22. НА ПУТИ АРАБСКИХ ЗАВОЕВАНИЙ

В конце VII — начале VIII в. Арабский халифат достиг максимального могущества. Из Персии его полчища вторглись в Среднюю Азию, докатились до Индии. Воины халифа уверенно продвигались по Северной Африке. Византийские военачальники терпели поражения, бежали или сдавались. Из Марокко арабы переправились в Испанию и завладели ею. Перейдя Пиренеи, заняли южную часть Франции. В захваченных странах устанавливались новые порядки. Тех, кто не сдавался и был побежден в бою, обращали в рабство. Те, кто покорился, должны были признать законы халифата.

Все его жители облагались единым, довольно высоким налогом «харадж» — он шел на армию. Иноверцы, христиане и иудеи, платили дополнительный налог, джизью. Зороастрийцы и язычники подлежали обязательному обращению в ислам. Льготы и поблажки, предоставленные тем или иным народам, постепенно ликвидировались, всех приводили к общему образцу. Узнав, что армянская знать сносится с Византией, арабы покарали ее так, чтобы никому больше не захотелось своевольничать. Вызвали князей-нахараров для переговоров в Нахичевань, заперли в церквях и сожгли. Грузию и Армению заставили платить большую дань и лишили автономии, для управления Закавказьем был назначен арабский наместник.

Но многие христиане Сирии, Африки^ Малой Азии, Испании добровольно меняли веру. Это открывало пути для карьеры, для службы в администрации и войске. Используя таких специалистов, халифат обзавелся многочисленным флотом, он совершал рейды в Эгейское море, разорял греческие острова и города, громил даже окрестности Константинополя. И только в одном месте наступления арабов раз за разом отражались — русичи и хазары не позволяли им прорваться через Кавказские горы. Стороны обменивались ударами, пограничный Дербент то и дело переходил из рук в руки.

Кое-как держалась и Византия. Она заметно уменьшилась, у нее остались только Балканский полуостров, западные области Малой Азии, Херсонес, средиземноморские острова и часть Италии. Но хазары и северяне оттягивали силы арабов с малоазиатского фронта. Да и у императора еще хватало солдат, имелись талантливые инженеры. Они изобрели новую конструкцию сифонов для «греческого огня», теперь их можно было устанавливать на кораблях. Византийский флот сжег несколько неприятельских эскадр, отучив их разгуливать у своих берегов. Однако избалованную верхушку Константинополя снова поразили старые болезни — эгоизм, корысть, страсть к политическим интригам. Едва умер Ираклий, все это прорвалось.

Его наследника Константина III отравила мачеха Мартина, возвела на царство собственного сына Ираклеона. Тут уж возмутились военные и скинули их. Мартине вырезали язык, ее сына оскопили и отдали корону внуку Ираклия Константу. Но ему было 11 лет, и власть захватило придворное окружение. Принялось заправлять в свое удовольствие от имени императора. Когда он подрос, попытался вырваться из-под опеки, однако временщики прочно присосались вокруг трона. Чтобы освободиться от них, царю пришлось сбежать из Константинополя. Он переехал на Сицилию, хотел перенести туда столицу.

Но Константа убили заговорщики. Его сыну Константину IV Погонату потребовалось усмирять и бунт сицилийцев, и мятеж родных братьев. Естественно, склоки никак не способствовали военным успехам. Все же Погонату удалось навести в империи относительный порядок, и это сказалось на обороне. Он остановил арабов, заключил с халифатом мир. Но с севера наступали болгары. Славяне, обосновавшиеся в Македонии и Греции, не желали слушаться ни императора, ни его чиновников. Не платили податей, жили своими общинами. Осмелели и итальянцы, тоже рвались к самостоятельности. А вельможи Константинополя готовы были ради собственных выгод передушить и друг друга и самого царя.

В 685 г. на трон взошел 16-летний Юстиниан II — человек смелый, талантливый, но крайне жестокий и неуравновешенный. Он возобновил войну с арабами, одержал ряд побед. Предпринял поход на болгар, хотя он кончился позорным провалом. Куда лучше удались Юстиниану карательные экспедиции внутри империи. Он прошелся по районам, заселенным славянами, погромил непокорные племена и принудил к повиновению. После этого император задумал одним выстрелом убить двух зайцев. Лишить болгар потенциальных союзников и усилить войска на востоке. Приказал депортировать 200 тыс. славян в Малую Азию, пусть воюют против арабов. Но тут он просчитался. Изгнание с насиженных мест и насильственное переселение возмутили славян. Те из них, кто остался на Балканах, стали массами передаваться болгарам. А на арабском фронте князь Небулос с 20-тысячным войском в первом же сражении перешел на сторону неприятеля, и византийская армия потерпела сокрушительное поражение.

Юстиниан рассвирепел. Он велел поголовно казнить все племя, к которому принадлежали изменившие славянские воины, не щадить ни женщин, ни младенцев. Остальные проблемы император взялся решать так же круто. Начал преследования итальянских сепаратистов. Получив известия, что недовольство зреет в Равенне, скопом предал смерти всех знатных граждан этого города. Намеревался прижать к ногтю и разболтавшуюся аристократию Константинополя, но его опередили. В 695 г. Юстиниана свергли, отрезали нос и сослали в Херсонес. Переворот вылился в драки за власть. Сперва воцарился военачальник Леонтий, его одолел Тиберий III, тоже лишил носа и упек в монастырь.

А Юстиниан не терял надежды вернуться во дворец. В Херсонесе он принялся готовить заговор, подбивать жителей на восстание. Его не поддержали, донесли в столицу. Но он удрал в готский город Дорас и связался с хазарским каганом Ибузиром. Обещал ему всевозможные выгоды, если поможет возвратить престол. Каган согласился, разрешил поселиться на Тамани. Несмотря на изувеченный нос, выдал за беглеца свою сестру, в крещении ее назвали Феодорой. Но к Ибузиру прибыло посольство Тиберия III с богатыми дарами. Юстиниан перепугался, что его выдадут, убил командира приданной ему хазарской стражи и на корабле сбежал к болгарам.

У них в это время правил хан Тервел. Ему Юстиниан тоже надавал самые заманчивые обещания, и хан оказался не против подсобить пострадавшему соседу. В 705 г. болгарское войско внезапно подступило к Константинополю. Тиберий организовал оборону, но Юстиниан с отрядом воинов пробрался в город через водосточные трубы, начался переполох, и столица пала. Победитель чрезвычайно щедро отблагодарил Тервела. Отдал ему в жены собственную дочь от первого брака. Распорядился, чтобы ему воздавали такие же почести, как самому императору, короновал «цезарем» — и с этого момента болгарские ханы стали носить титул «царей». Юстиниан постарался восстановить дружбу и с Хазарией. Вызвал к себе сестру кагана Феодору, сына от нее объявил наследником престола. В Константинополе побывал с визитом и каган Ибузир, его встретили с невиданным почетом. Император осыпал его дарами, официально признал хазарские захваты в Крыму и на Тамани.

Зато на врагов Юстиниана обрушился террор. Казнили Тиберия. III, извлеченного из монастыря Леонтия. Развернулись массовые расправы над их сторонниками. По спискам и по доносам хватали всех, кто возвысился в их правление, кто участвовал в свержении Юстиниана или хотя бы одобрил его. Осуждали на смерть и их жен, детей, дальних родственников, друзей.

Но жить без врагов Юстиниан не мог. Одной рукой истреблял их, а другой сам же умножал их число. Когда он счел, что утвердился у власти, спохватился, что даровал слишком большие права болгарам. Решил — пора поставить «варваров» на место, и пошел на них войной. Обжегся он очень сильно. Справиться со вчерашним другом Тервелом оказалось труднее, чем подписывать приговоры. Болгары очередной раз поколотили императора, он был вынужден униженно просить прощения, подтвердить все пожалования и уступки.

Потом Юстиниан вспомнил о еще одних врагах — о том, как Херсонес отказался помочь ему. Направил карательную экспедицию в Крым. Здесь тоже полилась кровь казненных. Жители Херсонеса были в ужасе. Прошел слух, что их хотят уничтожить до единого. Зная нрав монарха, в это вполне верили, и город восстал. Провозгласил императором некоего Филиппика и объявил, что отдается под покровительство Хазарии. Из-за этого чуть не началась война между Византией и каганатом. Но войска, посланные на подавление бунта, перешли на сторону мятежников, двинулись на Константинополь. Юстиниан бежал, его поймали и убили. Умертвили и императрицу-хазарку. Маленький наследник искал спасения в алтаре во Влахернском храме Пресвятой Богородицы, его вытащили и публично зарезали на городской стене.

А дальше пошли уже полные безобразия. Если власть захватил один самозванец, то почему же нельзя другим? Филиппика прикончил Анастасий, его низложил Феодосий, его — Лев III Исавр. В такой свистопляске говорить о победах над внешними врагами не приходилось. Византийские солдаты дрались друг с другом, а арабы опять теснили их, отбирая города.

Хазарам и русичам приходилось отбиваться одним, без союзников. В 708 г. арабы уже в который раз овладели Дербентом и вторглись в Хазарию. В ожесточенных сражениях их выгнали, в 711 г. хазары снова заняли Дербент. В 713 г. в Закавказье прибыл один из лучших арабских полководцев Муслима, покоритель Средней Азии. Он отбил Дербент и двинулся с армией на север. Но и его остановили. Два года Муслима повторял атаки и успеха не добился, его заставили отступить.

Тогда халифат перенес усилия на другое направление, решил добить Византию. Это выглядело более легким. Бесчисленную армию возглавил тот же Муслима, флот из 1800 кораблей перевез ее на европейский берег Дарданелл, в 717 г. Константинополь осадили и с суши, и с моря. Но Лев III Исавр оказался умным и деятельным правителем. Он отбросил традиционную «ромейскую» гордыню, обратился к Болгарии. Отдал ей ряд территорий, обязался платить ежегодную дань в 30 фунтов золота, и царь Тервел выступил на стороне греков. Византийский флот, выждав подходящий момент, напал на арабский и сжег его «греческим огнем». Полчища Муслимы были отрезаны от Азии, зимовали под стенами города. Болгарская конница не давала им собирать продовольствие и фураж. От голода, холодов и болезней погибло более 100 тыс. воинов, спаслись лишь жалкие остатки армии.

А подмогу Муслиме не позволили послать хазары. В то время, когда полководец стоял у Константинополя, войска каганата и его союзников перешли в наступление, взяли Дербент, ворвались в Закавказье. В 721 г. они нанесли еще один удар, вторглись в Армению, разметали вышедшие против них войска. Но у халифата оставалось еще достаточно сил. Наместник Закавказья Абу Убейд Джаррах получил значительные подкрепления и разбил наседающих неприятелей. Преследуя поредевшие дружины хазар, он вступил в их страну, захватил и сжег Беленджер, столицу каганата Семендер. Закрепиться в чужих землях наместник не рискнул. Нагрузил обозы богатой добычей, угнал массу невольников и вернулся на свою территорию.

Но у Хазарии возникли новые осложнения. Ее поражение воодушевило аланов. Они вышли из-под власти кагана и начали против него войну. Хотя порыв к свободе обошелся им дорого. Арабам было безразлично, в какой очередности покорять северные народы. В 724 они прошли через Дарьяльское ущелье, напали на Аланию и обложили ее данью. Разгромили и княжества горного Дагестана.

Хазары отступили севернее и перенесли столицу подальше от врагов. В низовьях Волги был основан город Итиль. Здесь разместилась ставка кагана, сюда переселялись уцелевшие семьи. Но войско довольно быстро восстановило боеспособность. Уже в 726 г. хазары с северянами и мадьярами прогнали арабов из Дербента, опять пронеслись набегом по Закавказью. И год за годом все повторялось. В 728 г. атаковали арабы. Отразив их, сын кагана Барджиль проутюжил Азербайджан. Его, в свою очередь, вышибли вон, в 732 г. наместник халифа сумел вернуть Дербент. После всех сражений город превратился в груду развалин, и арабы принялись заново отстраивать его, разместили в нем 14-тысячный корпус сирийцев.

Однако непобедимость халифата уже кончалась. Захватив пространства от Индийского до Атлантического океанов и сражаясь на многих фронтах, он разбросал свои силы. Прежние монолитные контингенты арабов разбавлялись представителями многих народов. Да и сами арабы перерождались. Дети и внуки неприхотливых аравийских кочевников перенимали персидские традиции — обзаводились богатыми домами, многочисленными гаремами, слугами, начальники окружали себя роскошью. А строительство дворцов, мечетей, содержание армий требовало немалых средств. Их выкачивали из населения, повышали налоги. Реакция была соответствующей. Одно за другим вспыхивали восстания в Персии. В 733 г. заполыхало в Средней Азии. В 735 г. забурлила и поднялась Грузия.

Для ее усмирения наместником Закавказья был назначен полководец Мерван. Он прибыл с большим войском и буквально залил страну кровью. Города разрушались. Все население сгоняли толпами к местам казни и рубили головы, сбрасывали в пропасти. Помилования не давалось никому. Когда Грузия превратилась в обширное кладбище, Мерван рассудил, что спокойствие восстановлено прочно и надолго. А значит, можно заняться другими делами. Он взялся готовить большой поход на Хазарию. В дополнение к собственным контингентам мобилизовал вспомогательные части из армян, агван и прочих кавказских народов. В 736 г. колонны его солдат, заполонив все дороги, потекли через горные ущелья, захлестнули Аланию и Дагестан.

В следующем, 737 г., 150-тысячная армия Мервана покатилась на север. У кагана собралось только 40 тыс. бойцов. Они отошли за Волгу и начали отступать вверх по реке. Мерван тоже добрался до Волги и направился вслед за ними по правому берегу. Некоторое время армии двигались параллельно. Хазары, отделенные от врага широкой рекой, чувствовали себя недосягаемыми. Но Мерван, усыпив их бдительность, внезапно навел понтонный мост и перебросил через Волгу отборный отряд. Он ударил на хазар врасплох, поднялась паника. Каган бежал, 10 тыс. его воинов было убито, 7 тыс. попало в плен. После этого разгрома Хазария запросила мира. Мерван продиктовал ей условия — признать власть халифа и принять ислам. Кагану ничего не оставалось делать, кроме как согласиться.

А арабы и их вассалы на обратном пути разорили селения на «славянской реке» (на Дону), угнали 20 тыс. семей «сакалиба» (славян). 20 тыс. семей — это было 120–140 тыс. человек. В каждой семье женщины разных возрастов, вереница мальчишек и девчонок. Кого-то захватили с мужем, у кого-то глава семьи пробовал защитить родных и получил стрелу или удар копьем. Их гнали через степи, через горы. Как скот, от водопоя до водопоя… Сколько людей падало и не вставало, сколько было добито в пути? Но когда славян довели до Закавказья, невольниками быть они не пожелали. Изнеможденные бабы, подростки, дети, взбунтовались. Растерзали поставленного над ними эмира, перебили стражу и решили уйти на родину. Правда, ушли они недалеко. Мерван немедленно выслал войска, беглецов окружили и в плен уже не брали, истребили всех до единого.

В общем, досталось и хазарам, и славянам. Но ни те, ни другие не покорились. Первыми оправились от потерь и заявили о себе северяне. За угон и убийство сородичей они рассчитались сурово и сполна. В 750-х гг. армянские хроники сообщили о нашествии «севордиков», а арабы называли их «саваржди». На этот раз они одни, без хазар, нахлынули шквалом на Азербайджан, взяли штурмом и разрушили город Шамхор, опустошили окрестности Гянджи.

А хазарам наместник Закавказья Ясид бен Усаид-ас-Сулам попытался напомнить, что они обещали стать мусульманами и подданными халифа. Ответа он не получил. В 754 г. Ясид решил повторить поход Мервана. Ло как только он миновал Дарьяльское ущелье, его встретило войско хазар и их друзей. Бои были упорными, кровопролитными, и прорвать оборону Ясид не сумел. Полегло немало его подчиненных, и наместник занервничал — ведь его наступление должно было навлечь ответные удары. Поэтому он предложил кагану заключить мир. И на этот раз мир заключили на равных, о подчинении Хазарии халифу больше не вспоминали. Границей признавался Кавказский хребет.

Впрочем, Ясиду и впрямь требовалось заботиться не о приобретении новых владений, а о безопасности имеющихся. Арабская держава уже рушилась. Палач Грузии и победитель Хазарии Мерван стал последним халифом из династии Омейядов. В Персии разгорелось очередное восстание, Мервана убили. Мятежники возвели на престол династию Аббасидов, перенесли столицу из Дамаска в Багдад. Но узурпаторов признали не везде, нашлись другие кандидаты на власть. В середине VIII в. халифат распался на части.

До нас не дошло ни одного имени славянских князей, военачальников, воинов, участвовавших в этой столетней войне. Даже из хазарских каганов мы знаем лишь некоторых. Летописей наши предки еще не вели. А противников имена не особо интересовали. Они писали обобщенно о сражениях с хазарами, «русами», «севордиками». Но эти безымянные бойцы, бросавшиеся в отчаянные рубки на Тереке, поливавшие врага стрелами у стен Дербента, устлавшие пылью собственных костей дороги Закавказья — они победили. Защитили родную страну от самых грозных завоевателей той эпохи. И не одну страну, а всю Восточную Европу.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх