Меркнут знаки Зодиака над просторами полей, спит животное Собак...

Меркнут знаки Зодиака

над просторами полей,

спит животное Собака,

дремлет птица Воробей.

……………….

Колотушка тук-тук-тук.

Спит животное Паук.

Спит Корова, Муха спит.

Над землей луна висит.

Над землей большая плошка

опрокинутой воды.

Спит растение Картошка.

Засыпай скорей и ты!


Через несколько лет после перевода-пересказа «Гаргантюа и Пантагрюэля», в 1938 году, Заболоцкого арестовали, уведя из дома на глазах тихо плакавшего шестилетнего сына и годовалой дочки, которая, когда отец ее поцеловал на прощанье, впервые пролепетала «папа».

К этому времени были арестованы многие его друзья (все решительно совершенно безвинно - такова была «внутренняя политика» Сталина; образцом ему служила средневековая инквизиция) и некоторые уже расстреляны, хотя об этом не сообщалось: человек просто исчезал, а его родным сообщали - «Десять лет без права переписки».

Первый же допрос поэта шел около четырех часов без перерыва. Следователи сменялись, а он сидел на стуле без пищи и сна под ослепительным светом направленной в лицо лампы. От него, как

в средние века, требовали признания почти в том, что он водится с нечистой силой, - состоит членом контрреволюционной организации, да еще добивались, чтоб назвал других членов… Через много лет поэт вспоминал эти дни в «Истории моего заключения»: «Ноги мои стали отекать, и на третьи сутки мне пришлось разорвать ботинки, так как я не мог более переносить боли в стопах. На четвертые сутки в результате нервного напряжения, голода и бессонницы я начал постепенно терять ясность рассудка. Помнится, я уже сам кричал на следователей и грозил им. Появились признаки галлюцинации: на стене и паркетном полу кабинета я видел непрерывное движение каких-то фигур». Его начали избивать. Он терял сознание, его отливали водой и снова били, уже дубинками и сапогами, так что потом, как описывает сын в его биографии, «врачи удивлялись, как остались целы его внутренности». В бессознательном состоянии его уволокли в тюремную больницу судебной психиатрии. Там он провел около двух недель - сначала в буйном, потом в тихом отделении.

Потом тюрьма, советский концлагерь - в Комсомольске-на-Амуре, с лозунгом на заборе «Смерть врагам народа!». Он и был осужден как враг народа, это ему сулили смерть.

Но он выжил. Через восемь лет оказался на свободе. Написал в 1946 году прекрасные стихи, а напечатать их стало можно лишь через десять лет, уже после смерти Сталина.

«Не понять» эти стихи, по-моему, невозможно - ведь это родной, с году жизни нам известный язык, только в высшем своем цветении:





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх