Копии полевых записей

Далее следует копия полевых записей, сделанных в одной из моих записных книжек, которые прослеживают путь экспедиции шаг за шагом от Свартенвога до полюса и обратно к суше.

Как видно из приведенного материала, первоначальные заметки (в основном они выполнены сокращенно) — это зачастую предположения, поспешно записанные памятки, данные, которые предполагалось обработать позднее. Тяжелые условия, скудость материала для наблюдения и сведенные холодом пальцы не позволяли вести обширные полевые записи. Большая часть этого материала была переписана на зимовке в проливе Джонс, другая обработана в Гренландии.

Для планирования этой экспедиции выбор каждого предмета снаряжения, любое усилие были подчинены одной цели — способствовать преодолению больших расстояний. Вооружившись решимостью победить, мы отправились к Северному полюсу намеренно, и хотя я сознаю всю важность методичных, подробных научных наблюдений, такие наблюдения не могли выполняться при осуществлении пионерного предприятия, подобного нашему, поэтому мы не обременяли себя громоздкими инструментами и не могли позволить себе проводить по-настоящему ценную научную работу — это могло помешать достижению цели. Выполненные научные наблюдения не претендуют на тщательность, и тем не менее я считаю, что характерные для любой арктической экспедиции материалы были собраны успешно.

(Обычно записи производились в конце дневного перехода.)

1908 г. 18 марта Пройдено 26 миль Свартенвог. Соорудили склад продовольствия на случай возвращения. Партия сопровождения отправляется обратно. Старт в полдень: 4 мужчин, 46 собак, 4 нарт; 26 миль. Тяжелый, волнистый лед; небольшой снегопад; крепкий лед; земля скрыта снежными наносами. Лагерь на старом поле. Беспокойная ночь; пронизывающая сырость. Дом из плотного снега сложен неудачно. (Другие записи того дня настолько неразборчивы, что их нельзя прочитать. Если не указано иначе, все направления — компасные).

1908 г. 19 марта Пройдена 21 миля Прояснилось, над землей дымка; — 56°; ветер W—2; слабое солнце; синяя дымка; во время перехода льдины становятся меньше; прибегаем к помощи ледоруба; трудные переправы. Лагерь с подветренной стороны большого тороса. Не могу отправить вспомогательную партию обратно; должны следовать за мной еще сутки.

1908 г. 20 марта Пройдено 16 миль Земля более отчетливо; обложное небо, ветер WSW— 1; ледовая обстановка ухудшилась. Небольшое иглу. Последние люди из партии сопровождения возвращаются.

1908 г. 21 марта Пройдено 29 миль Пробуждение; солнце на NE; оранжевое сияние; -63°; давление — 3010, устойчиво; безоблачно; небо бледно-пурпурное. Больше снега (на льдинах); скрип нарт; миражи — земли, горы, вулканы. Воздух прозрачный; водяное небо на N. Земля Гранта — обыкновенная линия; -46°. Пытка рыхлым снегом; переход 14 часов.

1908 г. 22 марта Пройдено 22 мили До полудня; ветер Е—3; -59°. Начало движения в 12 (полдень); небо проясняется; ветер — 2; водяное небо на N. Земля Гранта видна после полудня (позднее). Температура поднялась до -46°. Ветер от умеренного до сильного; линии сжатия; большое разводье. Лагерь на старом поле, сидящем на мели; треск льда; поиски переправы. Молодой эластичный лед.

1908 г. 23 марта Пройдено 17 миль Преодолели большое разводье. Молодой лед — эластичный и опасный; небо на западе снова выглядит угрожающе; подвижка льда на восток; небольшие поля; узкие разводья. Курс в точку 85° —97°; -40°; переход 11 часов; 23 мили пройдено, по курсу — 17. Треск льда; прекрасная ночь; солнце погрузилось в жемчужную дымку. (Позднее) оранжевое сияние; пак фиолетового и бледного пурпурно-голубого цвета; небо позднее — частичная облачность; на западе показалась земля.

1908 г. 24 марта Пройдено 18 миль Обсервация 83°З1 —96°27 ; давление — 2970. На западе облако тумана и дымка. Старт после полудня; никаких признаков жизни; старая тюленья полынья и медвежьи следы; длинный переход; состояние льда улучшается. 10 часов; по шагомеру — 21 миля; разбили лагерь при надвигающемся шторме; стремительно мчащиеся облака; признаки земли на W. 18 миль (если считать по курсу).

1908 г. 25 марта Пройдено 18 миль Разбужены рано собаками. Шторм вскоре иссяк; температура при восходе солнца —26°, позднее —42°; запад снова в дымке. Обратно в спальные мешки; трескающийся лед; ломающийся и раскалывающийся лед, эпизод с расселиной; в спальном мешке и в воде; ледяная вода и пеммикан; ледяные маски. Хороший переход по свежеломаному льду; лед в движении.

1908 г. 26 марта Пройдено 17 миль Все еще ветрено; снежные заносы; угрожает очередной шторм; нам нужен отдых! В течение всей ночи сильный ветер. Счислимые координаты 84°24–96°53 .

1908 г. 27 марта Пройдено 16 миль До полудня в лагере. В течение всей ночи сильные ветры; в полдень стихло; чуть прояснилось; солнце; неустойчивая погода. Короткий пробег; по пути шквалы; лагерь разбили рано. Давление — 2905.

1908 г. 28 марта. Погода по-прежнему неустойчивая. Температура -41°; давление — 2915; небо на западе выглядит отвратительно. Никакого продвижения. Снежные заносы. В лагере. Устойчивость иглу вызывает сомнения. Рухнувший лагерь. Середина ночи; север в облаках, однако лед блестит; множество торосов.

1908 г. 29 марта Пройдено 9 миль Старт сразу же после полудня. На западе немного голубизны; солнечные вспышки; пак ведет себя беспокойно; тяжелый переход из-за свежих расселин. Разбили лагерь в полночь; всего 9 миль.

1908 г. 30 марта Пройдено 10 миль Земля, 9 часов утра, прояснилось; видели землю; к западу над ней висели облака. Обсервованные координаты 84°50–95° 36 ; пеленги земли (южной группы) от WtS до WtN (истинные). Другие пеленги, взятые позже, определяют положение береговой линии вдоль 102-го меридиана по широте 84°20 —85°10 . Там должны быть обширные разводья, так как облако испарений постоянно скрывает часть земли. Низкий, устойчивый туман; берег невидим; в течение нескольких дней ожидали увидеть что-нибудь на западе, но горизонт был нечист. Возможно два острова на S, похожих на Землю Аксель-Хейберг, высотой 1800 футов, долины, горы, снега к N, плато 1000, тонкий ледовый покров, ясные ночи. Из журнала наблюдений; давление — 3010 — поднялось от 2950 за два часа; ветер 2–3; магнитное направление S; легкий туман на востоке, полосы воды к W; тень (от 6-футового шеста) — 39 футов.

1908 г. 31 марта Пройдено 10 миль Земля крыта легким туманом; ветер W —2–0; ломка льда; никаких признаков жизни — никаких с 83°.

1908 г. Iапреля Пройдено 18 миль (Время в пути) 9–6; ледовая обстановка улучшилась; поля крупнее, расселины менее опасные; температура — 32°; ночью не наблюдается темноты.

1908 г. 2 апреля Пройдено 12 миль (Старт) 9.30; (остановка) 8. Гладкий лед; плотный снег; толщина льда 28 и 32 фута. Ночь ясная, но облачная. Температура — 35°; давление — ЗОЮ; труднопреодолимые разводья.

1908 г. 3 апреля Пройдено 10 миль 8.30 — 6.30. Температура — 39°; давление — 3012; небо прояснилось в полдень, однако низкие облака и морозная дымка сохраняются на W иN. Ясная ночь; солнце в полночь под покровом облаков и в дымке.

1908 г. 4 апреля Пройдено 14 миль 8.45 — 6.10. Снег мягче; использовали снегоступы; пересекли 11 расселин; много работы ледорубом; мелкобитый лед и небольшие торосы.

1908 г. 5 апреля Пройдено 14 миль 9 (утра) — 5.45 (вечера). Снег лучше. Льдины крупнее. Как мы устали! Снегоступы.

1908 г. 6 апреля Пройдено 14 миль 8.10 (утра) —6.15 (вечера). Плотный снег. Плоский лед. Несколько торосов. Менее волнистый. Снег (снегоступы). Солнце прямо в глаза.

1908 г. 7 апреля Пройдено 14 миль 11–10. Прекрасная ясная погода; небо ясное даже ночью. Впервые увидели солнце в полночь. Лед 36 футов (толщина). (Другое измерение показало 21 фут.)

1908 г. 8 апреля Пройдено 9 миль. Обсервованное место перед стартом 86°36 —94°02 . Несмотря на, казалось бы, длинные переходы, за 9 дней мы проделали только 106 миль. Большие расстояния скрадываются при переправах. (Из полевого журнала: давление — 2950, растет; температура -37°; ветер NO магнитный; облачность — стратусы — 3; тень (от 6-футового шеста) 32 фута.)

1908 г. 9 апреля Пройдено 14 миль. 9 утра — 5.30 вечера; плотный снег; лед без изменения; режущий ветер; мороз кусает. Сырая одежда.

1908 г. 10 апреля Пройдено 16 миль. 10 вечера — 7 утра. Рабочее время изменилось; долгие многочасовые переходы больше невозможны; хороший снег; лед стабильно улучшается; ощущается сильная мышечная усталость; ветер SW- 1–2.

1908 г. 11 апреля Пройдено 15 миль 10.30 — 8 утра. Обсервованное место в конце перехода 87°20 —95°19 ; подвижка пака у потерянной из виду Земли Брэдли; крайний север; мелкобитый лед; старые поля встречаются более регулярно; обеспокоен продовольствием; ветер N (истинный) — 3; 300 миль за 24 дня; неритмичное продвижение; слишком устали, чтобы снять показания приборов. (Из других полевых записей: температура —39°; давление — 2990.)

1908 г. 12 апреля Пройдена 21 миля. 11 вечера — 7 утра. Мысли о возвращении. Запас продовольствия уменьшился. Надеюсь экономить в теплую погоду. Очень тяжелый лед. Сильно напоминает материковый лед. Ветер WSW—2. Ужасное однообразие!

1908 г. 13 апреля Пройдено 17 миль. 12 вечера — 7 утра. Все тот же тяжелый, похожий на глетчерный лед… Время от времени ледяная каша. Торосы высотой 15–20 футов. Авела плакал на старте. На западе чернота. Солнце скрыто стремительно перемещающейся пеленой. Лед изменяется. Расселины.

1908 г. 14 апреля Пройдено 23 мили 11 вечера-7.10 утра. 88°21–95°52 . Легкий, но пронизывающий ветер. Рядом с большим полем лед мельче. Разводья. Слабые признаки сжатия. Мягкий снег, однако, проседает меньше. Собаки набрали скорость. 100 миль до полюса. (Из других наблюдений: давление — 2990, падает, температура — 44°; тень (от 6-футового шеста) 30,5 фута.)

1908 г. 15 апреля Пройдено 14 миль 10 вечера — 7 утра. Лед без изменения. Ветер SW-1. Физическое напряжение до пределов возможного. Как мы измотаны и устали от непрерывной ходьбы!

1908 г. 16 апреля Пройдено 15 миль 10.30 вечера — 8 утра. Ровный лед пройден. Несколько труднопроходимых старых полей. Переправлялись 6 раз. Ветер WSW1-3.

1908 г. 17 апреля Пройдено 13 миль 10.15 — 8 утра. Лед без изменения. Новые разводья. 7 переправ. Видел несколько крупных торосов. Лед причиняет меньше беспокойства. Температура -40°; давление — 3000. Скольжение нарт лучше.

1908 г. 18 апреля Пройдено 14 миль 9 вечера — 6. Лед битый, но гладкий. Линия горизонта ровнее, чем на S. Небо и лед темные, пурпурно-голубые. (Давление — 3002.)

1908 г. 19 апреля Пройдено 16 миль 11 вечера — 8 утра. Местоположение 89°З1 , по счислению 94°03 . Лагерь на старом поле — единственном с крупными торосами на горизонте. Лед очень большими полями; поверхность не столь неровная, но все же не отличается от полей, встречавшихся южнее. Сообщил эскимосам, что полюса можно достичь за два перехода средней продолжительности. Позволили дополнительное питание. Лагерь — палатка. (Давление — 2998; температура -46°.)

1908 г. 20 апреля Пройдено 15,5 мили 8 вечера — 4 утра. Волнующий пробег; лед отливает пурпуром и золотом; эскимосы поют. Ветер S — 1; 89°46 . По счислению 94°52 . Вспышка энтузиазма; хороший переход. Температура -36°; давление — (неразборчиво в записях); курс на 97° долготы.

1908 г. 21 апреля Пройдено 13,5 мили 1 утра — 9 утра. Определение места в полдень: 89°59 45", по шагомеру 14 миль. Лагерь; недолгий сон в палатке; после определения места продвинулись вперед; поставили палатку; (также) разбили лагерь; снегопад; приготовился для проведения двух серий обсерваций. Температура -37,7°; давление — 2983. Ничего примечательного; полюса, как такового, нет; море с неизведанными глубинами; лед более активен; свежие трещины; разводья; однако поверхность такая же, как на юге. Переполнен радостью, но не нахожу слов для выражения своего удовлетворения. Как мы устали и измотаны! Нам нужен отдых! 12, ночь. Солнце, похоже, находится на той же высоте, что и в полдень, но все же чуть выше благодаря спиралеобразному восхождению. Приподнятое настроение — сушим меховую одежду, фотографирую — представление эскимосов о полюсе и их разочарование — мысли о доме и его радостях. Однако до чего же все однообразно: небо, ветер, лед! Опасности на обратном пути. (Из других записей: температура колеблется от -36° по ртутному термометру до -39° по спиртовому; облака — альто стратусы — 1; ветер S магнитный — 1; отблески льда к Е; водяное небо к N; тень (от 6-футового шеста) 28 футов.)

1908 г. 22 апреля. Переместили лагерь на 4 мили на S по магнитному компасу. Произвел 4 измерения высоты солнца: на S в полдень, N в 6, N в полночь, E в 6 утра. Лед в том же состоянии; больше открытой воды; ветер — 2–3; температура — 41°; (из полевых записей — ветер WSW—1–2). В поле зрения только два больших тороса. Проделал серию определений высоты солнца — 2 измерения 21-го в первом лагере, 4 —22-го в другом лагере, и другую серию в полночь с 22-го на 23-е. Прежде чем отправиться в обратный путь, заложил пенал.

1908 г. 23 апреля Пройдено 20 миль Стартовали домой. С 12.30 до полудня. Ясно, гладкий лед, чистый, однако много свежих разводьев. Температура -41°. Курс вдоль 100-го меридиана.

1908 г. 24 апреля Пройдено 16 миль 11 вечера — 9 утра. Записи, которые я делал в конце дневного перехода, дают отчет о пройденном расстоянии за предыдущие сутки, так что запись 24-го на самом деле сделана утром 25-го, когда мы отдыхали в лагере. Ветер W—1–2; температура -36°. Гладкий лед, поля крупнее; 5 переправ; предвкушение встречи с домом.

1908 г. 25 апреля Пройдено 15 миль. 8–8. Температура -37°; ветер WSW —1–2; лед в том же состоянии. Сильно обеспокоен ломкой льда; эскимосы выказывают признаки радости.

1908 г. 26 апреля Пройдено 14 миль. 9–7. Все еще сильно беспокоит проблема возвращения; вероятность ломки льда и открытой воды у берегов земли; легкий ветер; во льду образуются новые трещины; однако вскрылись немногие; сжатие, по-видимому, невелико; несколько торосов; снег плотный — о таком путешествии можно только мечтать.

1908 г. 27 апреля Пройдено 14 миль 9.30 — 8. Лед в том же состоянии; ветер SE-1 хорошая скорость; переправы не слишком утомительны; собаки в хорошем настроении; эскимосы счастливы; однако все очень устали; температура -40°.

1908 г. 28 апреля Пройдено 14 миль 9.15 — 7.45. Лед в том же состоянии; ветер W— 1; снег средней плотности; несколько торосов, нет признаков сжатия.

1908 г. 29 апреля Пройдено 12 миль Полночь — 8.45 утра. Лед проявляет большую активность; свежие трещины; некоторые трещины вскрылись, однако разводьев нет. Ветер S-1.

1908 г. 30 апреля Пройдено 15 миль Полночь — 8 утра. Шагомер отмерил 121 милю от полюса; лагерь по счислению 87°59 —100°; обсервованное место 88°01–97°01 -97°42 . Курс на полрумба больше к W. Температура -34°. Старт — еще больше к W.

1908 г. 1 мая. Пройдено 18 миль. 12.30 — 9 утра. Много красок благодаря солнечным вспышкам, однако воздух влажный; температура устойчива, порядка -40°, однако колебания температуры значительны там, где легкий ветер и туман накрывают разводья. Очень тяжелый гладкий волнистый лед, но не заторошенный, как на юге.

1908 г. 2 мая. Пройдено 12 миль. 2 утра—11 утра. Туман, облачность, сырой воздух. Температура — 15°. Трудно держаться курса.

1908 г. 3 мая Пройдено 13 миль. 1 утра—10 утра. Пасмурно; ветер E—2; скольжение улучшилось, временами легкий снегопад.

1908 г. 4 мая Пройдено 14 миль 3 — 11 утра. Воздух прозрачен, но небо обложное; лед в очень хорошем состоянии, однако на горизонте появились торосы.

1908 г. 5 мая Пройдено 11 миль 11 вечера —6 утра. Сильный ветер; временами останавливаемся под укрытием торосов, чтобы перевести дыхание; шквалит, образуя заносы.

1908 г. 6 мая В лагере. Остановились, заметив приближение шторма; пытались построить иглу, однако помешал ветер; 24 часа в обрушившейся палатке; съели только половину рациона пеммикана.

1908 г. 7 мая Пройдено 10 миль. 8 утра —3 вечера. Ветер отвратительный; лед в плохом состоянии; жизнь — пытка; небо остается неумолимо пасмурным; определений места нет; шагомер вышел из строя, теперь критерий пройденного расстояния — только время.

1908 г. 8 мая Пройдено 12 миль.2 утра — 10. Плохая погода; ветер SW; наносы; продвигаемся с трудом.

1908 г. 9 мая Пройдено 13 миль. 1–8 утра. (Погода) пасмурно; ветер спал; лед большими полями; снег немного плотнее, снегоступы держат.

1908 г. 10 мая Пройдено 13 миль. 11 вечера 9-го —6 утра. Продвигаемся с трудом, однако хорошее скольжение; наносы; видел торосы.

1908 г. 11 мая. Май 11. В лагере. Сильный ветер; сильные заносы; обложили палатку блоками из снега.

1908 г. 12 мая Пройдено 12 миль. 12.30-8.30 утра. Ветер все еще силен; труднопроходимые заструги,[183] но температура умеренная; нарты заметно облегчились.

1908 г. 13 мая Пройдено 12 миль. 11 вечера 12-го-7.30 утра 13-го. Легкий ветер SSW; снег плотнее; очень толстый лед, большие поля, туман.

1908 г. 14 мая. Пройдено 9 миль. 3 утра — 9 утра. Неба не видно; сильный ветер заставил разбить лагерь рано.

1908 г. 15 мая Пройдено 13 миль. 1 утра — 10. Туман; много расселин; пересекли несколько трещин, некоторые вскрылись.

1908 г. 16 мая Пройдено 14 миль. Май 16. 11 вечера 15-го —6 утра. Облачность — 10; ветер снова причиняет хлопоты; рассеянный свет — трудности в выборе опоры для ног.

1908 г. 17 мая Пройдено 11 миль.2 утра — 10. Пасмурно; все чаще встречается битый лед; поля меньше, но с большим количеством трещин, трещины причиняют много хлопот.

1908 г. 18 мая Пройдено 11 миль. 1 утра — 9.30. Ветер принимает южное направление, усиливается, льдины расходятся; появляются разводья.

1908 г. 19 мая Пройдено 12 миль. 11 вечера — 7.30. Ветер заходит по часовой стрелке на восток; туман плотнее; лед сильно изломан; однако хороший снежный покров.

1908 г. 20 мая Пройдено б миль. Полночь — 9 утра. Открытая вода; активный пак; идти почти невозможно.

1908 г. 21 мая Пройдено 8 миль. 11 вечера — 9. Те же условия; возвращение представляется почти безнадежным делом; определений места нет — даже не могу представить себе величину дрейфа.

1908 г. 22 мая. В лагере. Шторм от NE; высокая температура; сырой воздух; лед ломается и крошится; сильно обеспокоен проблемой возвращения; продовольствие на исходе.

1908 г. 23 мая Пройдено 5 миль. 3 утра-7 утра; по-прежнему шквалит, однако вынудил совершить короткий переход.

1908 г. 24 мая Пройдено 12 миль. Полдень 12 — 8 утра. В полдень краткое прояснение; впервые за долгое время увидели ясное небо днем; запад все еще в дымке; водяное небо на WиSW; никакой земли в пределах видимости, хотя парни видели землю позднее, когда я спал; много битого льда; 84°02–97°03 .

1908 г. 25 мая Пройдено 14 миль

10 вечера — 6 утра. Лед в лучшем состоянии; безветрие; густой туман; плотный снег; температура -10°.

1908 г. 26 мая Пройдено 12 миль. 11 вечера — 7.45 утра. Лед полями приблизительно в 1 милю в поперечнике, несколько заторошен; тяжелые переправы; безветрие.

1908 г, 27 мая Пройдено 11 миль. 11.30 вечера — 9.30 утра. Лед в том же состоянии; густой туман.

1908 г. 28 мая Пройдено 13 миль. 12 часов, полночь — 10 утра. Лед по-прежнему в том же состоянии; туман; ветер — 3 балла, меняет направление от ESE на SW.

1908 г. 29 мая Пройдено 11 миль 11.30 вечера — 9.30 утра. По мере того как мы подходили сюда, водяное небо на SW, на которое мы целились, постепенно переместилось наWи привело нас к широкому разводью, которое простиралось с юга на север. Прежде чем мы сообразили это, т. е. оценили ледовую обстановку, мы оказались восточнее этого разводья. Температура поднялась до О". Много мелкобитого льда; пасмурная атмосфера, мутное освещение; невозможно заметить неровности на поверхности льда.3/4 Рациона продовольствия; прямым курсом на пролив Нансен.

1908 г. 30 мая Пройдено 10 миль. 12–11 утра. Нагромождения льда; открытая вода; мелкобитый лед причиняет самые сильные хлопоты; небольшой туман.

1908 г. 31 мая Пройдено 11 миль. 11.15 вечера — 9 утра. Ледовая обстановка несколько улучшилась; плотный снег; нарты идут легко; приходится помогать собакам (преодолевать линии сжатия).

1908 г. 1 июня Пройдено 12 миль 10.45 — 8. Лед большими полями; много торосов; несколько тяжелых полей.

1908 г. 2 июня Пройдено 12 миль. 10 вечера — 9 утра. Состояние льда постоянно улучшается.

1908 г. 3 июня Пройдено 11 миль 10 вечера — 8 утра. На льду проявляются признаки влияния солнца. Временами температура выше точки замерзания.

1908 г. 4 июня Пройдено 10 миль 9.30 вечера — 7.30 утра. Туман; лед причиняет много хлопот, однако скольжение хорошее, груз легкий.

1908 г. 5 июня Пройдено 11 миль 9.45 вечера — 7 утра. На торосах, открытых солнцу, появились сосульки.

1908 г. 6 июня. В лагере. Сильный шторм с NW.

1908 г. 7 июня. В лагере. Шторм сопровождается обильным снегопадом; лед вокруг взламывается; обеспокоен нашим местом на карте. (Не зная ни дрейфа, ни местоположения, мы лишь гадаем, куда прокладывать курс.)

1908 г. 8 июня Пройдено 14 миль. 1 утра — полдень. Лед в плохом состоянии, однако снег плотный, после отдыха продвигаемся успешно; ветер все еще с W.

1908 г. 9 июня Пройдено 10 миль. 11 вечера — 9 утра. Труднопроходимый лед. При подобном продвижении почти невозможно судить о пройденном расстоянии.

1908 г. 10 июня. 10.30 вечера — 8. Лед в плохом состоянии; разводья; все еще нет солнца,

1908 г. 11 июня Пройдено 14 миль 10 вечера — 8 утра. Обширное пространство гладкого льда; немного снега; ветер SW—1; тумана нет; небо по-прежнему свинцовое.

1908 г. 12 июня Пройдено 15 миль 10.30 — 5. Небольшие поля, но хорошее продвижение вперед; небо черно на востоке.

1908 г. 13 июня Пройдено 14 миль 10 — 8 утра. Туман рассеялся впервые после последнего определения места. Земля в пределах видимости к югу и востоку. Земля Аксель-Хейберг и Земля Эллеф-Рингнес; водяное небо; небольшие поля; мелкобитый лед и снежные наносы к востоку. Нас унесло далеко на SW, а разведка льда к востоку говорит о том, что там только мелкие поля и открытая вода. Достичь Земли Аксель-Хейберг невозможно. Какова же наша судьба? Продовольствие и топливо почти на исходе, хотя у нас в запасе 10 костлявых собак. Рассчитывая на них и небольшой запас пеммикана, мы сможем протянуть еще суток 20. Как бы там ни было, мы должны куда-то идти. На юге наша единственная надежда.

Примечание. Все записи, начиная с 14 июня вплоть до 1 сентября, бегло набросаны в другом дневнике (собрание отдельных листков), где производились расчеты обсерваций при возвращении. Этот дневник вместе с инструментами был оставлен в Эта у мистера Уитни. Однако сами данные были переписаны на мысе Спарбо и, сослужив свою службу, больше не представляли ценности, тем более что претенциозная публикация не предполагалась.

Другие заметки были сделаны на отдельных листках бумаги или на страницах записной книжки. Многие листы были порваны, записи на других стерты, чтобы освободить место для записей, которые казались более важными, и лишь немногие сохранились совершенно случайно.

Вопросы, которые возникают в связи с полемикой по поводу точности выхода в точку Северного полюса с помощью обсерваций

В ходе дискуссии о точности выхода в точку Северного полюса с помощью обсерваций рассматривался в высшей степени трудный для понимания чисто теоретический материал. В этой проблеме много интересного. Чтобы пролить свет на нее, имеет смысл вернуться со мной в ту неуловимую, почти воображаемую точку, которая зовется Северным полюсом. В общем-то мы не найдем никакого полюса — на сотни миль вокруг нет ничего, что помогло бы отыскать это место на Земле. Мы в центре необъятного подвижного моря льда — на 500 миль в любом направлении видим лишь однообразную, безжизненную пустыню плавучего, дрейфующего льда.

Тогда я верил, что мы достигли полюса, но мне никогда не приходило в голову, что от меня потребуют абсолютных доказательств этого. Ничего подобного не было с исследователями в прошлом. Устный рассказ обычно принимался на веру.

Давайте изучим, исследуем проблему снова. Существует ли позитивное доказательство проблемы такого рода? Может ли вообще отыскаться такой покоритель полюса, в победе которого будут абсолютно уверены? Ведь там, на полюсе, нет обычных ориентиров, которые привязаны к поверхности земли координатами. Любая попытка собрать доказательства будет подобна определению места посреди Атлантического океана. Однако там, в океане, у наблюдателя есть огромные преимущества: вычисленное магнитное склонение, точный хронометр, всякого рода поправки. Там мы добиваемся точности не только с помощью тщательных наблюдений неподвижных звезд, но и использованием других астрономических данных, например всякого рода надежных таблиц приведения, которые рассчитывались десятилетиями. Там цель — берег — достижима легко и просто.

Всего этого мы лишены в центре Полярного бассейна в то время года, когда туда можно добраться и когда там нет ни ночи, ни звезд, а солнце, единственный ориентир, по которому можно вычислить местоположение, отнюдь не неподвижно. Оно висит над самым горизонтом. Его лучи, проходя сквозь густой лабиринт плавающей в воздухе влаги, преломляются прежде, чем достигнут измерительного прибора. Легкий туман парит над паковым льдом даже в ясные дни. Весьма низкая температура воздуха и все искажающий миражный эффект различных слоев воздуха с неодинаковой плотностью, температурой и влажностью — все это придает солнечному лучу, от которого и зависит расчет широты и долготы, подобно веслу, опушенному в воду, обманчивый вид. Весло кажется нам изогнутым. Солнечный луч преломляется точно так же, поскольку проходит через неизмеренную толщу воздуха, и для расчета рефракции нельзя вывести закон до тех пор, пока воздухоплавание не принесет науке данные для разрешения этой сложной проблемы географии атмосферы. По тем или иным причинам, которые мы рассмотрим, сама идея доказательства с помощью цифр, идея, надуманная мистером Пири и доморощенными географами, разбивается вдребезги.

Давайте рассмотрим наблюдение меридиональной высоты солнца. Это довольно надежный способ определения широты в большинстве зон земного шара, где за сотни лет мы научились пользоваться определенными поправками, которые в качестве законов приняты навигацией. Примерно за пять минут до наступления полудня по местному времени капитан с секстаном в руке поднимается на мостик. Он знает точное время, но, даже если бы и не знал, ему известно, что в полдень солнце набирает максимальную высоту и затем теряет ее очень быстро. Капитан сажает солнце на горизонт, получая определенный угол на лимбе секстана. Затем он откладывает инструмент в сторону. Через какое-то время он снова берет в руки инструмент, снова, посадив солнце на горизонт, снимает отсчет высоты. Однако полдень еще не наступил. Операция повторяется снова и снова — и вот наконец светило начинает опускаться. Наступил полдень по местному времени. Определение этого момента служит приблизительной проверкой времени. В течение обсервации наступает такой момент, момент абсолютно точный, когда солнце достигает высшей точки. Преимущества подобного метода сходят на нет в районах, близких к полюсу. Неделями хронометры содрогаются от трескающегося пака. Резкие перемены температуры тоже влияют на их механизм, в результате время — очень важный фактор, на котором основаны все астрономические измерения, — становится в лучшем случае величиной приблизительной. Только по этой единственной причине, если не принимать во внимание другие, например неизвестную величину рефракции и прочих оптических искажений, определение долготы у полюса становится делом трудным и ненадежным. Все соглашаются с этим, но, по утверждению доморощенных навигаторов, определить широту легко и просто. Посмотрим.

Близится полдень — время наблюдения солнца, но когда этот полдень наступит по местному времени? Хронометры либо сильно спешат либо отстают, и нет никакой возможности внести хотя бы приблизительную поправку. Я не имею в виду целые часы, но может существовать неизвестная наблюдателю разница в минутах, а каждая минута — это миля.

Давайте рассмотрим, как это влияет на наше полуденное наблюдение. За пять — десять минут до наступления полудня по местному времени наблюдатель настраивает искусственный горизонт и с секстаном в руке ложится на снег. Снегопад и ветер, от которых белеет нос, осложняют дело. Пальцы сведены холодом, работаешь в рукавицах, от холода в лучшем случае бегут по спине мурашки, глаза слепит снег. Наблюдатель на полюсе пытается проделать то же самое, что и капитан в море, однако он лишь гадает о точном времени. Он старается поймать солнце, когда оно достигнет максимальной высоты, но это так же трудно, как и угадать, когда моргнет стоящий к вам спиной человек.

Солнце не восходит и не садится, как это наблюдается в умеренных широтах, — день и ночь оно кружит над горизонтом спиралеобразно, почти параллельно горизонту, так что практически невозможно определить теми средствами, которые есть под рукой, когда же оно достигнет максимальной высоты. Вооружившись терпением Иова,[184] можно пролежать на снегу час, однако абсолютно точное определение меридиональной высоты или момента полудня по местному времени оказывается задачей неразрешимой.

В такой обсервации нет точности, и ее результат можно использовать только в сочетании с другими расчетами. Другие же расчеты в лучшем случае тоже нуждаются в введении пока неизвестных поправок на большую величину рефракции. Я уверен, что каждый, кто знаком с географией, согласится со мной, что в подобных случаях стрелка магнитного компаса может оказать значительную помощь, поскольку можно быть уверенным в том, что она указывает строго определенное направление. Тогда с ее помощью довольно просто получить приблизительное время и соответственно меридиональную высоту. Однако определение поправки магнитного компаса тоже основано на аккуратном отсчете времени, а кроме того, зависит от других местных и общих, но неизвестных условий, поэтому в полярных областях даже компас, этот становой якорь навигации, так же, как и другие средства определения местоположения, тоже ненадежен.

При таких обсервациях приходится пользоваться искусственным горизонтом. Это приводит к неконтролируемым неточностям при проведении любых определений места в Арктике, когда солнце находится низко над горизонтом.

Я производил свои обсервации, когда солнце было на высоте 12°. Под этим углом изображение солнца скользит по зеркалу или ртути, не имея четких очертаний, словно вспышка света. Это не тот совершенный, резко очерченный по краям диск, который наблюдается в нормальных условиях.

Пири брал солнце при высоте менее 7°. Хотел бы я видеть того, кто смог бы получить изображение солнца с резко очерченными краями на искусственном горизонте, когда само светило находится на такой высоте. Подобные обсервации вообще ненадежны в силу невозможности наблюдать момент касания горизонта краем солнца. Поправки на подобное явление нет.

Ошибки в определении места из-за рефракции имеют очень большое значение. В освоенных людьми широтах накопленные столетиями знания позволили создать таблицы поправок, однако даже там, обладая таким преимуществом, не многие штурманы возьмутся за определение места, когда высота солнца всего 7". Не многих удовлетворит и такой результат.

В Арктике при определении местоположения рефракция вызывает ошибки, которые исчисляются не секундами или минутами, а даже градусами. Любому полярнику приходилось видеть при некоторых состояниях атмосферы собак, словно увеличенных до размеров медведя. Ворон часто кажется ростом с человека, а торос высотой в 25 футов даже на небольшом расстоянии — настоящей горой. Миражи опрокидывают предметы вверх ногами, да и вся арктическая топография искажена оптическими обманами. Многие исследователи видели солнце, встающее над морским горизонтом, после долгой ночи за одни-двое суток до его появления в должное время. Подобные явления приносят ошибки в определении места порядка 60 миль.

Таковы загадки оптики, которые в настоящее время не может разрешить современная наука. Тем не менее, зная об этом, группа доморощенных географов из Национального географического общества объявляет серию измеренных высот солнца при высоте менее 1° положительным доказательством достижения полюса. Более того, эти люди — личные друзья Пири, а те круги, в интересах которых они действуют, заинтересованы в финансовой стороне предприятия, которое они сами же и одобрили.

Основан ли их вывод на научных данных, справедлив ли он? Когда общественность пожелала ознакомиться с этими бумагами, ей навязали еще более отвратительную ложь. Почтенный директор «Геодезических и береговых съемок»,[185] один из присяжных мистера Пири, вместо того чтобы раскрыть карты и таким образом выпутаться из затруднительного положения, сам попросил своих прислужников Э. Мичела и Дюваля дойти до такой низости, чтобы завуалировать тот вздор, который был сочинен прежде. По инструкции своего шефа отсчеты секстана мистера Пири они приняли на веру и, манипулируя ими, сработали на руку мистеру Пири, заявив, что расчеты доказывают, что тот находился в двух милях от полюса.

Возможно, мистер Пири и был в самой что ни на есть точке полюса, но когда он позволяет друзьям использовать сомнительный метод для того, чтобы ложью поддержать свое заявление, само заявление тоже звучит сомнительно.

Мичел и Дюваль приняли отсчеты секстана за чистую монету. Если бы мистер Пири либо его «вычислители» честно признали всю ненадежность обоснования, на котором зиждутся эти отсчеты, тогда можно было бы опустить некоторые сомнения. Однако вердикт Национального географического общества заботливо воспрепятствовал общественности понять всю шаткость оснований, на которых были построены эти отсчеты. Невозможность определить точно время и адекватные поправки делают такие цифры бесполезными для того, чтобы их использовать в качестве доказательства местоположения. Кстати, как насчет четкости края солнца, посаженного на искусственный горизонт?

Точное определение местоположения требует, чтобы изображение солнца в зеркале секстана было четким и ясным, в противном случае измерение высоты не имеет ценности. Мичел и Дюваль, конечно, подумали об этом. Возможно, они провели эксперимент. Но, будучи истинными поборниками науки, они предпочли экспериментировать с цифрами. Если эксперимент не был проделан, то эти люди вообще некомпетентны. Так или иначе, но был проделан трюк, чтобы навязать ложные выводы Национальному географическому обществу.

Тарелка черной патоки, фонарь «бычий глаз» и темная комната — этого вполне достаточно, чтобы доказать, как была обманута публика, обманута людьми, которым правительство платит как научным экспертам. Используя фонарь вместо солнца, патоку либо иную субстанцию вместо горизонта, имея источник освещения на высоте менее 7° над поверхностью патоки (так обстояло дело с солнцем мистера Пири), можно понять, что в подобном случае солнце — это овальное пятно света с плохо очерченными контурами. Такое изображение не может быть измерено секстаном с необходимой точностью и представлять ценность в качестве обсервации. Мичел и Дюваль должны знать это. Если они знали это, но не сказали об этом публике, значит, они нечестные люди. Если же не знали, то они просто некомпетентны и должны быть уволены с государственной службы.

При всех оговорках, линию курса, этот, так сказать, рабочий, приемлемый план действий, приходится прокладывать на карте-сетке, но таинственный дрейф льда не поддается определению. Расстояние, пройденное за сутки, рассчитывается путем умножения скорости движения за 1 час на количество часов, проведенных в пути. Это в свою очередь можно контролировать шагомером или иным автоматическим счетчиком пройденного расстояния. Укорачивание ночных теней и постепенное приближение места, где ночные и дневные тени примерно равны, — вот позитивное доказательство, которое может предложить трезвомыслящий человек, посягнувший на покорение полюса. Теперь, когда я снова исследую методы отыскания Северного полюса или определения местоположения на пути к нему, я совершенно откровенно и с самыми добрыми намерениями признаю, что любые попытки доказать что-либо с помощью цифр неизбежно основаны на непредвиденных ошибках. Цифры способны убедить доморощенного пристрастного географа, однако для истинного ученого цифры, несущие в себе вышеперечисленные ошибки, не могут служить абсолютным доказательством. Вердикт на такие данные всегда должен быть "notproven»[186] если он зиждется на истинно научном изучении материала, который не обладает точностью, потребной науке. Истинное доказательство — если оно возможно — последовательность излагаемого материала в отчетном издании, которое содержит все материалы и логически верные, последовательные их вариации.


Примечания:



Note1

Пири Р. По большому льду к северу. Спб., 1906, с. 405–406.



Note18

Маллори Ж. Загадочный Туле. М., 1973, с. 117



Note183

Специфические формы снежного покрова, образующиеся в результате выдувания снега и напоминающие волны с очень плотной поверхностью. Характерны для полярных и высокогорных районов.



Note184

Персонаж библейских сказаний, отличавшийся долготерпением.



Note185

Геодезические и береговые съемки США — специализированная государственная организация, проводившая картографирование страны, включая определение координат на местности геодезическими и астрономическими методами.



Note186

3 Not proven (шотл.) — юридический термин, означающий «невиновен за отсутствием доказательств».





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх