ГЛАВА 9

А КАК БЫ РЕАГИРОВАЛА БРИТАНИЯ?

Организуя интеллигенцию Европы против Гитлера с его философией, против японской военщины, следует внушать ей неизбежность всемирной социалистической революции.

М.Горький. Письмо Сталину. Март 1936г.

1

Возникает вопрос. И вполне законный.

Союзники действительно помогли Сталину. Но Советский Союз был жертвой нападения, и потому ему помогли. Ну а если бы Советский Союз напал на Германию, как бы к этому отнеслись Британия и США?

Давайте разберемся.

Начнем с главного. Со статистики. Британия вступила в войну 3 сентября 1939 года. В ответ германский подводный флот блокировал Британию. За 1939 год гитлеровские подводные лодки утопили 222 британских торговых корабля. Это официальная статистика (Roskill S. The War at See, 1939 — 1945. L: H.M.Stationer Office. 1954. P. 615).

В среднем немцы топили по два британских торговых корабля каждый день без выходных и праздников. Британия — на островах. В то время Британия себя сама прокормить не могла. Да и не растут в Британии ни бананы, ни ананасы. А британский народ без бананов долго не протянет. Это вам не Россия. Кору с деревьев тут есть не привыкли и к супу с лягушками не приучены. Без бразильского кофе британский джентльмен не выживет. Это я вам точно говорю.

За следующий, 1940 год Британия потеряла 1056 торговых кораблей (тот же источник). Это — по три торговых корабля в день. Британский торговый флот катастрофически сокращался, а германский подводный флот тем временем стремительно рос.

«За первые шесть месяцев 1941 года мы потеряли 760 торговых судов, потопив всего 12 подводных лодок». Это тоже официальная статистика. Это написал кэптэн М.Кэсуэлл, военно-морской атташе при посольстве Великобритании в СССР («Красная звезда». 29 августа 1991 г.). 760 торговых кораблей за шесть месяцев — это по четыре в день. В 1939 году — по два в день, в 40-м — по три, в 41-м — по четыре. И тут же официальный вывод военно-морского атташе: «Великобритания в 1941 году была на грани поражения».

Обращаю еще раз внимание на то, что это говорит военный дипломат. Его публичное выступление только в одном случае может считаться личным мнением: если государство немедленно его слова опровергло, объявило их личным мнением, а дипломата отозвало домой, заменив другим. Этого не было. Следовательно, официальная точка зрения: В 1941 ГОДУ БРИТАНИЯ БЫЛА НА ГРАНИ ПОРАЖЕНИЯ.

Британия не могла ждать до 1942 года.

И если не шутить, то действительно запасы продовольствия иссякали, а британский торговый флот был практически истреблен гитлеровскими подводными лодками. Восстановить его Британия не могла, для этого надо было каждый день спускать на воду по четыре новых корабля. Но даже не это главное. Главное в другом: британская промышленность работала в основном на привозном сырье. Какое-то сырье было в избытке, но по большей части — в недостатке. Недостаток даже одного компонента может иметь катастрофические последствия. Представьте, мы строим дом и все у нас для строительства есть, за исключением чего-то одного, например, нет гвоздей или нет стекла. Хозяйственный организм мощной индустриальной страны требует многие тысячи компонентов одновременно и немедленно, и недостаток лишь одного может означать остановку целой отрасли промышленности. Недостаток стратегического сырья компенсировали как могли. Пройдемте по улицам британских городов и у любого монументального здания увидим следы войны. В 19-м веке Британская империя процветала, и величественные здания украшали не менее величественные металлические ограды. В большинстве своем металлические ограды Британии были срезаны в 1940-1941 годах и отправлены на переплавку. После войны вся эта роскошь никогда больше не восстанавливалась. Осмотрим цоколь главного здания Бристольского университета: мощное каменное основание оград и аккуратно срезанные металлические прутья, которые из камня возносились когда-то вверх. Давайте побродим по улицам Манчестера, Ньюпорта, Ливерпуля, Эдинбурга, Глостера, Шеффильда, Йорка: вокруг храмов и парков, школ и кладбищ, вокзалов и скверов — массивные каменные основания оград и повсеместно, практически везде — срезанный металл. Исключения — парки в Лондоне у Букингемского дворца и Парламента.

Про бананы и кофе — это я больше в шутку. А вот без сырья британская промышленность задыхалась… В оксфордских колледжах дивной работы бронзовые светильники и ручки на дверях свинчивали — позарез взрыватели артиллерийские требовались.

Британии помогала Америка. Но американская помощь до Британии доходила частично, в основном оседая на океанском дне. Любителей посылать торговые суда к британским берегам становилось все меньше. Голод и кризис в Британии нарастали. А президент США Рузвельт не мог объявить Гитлеру войну просто потому, что в Америке были очень мощные силы, которые этому противились и препятствовали — лозунг: пусть эти европейцы режут друг друга, Америка на чужих войнах всегда наживалась…

Британия имела только два выхода:

1. Подписать сепаратный мир с Германией. Проще говоря — сдаться на милость Гитлера.

2. Вовлечь Советский Союз в войну против Гитлера.

Сдаваться британцам как-то не хотелось, а надеяться на гитлеровский поход на восток не приходилось. Все понимали, что Германия не может воевать на два фронта одновременно — и против Британии, и против Советского Союза. Война на два фронта — гибель для Германии, это знал каждый, это знал сам Гитлер и открыто об этом говорил. Надеяться на то, что Гитлер нападет на Сталина, не мог никто. Последняя возможность: Сталин нападет на Гитлера. Вот к этому и стремилась Британия Сталина склонить. И все политики, дипломаты, генералы и адмиралы, офицеры и журналисты, фермеры и докеры, матросы гибнущих кораблей и их голодные дети с надеждой смотрели на восток. С последней надеждой. И сталинская глупость была непонятна британцам: вот он сидит и ждет, а Британия на последнем издыхании, Британия не выдержит долго, Британия до 1942 года не дотянет, Британия будет вынуждена сдаться. И тогда в 1942 году глупый Сталин останется один на один с Гитлером. Так неужели же он этого не понимает? Ему надо нападать на Германию сейчас, в 1941 году, пока Британия не сдалась!

Моему читателю, которого судьба занесет на туманные острова, советую любую британскую библиотеку. Например, библиотеку Музея империалистической войны. Ах, какой музей! Там хранятся даже настоящие маршальские погоны товарища Сталина, которые Черчилль попросил на сувениры. Но нас интересуют газеты. Газет, понятно, нам в руки не дадут, а микропленки — пожалуйста. Садитесь и читайте. Включайте синий экран (тут все это бесплатно) и прокручивайте рулоны микропленок, читайте, что писала британская пресса в те дни. А писала она только о недальновидном Сталине, который настолько заражен пацифизмом, что не видит опасности остаться один на один с Гитлером. И призывы к Сталину: напади! напади! напади!

Это как в старинном романе — добрый человек, попавший в беду, молит благородного рыцаря о помощи: о, приди, ну приди же!

И если поднять письма Черчилля Сталину — тот же мотив: нас Гитлер задавит, а ты один останешься… Ваше превосходительство товарищ Сталин, выручай, в этом и твое собственное спасение!

Спрашивают, как бы Британия реагировала на внезапный сталинский удар по Германии?

Отвечаю: реагировала бы радостным воплем облегчения! Никак иначе.

Реагировала бы миллионами поздравлений британских детей доброму дядюшке Джозефу и доблестной Красной Армии-освободительнице. Ее победный марш отмечали бы красными флажками в каждой британской школе на каждой карте и каждом глобусе. Сообщение о внезапном ударе советских ВВС по германским аэродромам было бы встречено настоящим, неподдельным восторгом в каждой британской газетной редакции, в каждом цеху, в каждом порту, в каждом госпитале. В каждом британском пабе люди на последние пенсы и шиллинги пили бы пиво во здравие товарища Сталина и его доблестных генералов. Во всех британских церквях гремели бы колокола: помощь идет! И британские женщины со слезами радости на глазах выставляли бы портреты дядюшки Джо в окнах своих домов.

2

Главная задача британской дипломатии начиная с 3 сентября 1939 года — объяснить советскому руководству, что надо вступить в войну против Гитлера. И не буду я этих посланий цитировать. Архивы британской дипломатии этого периода открыты, верьте на слово, — это бесконечные полки папок с объяснениями, призывами и даже угрозами: вступите в войну, вступите, вступите! И в отчаянии британская дипломатия начинает шантаж: если Советский Союз не вступит в войну против Германии, то Британия пойдет на сепаратный мир с Германией, вот и решайте.

Вдумаемся: а что же Британии еще оставалось делать?

И вот ситуация: Германия — ключ к Европе. Германия — главная цель коммунистов. Об этом говорили Маркс, Энгельс, Ленин, Троцкий, Тухачевский, Радек, Каменев, Зиновьев, Уншлихт и пр. и пр. Советизация мира, и прежде всего — Европы, а в Европе — прежде всего Германии, — это клятва Сталина над ленинским гробом. Это план сталинской жизни и ее цель. Но поставил себя товарищ Сталин так (в отличие от крикунов и любителей лбом прошибать каменные стены), что сам Черчилль просит товарища Сталина этим делом заняться. Черчилль приглашает, просит, разъясняет, убеждает, настаивает и даже угрожает. Так наша официальная история и пишет: «В правящих кругах Англии зрели различные планы „оказания давления“ на Советский Союз, с тем чтобы заставить его выступить против Германии» (История Великой Отечественной войны Советского Союза. 1941-1945. Т. 1. С. 403).

И каждый наш генерал знал, что дело обстоит именно так. Маршал Советского Союза А.И.Еременко: «Определенные круги в Англии, опасаясь попыток Гитлера форсировать Ла-Манш, прилагали все усилия, чтобы втянуть нас в войну» (На западном направлении. С. 477).

Вот так надо вести внешнюю политику. Сталин тайно стягивает войска к своим западным границам, но Сталину не надо будет потом объяснять международному общественному мнению, зачем он сокрушил Германию (а заодно и…), от товарища Сталина именно этого и ждут, на такие действия надеются, о таких действиях Сталина просят и даже какие-то британские темные силы на товарища Сталина «давление оказывают» и «прилагают все усилия, чтобы втянуть его в войну».

3

Но удивительное (на первый взгляд) дело: посол Британии в СССР сэр Стаффорд Криппс постоянно объясняет заместителю Народного комиссара иностранных дел СССР товарищу А.Я.Вышинскому, что Советский Союз должен напасть на Германию, но получает решительный ответ: нет, нет и нет!

Ответы дает тот самый Андрей Януарьевич Вышинский, в народе — Ягуарьевич, который в свое время чуть не посадил товарища Ленина за решетку, но после победы Ленина Ягуарьевич перекрасился, перековался и перестроился, обратился верным ленинцем и при Сталине вместе с товарищем Ягодой стал главным крутильщиком пролетарской мясорубки, потом отправил Ягоду в эту самую мясорубку, продолжал ее крутить вместе с товарищем Ежовым, потом и Ежов попал в мясорубку, а Вышинский извернулся и за проявленную изворотливость был брошен на дипломатический фронт. Вот этот самый Ягуарьевич Изворотливый принимает британского посла и отвечает, что Советский Союз желает только мира и ни о какой войне слышать не хочет: мир, мир и только мир.

Многих исследователей смущает вот что. Британский посол сэр Криппс разъясняет выгоды вступления Советского Союза в войну, а Ягуарьевич решительно отказывается: Советский Союз — страна миролюбивая, мы ни на кого не нападаем! Смущает, что Ягуарьевич отвечает сразу, не консультируясь ни с Молотовым, ни с самим товарищем Сталиным. Из этого делают вывод: политика Советского Союза была столь миролюбива, что Ягуарьевичу даже не надо было спрашивать разрешения вышестоящих: ясно и так — мы за мир.

А у меня другое объяснение. Представим себе, что мы — просители, мы наскребли по карманам все, что у нас было, и идем к большому начальнику (по слухам — вымогателю и взяточнику) бить челом: подсоби, кормилец, пропадаем. К начальнику большому нас, понятно, не пускают. Принимает нас холуй, какой-нибудь Пантерович или Леопардович. Мы просьбу изложили, мнемся, смотрим в пол, потом эдак осторожно ему наши мятые денежки суем: вот, мол, вашему начальнику на пропитание…

Вы думаете Тигрович-Барсович к начальнику за инструкциями побежит: как, мол, поступить — принимать дары или отказаться?

Да ни в коем случае! Холуй возмутится без начальственных инструкций: да за кого же ты нас, падла, канаешь?!

Следует внимание обратить вот на что. Ягуарьевич решительно отклоняет британские просьбы о вступлении Советского Союза в войну. Но! Если британские предложения неприемлемы товарищам Вышинскому и Молотову и стоящему за их спинами товарищу Сталину, то следует раз и навсегда «дать отлуп», чтобы домогательства не повторялись. Но товарищ Вышинский решительно отвергает предложения Британии, а решительность эта такова, что позволяет послу Криппсу через неделю просьбу повторить. И опять следует категорический ответ: «Да за кого ж ты нас!..»

Цена всех «решительных» отказов Вышинского определяется тем, что в начале июня 1941 года тон советской дипломатии вдруг резко изменился. Если очистить от дипломатической шелухи, то ответ Ягуарьевича на предложение вступить в войну на сей раз прозвучал примерно так: «Ну хорошо, так и быть, ладно, мы подумаем… Но что мы за это будем иметь?»

На это последовал радостный вопль из Лондона: «Да все, что хотите!»

Если британский ответ втиснуть в рамки приличия, то звучало это так: «Министр иностранных дел Англии А.Иден пригласил к себе 13 июня советского полпреда И.Майского и по поручению премьер-министра заявил, что если в ближайшем будущем начнется война между СССР и Германией, то английское правительство готово оказать полное содействие Советскому Союзу…» (История второй мировой войны. Т. 3. С. 352).

Вот она, сталинская гениальность! Вот он, Величайший Хитрец всех времен и народов. Он так поставил себя, что не просто его агрессии ждут десятки миллионов людей во всей Европе, не просто величайший враг коммунизма Черчилль упрашивает Сталина агрессию совершить, но товарищ Сталин еще и потребовал плату за свою агрессию и немедленно получил радостный ответ: получишь полное содействие!

4

Тише, ораторы! Я представляю степень вашего возмущения и ваши возражения знаю. Вы скажете, что официальная советская история совсем другое имеет в виду: переговоры в Лондоне 13 июня 1941 года — это переговоры о возможной британской помощи в случае германской агрессии.

Отвечаю.

Вся политика Британии — это уговорить, уломать, убедить Сталина выступить против Гитлера, втянуть Сталина в войну. Если предполагается оборонительная война Советского Союза против германской агрессии, то втягивать Сталина в оборонительную войну не надо: Гитлер нападет и своим нападением Сталина в войну втянет, и будет Сталин воевать без уговоров Черчилля. Если предполагается, что агрессором будет Гитлер, то зачем тратить время на уговоры Сталина? И если предполагается, что Сталин в ближайшие дни станет жертвой Гитлера, зачем Британии брать какие-то обязательства перед Советским Союзом? Правда, удивительно: воюющая, стоящая на краю пропасти Британия берет на себя обязательства оказать полное содействие невоюющему Советскому Союзу.

А ведь все просто: Черчилль просит Сталина вступить в войну и предлагает все, что угодно: напади, а я для тебя!..

Мои критики генерал-полковник Д.Волкогонов, профессор Г.Городецкий и другие в своих статьях, а теперь и книгах все как один приводят интереснейший документ: 16 июня 1941 года Народный комиссар государственной безопасности СССР товарищ В.Меркулов представил Сталину агентурное сообщение из штаба Люфтваффе: агрессия Гитлера против СССР подготовлена и может начаться в любой день. На это сообщение товарищ Сталин решительно наложил очень понятную резолюцию с точным указанием, к какой именно матери следует отослать такой источник агентурных сведений.

Мои критики явно не понимают, что один этот пример полностью разрушает все их построения. Агентурное донесение и чеканная сталинская резолюция на нем — это документ экстраординарной важности. Это подтверждение (сталинской подписью заверенное) того, что Сталин до самого последнего момента не верил в возможность германского нападения. Из этого следует, что ВСЕ действия Сталина и всех его подчиненных подготовкой к отражению агрессии объяснить нельзя. Тайно пошли колоссальные массы войск к границам — это не для отражения агрессии! Войска сбросили ботинки с обмотками и кирзовые сапоги, а натянули новые, яловые — это не для отражения агрессии! Второй стратегический эшелон Красной Армии тайно двинулся в западные приграничные округа — это не для отражения агрессии! Приграничные аэродромы забиты самолетами — это не для отражения агрессии! Зекам дали в руки оружие — это не для отражения агрессии!

И никаких контрударов для отражения агрессии не замышлялось. Если бы какой умник принес на утверждение товарищу Сталину план нанесения контрударов и отражения агрессии, то товарищ Сталин начертал бы ту же самую резолюцию. Кстати говоря, мои критики утверждают, что никаких планов советской агрессии им в архивах найти не удалось. Встречный вопрос: а планы обороны государства вы нашли? А планы контрударов, о которых нам рассказывали 50 лет? Где они? Почему их никто никогда не опубликовал? Только не надо путать планы прикрытия государственной границы с планами обороны страны и отражения агрессии. Это вещи разные. Так вот, планов обороны государства обнаружить никак не удается. Потому как не было таких планов, как и намерений товарища Сталина агрессию отражать. Он в германскую агрессию не верил. В чем и расписался.

И переговоры в Лондоне 13 июня 1941 года — это вовсе не подготовка к отражению агрессии. Если бы советский полпред в Лондоне товарищ Майский доложил товарищу Сталину, что министр иностранных дел Великобритании по поручению самого Черчилля предложил «полное содействие» в отражении германской агрессии, то товарищ Сталин товарища Майского послал бы к той же самой, вполне определенной матери.

И Идена с Черчиллем — к ней же.

5

У Сталина была еще одна причина отвечать отказом на британские предложения выступить против Гитлера. Причина в том, что тайный план можно сохранить в секрете от врагов только в случае, если он неизвестен и друзьям. Тем более что британский посол в Москве сэр Стаффорд Криппс был глуп и болтлив.

Сталин развязал Вторую мировую войну для того, чтобы сокрушить Европу. Но Криппс об этом просто не знает. Криппс считает, что это он, мудрейший Криппс, уговаривает Сталина в войну вступить, объясняя непонятливому Сталину важность момента, его выгоду и неповторимость и невозможность ждать до 1942 года.

И вот в начале июня Криппс уловил изменение советского тона: а что мы будем за это иметь?

Криппс в восторге: это он, премудрый Криппс, кажется, сумел уломать несговорчивого, неуступчивого Сталина что-то сделать против Гитлера! Весь мир должен немедленно узнать о том, что это он, гениальнейший Криппс, спас Британию и весь мир! Помощь близка! Спешите видеть!

Немедленно все окружение Криппса заговорило о близкой войне Советского Союза против Германии. А сам Криппс на крыльях радости летит в Лондон, и немедленно в британских газетах предсказатели всех рангов ударились в обсуждение радостных возможностей…

Реакция Сталина была мгновенной и свирепой — Сообщение ТАСС от 13 июня 1941 года. Оно начинается без всякого вступления: «Еще до приезда английского посла в СССР г. Криппса в Лондон, особенно же после его приезда, в английской и вообще в иностранной печати стали муссироваться слухи о „близости войны между СССР и Германией“… Советский Союз стал будто бы усиленно готовиться к войне с Германией и сосредоточивает войска у границ последней… Слухи о том, что СССР готовится к войне с Германией, являются лживыми и провокационными…»

Товарищ Сталин явно погорячился. Чтобы понять степень его ярости, надо вспомнить, что после разгрома Наполеона по инициативе России в 1815 году был созван Венский конгресс, установивший все те правила дипломатической практики, которые существуют до сего дня. В соответствии с решениями конгресса дипломат, пусть самого низшего ранга, является представителем государства. Оскорбление дипломата (любого ранга) является оскорблением всего государства. Посол — высший дипломатический представитель одного государства в другом. Оскорбление посла может иметь самые тяжкие последствия.

В сообщении ТАСС Сталин оскорбляет британского посла. Никто не сомневается в сталинском авторстве текста. Кроме того, Сталин — глава правительства, а ТАСС — государственная структура, непосредственно главе правительства подчиненная.

В сообщении говорится, что посол Криппс является источником распространения слухов, а слухи эти ложные и провокационные. Проще говоря, британский посол сэр Стаффорд Криппс — лжец и провокатор. Но это не просто оскорбление послу, это оскорбление всей стране.

В истории дипломатии другого такого примера я не нашел, тем более — в отношениях между двумя величайшими империями. Гордая, надменная Британия должна была немедленно разорвать дипломатические отношения с Советским Союзом, потребовать извинений и принять другие меры.

Но Британия никак на оскорбление не отреагировала.

Да почему же?

А потому, во-первых, что, когда в Оксфорде ручки с дверей свинчивали, был вовсе не тот момент, чтобы на кремлевские окрики обижаться.

А во-вторых, и это главное, Черчилль хорошо понимал, что Сталин прав, посол Криппс действительно болтнул лишнего.

6

Каждый начинающий офицерик службы информации любой уважающей себя разведки мира знает простое правило: в каскаде информации самыми важными, ключевыми, самыми интересными являются опровержения. Каждая разведка внимательно следит за тем, кто и что опровергает, и старается понять почему. 13 июня 1941 года товарищ Сталин передачей в эфир Сообщения ТАСС не постеснялся оскорбить посла великого государства, т.е. само государство — потенциального союзника в смертельной войне, которая должна (как всем участникам событий было ясно) разразиться со дня на день. Давайте же спросим у психологов, что это за свирепость на товарища Сталина напала. Он по натуре был свиреп в любом деле, а на словах — тихий. Что это вдруг с ним случилось? Если Сталин чувствует приближение гитлеровской агрессии и готовит Советский Союз к ее отражению, то болтовня Криппса Сталину на руку — пусть все газеты мира трубят: Сталин об опасности знает, Сталин к отражению вторжения готовится, Сталина врасплох не застать!

На распространителя таких слухов обижаться нельзя. Надо орденом Ленина такого болтуна награждать.

Нам остается предположить, что Криппс заговорил о каком-то другом сценарии войны, который товарищ Сталин держал в глубокой тайне.

Сталин — уголовник самого высшего, непревзойденного класса. Начинал товарищ Сталин с малого — с ограбления банка. Ограбление Тифлисского казначейства, осуществленное под гениальным водительством товарища Кобы-Джугашвили, вошло во все учебники криминалистики всех стран мира. За исключением наших, понятно. Нам было не очень удобно учить будущих сыщиков на классическом примере, ибо грабил банк (грабил мастерски, это надо признать) будущий вождь мирового пролетариата, будущий гений всех времен и народов. Нам было не очень удобно сообщать, что во главе родины мирового пролетариата тридцать лет бессменно стоял взломщик сейфов по кличке Коба.

Летом 1941 года Коба после двадцатилетней подготовки был намерен повторить то, что он в свое время совершил в Тифлисе среди бела дня на глазах изумленной публики и полиции. Только теперь, в 1941-м, ограбление готовилось общеевропейского масштаба. Все Сталин подготовил, все предусмотрел, и вот те раз: решил своего партнера сэра Черчилля туманными намеками ориентировать относительно намерений, а у партнера кореш оказался полным кретином, да еще и звонарем.

Сообщение ТАСС от 13 июня 1941 года многосложно и многогранно, оно адресовано и Гитлеру, и Черчиллю.

Гитлеру: болтают разные, так ты ж не верь!

Черчиллю: уйми звонаря!

Гитлер послание принял, понял его смысл, но решил верить болтовне Криппса, а не сталинскому опровержению.

Черчилль тоже послание принял и смысл его понял — Криппса к делам такой деликатности больше не подпускал, на Сталина за оскорбление посла, т.е. за оскорбление Британии, обиды не держал, Сталину помогал чем мог.

Вывод: надо таких союзников иметь, которые помогают и на оскорбления не обижаются.

7

Против моей версии написаны горы статей. Теперь пошли и книги. Я насчитал пока только четыре. Но обещают больше. Первую книгу против меня написал Габриэль Городецкий, профессор Тель-Авивского университета. Его пригласили в Москву, открыли архивы Министерства обороны, ГРУ (это первый случай в истории), Министерства иностранных дел: пиши! Городецкому и на Западе все двери открыты — «Ледокол» не ко двору всему Западу. И вот книга против меня написана. Собрал профессор Городецкий огромное количество документов и опубликовал.

Правда, смысла этих документов Городецкий не понял. Документы в его книге — не просто мимо цели, но наоборот — все они мою версию подкрепляют.

Восьмая глава в книге Городецкого вся о том, как посол Криппс уговаривал, упрашивал, разъяснял, убеждал советских руководителей напасть на Германию: «Англия переживает агонию и надеется на приближающуюся войну на Востоке…», «Намеки Криппса на возможное заключение сепаратного мира в случае, если Россия не изменит свою политику…» (т.е. если будет сохранять нейтралитет. — B.C.), «Криппс старался привлечь русских на сторону Англии, играя на их страхе перед заключением сепаратного мира…» и т.д. и т.д. Ничего не действовало на непонятливого Сталина и тогда Криппс написал личное послание Вышинскому: «Стоит ли ждать и затем встретить неразделенные силы германских армий в одиночестве… не было бы лучше принять немедленные меры… с учетом той помощи, которая осуществляется со стороны Великобритании…» (С. 170). А когда аргументы у британского посла кончились, он начал пугать Вышинского, Молотова и Сталина: «Не исключено в случае растяжения войны на продолжительный период, что Великобритании могла бы улыбнуться идея заключения сделки на предмет окончания войны…» (С. 215). И эта мысль повторяется до самой последней главы, до самых последних страниц книги: «Англия отчаянно пытается вовлечь Россию в войну» (С. 327). Это о встрече Майского с Иденом 13 июня 1941 года.

Вникнем: Советский Союз возник как «прообраз грядущей Мировой Советской Социалистической Республики» (И.Сталин. «Правда». 31 декабря 1922 г.). И вот Британия приглашает товарища Сталина сей план осуществить. А товарищ Сталин ломается, отнекивается, приглашений не принимает. Тогда Британия его начинает упрашивать, уговаривать и даже пугать.

Вот вам образец внешней политики! Вот вам самый достойный ученик великого Макиавелли, далеко превзошедший учителя!

Так надо агрессию готовить, чтобы остальной мир вас бы за уши тянул агрессию совершить, благодарил бы за нее и обещал ваши издержки на сокрушение Европы покрыть.





 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх