11

Барлоу устроил Клементу и Лейфу зверскую взбучку, хотя при этом и улыбался. Девочек и лошадей загрузили на борт, открыли пробки, и виски полилось рекой. Медная блондинка, украшенная родинкой величиной с пятицентовик и с грудями, по форме, размеру и весу напоминающими небольшой арбуз из Джорджии, заявила свои претензии на Барлоу. Она пристроилась на его вместительных коленях и один за другим заказывала ему исполнять церковные гимны на губной гармошке.

Слокуму досталась половина украденной бутылки «Форти Род» и бездумная завитая брюнетка. Она непрерывно улыбалась и отличалась страстностью. Их интересы соединились на спальной полке, подведенной над печкой во втором вагоне. Слокум обычно не избегал такой возможности облегчиться. При наличии участливой подруги, постели, пола, земли или — на случай наводнения — развилины на тополе можно было не сомневаться, что он потеряет всякое ощущение времени, отдав все свое внимание трепетной кошечке.

Несмотря на огромное желание, он не мог избавиться от глубоко засевшей в нем тревоги за мальчика и его отъезд. Прибытие девочек, возобновление движения поезда и предстоящая неделя тихих домашних радостей, к которой все уже были готовы, давали отличные шансы Для исчезновения Вэйда. Но парнишке нужны были поддержка и оружие, а безраздельное внимание Слокума к проститутке лишало его этого.

— Тебя что-то беспокоит, Джон? — спросила Дэйзи Джан Ладлоу, как звали завитую кошечку, снимая с себя последнюю деталь одежды.

— Ничего особенного.

— Это означает — да. Я тебе что, не нравлюсь?

— Ты самая красивая женщина на свете.

— Дерьмо ты, лошадиный помет!

— Ты чертовски хороша.

— Ты тоже хорош. Но я хочу в этом убедиться.

Слокум вежливо улыбнулся и нагнулся в проход, чтобы осмотреться. И. В. сидел на полке, вспотев под натиском своей подруги, а глаза его едва не вылезали из орбит. Ханикатт спаивал свою женщину. Но юноши нигде не было видно. Слокуму пришло в голову, что повсеместно, кроме, быть может, вагона с лошадьми, начавшаяся оргия внушила юноше отвращение и Вэйд мог уже сбежать с поезда.

Но тут мир взорвался, застлав ему глаза, бесшумно отдаваясь глубоко в ушах, дробя черепную коробку и расправляя ему позвоночник. Женщина, все сделав сама, снова стремительно бросилась на него. Он сморщился, когда она присосалась к его губам. Потом она начала покрывать поцелуями его щеки, глаза и лоб. Схватив ее за плечи, он повернул ее набок, после чего, свесив ноги с полки, посмотрел вдоль прохода.

— Ждешь кого-нибудь? — спросила она.

— Да, надо насчет кое-чего договориться. Оставайся на месте. Я буду через две минуты.

— Обещаешь не дольше?

— Да, чтоб я пропал!

Натянув кальсоны, он спустился и пробрался через сцепившиеся тела к хвостовой части поезда. В каждом вагоне шла своя пьяная оргия.

Слокум протолкнулся через лошадей и пробился через пирующих к юноше, стоящему в дальнем конце вагона и с ужасом взирающему на всеобщее веселье. Рядом с ним скрючился на стуле часовой, лицо которого было обращено к полу. В каждой руке у него было по бутылке. Он громко храпел, а ширинка его была расстегнута. Вытащив из кобуры спящего кольт 45-го калибра, Слокум сунул его в руку мальчишке.

— Засунь его под ремень и прикрой рубашкой.

— Ладно. А что, пора?

— Уж лучшего момента не придумаешь!

Они снова продрались сквозь толпу к противоположному концу вагона, протиснулись между лошадьми и вышли к широкому пролому, служившему раньше дверным проходом. Осторожно осмотревшись вокруг и прячась за лошадей, Слокум кивнул парнишке. Взъерошив ему волосы, он подтолкнул его к наружной площадке и вышел туда сам.

— Сейчас будем подниматься в горы. Дождись, пока Кассиди снизит скорость, — громко сказал он прямо в ухо юноше, стараясь перекричать шум поезда. — Когда спрыгнешь, побыстрее скройся в зарослях, иначе кто-нибудь из тех, кто стоит наверху на тормозах, может тебя заметить.

— Обязательно.

— Помни, что Голубые горы должны все время оставаться у тебя спиной, а ты должен держать курс на юг.

— Хорошо.

— Что бы ни случилось, не забудь, куда следует поезд.

— В Чьенн.

— А потом?

— Обратно к Огдену, штат Юта.

— Точно, поэтому власти смогут остановить поезд, пока тот будет следовать через два штата — Айдахо и Вайоминг.

— До этого вам надо будет найти пояс с деньгами.

— Найдем. Успеха тебе, сынок!

— Спасибо, мистер Слокум. Вам того же. Попрощайтесь за меня с мистером Ханикаттом и И. В.

— Ладно.

Слокум усмехнулся, потрепал парнишку по плечу и вернулся в вагон. Неожиданно у него возникло чувство неуверенности в успехе.

Прямо перед ним, держа палец на спусковом крючке кольта, стоял Бестер. Он ухмыльнулся, медленно покачал головой и почти уже открыл рот. Слокум резко двинул его коленом в пах. Бестер согнулся, челюсть его отвисла, а из глотки вырвался предсмертный вой. Слокум сильно ударил его в челюсть правой рукой, так что рот закрылся с громким треском, после чего Бестер отшатнулся на крепкую лошадь, стоящую сбоку.

Схватив его одной рукой, Слокум, придерживаясь за разбитый косяк, выволок его на наружную площадку. Юноша уже спрыгнул. Повернув Бестера набок, Слокум скинул его, как мешок с почтой. Потом, ухватившись за перила, свесился с поезда и заметил, как тот скатился с насыпи в придорожные заросли. Парнишку не было видно.

Слокум вернулся через все вагоны во второй и нашел Дэйзи Джан на своей полке. Но она уже была занята со здоровым жлобом, которого едва не пришиб топором Вэйд Симпсон.

— А, красавчик… подожди! — проговорила она, перемежая свои слова хрюкающими звуками.

— Не беспокойся! — твердо сказал Слокум.

— А… что случилось? — Ничего.

— Ты сказал, две минуты, а было… больше похоже на пять… Не уходи, я быстро…

— Конечно… Желаю хорошо провести время.

— Подожди… ты мне должен доллар, нет, полтора! Слокум ушел, бормоча что-то себе под нос, лицо его исказилось, а в глазах появилась злоба.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх