7. КТО НАСЕЛЯЛ ВЕЛИКУЮ СКИФИЮ?

В VII в. до н. э. скифы установили тесные связи не только с народами Востока, но и с греками. По соглашению со скифскими царями на берегах Черного моря возникли эллинские колонии. В 657 г. до н. э. была построена Истрия в устье Дуная, в 645–640 г. до н. э. Борисфенида в устье Днепра. А дальше колонии стали плодиться одна за другой — Ольвия у Южного Буга, Тирас на Днестре, Офиусса, Никоний, Одесс, Пантикапей, Феодосия, Китей, Нимфей, Херсонес, Фасис, Мирмекей, Фиска, Диоскуриада и др. Видимо, контакты с греками завязались во время пребывания скифов в Азии. Большинство колоний основали выходцы из города Милета, а он был союзником Мадия в войне против киммерийцев.

От греков до нас дошло довольно много сведений о Скифии. Подробное ее описание составил Геродот, посетивший Причерноморье в V в. до н. э. Он рассказал, что по Днестру, Пруту и Серету жил народ агатирсов, в низовьях Южного Буга — ализоны, выше по этой реке и на правобережье Днепра — «скифы-пахари», в Поднепровье — «скифы-земледельцы», в степях Таврии кочевали «скифы-пастухи», а севернее, от Днепровских порогов до Дона, и в Крыму — «царские скифы». По берегам Азовского моря обитали оседлые племена, греки обобщенно называли их «меотами». Где-то восточнее жили меланхлены, «племя иное, не скифское».

На севере от степей, в лесах, Геродот называет будинов, «все они очень светлоглазые и рыжие». Вместе с ними, по соседству, проживали два пришлых народа — гелоны, построившие большой деревянный город Гелон, и невры или небры, переселившиеся откуда-то с запада. Вверх по Днепру, на северо-запад, лежала «обширная пустыня» (т. е. безлюдные места), а за ней жили «андрофаги, народ особенный, вовсе не скифский». На северо-востоке тоже находилась «пустыня на протяжении семи дней пути». «А за пустыней, больше в восточном направлении, живут тиссагеты, народ особый и многолюдный… В смешении с ними, в тех же местах, живет народ йирков…» Еще восточнее обитали «особые скифы», которые после походов в Азию отделились от «царственных скифов» [27].

Чтобы разобраться в этой картине, надо учитывать, что греки передавали названия в собственной транскрипции, часто искажали. И можно смело утверждать, что в Скифии уже жили славянские племена. Например, в тех же местах, где упоминаются агатирсы, впоследствии жили тиверцы, а на месте ализонов — уличи. Мы видим явное сходство этнонимов. Почему же самих скифов Геродот разделил на четыре части? Разумеется, нетрудно было бы отличить земледельцев от кочевников. Но почему одно племя названо «земледельцами», а другое «пахарями»? А кочевым скотоводством занимались не только «пастухи», но и «царские скифы». Ответ на данный вопрос оказывается неожиданным, но на самом деле он лежит на поверхности.

Обозначения племен — это и есть их назания. Геродот всего лишь попытался дать их в буквальном переводе. «Пахари» — очевидно, арии. Слово «арий», «оратай», как раз и означало «пахарь». А «земледельцы» — конечно же, поляне. Геродот перевел это слово по смыслу. И жили они по Днепру, где позже обитали поляне. «Скифы-пастухи» — скорее всего, хазары. Слово «козар» в древнеарийских языках означало «пастух». Ну а «настоящими» скифами являлись «царские скифы», занимавшие господствующее положение в Причерноморье. В названиях «пахарей», «земледельцев», «пастухов» слово «скиф» означало не национальную принадлежность, а государственную, эти четыре народа входили в скифский союз. Только они имели единого царя, а остальные племена, перечисленные Геродотом, подчинялись собственным князьям (в греческих источниках — «царям»).

«Меланхлены» — не этноним, а прозвище, в переводе с греческого «черные плащи». По-видимому, это обозначение народов Северного Кавказа, а «черные плащи» — их бурки. Узнать «очень светлоглазых» будинов, населявших леса, не так уж трудно. Это чудины, «чудь белоглазая», финские племена. Мы видим красноречивое доказательство, что Геродот действительно слышал славянские выражения и пытался их переводить и истолковывать по-своему. А буквы и звука «ч» в греческом языке нет, вот и превратились чудины в будинов.

Гелоны — это галинды, хорошо известное балтское племя. ВI тысячелетии до н. э. оно расселилось с Немана на восток. Относительно огромного деревянного города Гелона археологи полагают, что это Вельское городище в Полтавской обл. Оно было построено в IX–VIII вв. до н. э., в конце киммерийской или начале скифской эпохи, и имеет колоссальные размеры, периметр его валов достигает почти 30 км, а площадь — 4400 га. Здесь найдены остатки деревянных домов, мастерских, загонов для скота.

Небры, судя по всему, были славянами. В последующее времена славяне нередко именовали себя по рекам, где они селились. А этноним небров соответствует славянскому названию Днепра — Непра. Геродот пишет, что у них существовал какой-то культ волка, и каждый из небров раз в году «становится на несколько дней волком». Такой культ у славян известен. Небры, как и их соседи-гелоны, пришли с запада. В тех местах, откуда они переселились, на Карпатах, в верховьях Немана и Буга, существовало племя, которое так и называлось, вильцы (волки) или лютичи («лютый» — синоним волка). А в XVI в. об этих краях записали аналогичную легенду: что местные жители раз в год, на Рождество, на 12 дней превращаются в волков и рыщут по полям, хотя на людей не нападают.

На северо-запад от Днепра, за «обширной пустыней», как уже отмечалось, жили «андрофаги». В переводе с греческого — людоеды. Но никаких следов каннибализма археологами на территории нашей страны не выявлено. Впрочем, и в этом случае разгадка проста. Геродот опять попытался перевести по смыслу славянское слово — самоеды. Самодийские племена, предки ненцев, лопарей. В скифскую эпоху они жили не только в тундрах, а населяли весь Северо-Запад нынешней России, территорию Новгородской, Псковской, Ленинградской областей, Карелию. „

С йирками, обитавшими к северо-востоку от Поднепровья, исследователи связывают Дьяковскую археологическую культуру (названную по Дьяковскому городищу в черте Москвы). Этноним у Геродота искажен, другие античные авторы передают его несколько иначе — урги или уроги. Это угорские племена. Они населяли Московскую, часть Ярославской, Тульской, Калужской, Тверской областей, об этом говорят и названия здешних рек — Угра, Угричка, Угрета и др. Славяне называли их берендеями, отсюда и царь-Берендей русских сказок.

А тиссагеты — народ, создавший Городецкую культуру, которая распространялась по Оке до Средней Волги. Археологами обнаружены остатки многих городищ, небольших, но сильно укрепленных. Расшифровать значение слова «тиссагеты» пока не удалось. По сходству материальных культур их обычно относят к финнам или балтам. Очень четко удалось локализовать и «особых скифов». С сообщением Геродота однозначно увязывается ананьинская археологическая культура на Средней Волге, Каме и Вятке. Находки подтверждают, что сюда действительно пришла часть скифов и смешалась с коренным монголоидным населением [102].

Греки традиционно считали скифов «варварами», но принимать это за чистую монету не стоит — они причисляли к «варварам» всех не-греков (в том числе римлян, пока те не стали хозяевами их страны). А причин, по которым скифов объявляли «варварами», на самом деле было три, их неоднократно приводят эллинские ученые и писатели. Первая — скифы пьют вино неразбавленным, вторая — носят штаны, третья — ездят верхом [126]. Можно ли считать это признаками «варварства», оставляю на суд читателя. Но греки были убеждены — и то, и другое, и третье весьма некультурно и вредно для здоровья.

Правда, некоторые обычаи скифов нам с вами показались бы отталкивающими. На похоронах царя умерщвляли одну из наложниц, 4–5 слуг. Геродот описывал, что воин пил кровь первого убитого им врага, что с побежденных неприятелей снимались скальпы и использовались в качестве утиральников, из черепов самых знатных врагов изготовлялись чаши. У скифов было принято многоженство, у агатирсов существовали групповые браки. Все мужчины рода считались супругами женщин, взятых из другого рода. А принадлежность к роду обозначалась татуировками, которыми агатирсы разрисовывали тела.

Но уже было показано, что человеческая мораль в ту эпоху была совершенно иной. Экзотические, в том числе жестокие, традиции бытовали у всех древних народов. И если греки осуждали скифские штаны, верховую езду, то и у скифов многие обычаи эллинов вызывали отвращение — модный у них гомосексуализм, религиозные культы с изуверством и разнузданными оргиями, лживость, вероломство. Сами скифы извращений не знали, а коварство и предательство презирали. Лукиан Самосатский писал, что они «являются более верными друзьями, чем эллины», «ничего не признают выше дружбы, каждый скиф сочтет наиболее достойным разделить с другом его труды и опасности», у них «считается самой тяжкой обидой, если тебя назовут изменником дружбы» [126].

Если же брать не субъективные, а объективные оценки, то исследователи выделяют в Европе I тысячелетия до н. э. три очага высокой культуры — греко-римский, кельтский и скифский [21]. Народы Скифии достигли значительных успехов в земледелии, хлеб отсюда пошел на экспорт. Именно ради этого на Черном море возникли греческие колонии: здешним зерном кормилась вся Эллада. Геродот писал, что у скифов нет городов, но сам же противоречил себе — назвал Гелон, «киммерийский город Портмен» на Дону, крупный торговый центр Кремны на Азовском море. В действительности городов было гораздо больше, просто скифы не пускали греков в глубь страны и помалкивали перед чужеземцами о ее центрах.

Археологами выявлены Пастырское, Матронинское, Немировское городища, представлявшие собой большие и мощные крепости. Целый ряд крепостей стоял на Десне, семь укрепленных городов обнаружены под Воронежем — они составляли единую систему, прикрывавшую северные рубежи Скифии. На Кубани найдено Елизаветинское городище. «Киммерийский Портмен» на Дону — Елизаветовское городище. Раскопки установили, что это был весьма значительный город, центр ремесла и торговли. А столицей Скифии являлось Каменское городище в Запорожской области. Этот город был огромным, его площадь составляла 12 кв. км. Его окружали высокие валы, кирпичные стены. Внутри существовал еще один обвод, укрепленный кремль. В нем стояли богатые каменные дома знати. А рядом располагались базары, кварталы ремесленников с многочисленными мастерскими — литейными, кузнечными, оружейными, ювелирными, гончарными, ткацкими.

Скифы были умелыми ремесленниками. Они изготовляли не только первоклассное оружие, но и изумительные украшения из золота и бронзы в «зверином стиле». Греческие ювелиры, подстраиваясь ко вкусам заказчиков, тоже стали подражать «звериному стилю», но скифского мастерства достичь не смогли, специалисты сразу определяют подделку. Для кочевого скотоводства строились удобные многоколесные кибитки, состоявшие из нескольких отделений-комнат. Археологи находят отличную керамику, изящные металлические вазы, образцы вышивки. Скифы выделывали тонкие ткани, красивые ковры и покрывала.

Шить и кроить они умели куда лучше греков, наряд которых состоял из сандалий и хитона на голом теле — куска ткани, сшитого на живую нитку. Скифы же носили рубахи, кафтаны, штаны, шапки типа малахая, низкие сапоги со шнуровкой. Женщины наряжались в вышитые рубахи с пояском, просторные платья наподобие сарафанов, плащи с меховой опушкой. Голову украшали бронзовыми венчиками, кокошниками. Несмотря на многоженство, скифские дамы пользовались большой свободой и значительными правами. На национальном празднике «сакея» мужчины и женщины пировали вместе, наравне участвовали в поединках и прочих состязаниях. Жены скифских царей играли заметную роль в политической жизни, а иногда управляли государством, были регентшами при малолетних детях.

Скифянки любили выглядеть привлекательно. Найденные изображения показывают, что они делали себе пышные и затейливые прически. Обнаружены золотые и серебряные флаконы для духов, затейливые гребни, серьги, дорогие привозные вещи — средиземноморские ожерелья, египетские бусы, платья из тончайшего китайского шелка. Жительницы Скифии хорошо знали косметику, использовали технику наложения масок не только на лицо, но и на все тело. Геродот сообщал: «Их женщины растирают на шероховатом камне куски кипариса, кедра и ладанного дерева, добавляя воду, и этой перетертой густой массой натирают все тело и лицо. От этого они приобретают аромат. А на следующий день, сняв пластырь, они одновременно становятся чистыми и блестящими». Как земледельцы, так и кочевники Скифии были весьма чистоплотными, и тот же Геродот оставил первое в истории описание парной бани, рассказывал, что «скифы, наслаждаясь парильней, вопят». Кстати, греки в то время бань еще не знали и мылись редко.

Скифия поддерживала регулярные связи со странами Закавказья, Средней Азии. Важнейшим центром международной торговли было княжество «особых скифов» на Каме и Вятке. Тут тоже существовали города — Конецгорское, Пижемское городища и др., было развито ремесло, металлургия. Но в первую очередь, местные жители были купцами-путешественниками, на могилах их вождей и знати устанавливались каменные ладьи. Характерные находки изделий «особых скифов» свидетельствуют, что они вели торговлю с очень отдаленными районами Севера вплоть до Финляндии и Скандинавии, с Сибирью. Скупали пушнину и перепродавали ее в Причерноморскую Скифию, в греческие колонии, в порты Каспийского моря [40, 107].

Современники считали скифов очень умными людьми, с развитым чувством юмора. О метких афоризмах в Греции ходила пословица — «говорить, как скиф». А Лукиан Самосатский приходил к выводу: «Скифы превосходили других убедительностью красноречия». Многие выходцы с севера, попадавшие в Средиземноморье, прославились своей мудростью. Одним из них стал жрец Абарис, поразивший обширными знаниями Пифагора и сумевший остановить смертоносную эпидемию. Великими мудрецами считались скифский царевич Анахарсис, царь Атей, философы Бион и Сфер — оба «борисфениты», родом из Поднепровья [25].

У народов Скифии была своя медицина. Они умели производить хирургические операции, знали основы рефлексотерапии, лечили болезни точечным прижиганием, античные медики сообщали о «скифских травах», помогающих от астмы и еще ряда недугов [126]. Существовала и письменность на основе греческого алфавита. Сохранились упоминания о письмах скифских царей, о скифских стихах. Дошли до нас и отдельные надписи. Например, на золотой пластинке с изображениями животных в скифском «зверином стиле» обнаружена подпись мастера — «Поранко». Ремесленник, носивший славянское имя, был грамотным!

Скифы исповедовали митраизм, почитали супружескую пару — бога неба, которого звали Папай («отец»), и богиню земли Апи. Их сыном был бог войны, ему поклонялись в образе старинного меча. Остальные божества считались второстепенными: Гайтосир, Аргимпаса, Табити, Тагимасад. Сохранялась и преемственность с «астрономическими» культами древних ариев — это подтверждает курган Аржан с «обсерваторией» диаметром 110 м., построенной по тому же принципу, что Аркаим или Стоунхэндж.

Государственность имела довольно сложные и развитые формы. Скифия делилась на области, куда царь назначал правителей. Эсхил и Лукиан Самосатский писали, что скифы «пользуются хорошими законами». Правда, Геродот указывал, что царские скифы «прочих скифов почитают своими рабами», но слово «раб» в данном случае неточно. Просто у греков не существовало иной терминологии, и они относили понятие «раб» к любой форме зависимости. А к народам Скифии, правильнее применить определение «вассалы» или «подданные». Они всего лишь платили налог (как сообщал Страбон, весьма умеренный), и получали за это защиту от внешних врагов.

Факты показывают, что славяне были в составе Скифии вовсе не подневольными племенами. Их селения на Днепре и Буге не имели укреплений. Они не опасались налетов из степи, чувствовали себя в безопасности. В этих селениях во множестве находят греческие монеты и товары, у славян оставались изрядные избытки продукции, которыми они выгодно торговали. Часто здесь попадаются и бронзовые сосуды, другие трофеи из Закавказья и с Ближнего Востока. То есть, местные жители участвовали в скифских походах в качестве полноправных воинов, делили добычу наравне со скифами.

Между прочим, Геродот передает любопытную легенду — когда скифы воевали в Азии, их жены сошлись с рабами. По возвращении мужей рабы пытались противостоять им с оружием в руках. Но скифы догадались выйти против них не с оружием, а с бичами, и рабы, привычно оробев, сразу разбежались. Эту же самую легенду, но уже в XVI в., записали в России Герберштейн и Флетчер, только в длительном походе находились не скифы, а новгородцы, осаждавшие Херсонес. Мы еще раз видим, что предки новгородцев, сохранивших это предание, когда-то находились в дружбе и родстве со скифами. А скифы умели ценить друзей. В противном случае разве смогла бы их многонациональная держава просуществовать 500 лет?





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх