25

Все участники крещения огнем не пострадали, за исключением покрасневших физиономий и дрожи от пережитого страха. Убедив Слокума в необходимости расслабиться, Дэйзи Джан взяла его за руку и отвела в свою постель в одном из передних вагонов.

Когда ковбой вовсю наслаждался ласками девушки, занавеска раздвинулась и в проеме появилась сияющая физиономия Барлоу. . — Мне надо поговорить с тобой, Джон.

— Господи, ты что, не можешь подождать несколько минут? — раздраженно воскликнул Слокум.

— Я хочу, чтобы вы с И. В. занялись делом. Начали искать эту клипсу по-настоящему. Так, чтобы найти.

— Ладно, ладно. О, господи! Неужели человек не имеет права на несколько минут отдыха?

— Я имею в виду не через два часа, а сию же минуту, понял?

— Да-а, да-а.

— Я пришлю его сюда. Можете начать с почтового вагона. Я хочу, чтобы вы осмотрели каждый дюйм, включая потолок, понял?

— Ясно, ага.

— Можете копаться в каждом вагоне хоть два дня, но чтобы клипса была найдена.

— Святой Иисусе, быстрее!.. Да… клипса, конечно…

— И сделать это надо еще до Альбукерке.

Барлоу задвинул занавески, восстанавливая их уединение. Слокум, обессиленный, откинулся назад.

И. В. присоединился к нему в почтовом вагоне пять минут спустя. Охранник сидел на стуле и, подобно сторожевому псу, не спускал с них глаз. Наверное, усмехнулся про себя Слокум, их общество напомнило ему ту шишку на голове, которую он заработал во время их неудачного побега в Уосетские горы. Однако охранник не проявлял желания разговаривать, а предпочел потягивать виски из граненой бутылки «Олд Джо Кларк».

Взяв И. В. за локоть, Слокум увлек его в другой конец вагона.

— Что случилось? — спросил И. В. — В чем дело?

— Тссс, тише. Что, по-твоему, могло случиться? Мы с тобой ищем клипсу, которой здесь нет, и если мы ее не найдем до Альбукерке, то нас наверняка пристрелят как котят.

— Нельзя сказать, что мне нравятся твои слова, Джон, но смысл их вполне ясен.

— Я не шучу. Если мы еще живы, то только благодаря этой дурацкой клипсе. И если мы ее теперь не найдем… — Он чиркнул указательным пальцем по горлу.

— Н-да, интересно.

— Что интересно?

— Почему мы должны найти эту клипсу именно до Альбукерке?

— Почему бы и нет? Для того чтобы нас прикончить, годится любое место.

Гнусавый голос охранника прервал их разговор. Опустив бутылку, он вытер ладонью губы и подозрительно уставился на них.

— Разве вам не велено что-то искать?

— Да-да, — ответил Слокум.

— Ну так и ищите.

Стараниями Мэлрея, пытавшегося сбить с рельсов преследовавший их поезд, вагон был очищен от мешков, железок и различных инструментов. Но оставались еще шкафы и ящики, включая запасы виски, продовольствия, седла, упряжь и прочее. В правом углу высилась до потолка кипа сена и несколько открытых мешков с овсом для лошадей, рассыпанным по полу. Слокум и И. В. старательно сделали вид, что они что-то ищут, переворачивали ящики, заглядывали за шкафы.

— Я считаю, что Альбукерка — это конечная остановка.

Слокум покачал головой.

— Нет, они едут до Нового Орлеана.

— Черта с два. Они не такие идиоты, чтобы добираться туда по железной дороге. Как только Кассиди переведет нас на ветку «Санта-Фе» в Пуэбло, до Альбукерке останется меньше четырехсот миль. Подумай сам, у них достаточно лошадей. Что им мешает ссадить нас и женщин, свалить паровоз и отправиться верхом в Корпус-Кристи? А там для них украсть лодку — все равно что ослу утопить лягушку в куче дерьма. Это звучит гораздо разумнее, чем ехать от Альбукерке до Лос-Анджелеса, а затем возвращаться на Запад в Новый Орлеан. Все это составит не менее двух тысяч миль. Эта старая колымага и половины не протянет.

— О'кей, о'кей, может, ты и прав.

— Конечно я прав.

— Тссс, во имя Христа. Значит, Альбукерка. На этот раз это будет действительно побег или прогулка вроде прошлой?

— Нечего валить неудачу на меня.

— Я и не валю.

— Я не приглашал с собой баб.

— Я тоже. Ладно, хватит об этом, давай обсудим наше положение.

— Да что тут обсуждать? Все просто, как синяк у тебя на морде. Если мы не смоемся до Альбукерке, можешь распрощаться с солнышком. Джон, не время беспокоиться о бабах, самое время подумать о себе.

—Угу.

— Твое «угу» звучит не очень убедительно.

— Я соглашаюсь с тобой, какого черта тебе еще надо? Слокум нырнул в открытый ящик, в котором лежали веревки, несколько банок консервированных бобов, две новых меховых шкурки и…

— И. В., гляди! Динамит!

Вынув из ящика три палочки динамита, Слокум быстро спрятал их на груди так, чтобы не заметил охранник.

— Как случилось, что Мэлрей и его компания не применили его против того поезда, как ты думаешь? — шепотом спросил И. В.

— Возможно, того, кто об этом знал, убили раньше, чем он успел сказать, — ответил Слокум. — Может, это был Сайкс или Бестер. — Он бросил взгляд по сторонам. — Куда бы мне его спрятать, черт побери?

И. В. прикусил губу и огляделся.

— Может, пока оставить их там, где они лежат?

— Черта с два! Это наш путь наружу. Я не хочу им рисковать.

— Ну, тогда засунь их под рубашку, а когда выйдешь из вагона, спрячь под матрацем, под шляпой, в любом месте.

— Эй, чего это вы тут делаете?-раздался голос за его спиной.

Слокум запихнул три палочки под рубашку и направился к входной двери.

— Эй, Слокум, вернись, тебе говорят…

И. В. повернулся, подняв обе руки, как бы защищаясь.

— Успокойся, дружок, не виляй задницей. Здесь ничего нет.

— Что он взял?

— Коробку сладостей.

— Сладостей? Конфеты?

— Да, конфеты, шоколад. Для своей подружки.

Это было последнее, что слышал Слокум. Он был уже в другом вагоне, торопливо пробираясь между лошадей, прижимая к груди драгоценный груз и торопливо перебирая в уме возможные тайники.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх