14

Вскоре после заката Слокум был в вагоне-конюшне, когда туда постучал Ханикатт и позвал его.

— Что случилось?

— Открой дверь. Мы только что узнали, — сообщил Ханикатт, — о том, что в Вайоминге поедем только до Грэнджера.

— И куда дальше?

— Там мы перейдем на линию «Юнион Пасифик».

— И что же?

— Мы не доедем до Шайенна. Мы даже не доедем до Грин-Ривер. Мы поедем на запад к Огдену, в Юту. И. В. говорит, что знает Огден как пять своих пальцев. Он считает, что, если все получится, мы сможем вырваться верхом из багажного вагона и скрыться в Уосетских горах. Он уверяет, что мы легко сможем уйти от любой погони. Он знает там полдюжины пещер.

— Так и поступим. А где он сейчас?

— Барлоу послал его наверх. Там свалился вниз один из тормозных кондукторов. Сломал себе шею и разбился насмерть. Мы даже не остановились и поехали дальше.

— Бог мой!

Чем больше Слокум думал об этом предложении, тем более разумным оно ему казалось. Что же до пояса с деньгами, то они могли и не терять из вида поезд. Оказавшись в горах, они могли легко следовать за ним. Не вызывало сомнений, что Барлоу с его шайкой и сэкет-спрингзскими подружками должны были остановить поезд задолго до Нового Орлеана или же могли уйти с поезда сами где-нибудь по дороге. Барлоу занервничал. Слокум видел, что за последние несколько дней он очень изменился и даже страстное внимание миссис О'Лири не могло его успокоить.

Они доехали до Грэнджера глубокой ночью. Кассиди развернулся, Мэлрей запросил путь на запад, и они двинулись к Огдену. И. В., дождавшийся уже смены на тормозной площадке, утверждал, что расстояние между двумя поселками было около ста миль — при той скорости, которую обычно поддерживал Кассиди, от шести до шести с половиной часов пути.

В десяти-двенадцати милях от Грэнджера, однако, сломался клапанный распределитель Стефенсона. Кассиди пришлось остановить состав и заняться неисправностью. Он смог ее устранить, однако остановка задержала их часа на полтора.

Тем временем Дэйзи Джан Ладлоу выследила Слокума в третьем от конца вагоне и вовлекла его в разговор.

— Ты меня что-то избегаешь, ковбой! — тихо сказала она, широко улыбаясь, и отгородила его руками с двух сторон, зажав у двери.

— Я так понял, что вы сошлись с большеротым Эйресом. Опустив руки, она жестом и голосом выразила несогласие.

— Мистер Тихоня! Знаешь что?

— Что?

— Твое счастье, что ты мужчина и не знаешь, что такое наша профессия.

Она дотронулась кончиком пальца до его подбородка и провела через все туловище.

— Эйрес из тех, кого мы, в нашем ремесле, называем «Мужчи-на-раз-в-неделю». А ты, с другой стороны… мммм… ты мне нравишься, Слокум. А я тебе нравлюсь?

— Мне не нравится, как ты ходишь по кругу, как шайенская трубка мира.

— Ты обещал прийти через две минуты. Я не знала, когда ты вернешься.

— У меня были неотложные дела в багажном вагоне.

— Я знаю. — Она опустила глаза, улыбка сошла с ее лица. — Мне жаль твоего друга, это было ужасно.

— Вот что я вам скажу, леди. Вы со своими подругами просто с ума сошли, решив остаться на этом поезде.

— Мы слушаемся Элоизу. Мы собирались сбежать из Сэкет-Спрингз. Так что эти двое на конкордовском фургоне поспели как раз вовремя. — Она махнула рукой. — Нам здесь нравится. Полно еды и выпивки, и мы можем путешествовать. Говорят, что для работающей девушки Новый Орлеан — просто рай.

— Не думай, что вы попадете туда.

— Мистер Барлоу говорит…

— Мистер Барлоу — сумасшедший маньяк-убийца. Не думай, что он будет колебаться, прежде чем наврать с три короба. Ваша мадам, миссис О'Лири, думает, что обвела его вокруг пальца.

— Но так оно и есть.

— Черта с два. Не знаете вы этого сукина сына. Ей повезет, если он, разозлившись на нее, не пнет ее в толстую задницу на краю какого-нибудь ущелья!

— Чего это ты так бесишься? Если это так, то почему вы со своими друзьями от него не сбежали?

— Ас чего ты взяла?

— А куда вы собираетесь сбежать?

— Это не так уж и важно. Мы смоемся, вот и все.

Мысленно он дал себе по шее. Зачем он ей сказал? Разве можно быть таким болтливым? Каким же идиотом, черт возьми, надо было оказаться!

— Другие вещи куда важнее. — Она снова погладила его. Он вздохнул, расслабил свои челюстные мышцы в добросердечную улыбку и взял ее за руку.

… Когда угар страсти прошел, они продолжили разговор. В конце концов ковбой убедил свою жрицу любви в том, что разумнее всего сбежать.

— Как только этот подонок доберется до Нового Орлеана, леди, можно смело не рассчитывать на пароходное путешествие!

— О'кей, ты меня уговорил. Ты поедешь, а я вместе с тобой.

— Попридержи лошадей — тут я ничего не могу пообещать!

— Хочешь, чтобы я уехала, но не хочешь брать с собой — так, что ли?

— Я этого не говорил.

— Тогда что же?

— Мне нужно все это еще обсудить.

— Сначала займемся делом, потом поговорим еще. Слокум застонал и ухмыльнулся, и они принялись за прерванное занятие.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх