденбург «Царствование Императора Николая II», с. 492.



191

Serge Sazonov «Fateful Years», 1909-1916, сс. 80,277,279.



192

Данные экономического развития России за период царствование Императора Николая II заимствованы из книг: графа В.Н. Коковцева «Из моего прошлого», том II, гл. 5 и С.С. Ольденбурга «Царствование Императора Николая II», гл. 17.



193

Один пуд = 16.38 кг.



194

Одна верста = 1.067 км.



195

О. Георгий Шавельский «Воспоминания последнего протопресвитера русской армии и флота», том I. Изд. имени Чехова, Нью-Йорк, 1954, сс. 35-42.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх