Расы или породы человечества

Д. Н. Анучин

Брокгауз и Эфрон, том XXVI,

Спб., 1899


Существование между людьми физических различий или разделение человечества на отдельные породы сознается более или менее всеми народами, имеющими сношения с другими. Даже у полудиких бушменов южн. Африки мы встречаем на стенах пещер, служащих им жилищами, изображения их военных стычек с кафрами и европейскими колонистами, причем как сами бушмены, так и их противники представлены весьма натурально, со всеми характерными расовыми их особенностями. Более сознательное представление о расовых типах мы находим у культурных народов древнего Востока, в особенности у египтян, изображавших на стенах монументальных построек победные триумфы фараонов. Из этих изображений мы можем наглядно ознакомится с типом различных племен сев. — восточной Африки и западной Азии — негров, нубийцев, семитов, ливийцев, греков и др. Подобное разнообразие племенных типов представляют нам и изображения на памятниках ассирийских и хиттитских, а также на художественных изделиях классической эпохи.

Древним, однако, оставались неизвестными многие группы племен; с другой стороны, не только древность, но и средние века верили в существование разных «дивьих» людей и народов. Всё это затрудняло решение вопроса о границах человечества и о существующих вариациях человеческого типа. Уже в средние века замечается, однако, тенденция к отделению «настоящих» людей, происходящих от общих родителей Адама и Евы, от сходных с ними человекоподобных существ. По толкованию раввинов, негр был создан Богом из другой земли, чем белый человек. Есть известие, что на одном церковном соборе времен Юстиниана обсуждался вопрос, произошли ли негры от тех же прародителей, что и прочие люди, и могут ли они быть христианами. В XVI в. Джордано Бруно утверждал, что ни один здравомыслящий человек не станет производить негров от одной и той же протоплазмы с евреями. Когда была открыта Америка, то первое заключение, которое было сделано европейцами относительно индейцев, состояло в том, что они не могли проникнуть туда из Старого Света, и, следовательно, не могут считаться потомками Адама. Потребовалась булла папы для разъяснения, что индейцев — ut pote veros homines — следует признавать такими же людьми, как и прочих, и способными к восприятию христианского учения. Известный Парацельс еще в 1520 г. доказывал, что обитатели «заморских островов» не могли произойти от Адама и, «может быть, не имеют душ». Несколько десятков лет позже появилось сочинение Исаака де ла Перейра, «Preadamitae» (1655), в котором автор, основываясь на Библии, утверждал, что Адам и Ева были родоначальниками только евреев, а язычники имели иное происхождение, и прародичи им были созданы в 6-й день творения, вместе с животными. От этих «преадамитов» произошли и американские индейцы. Книга Перейры была признана еретической; тем не менее взгляды его еще долго находили последователей.

В половине XVIII в. накопление новых и часто противоречивых известий о разных дикарях с одной стороны и о человекоподобных обезьянах — с другой, вызвало значительное колебание во взглядах на границы человечества: одни были склонны отрицать человечность негров, готтентотов, папуасов и т. д., другие верили в существование хвостатых, лесных, уродливых людей. К концу XVIII в. антропологический горизонт начинает проясняться, известия о баснословных племенах подвергаются критике, данные о действительных народах сводятся в систему и классифицируются. Первые попытки антропологической классификации относятся еще к концу XVII и началу XVIII веков (Бернье, Брадлей), но они еще не обнимали всех рас. Линней, во втором издании своей «Системы природы» (1740) принимал (кроме «дикого и «уродливого» человека) четыре разновидности: европейскую, американскую, азиатскую и африканскую, характеризуя их, прежде всего, цветом кожи (Europaeus albus, Americanus rubescens, Asiaticus fuscus, Africanus niger), а затем (в 10-ом изд.) — и некоторыми другими признаками. Бюффон был вообще противник классификации; хотя в 3-м томе его «Естественной истории» (1749) и приведены описания многих рас (Races — термин, применявшийся ранее по преимуществу к породам охотничьих собак), однако, трудно определить с точностью, различал ли он 6 основных рас (как утверждает Блуменбах), или 8, 10 и даже более. Деление на четыре расы принималось Лейбницем, Кантом, Циммерманом и Форстером, хотя и с некоторыми отступлениями от Линнея. Так, Кант делил всё человечество на расы белую, черную, гуннскую (мунгальскую или калмыцкую, к которой он причислил и американцев) и индийскую или индостанскую; Форстер (известный путешественник) — на белую, черную, азиатскую и американскую. Блуменбах распределил людей на пять разновидностей: 1) белая или кавказская («кавказской» он называл ее потому, что наиболее правильный виденный им череп этой расы принадлежал грузинке); 2) монгольская (к которой он отнес также лопарей, финнов и эскимосов Северной Америки); 3) эфиопская — обнимающая всех обитателей Африки к югу от Сахары; 4) американская и 5) малайская — обитатели островов Тихого океана. Малайского архипелага и Австралии. Свое деление Блуменбах основывал не на одном цвете кожи, но также на виде волос и форме черепа; его классификация считалась долгое время наиболее удовлетворительной, хотя она страдает многими недостатками, и последняя разновидность (малайская) характеризована в особенности неверно; для некоторых других рас, например, готтентотов, места в его системе совершенно не оказывается.

Для дополнения таких пробелов и большей естественности подразделений некоторые натуралисты принимали 6, 7, 11, 15, 16, даже 22 и более рас. Другие, признавая шаткость подобных мелких делений, считали достаточным принять три основных расы или ветви — белую, черную и желтую. Это деление, предложенное Кювье, принятое Флурансом, отчасти также Причардом, затем Катрфажем и Вайцем, а в новейшее время — Флауэром, Герландом, Топинаром, может считаться теперь наиболее распространенным. Нетрудно убедиться, однако, что первые две из этих трех разновидностей — белая и черная — представляются более обособленными и в то же время более оправдывающими свое название, чем третья, желтая порода, цвет которой, в сущности, не желтый, а смуглый, и которая, заключая в себе, кроме азиатских народов, все первобытные племена Полинезии и Америки, представляет значительные вариации типов. Если принять во внимание, что и черная порода может быть разделена, географически и по типу, на несколько весьма характерных разновидностей, то до известной степени может быть оправдан взгляд, что лучше вместо трех принимать две основных породы, белую и черную (как это предлагал еще в начале XIX в. Вирей), разделяя каждую из них на несколько вторичных пород или рас.

Заслуживает упоминания еще дихотомическая классификация, по форме волос, предложенная лет 65 тому назад Бори-де-Сен-Венсаном, возобновленная Гексли, дополненная Геккелем и принятая Фр. Мюллером. Классификация эта делит всё человечество на курчаволосых и гладковолосых, подразделяя затем первых на шерстоволосых (негры) и пучковолосых (готтентоты, папуасы), а вторых — на прямоволосых (монголы, американцы, малайцы) и волнистоволосых (нубийцы, дравиды и «расы Средиземного моря» — хамиты, семиты, арийцы). Ст. Уэк (Wake) пытался ввести еще добавочный классификационный признак — большую или меньшую бородатость, т. е. степень развития растительности на лице и теле: так, пучковолосые и безбородые готтентоты отличаются от пучковолосых, но бородатых папуасов и т. п. Классификация эта не могла, однако, выдержать строгой критики, доказавшей переходы в форме волос у одной и той же расы и отсутствие резкого различия между шерстистыми и пучковатыми волосами. Другие предпочитали делить человечество по форме черепа. Так, Ретциус (в 50-х годах) предложил деление на длинноголовых (dolichocephali) и широкоголовых (brachycephali), и затем каждую из этих групп на прогнатных (prognathi — с заметными выступанием вперед челюстей) и отогнатных (прямочелюстных). Позже была введена еще промежуточная группа (meso- или orthocephali) для формы черепа, а Колльман указал на значение большей или меньшей вышины (длины) или ширины или короткости лица, введя термины — leptoprosopi (с длинным, узким лицом) и chamaeprosopi (с низким, широким лицом). Обращено было также внимание на скуластость, на относительную ширину носа и на другие признаки, а для определения этих различий был введен метод измерения и сведения их к средним величинам, причем различные размеры (например, длины и широты черепа, длины и ширины носа и т. д.) выражались в процентном отношении меньшего размера к большему. В последнее время проф. Серджи вернулся к описательному методу Блуменбаха, предлагая определять форму черепа (рассматриваемого по преимуществу сверху, в так наз. norma vericalis) на глаз и введя для характеристики черепов известные родовые и видовые названия, например Ellipsoїdis, Ooїdes, Sphenoїdes, Sphenoїdes latus и т. п. Система эта еще не получила большого распространения. Попытку комбинации различий по форме волос и цвету кожи с различиями по форме черепа, носа, величине роста и т. д. представляет классификация Деникера (1889). Он принимает 13 главных рас, а со вторичными подразделениями — 30 типов.

Классификация эта наглядно показывает, как трудно провести детальное подразделение рас, признаки которых вообще выражены нерезко и переходят одни в другие. Каждая раса состоит из множества особей, представляющих индивидуальные особенности и многочисленные переходы к типам других рас. Для получения более ясного и верного представления о расовых типах необходимы, поэтому, массовые наблюдения над возможно большим числом достаточно однородных особей и установление для каждой расы среднего типа и пределов его вариаций. Необходимо, кроме того, принимать во внимание различия, вызываемые возрастом, полом, патологическими изменениями и т. д. и сравнивать только взрослые, здоровые особи одного пола. При таком сравнении двух групп оказывается, например, что у 100 200 и более особей одной группы рост тела (или величина роста) варьируется, положим, от 150 до 165 см и в среднем равна 161 см, а у такого же (приблизительно) числа особей другой группы он изменяется от 152 до 178 см, и в среднем равен 165 см; последняя группа будет, несомненно, более высокорослой. В одной группе оказывается, напр., 25 % чистых блондинов (с голубыми глазами, белокурыми волосами) и 5 % чистых брюнетов (остальные — смешанного типа), а в другой — 5 % чистых блондинов и 30 % чистых брюнетов; первую группу можно признать более белокурой, вторую — более темноволосой. То же найдем мы при сравнении относительной ширины черепа или носа, скуластости, цвета кожи и т. д. При этом надо иметь в виду, что расовые признаки не совпадают с племенными или национальными (язык, вера, быт, принадлежность к известному государству); в среде одного и того же народа могут быть представители разных расовых типов, или представители одной расы могут встречаться у различных племен и народностей. Расовые типы представляют собой более или менее отвлеченные концепции признаков, которым лишь отчасти удовлетворяют живые представители этих типов. Мы можем составить себе определенное представление о типе негра, австралийца, негритоса, монгола, еврея, патагонца и т. д. — но полное воплощение этих типов встречается сравнительно редко, и мы видим гораздо чаще смешанные или переходные типы. Объясняется это, прежде всего, тем, что род человеческий представляет собственно один вид, и самые обособленные его разновидности имеют лишь значение подвидов. Другими словами, всё человечество происходит от одних и тех же общих прародичей, потомство которых лишь постепенно образовывало различные расы. Возникавшие вариации типов могли упрочиваться в отдельных группах, благодаря наследственности, естественному и половому подбору, приспособлению к условиям жизни в различных странах. Где бы ни была первоначальная родина человека, он постепенно расселялся по земле, вынуждаемый к тому, может быть, отчасти климатическими изменениями (например, распространением ледников в ледниковый период), отчасти — исканием пастбищ, размножением, междоусобной враждой и т. д. Примеры переселений отдельными особями и народными массами мы видим в течение всего исторического периода; несомненно, что им предшествовали и более ранние, доисторические передвижения. Переселения из одних стран в другие, часто с иными особенностями климата, почвы, растительности и рельефа, должно было вызвать приспособление к новым условиям существования — и это должно было способствовать вариациям типа. При расселении одни племена встречались с другими и приходили с ними в столкновение из-за охотничьих районов, пастбищ, похищений скота, женщин и т. д.; эти столкновения часто вели к опустошительным войнам, причем некоторые племена совершенно истреблялись или загонялись в горы, леса, пустыни. В новейшие времена, при расселении европейцев в Австралии, Полинезии, Америке и т. д., туземные племена, кроме войн, гибли еще массами от занесенных болезней — оспы, кори, сифилиса и др. Совершенно вымерли первобытное население о-ва Тасмании, некоторые племена американских индейцев, сибирских инородцев; близки к вымиранию австралийцы, андаманцы и многие другие народы. Число маори уменьшилось с 1843 по 1891 г. с 114 890 до 41 993, число гавайцев — с 142 000 (в 1823 г.) до 34 436 (в 1890 г.), число сев. — амер. индейцев — с 471 000 (в 1822 г.) до 248 253 (в 1890 г.).

Вымирание одних расовых типов должно было способствовать большему обособлению других. С другой стороны, сталкиваясь между собой, племена приходили и во взаимное (кровное) смешение, сглаживавшие различия между расами путем образования промежуточных типов. Такие помеси, однако, возникали в большом числе только между племенами, не очень резко разнящимися одно от другого по физическому типу и, в особенности, по степени культурного развития. Там, где это различие более значительно, помеси сравнительно редки и промежуточные типы почти отсутствуют (например, между первобытными австралийцами и английскими колонистами Австралии, между англичанами и неграми). В Соединенных Штатах, несмотря на существование до 7 миллионов свободных негров, браки между белыми и черными сравнительно очень редки и помеси вообще не увеличиваются, а скорее уменьшаются (со времени отмены невольничества). Аристократия породы в этом случае настолько велика, настолько поддерживается различием типа, темперамента и т. д., что союзы между особями различных рас возможны только как исключения, и притом не между лучшими представителями рас. Естественный подбор у человека вызывался не только вымиранием менее совершенных и более слабых, покоряемых народностей, но также и вымиранием более сильного, деятельного, победоносного элемента. Он мог гибнуть именно в силу своей большей деятельности и отваги — и этим самым давать большую возможность размножения элементам сравнительно пассивным. Так, по-видимому, вымерли древние типы греков, германцев, славян, уступив место другим типам арианизированных народностей. Статистические наблюдения показывают, что потомство возвышающихся над общим уровнем особей через несколько поколений обыкновенно вымирает и исчезает, и его место занимают потомства других пришлых особей. Так вымерло потомство римских императоров, многих английских пэров; в Париже, настоящие парижане, отцы и деды которых были парижанами, составляют минимальную долю населения города. Постепенно тип известной страны или области изменяется. Так, например, современное население Германии и славянских стран значительно разнится — по крайней мере по цвету волос и форме черепа — от населения тех же стран в V–X вв. Древние типы если и встречаются, то сравнительно редко; напротив того, типы, ранее бывшие редкими, становятся с течением веков, преобладающими. В общем, однако, нельзя не признать, что в Европе различие типов, с течением времени, сглаживается: вырабатываются общие средние расовые типы, представляющие множество индивидуальных, отчасти также групповых вариаций.

Со временем, вероятно, многие расовые типы совершенно вымрут, останутся только основные типы — белого, черного и, может быть, «желтого» человека, с бесконечным разнообразием типов индивидуальных. Возможно, однако, что со временем выработаются и новые типы, на что есть, например, намеки в Соединенных Штатах, в Австралии, в южной Африке и т. д. Цивилизация также должна оказывать здесь известное влияние; замечено, например, что в культурной среде развивается всё более и более близорукость, отсутствие последних коренных зубов (зубов мудрости), уменьшение вообще челюстей, гниение и раннее выпадение зубов, плешивость, седина, ранняя зрелость и т. д. Факт быстрого, сравнительно, вымирания многих расовых типов вызывает необходимость в ускоренном их изучении; но за пределами Европы эта работа подвигается вперед весьма медленно. В Европе, благодаря наблюдениям над призываемыми к воинской повинности, над учащимися в школах и т. п., имеется возможность собирания массовых наблюдений над вариациями типов (величиной роста, цветом волос и глаз, пропорциями тела, формой головы и части лица, физиологическими особенностями и проч.), которые отчасти уже привели к интересным выводам относительно видоизменения отдельных признаков и их распределения в различных областях Европы. Изучение остатков человека из древних могил, пещерных отложений и т. п. позволяет сравнивать до известной степени современные типы с древними и приходить к заключениям относительно изменения типов с течением веков. Для уяснения причин изменения важны также наблюдения над влиянием различных занятий (например, фабричных, ремесленных), большего или меньшего достатка и питания, местности (болот, гор) и т. п. О способах и методах наблюдений над физическими расовыми типами дают понятие руководства по антропологии (напр. Топинара, Ранке и др.), в особенности же антропологические и антропометрические инструкции (Брока, Шмидта, Гарсона, антропологического отдела моск. общ. люб. естествознания, проф. Таранецкого и др.).






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх