Теотиуакан

Теотиуакан расположен к северо-востоку от Мехико. Хотя этот город и известен всему миру, его история все еще полна тайн, являющихся достоянием нескольких специалистов. Будучи крупнейшим в Месоамерике чрезвычайно важным городским и церемониальным центром, оказавшим в классический период наибольшее влияние на формирование и развитие других культур, Теотиуакан стал объектом научных исследований, позволивших раскрыть некоторые страницы его прошлого.

Следует отметить, что указанные исследования не ограничивались только археологическими раскопками. Благодаря мексиканскому антропологу Мануэлю Гамио, создателю теории интегральности, они охватили также колониальный и современный период и дают возможность сравнить развитие зоны Теотиуакана на различных исторических этапах.

Для изучения этой культуры в доиспанский период чрезвычайный интерес представляют для нас археологические данные. К сожалению, в отличие от других месоамериканских культур они не могут быть дополнены письменными источниками.

В текстах, составленных после Конкисты как аборигенами, так и европейцами, лишь иногда упоминается Теотиуакан. Поскольку эти тексты очень поздние, то упоминания носят мифический характер, т. е. больше отражают высказывания ацтеков о событиях в Теотиуакане в легендарный период сотворения богов, главным образом Солнца и Луны. На практике подлинно научное изучение Теотиуакана может осуществляться лишь на основе использования археологии и ее методов.

Тем не менее для придания большей жизненности археологии мы пытаемся сопоставлять данные раскопок с версией, изложенной в текстах науа, полученных от индейцев монахом Бернардино де Саагуном, членом ордена Св. Франциска, где говорится о сотворении богов в Теотиуакане. Таким образом мы попытаемся обобщить основные сведения, имеющиеся в настоящее время об этом величественном городе.

Много веков назад, примерно в 300 г. до н. э., в долине, на месте будущего Теотиуакана, возникли два селения, занимавшие площадь около четырех квадратных километров к северу от современного города. Жизнь сельских жителей была предельно проста: главным образом они возделывали кукурузу, тыкву, перец и фасоль. Среди них были и искусные ремесленники, имевшие высокое по тому времени мастерство изготовления керамики, плетения корзин, резьбы по камню и, возможно, ткачества. У них существовала сложная религия, основными божествами считались бог огня и бог воды; практиковались также сложные погребальные культы. Возможно, они строили каменные здания, например по три в каждой группе, для почитания своих богов.

Однако точно не известно, откуда происходили жители этих двух селений, насчитывавших около 5 тыс. человек. Возможно, это часть населения, покинувшая Куикуилько – город круглой пирамиды, расположенный у подножия вулкана Ахуско,– в результате драматического извержения Шитли, которое разрушило здания Куикуилько и образовало своими потоками лавы современный Педрегаль де Сан-Анхель. Можно также гипотетически предположить, что другая часть населения происходит от ольмеков, этой таинственной культуры, зародившейся на побережье Мексиканского залива, о которой мы рассказывали в предыдущей главе. С течением времени оба селения слились и на основе сочетания двух культурных традиций создали теотиуаканскую культуру. (см.Предисловие )

Видимо, большое вдохновение осенило группу беспокойных жрецов и астрономов, которые накопили астрономические и религиозные знания, необходимые для начала строительства самого крупного, самого впечатляющего и красивого города Месоамерики. Так завершается прототеотиуаканский период (Патлачике), который продолжался примерно от 100 г. до н. э. до начала нашей эры. Затем наступает период Цакуальи или Теотиуакан-I, продолжавшийся 150 лет.

С этого времени весть о существовании города распространяется по всей Месоамерике. Начинается приток жителей из далеких земель. Одни приезжают, чтобы поклониться богам, другие, чтобы остаться навсегда. Так, например, в трех километрах на запад от Сьюдаделы образовалась колония выходцев из Оахаки, что подтверждается обнаруженной керамикой и урной, которые соответствуют оахакским периодам Монте-Альбан-II и IIа, совпадающим по времени с Теотиуаканом-I.

В этот период население города достигло примерно 30 тыс. человек, а его площадь – около 17 квадратных километров.

Как же выглядел внешне теотиуаканец того периода?

Вне всякого сомнения, его облик соответствовал изготовленным в то время головкам и фигуркам. Среди них мы находим несколько тщательно отделанных статуэток в богатых нарядах и с прическами, которые, без сомнения, изображают представителей господствующих классов, жрецов и шаманов. Некоторые фигурки передают удивительные движения, выражающие, видимо, отдельные па ритуальных танцев.

«Когда еще царил мрак, когда еще не было дня, когда еще не было света, там, в Теотиуакане, собрались, встретились боги и сказали, заговорили между собой: Идите сюда, о боги. Кто из нас возьмет на себя, кто позаботится о том, чтобы был день, чтобы был свет». (Испанская версия М. Леона-Портильи. – Прим. авт. )

Теотиуакан означает «место, где рождаются боги», или «место апофеоза». Процитированный отрывок из великолепного текста на языке науатль подтверждает версии, существовавшие во времена Конкисты, будто с древнейших времен сохранялось предание о том, что первые боги, Солнца и Луны, были созданы в Теотиуакане.

Два бога захотели взять на себя ответственность за сотворение света – Текуксистекатль, «властитель раковин», могущественный и надменный, и бедный и униженный Нанауацин, покрытое язвами и загнивающее божество, отличавшееся необычайной отвагой.

«И здесь (в Теотиуакане) запылал божественный костер, горевший целых четыре года».

Текуксистекатль и Нанауацин должны были броситься в костер, чтобы превратиться в богов. Покрытый язвами Нанауацин принес себя в жертву и затем, не колеблясь ни минуты, бросился в костер, а надменный Текуксистекатль струсил и бросился в пепел. Поэтому Нанауацин появился в блеске и сиянии, превратившись в бога Солнца, а Текуксистекатль возродился и стал Луной, символом своей трусости, светилом с блеклым светом. Ни одно из светил не двигалось и не отражало течение времени.

Тогда боги спросили друг друга:
«Как же мы будем жить?
Солнце не двигается.
Как же мы заставим жить людей?
Мы должны придать Солнцу силу,
Принеся себя в жертву. Умремте же все!»
И тогда там, в Теотиуакане,
Настал смертный час богов.
А когда солнце засверкало на небе,
Луна упала в пепел.
Когда же она появилась на краю неба,
Папастак закрыл лицо
Чашкой кролика.
((Испанская версия М. Леона-Портильи. – Прим. авт.))

Видимо, в период Теотиуакан – I сложился градостроительный план этого центра. Город располагался вокруг центральной оси, называемой то улицей, то проспектом, то перекрестком Мертвых. Это название дали ацтеки, впервые посетившие город примерно в XIV в. Увидев холмы, покрытые землей и растительностью, они решили, что увидели могилы, а вовсе не пирамиды с храмами, воздвигнутыми на их вершинах. Итак, ацтеки назвали этот огромный проспект Миккаотли, или улицей Мертвых. Улицей Мертвых принято называть также архитектурный комплекс, расположенный к северу от так называемой Сьюдаделы.

В последующие сто лет, со 150 до 250 г., известные как период Миккаотли или Теотиуакан-II максимального развития достиг городской центр, занимавший в то время 22,5 кв. км. Население города насчитывало 45 тыс. человек. На этом этапе Теотиуакан переживает период своего расцвета. (Своего максимального расцвета Теотиуакан достиг на этапе Теотиуакан-III, в 250—650 гг. ) Город старательно делится на кварталы с общественными зданиями, культовыми сооружениями, рынками, дворцами и жилыми домами, рассчитанными на несколько семей.

В это время появляются типичные элементы теотиуаканской архитектуры – «таблеро и талуд» (вертикальная панель и скос). Однако возникает вопрос о происхождении этих элементов. Заимствованы ли они из других культур или представляют собой изобретение теотиуаканцев?

На восток от Мехико расположены очень интересные развалины, хорошо исследованные и восстановленные, однако, к сожалению, очень малоизвестные. Речь идет о поселении Тлапакойя, не без основания относимого археологами к переходной доклассической культуре. Подобная классификация связана с тем, что в Тлапакойе начинают исчезать элементы архитектуры доклассического периода и используются формы, точнее, сочетание форм, получивших дальнейшее развитие позже, уже в классическом периоде. Так, в это время используется «талуд» и карнизы, которые в дальнейшем превратились в «таблеро».

Именно благодаря теотиуаканцам получили широкое распространение эти архитектурные элементы. При их использовании придавались меньшие размеры скосу (талуд) по сравнению с вертикальной панелью (таблеро); в центре располагалась лестница. В действительности археологические раскопки и реконструкции дают нам лишь самое общее представление о том, каким был город первоначально, поскольку все здания были оштукатурены и покрашены, иногда одноцветно, а иногда с использованием настенной живописи, нередко стены украшались барельефами и горельефами. Время сохранило лишь очень немногие из них. Однако именно эта архитектура свидетельствует о том, что теотиуаканцы достигли своего культурного расцвета, т. е. классического периода.

Во время доклассического периода происходил процесс накопления знаний. Путем проб и ошибок совершенствовалась технология и происходил отбор стилей. На новом этапе сохранились такие боги, как Уэуэтеотль, бог огня, постоянно почитавшийся людьми.

Двести лет, составлявшие конец прошлой и начало нашей эры, представляли собой период переориентации не только в Теотиуакане, но и во всей Месоамерике. В случае правильного толкования фигурок и сосудов можно считать, что в этот период долина Мехико подвергалась влиянию двух различных культурных течений. Одно из них, происходившее с северо-запада и зародившееся в районе реки Лерма, в Чупикуаро, способствовало появлению многих любопытных фигурок со щелевидными глазами, а также тщательно изготовленной многоцветной керамики, украшенной повторяющимися геометрическими рисунками. Другое течение, более значительное, пришло с востока и принесло с собой плоскодонные сосуды, керамику с негативной росписью, так называемую «тонкую оранжевую керамику», большие ножки-подставки и, возможно, идею создавать фигурки, изображающие богов.

Несмотря на подверженность влиянию новых вкусов и стилей, народное творчество сохраняло старинные традиции Куикуилько-Тикомана с незначительными локальными прогрессивными изменениями, что и послужило началом классического Теотиуакана. Все эти явления, вместе с упоминавшейся уже архитектурой, возникли примерно в III в., в период, называемый Теотиуака-III, или Тламимилолпа.

В эту эпоху Теотиуакан превратился в самую могущественную силу на всем севере Месоамерики; в течение последующих четырех столетий его политическое и религиозное господство было неоспоримым. В классические годы развития Теотиуакана воплотилась в жизнь мечта его основателей.

Теотиуакан превратился в настоящий город с населением, составлявшим, по оценке, 85 тыс. человек. Там были специальные резиденции для аристократов, а также большие жилые комплексы типа многоквартирных домов, которые, видимо, были заселены крестьянами, ремесленниками, различными мастерами.

В это время уже был построен проспект Мертвых, начатый еще в доклассический период, почти завершилось строительство Пирамиды Солнца и началось воздвижение оригинальной Пирамиды Луны и Сьюдаделы. (Строительство пирамид Солнца и Луны в Теотиуакане было завершено к рубежу нашей эры, в конце этапа Теотиуакан-I (Цакуалли) ) После сооружения Восточного проспекта, разделявшего проспект Мертвых на две части на север от Сьюдаделы, в основном завершилась планировка города.

Поднявшись на Пирамиду Луны, составляющую крайнюю северную точку огромного проспекта Мертвых, можно увидеть перед собой центральную ось города и восторгаться его планировкой. Непосредственно напротив пирамиды находится большая площадь, очерченная тремя пирамидами с каждой стороны. Направо, за строением 5, расположен роскошный дворец Кецальпапалотля, или «Кецаля-Бабочки», с внутренним двориком, окруженным резными колоннами с многоцветными барельефами и фресками на внутренних стенах, ассоциирующимися с водой и богом дождя. Его теотиуаканское имя нам неизвестно, однако мы будем звать его Тлалок, по имени, данному ацтеками.

В указанном здании все было тщательно реставрировано. Возможно, это была резиденция жрецов, поскольку в конечном счете жрецы были земным воплощением богов.

Посмотрев еще раз в сторону проспекта Мертвых, за Пирамидой Солнца можно, наконец, увидеть центр города, комплекс улицы Мертвых, расположенный на пересечении проспекта Мертвых с восточно-западным проспектом. Этот перекресток находится на полпути между Сыодаделой и Пирамидой Солнца.

Комплекс улицы Мертвых включает ряд ступенчатых холмов, платформы, дворики, лестницы и, видимо, жилые помещения, расположенные вокруг центрального двора. Его расположение точно в центре главной оси города позволяет предположить, что этот двор играл какую-то важную, не выясненную до настоящего времени роль в городской жизни.

Далее простирается Сьюдадела; напротив нее – здание, которое, видимо, было городским рынком. В настоящее время в нем расположены магазины, рестораны и теотиуаканский музей.

Указанное расстояние настолько велико, что с вершины Пирамиды Луны невозможно разглядеть эти здания. Обе стороны проспекта занимают различные культовые и гражданские сооружения. Узкие переулки, словно коридоры, ведут к жилым районам которые чередуются с наиболее важными культовыми сооружениями.

Осматривающий проспект Мертвых поднимается и опускается по многочисленным лесенкам, пересекает то, что кажется множеством двориков, и может восхищаться сочетанием «талуд-таблеро», повторяющимся в каждой платформе, в каждом святилище и алтаре. Это повторение подчеркивает важность этих элементов, которые ограничиваются религиозными постройками. Они повторяются не из-за отсутствия воображения у архитекторов и не для передачи религиозной символики.

Сьюдадела представляет собой не только эталон размера, точности и великолепной планировки, знаменовавшей вершину теотиуаканской архитектуры, но и дает нам представление о том, как блистали эти здания в зените своей славы. Это огромное здание длиной около четырехсот метров, ограниченное широкой платформой с северной, южной и восточной сторон. Северная и южная стороны включают четыре небольшие пирамиды, восточная – три. С запада широкая лестница открывает доступ к зданию. Платформы окружают огромный двор, в глубине которого находится известная пирамида Кецалькоатля, сооружение с шестью террасами, расположенными одна над другой при помощи типичного сочетания «талуд-таблеро», которое несколько позже, возможно, незадолго после 300 г., в период Тламимилолпа, частично было перекрыто другой постройкой.

Фасад этого великолепного храма богато украшен извивающимися пернатыми змеями, окруженными ракушками и другими морскими мотивами. Головы змей возникают из подобия цветка в одиннадцать лепестков и чередуются с головами бога дождя с огромными круглыми глазами, клыками и своеобразным пучком волос. До настоящего времени на этом прекрасном каменном горельефе сохраняются остатки красной и белой краски.

Можно себе представить, как впечатляюще выглядел этот архитектурный ансамбль в IV в., когда были завершены все шесть террас пирамиды, из оштукатуренного и великолепно расписанного фасада выступали скульптурные изображения, а храм, находящийся на вершине, освещался отблесками факелов и жертвенных огней. Легко абстрагироваться от монотонности архитектурных сооружений, представив себе город в разноцветных красках: ведь, насколько известно, стены зданий Теотиуакана были расписаны.

Эта черта представляется нам чрезвычайно важной. Дворцы, расположенные вокруг города, украшены настенными росписями. Атетелко, блестяще отреставрированный Агустином Вильягрой Калети; Тититла с оранжеватыми ягуарами, геометрическими рисунками, богами воды и кецалями; Тепантитла с процессией жрецов, воздающих хвалу богу дождя, и с потусторонним миром Тлалока, куда направлялись утопленники – это было место вечной радости, вечных игр и песен. Заслуживают упоминания и такие дворцы, как Яяуала, Сакуала, Остойоуалько и др.

Необходимо отметить и еще один чрезвычайно важный факт. В этот период влияние Теотиуакана распространяется на другие местности Месоамерики, не только на близлежащие, но и на такие дальние, как Тикаль, город майя в Петене, на территории Гватемалы. Это влияние было столь значительным, что некоторые ученые поднимали вопрос о существовании своего рода «теотиуаканcкой империи». Если эта «империя» действительно существовала, то власть в Мексике исходила из Центрального нагорья современных Мексиканских Соединенных Штатов. В последующем тольтеки и ацтеки (значительно расширившие ее территорию) создавали свои «империи» на тех же землях, где в классический период находился Теотиуакан.

Вне всякого сомнения, можно утверждать, что, так же как и ольмекская, культура Теотиуакана была прародительницей для многих других культур Месоамерики; более того, многие из них, как, например, сапотекская, обязаны Теотиуакану своим возникновением и самобытностью. (Это не совсем так, сапотекская культура Оахаки сложилась в основном на базе местной раннеземледельческой культуры предшествующего периода )

Около 650 г. н. э. Теотиуакан переживает период упадка, в течение последующих ста лет население города быстро сокращается. По какой-то неизвестной причине многие решили покинуть этот город. Указанный период получил название Метепек, или Теотиуакан-IV. В это время производятся округлые горшки и впервые появляются на керамике трафаретные украшения, получившие развитие на следующем, последнем этапе, называемом Оштотикпак.

В конце классического периода большое значение приобрело изготовление штампованных фигурок. Однако ни одно из художественных изобретений не смогло спасти теотиуаканскую культуру или хотя бы оттянуть ее гибель. Так закончил свое существование Теотиуакан, город богов.

«И сразу же отправились в дорогу, все отправились в дорогу, ребятишки, старцы, женщины и старухи. Очень медленно, очень степенно пошли они, собрались они там, в Теотиуакане. Там издавались приказы, там была установлена власть. А стали повелителями мудрецы, знатоки великих таинств, хранители традиций. Затем там возникли княжества… И все люди начали воздавать почести Солнцу и Луне, а затем воздавать почести многим менее важным богам. Там установили они свою религию и там обосновались верховные жрецы всех людей. А город и назвали Теотиуаканом, поскольку, когда умирали повелители, там их и хоронили… Ведь говорилось: когда мы умираем, в действительности мы не умираем, потому что живем, воскресаем, продолжаем жить, пробуждаемся, и это делает нас счастливыми. Поэтому старые люди говорили: тот, кто умер, превратился в бога. Говорили: он стал там богом, а это значит, он умер». (Испанская версия М. Леона-Портильи. – Прим. авт. )





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх