«Именно война превратила организованную и плодотворную жизнь всего...

«Именно война превратила организованную и плодотворную жизнь всего мира в беспорядочный и бесформенный хаос».

(Генри Форд)

В России еще не перевелись мечтатели о «восстановлении империи». Я сам знал таких людей, которые в свободное время рисовали на картах границы «будущей России», а также обсуждали, как им установить власть на землях, которые будто бы жаждут, ждут и не дождутся момента вхождения в Россию. Есть и писатели такого толка, вроде Максима Калашникова, расписывавшего «восстановление империи» в своей книге «Сломанный меч империи».

Еще больше людей, восхищающихся старой, имперской Россией и Советским Союзом. Это вообще отдельное направление мысли в современной России. Не сказать, что оно доминирует, но все же имеет большое влияние, особенно в интеллектуальных кругах.

Удивительно в этом то, что вроде бы неглупые и образованные люди ударяются в два поразительных занятия. С одной стороны, они тщательно пестуют идеи даже не вчерашние и не прошлогодние, а позапрошлого века. С другой стороны, они не видят, или не хотят замечать, что XX век стер с карты мира большую часть империй, в том числе и Российскую.

Можно сколько угодно восхищаться силой и нахрапом европейских государств, захватывавших куски территорий, новые и новые колонии, можно сколько угодно мечтать о возвращении «старого, доброго» колониального времени. Но при этом нельзя забывать жестоких уроков XX века. Всем колониальным империям колониализм обошелся очень и очень дорого.

Во-первых, метрополии ни в экономическом смысле, ни в социальном, ни в политическом, не могли самостоятельно жить без колоний, и при этом иметь авторитет и политический вес. Как только Великобритания растеряла свои колонии, она откатилась с позиций мирового лидера.

Во-вторых, мировые войны за колонии и передел мира нанесли в сопоставлении метрополиям ущерб намного больший, чем метрополии нанесли своим колониям в ходе колониальных войн и захватов.

Поэтому, главный исторический урок, преподнесенный событиями XX века, состоит в том, что колониальный путь развития предусматривает также взаимно истребительное столкновение двух или нескольких метрополий за передел мира. Только по этой причине произошел распад мировой колониальной системы.

Если стремиться не к империям, тогда к чему же? Для людей, воспитанных на эстетике колониализма, этот вопрос тяжел и невыносим, хотя исторический опыт второй половины XX века дал на него свой ответ.

В середине XX века, после завершения Второй мировой войны, на обломках колониальной системы в мире стали активно складываться новые глобальные образования, которые я называю «региональными экономическими системами».

Если еще в начале XX века вся жизнь метрополий, колоний и зависимых стран сосредотачивалась в нескольких европейских столицах, то в середине XX века на мировой арене появились региональные объединения стран: «Свободный рынок», СЭВ, Исламская конференция, АСЕАН, а также отраслевые объединения, вроде ОПЕК. Они играют самостоятельную роль, обладают собственными финансами и ресурсами, а также проводят собственную политику. Кто в это не верит, советую вспомнить топливный кризис 1974 года. Несколько сравнительно небогатых тогда еще государств смогли навязать свою волю одной из сверхдержав мира.

Региональные экономические системы обладают общим рынком, общей экономической системой, часто развивают тесную кооперацию в промышленности, в транспорте и энергетике. Одним из наиболее ярких образцов региональной экономической системы был Совет экономической взаимопомощи (СЭВ), который внутри себя имел общие промышленные программы, общую энергетику и общую транспортную систему. Эта модель организации мирового сообщества, которая будет активно развиваться в будущем, тогда как сверхдержавы и метрополии будут сходить со сцены.

В силу этого обстоятельства, я считаю, что целью развития России должно стать формирование на основе России такой региональной экономической системы. Понятно, что в числе главных регионов, которые войдут в нашу региональную экономическую систему, будут страны бывшего СССР, и сопредельные страны.

Эта цель предусматривает в первую очередь пересмотра отношения к странам бывшего СССР. Сегодня еще очень часто встречается отношение к ним как к «мятежным провинциям», которые временно вышли из империи, и просто жаждут в нее возвратиться. Однако, это не так.

Империи создаются двумя факторами: военной силой, когда захватить территорию очень легко, и соблазном, то есть резким превышением уровня развития метрополии над колонией.

Когда у России была и сила, и соблазн, она подчиняла себе территории. Но теперь уровень развития бывших колоний сравнялся с нашим, сил хватает только на удержание своего, и потому вполне закономерно Российская Империя, и СССР (как некая попытка воссоздания империи) распались. Например, Казахстан не вернуть сейчас в лоно империи ни силой (это сильное государство), ни соблазном, поскольку их уровень развития сопоставим с нашим, а по темпам развития они нас обгоняют.

В истории не было еще ни одного примера, когда часть империи, вышедшая из ее состава, добровольно в нее возвращалась. Страны бывшего СССР стали самостоятельными государствами, и, надо полагать, в таком статусе просуществуют еще достаточно долго. Это обстоятельство нам надо обязательно учитывать.

В большинстве программ, разработанных в России, полностью отсутствуют цели развития для внутренних регионов России. Складывается полное ощущение, что авторы даже и понятия не имеют о том, что Россия велика и обширна, что одна ее часть серьезно отличается от другой, и для каждой ее части нужна своя программа развития, на что нужно направить внимание. Хотя, можно поручиться за то, что в кабинетах разработчиков этих программ и концепций висят большие карты России.


ВОССТАНОВЛЕНИЕ ЕВРОССИИ

О Сибири мы достаточно сказали, а теперь нужно сказать, что в программе развития России как региональной экономической системы одно из важнейших мест должно занимать развитие Евроссии.

Евроссия – это ключевой регион России, чья значимость вовсе не ограничивается только Москвой и Московской областью. Во-первых, это важнейший экономический район, ибо здесь сосредоточена большая часть наукоемкого и сложного машиностроения, большая часть наукоградов, значительная часть перерабатывающей промышленности. Вместе с Северо-Западом Центральный район производит 2/3 промышленной продукции России и дает 75% ВВП страны. Соответственно, нужна программа мер, которая будет направлена на развитие научно-промышленного потенциала Центрального района. Остро необходима программа обновления основных фондов промышленности, программа развития малых городов и населенных пунктов, развития сельского хозяйства, необходимого для существования этого густонаселенного региона России.

Во-вторых, это важнейший культурный регион России. Именно здесь находится историческая родина русского народа. Вместе с Северо-Западом, этот регион составляет область, где сформировался современный русский народ, где находятся его древнейшие города и важнейшие памятники культуры и истории.

Много говорят о том, что русский народ является «государствообразующим» народом. Известная доля истины в этом выражении есть, хотя в целом оно неверно. Неправильно считать, что русские были чем-то вроде винтика в государстве Российском. Исторически русские успешно жили и развивались в трех крупных государствах: Великом княжестве Литовском, Речи Посполитой, Московии, и теперь живут в 16 странах бывшего СССР и более чем в 20 странах дальнего зарубежья. Как правило, русские занимают в этих странах хорошее положение, и занимаются в основном интеллектуальным трудом.

Но, как же тогда обстоит дело с сокращением численности русского народа, если все так хорошо? На этот вопрос отвечу так: это и есть проявление коренных проблем русского народа. Их две. Первая – нерациональное государственно-политическое устройство России, которое нацелено на расходование сил русского народа, но никак не способствует восстановлению, развитию и усложнению русского народа. Вторая – разрушение культурной структуры русского народа, утрата связи с исторической родиной и с другими народами. Эти две проблемы между собой связаны.

Какая из них главная? Первая, конечно. Вторая проблема является следствием первой.

Итак, нерациональное государственно-политическое устройство России. Что под этим понимается? Понимается очень простая вещь. Государственная и политическая структура сначала Московии, а потом и России, а также Советского Союза, да и сейчас Российской Федерации, как наследника первых двух государств, создана для расширения, для захвата и удержания империи. Русское государство, начиная с XVI века – это определенно имперское государство, которое только и делает, что распространяется и захватывает все новые и новые территории, обороняет их и удерживает. Все остальное – внутренняя политика, устройство общества, идеология подчинены этой задачей. Оттого в России, в отличие от большинства стран Европы и Азии, которые не ставили задачи распространения, появилось жестко регулируемое общество, с тщательным предписанием, что можно, а чего нельзя, с мельчайшими запретами, и с сильно развитыми силовыми структурами. Бывали периоды, когда в России расцветало общественное разнообразие, но, как только снова объявлялся курс на захваты, на «активную» внешнюю политику или борьбу за торжество идеи во всем мире, разнообразие подавлялось и устанавливалось казенное однообразие.

О России много чего говорили, но, думаю, совершенно не случайно появился эпитет «казарменный».

Эта государственно-политическая структура России направлена на расходование сил русского народа. Она черпает его силы для пополнения армии, административного аппарата, расходует доход и ресурсы народа на разнообразное задачи, на пополнение госбюджета, растрачиваемого затем на разные стратегические нужды. Русский народ оказался столь многочисленным и мощным, что оказался способен поддерживать и даже увеличивать мощь этой системы на протяжении почти 400 лет.

Итак, 16 поколений наших предков жили в тотальной мобилизации, военной или тягловой. Их силы изнурялись налогами, повинностями, наборами в армию. Русский народ выживал не благодаря своему государству, а вопреки ему, благодаря природной силе, смекалке и уму, хотя постоянные тяготы не могли не сказаться на уровне развития народа. Когда военные тяготы уменьшались, русские являли миру величайшие творения своего ума и сообразительности: выдающиеся открытия, великолепные образцы искусства, яркие примеры деловой хватки и активности. Легко себе представить, чем бы русские обогатили мировую культуру, если бы не эта тотальная мобилизация.

Но, всякий ресурс приходит к исчерпанию. Так и последняя большая война черпанула по дну сил и возможностей русского народа. Едва ли не первый случай был в истории России, когда воевало все мужское население, а оружие делали подростки, старики и женщины. Сталинская индустриализация и победа во Второй мировой войне – это величайшие достижения. Но нельзя не признать их негативного эффекта в том, что ресурсы и силы русского народа оказались практически исчерпанными.

Однако, государственная система изменена не была. Она и сегодня по-прежнему ориентирована на растрату сил и возможностей русского народа. Это ярко сегодня видно в военной политике. Совершенно непонятно, зачем тратится столько сил на загон в армию 18-ти летней молодежи. В это же самое время в силовых ведомствах: МВД, ФСБ, МЧС и других, коих расплодилось немало, служит в два раза больше здоровых и крепких мужиков, чем в Вооруженных силах. Общая численность силовиков в России – около 3 млн. человек, в то время как солдат и офицеров армии – 1080 тысяч человек. Да и многочисленные охранные агентства укомплектованы отборными мужиками, которым в самый раз быть бы в рядах Вооруженных сил.

Мало того, что под ружьем у нас стоит в два раза больше народу, чем мы можем себе позволить, 2% от населения страны. В дополнение к этому у нас на «укрепление» армии тратятся силы мужской молодежи, которую стремятся почти поголовно загнать в армию. Науками, бизнесом и технологиями у нас занимаются те, кто по болезни не был призван, либо откупившийся или уклонившийся от службы. Это вызывает недоумение, а что, России уже не требуются образованные специалисты? И вообще, не проще ли разогнать половину кадров МВД и МЧС, чтобы пополнить ряды армии?

Второй момент – администрация. Законодательство у нас по-прежнему развивается путем тщательной регламентации и регулировал во всех областях общественной и экономической жизни. Для соблюдения этой тщательной регламентации создаются по элементарной необходимости работы с огромным бумажным потоком документов и распоряжений, огромные административные штаты. Чиновники и административные работники – все люди образованные, ибо на госслужбу, а также на работу в крупные компании без высшего образования не берут.

По России наберется 4-5 миллионов человек, занятых административным управлением. Давайте зададим глупый вопрос: зачем столько?

А теперь давайте зададимся вот каким вопросом. Много чего было сказано и по поводу армии, и по поводу раздутого бюрократического аппарата. Но от гневных обличений и временами прокатывающихся кампаний по сокращению штатов, пороки всей системы не исчезают. Этот факт говорит, что то, что мы считаем пороками, для самой этой системы пороками не является. Раздутые штаты административного управления, раздутые штаты силовых ведомств и нерациональная система набора в армию не являются плодами ошибок, недоработок или злого умысла, как принято считать. На мое мнение, все это является прямым следствием идеологии развития государства за последние 400 лет.

Начнем с набора в армию. Зачем всю мужскую молодежь, кроме увечных и больных, прогонять через службу в армии? Любой военный, не задумываясь, даст ответ: для того, чтобы иметь запас обученных солдат и офицеров. Но на следующий вопрос ответит далеко не всякий военный, и даже политик. А для чего нам иметь запас обученных солдат и офицеров размером примерно в 5-6% населения, то есть заведомо больше нужд армии? Вот здесь-то и начинается недоуменное молчание, хотя вопрос сам по себе простой. Просто государственная и военная система России несколько сотен лет, готовилась к войнам, то захватническим, то оборонительным. И потому для этих постоянных войн нужен был большой запас обученных солдат и офицеров, чтобы после подвигов какого-нибудь Жукова, вновь наполнить армию.

Теперь по силовым ведомствам. Идеология раздутых штатов МВД, ФСБ, МЧС и других силовых ведомств та же – государство ведет войну не на жизнь, а на смерть… Противник, правда, меняется по мере необходимости. Когда-то это были фарцовщики, потом кооператоры, потом организованная преступность, теперь вот международный терроризм. С каждым из них государство ведет войну, и каждый из них якобы представляет смертельную угрозу для страны и общества. После выступления Владимира Путина 13 сентября 2004 года, видимо, будет очередное увеличение штатов силовых ведомств. Но уже заявлено, что на развитие РВСН уже тратится «максимум средств». Пошел новый виток вооружений и военного психоза.

Вот в чем суть главной проблемы, терзающей Россию – так называемое «оборонное сознание», или, проще говоря, мания преследования, когда части политиков и части общества кажется, что кругом враги, и надо только-только чуть-чуть продержаться. Причем это «оборонное сознание» не видит простого исторического факта, что все территориальные потери России за XX век не были вызваны военными причинами. Вооруженным путем у России и у Советского Союза не было отторгнуто ни одного квадратного километра территории. Все потери – чисто политического свойства. Народам, которые жили в составе России, до смерти надоедало это «оборонное сознание», жизнь в большой, на всю страну, казарме, и они прилагали максимум усилий для того, чтобы вырваться из этого оборонно-казарменного строя.

И в самом деле, сколько можно.


ПОКОНЧИТЬ С «ОБОРОННЫМ СОЗНАНИЕМ»

Главной, на мой взгляд, задачей, которую необходимо выполнить русскому народу для резкого улучшения своего положения, является такая задача – покончить с «оборонным сознанием». Без этого невозможно коренное улучшение положения народа, ибо «держа в руках два пистолета, невозможно делать что-то другое».

Что это означает – покончить с «оборонным сознанием»? Во-первых, решительно отказаться рассматривать весь мир и окружающих соседей только как потенциальных врагов. Пристальный и внимательный анализ положения показывает, что ситуация оказывается намного сложнее, и в окружающем нас мире существуют и враги, и друзья, а просто нейтрально настроенные к нам люди. Не учитывая их существования, легко впасть в ошибку «оборонного сознания» и переоценку опасности.

Во-вторых, решительно отказаться рассматривать окружающий мир только как арену потенциальных захватов. Нам ничего не нужно захватывать, ибо ресурсов у нас достаточно, территории тоже достаточно, даже с избытком при сегодняшней плотности населения. Нам нет неотложной нужды бороться за средства к существованию, и нет нужды в захватах чего-то там. О «войне за ресурсы» пусть говорят параноики. Мы же можем любому желающему предложить поработать на нефтяных скважинах Самотлора, никелевых рудниках Норильска, алмазных трубках Мирного и золотых приисках Колымы. Добывать ресурсы в России не такая простая работа, как может показаться человеку, незнакомому с заполярными условиями.

Соответственно, за границами России начинается мир, куда нас могут только пригласить, но где мы не имеем права приказывать, навязывать свою точку зрения. Этот мир нужно изучать, развивать сотрудничество, торговлю, разнообразные связи. Но мысли, что этот мир когда-нибудь станет «русским», подвластным и подчиненным, нужно оставить раз и навсегда.

Есть два возможных контраргумента против решительного отказа от «оборонного сознания». Первый аргумент состоит в классическом: «Как мы можем отказываться, когда они…». Человеку, всерьез придерживающемуся такой аргументации, уже ничем не поможешь. «Оборонное сознание» в таком виде есть разновидность мании преследования.

Ссылки параноика на военное планирование не принимаются. «Оборонное сознание» и военное планирование – это совершенно разные вещи, и не надо путать одно с другим. Генштаб, в своей работе руководствуется огромным объемом информации о противнике, о его намерениях, о ТВД, о собственных войсках и планах, и основывает свои решения на точном и объективном анализе ситуации. «Оборонное сознание» основывает свои мнения на твердой и априорной убежденности в том, что Россию все хотят завоевать. Все аргументы против отметаются усилением голоса.

Второй аргумент: «Это слишком мало, чтобы произвести ожидаемые изменения». Вот с этим аргументом согласиться никак нельзя. Во-первых, отказ от «оборонного сознания», отказ видеть в окружающем мире только врагов и только плацдарм для завоевания, заставляет окружающий мир изучать. Изучая внешний мир, входя в понимание отношений в нем, мы вынуждаемся также глубже узнавать себя, определять себя гораздо более четко и ясно, чем при «оборонном сознании», чтобы в условиях разнообразных связей, разнородного и разнокультурного окружения не потеряться и не утратить понимание своих интересов. При «оборонном сознании» русский – всего лишь малозначащий винтик военно-административной России, за которого думают и решают. При отказе от «оборонного сознания» русский становится тем, кем он и должен быть и кем является на самом деле – представителем своего народа. При «оборонном сознании» – русский сильный, а при нормальном и разумном подходе – русский умный. Разница понятна?

Отказ от «оборонного сознания» делает не нужным следующие явления российской жизни. Не нужны становятся многочисленные силовые ведомства. Большая армия нужна только тогда, когда есть априорное представление об окружающем мире, как о потенциальных врагах. При нормальном подходе численность армии резко сокращается, ибо становится понятно, что большинство политических проблем и внешних угроз можно решить политическими методами.

Не нужна детальная регламентация общества, и отпадает принуждение общества жить в рамках высочайше установленных образцов. Это делает ненужным многочисленные силовые ведомства: МВД, ФСБ, МЧС и другие, чья численность падает по уровня, необходимого для поддержания правопорядка. Именно поддержания правопорядка, а не навязывания полицейского режима! Значительно сокращается административный аппарат, чьи функции при здравом подходе также являются излишними и дублирующими друг друга.

Здесь нужно понять вот какой момент. Тщательная регламентация общественной жизни нужна только для принуждения гражданина к повиновению любому государственному указу и превращения его в «мобилизационный резерв». Такой государственно-политический строй, какой есть сейчас у нас, направлен только на это. Главная его цель – создать такие условия, чтобы никакой человек ничего не мог сделать без обращения к государственным органам, и получения письменного разрешения. Это очень удобно для милитаризованного государства. Единым разом можно все хозяйство, все общество перевести на военное положение и принудить его к исполнению приказов.

Раздутая армия, силовые ведомства и административный аппарат – это совсем не пороки этой системы, с точки зрения «оборонного сознания». Это величайшая его сила, и величайшие возможности, ибо при существующей системе изменить общество можно иногда буквально за день путем отдачи соответствующего распоряжения. Мы видим уже, как это делается на примере монетизации льгот и отмены выборов губернаторов.

Разрушить эту систему, растрачивающую силы русского народа, невозможно путем частичных изменений в этой системе. Ее можно разрушить только поразив ее в самый центр и ядро – «оборонное сознание».


РУССКИЙ ПАТРИОТИЗМ ИЛИ ИМПЕРСКИЙ ПАТРИОТИЗМ?

Долгое время русский патриотизм был понятием достаточно абстрактным. Он распространялся на всю огромную державу, в одну шестую часть суши, на все ее самые разнообразные условия, ландшафты от субтропиков до субарктических пустынь, города и поселки. Русский патриотизм был многоликим и многонациональным, и к нему на полных основаниях мог присоединиться человек любой национальности, любой культуры и языка. Этот вид патриотизма правильнее было бы назвать имперским патриотизмом. Русские построили огромную империю и на полных правах любили каждый завоеванный кусочек земли, считая его своим на том основании, что он полит русской кровью при завоевании.

Этот вид патриотизма, а, именно, имперский патриотизм имеет несколько ярких отличительных сторон.

Во-первых, центр для империи – это столица империи, где сосредоточена центральная власть. Отсюда исходят указания, распоряжения, сила, принуждающая народы, входящие в империю, к повиновению. Здесь же сосредоточена основная часть богатств и культурных достижений империи. Потому, вполне законно, столица империи любима и воспеваема ее гражданами.

Гражданин империи вполне мог никогда не бывать в столице, или быть только проездом, что не мешало ему гордиться столицей и превозносить ее выше всего на свете. Что же здесь любимо и воспеваемо? Город? Нет, поскольку город населяет лишь незначительная часть граждан империи, а вот культ столицы проникает во все концы имперской территории. Нация? Тоже нет, ибо в столице живут представители всех народов, входящих в империю. Имперская столица – город многонациональный по определению.

Скорее всего, когда воспевают столицу империи, то любят и превозносят власть. Вот она-то, в отличие от города, является для всех важной. Она достает любого гражданина империи, она устанавливает все порядки, от нее все зависят. Центральная власть – это высшая ценность гражданина империи, и потому неудивительно, что на ее поддержание и превознесение тратится столько много сил.

Во-вторых, патриотизм в империи не связан с какой-то территорией. Даже столица не является тем местом, где патриотические чувства выражаются сильнее всего. Что уж говорить о других частях империи? Имперский патриотизм связан с символами. Патриотизм для гражданина империи – это приверженность символам, их определенному набору. Это тоже самое превознесение центральной власти, только в несколько опосредованном виде.

В Российской империи главным символом был императорский двуглавый орел, который мы встречаем на всех предметах, так или иначе связанных с властью. Даже обращения в органы власти полагалось писать на особой, «гербовой бумаге», с оттиском двуглавого орла и соответствующими водяными знаками.

В СССР симоволом империи были серп, молот и красная звезда, которые также использовали решительно везде. На всех предметах, связанных с властью, государством, неизменно были эти символы.

В-третьих, имперский патриотизм не имеет четко выраженного национального лица. Конечно, есть в имперской культуре национальная основа – культура народа, создавшего империю. Однако, имперская культура легко и охотно воспринимает влияние извне, влияние покоренных народов. Все, что приживается в культурной атмосфере империи, то получает свои права гражданства. Зато огромное значение приобретают все достижения, так или иначе связанные с властью. Сама культура развивается, в значительной степени, как воспевание власти.

И сейчас в России существует патриотизм совершенно бесспорно имперского типа.

Огромное внимание уделяется государственной власти.

После короткого периода первое лицо в государстве снова стало культовой фигурой. Весьма показательна в этом отношении покатившаяся по России волна выражения приверженности Владимиру Путину: вывешивание портретов, широкое использование путинских лозунгов. Самая крупная партия в стране позиционирует себя как «партия Путина». После короткого перерыва в России снова стали в почете государственные символы. Стало общепринятым выражать свою лояльность власти путем выставления на видное место государственного флага.

Патриоты и государственники представляют себя как продолжателей великой русской культуры, что, впрочем, сочетается с поразительным невниманием к мерам сохранения этой самой культуры. Можно долго описывать положение культурных учреждений, но мы ограничимся фразой государственного человека, министра культуры Михаила Швыдкова: «Музеи – кладбища культуры».

Легко заметить, что почти все государственные усилия в области культуры на протяжении 90-х годов ушли на превознесение государственной же власти. Восстановление храма Христа Спасителя, гигантский памятник Петру Первому в Москве, колоссальных размеров памятник Александру Невскому во Пскове, гигантский мемориальный комплекс на Поклонной Горе в Москве – все это, и многое другое, показывает, что власть видит культуру как некий подсобный инструмент для самопревознесения. Что же, подход вполне в рамках имперского патриотизма.

В пользу этого же говорит о тот факт, что почти вся культурная жизнь страны концентрируется в Москве, под боком у центральной власти. Даже на долю «культурной столицы» – Петербурга, остается очень немногое. В культурной жизни всей России, в целом, Петербург практически не заметен. О других городах даже нечего и говорить.


ПОСЛЕДСТВИЯ ЖИЗНИ В ИМПЕРИИ ДЛЯ РУССКОГО НАРОДА

Российская Империя распалась. Это непреложный исторический факт. Это реальность, как не хотелось бы обратного ревнителям имперскости. Империя развалилась в 1918 году, и с тех пор продолжается процесс ее распада, прерываемый попытками создать новую империю на развалинах старой. СССР был такой империей, созданной на развалинах Российской империи. Российская Федерация – это тоже империя, созданная на развалинах Советского Союза. С провалом каждой новой попытки воссоздать «великую и неделимую», отваливаются все новые и новые куски территории, некогда политые русской кровью.

Бывшие завоеванные народы ожидает простая судьба – отделение, самоопределение и создание своих национальных государств. Этот процесс пошел бурными темпами, и очень многие народы бывшего СССР пошли по непростому пути строительства национальной государственности.

Гораздо более трудной представляется судьба бывшего имперского народа – русских. Отличие русских от других народов заключается в том, что за полтысячелетия активного имперского строительства, они утратили черты своей национальности, и превратились в безликую людскую массу – население империи. Люди из этой массы обладали целым рядом ценных качеств и преимуществ, но это обстоятельство не отменяет отсутствие национального лица у русских. Хож-Ахмед Нухаев эмоционально, но достаточно точно сравнил русских со «служебными псами». Не важен внешний облик, главное, чтобы служебные качества были на высоте.

Вариантов исторической судьбы две – строительство национального государства, или продолжение попыток строительства империи с последующим исчезновением в небытие.

Путь продолжения строительства империи – это путь гибели русских. Не выйдет собрать даже тех, кто когда-то входил в русскую империю. Бывшие завоеванные народы стали такими же умными, развитыми и сильными, как и русские, и совсем не утратили своего национального характера с решимостью его защищать. В случае попытки «вернуть» их под «державную руку» будет оказано сильное сопротивление. Чечня – яркий тому пример. Чеченцы после сильнейшего удара 40-х годов, набрали сил и дали бой строителям новой империи.

Потом, бывшие завоеванные народы сами теперь несут соблазн для русских: яркой национальной культурой, целостностью характера, истовой верой, чего сейчас не может дать русская культура и православная церковь. Да, еще стоит добавить поле для приложения сил, ибо у наций бывшей империи есть проблемы с образованными людьми. Столкновение русских с бывшими подданными окончится тем, что русские станут частью народов, которых они когда-то завоевали.


ВОССТАНОВЛЕНИЕ ИСТОРИЧЕСКОЙ РОДИНЫ РУССКИХ

Но есть и другой путь – путь восстановления русского народа.

Любой народ национален не абстрактно, а сугубо конкретно. Это только в представлении закоренелых империалистов патриотизм безлик и беспредметен, и может распространяться на любую территорию. Для нормальной же нации патриотизм распространяется только на конкретную и определенную территорию, на которой данный народ сформировался. Это место в просторечии зовется «исторической родиной».

Есть ли у русского народа историческая родина? Есть!

Из восточных славян с ходом исторического развития выделилось три народа, которые когда-то составляли один корень: русские или великороссы, украинцы и белорусы. Примерно до XIII века все три народа были единым народом, с общим языком и культурой. Но потом русские земли разделились между Польшей, Великим Княжеством Литовским и конгломератом русских княжеств на севере и северо-востоке Киевской Руси, которые попали в вассальную зависимость от монголов. Русские, жившие в Польше, стали основой для появления украинцев. Особенно этот процесс ускорился в XV веке, когда Польша приобрела большие русские территории вплоть до Днепра. Русские, жившие в Великом княжестве Литовском, на литовских землях, стали зародышем белорусов. Ну и русские восточных княжеств и Московии стали зародышем великороссов. Такое примерно у нас происхождение и родство.

Процесс сложения великороссов тоже был долгим и трудным. При формировании нашего народа сливались вместе несколько больших групп: коренные жители Северо-восточной Руси, мощная волна беженцев из разоренных южных княжеств и самобытная группа населения Северо-запада Руси, славянские жители Прибалтики, Новгородских и Псковских земель.

Соответственно, историческая родина русского народа захватывает территорию, простирающуюся от Южной Балтики (древних городов Старой Ладоги, Пскова, Изборска, Новгорода) до Верхнего Поднепровья, Дона и Поволжья (Владимир, Муром, Воронеж, Курск, Смоленск). Она довольно точно совпадает с Центром и Северо-западом Европейской части России. Географическим центром этой русской области является линия, проходящая через Петербург, Новгород и Москву.

Вот это место является местом зарождения русского народа, его исторической родиной и национальным очагом.

Нынешняя Евроссия – место, мало пригодное для жизни. За исключением нескольких процветающих областей, это огромный депрессивный регион, из которого люди стараются уехать в Москву или в Петербург. У экономического разорения есть и очень неприятная сторона. В силу разорения Евроссии, в силу упадка исторической родины, русский практически ее лишен. Он не может приехать и поселиться здесь. Ныне такое решение требует решимости первопроходца.

Поэтому основная задача для правительства России сейчас – это не стремление к разным амбициозным задачам, а восстановление силы русского народа. Это главное, от чего зависит будущее России на продолжительный период. Если в этом направлении не сделать никаких шагов, то весьма быстро Россия, как государство, распадется на составные части, и вот тогда Сибири придется развиваться в качестве самостоятельного государства.

Для этого нужно сделать сравнительно немногое: освободить, во-первых, русских от этой тяжелой дани государству, разрушить систему исчерпывания его сил и ресурсов. Во-вторых, нужно предоставить экономическую свободу Евроссии, как региону. Его ресурсы достаточно велики, чтобы решить свои основные хозяйственные задачи. В-третьих, нужно максимально восстановить и сделать доступными для широкого посещения культурные ценности Евроссии. Без этой культурной подпитки русский народ не поднимется.

А всем остальным оставьте свое. Каждому народу нужна своя историческая родина, свой язык, культура и история. Не говоря о свободе и экономической самостоятельности. По-настоящему Сибирь станет самостоятельной в составе России только тогда, когда все остальные регионы также станут самостоятельными.


8 ноября 2005 – 4 марта 2006 года





 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх