Власть – бизнес «семьи».

Уже в административный период в Семье появились подводные течения, которые впоследствии привели к кардинальным изменениям. Когда Ельцин стал властелином России, встали вопросы его материального обеспечения. Для Ельцина предназначалась представительская квартира Горбачевых. О деталях решения жилищного вопроса говорится в книге Коржакова[13]:

«Попав в нее, мы были потрясены роскошью отделки шестикомнатных апартаментов. Спальни французских королев, славившихся изысканностью и богатством, поблекли бы рядом с будуаром Раисы Максимовны. К спальне примыкал не менее роскошный санитарный блок с ванной, туалетом, биде, раковинами разных размеров. За этим блоком, как ни странно, был расположен точно такой же, словно двойник, но выполненный в другой цветовой гамме. Поэтому, увидев еще одну спальню, точь-в-точь как предыдущую, я уже не удивился. У жен генеральных секретарей, похоже, свои причуды.

Спальный гарнитур Горбачевых из карельской березы с изящной инкрустацией очень понравился Наине Иосифовне. Потом мы перевезли эту мебель на личную дачу Ельциных, Забрали и кухонный гарнитур. Он был встроенным, и подогнать его под новую конфигурацию кухни оказалось делом непростым. С выбором места в Подмосковье для личной дачи Бориса Николаевича все обстояло гораздо проще. Ее построили в Горках, рядом с дачей пролетарского писателя Максима Горького. Строили по чудовищно низким расценкам.

Валентин Юмашев, литературный обработчик мемуаров Ельцина, после выхода второй книги – «Записки президента» – ежемесячно приносил шефу причитающиеся проценты со счета в английском банке – тысяч по шестнадцать долларов. Юмашева мои сотрудники вечно стыдили за неопрятный вид – затертые джинсы, рваный свитер. Одежда неприятно пахла, за лицом Валентин тоже не ухаживал, прыщи его одолели. Никто не понимал, с чего бы это хиппующий журналист регулярно заходит к президенту, а через три – пять минут покидает кабинет.

Мне была известна причина визитов. Борис Николаевич складывал деньги в свой сейф, это были его личные средства. Как-то после очередного прихода Юмашева я завел с шефом разговор о даче: дескать, все работы сделаны, надо хотя бы часть заплатить. Принес накладные, показываю их: – Борис Николаевич, надо расплатиться. Речь шла о смешной для него сумме, по-моему, о тысячах пятнадцати долларов. Я ведь знал, что сегодня как раз у президента «получка» и такая сумма наверняка есть. Ельцин посмотрел на итоговую цифру в смете и отбросил документ с раздражением: «Да вы что! Я таких денег, отродясь, не видел. Они что с ума там посходили, что ли, такие расценки пишут!»

В конце концов, после определенных переживаний Ельцин уплатил эту сумму. Движущие силы и побуждения семейства Ельциных соответствовали психологическим установкам крупных провинциальных чиновников. Среди них не последнее место занимали меркантильные интересы. О супруге президента пишет Коржаков[13]:

«Обосновавшись в Барвихе, Наина Иосифовна нас с Барсуковым замучила – ее возмущало поведение Раисы Максимовны. Наина подозревала, что Раиса всю мебель с казенной дачи куда-то вывезла.

– Я вот вижу, что диван потрепанный, что здесь стоял не этот диван, а хороший, – переживала Наина Иосифовна.

Я же был уверен, что никто ничего не вывозил. Зачем Горбачевым увозить старую мебель? Бывает ведь и протертый диван удобным. Как мог, я успокаивал Наину Иосифовну. И комендант объекта, и сестра-хозяйка подтвердили: Горбачевы все передавали по списку, никто ни у кого ничего не украл. Но супруга президента возражала: «Нет, я вижу, что здесь все другое было. Я заметила щербиночку, значит, там стояла другая мебель».

О действиях дочери Ельцина Татьяны Дьяченко говорится в статье[14]:

«Расскажу только то, что, когда Таня появилась в Кремле, она первым делом заняла апартаменты Наины Иосифовны. Туда входили: кабинет, банкетный зал, буфет, кухня, парикмахерская и туалетная комната с ванной.

По поводу честности – вопрос к Абрамовичу, который после выборов ежемесячно приносил в Танин кабинет «дипломат» с деньгами – от 160 до 180 тысяч зеленых.

Таня была нужна прежде всего Березовскому и Чубайсу. На заседаниях Совета по выборам она тихо сидела в углу и старательно все конспектировала. Потом бежала в «ЛогоВАЗ», а Березовский определял, что рассказать Ельцину, а чего говорить не стоит. Именно в своих апартаментах Татьяна и Березовский устроили встречу Ельцина с десятью банкирами. Там были еще Юмашев и Бородин, а больше они никого не пустили. Даже охрану. Я знаю о деталях этой встречи от обслуги. На встрече банкиры скинулись по 50 миллионов долларов на выборы, а взамен попросили гарантии по переделу собственности. Произошел обычный торг. «Честная» Таня и «честный» Борис Николаевич продали Россию за 500 миллионов».

А вот личные впечатления одного из авторов книги, которому поступило предложение выпить с Ельциным после предвыборной встречи последнего с интеллигенцией Москвы в конференц-зале роскошного отеля «Пента-Олимпик» – составной части Олимпийского комплекса на проспекте Мира. Этот гостиничный комплекс входил в состав Интуриста и давал прибыль в казну 55 млн. долларов ежегодно. После выступления Ельцина и дежурных выступлений от творческой интеллигенции человек 7 – 10 пригласили за кулисы. Здесь были сервированы столы «а-ля фуршет». Гендиректор Интуриста суетился вокруг БН и пытался что-то подписать. На что Ельцин раздраженно отвечал: «Дай ты сначала выпить». Ему сразу же принесли на подносе три стопки водки, которые БН поочередно оприходовал. Глаза повеселели, и он сказал: «Давай подпишу». Оказалось, что он подписал указ о переводе гостиничного комплекса «Пента-Олимпик» с баланса г. Москвы на баланс Ассоциации международного сотрудничества, только что созданной А. Козыревым, гендиректором Интуриста и кем-то из команды Ельцина. Вот так на троих был приватизирован высокодоходный отель.

Ельцин обладал неограниченной властью. Однако семейные материальные богатства составляли лишь небольшую долю того, что имел средний олигарх. Как отмечалось, например, в [14], Ельцин ненавидел Черномырдина, который сумел составить себе, будучи только премьером, огромное, состояние.

На передний план в «семье» постепенно выходил Валентин Юмашев, приносящий живые деньги гонорара за книгу Ельцина. В 1996 г. через посредство В. Юмашева в окружении Ельцина появились олигархи. Они вошли в тесный контакт с Татьяной Дьяченко, которая, чтобы обеспечить себя, сыграла решающую роль в «доступе к телу». Как уже отмечалось выше, 19 июля после эпизода с коробкой из-под ксерокса была проведена почти полная смена окружения Ельцина. Была устранена административная (консервативная) группа: Коржаков, Барсуков, Сосковец. Заключительная часть предвыборной кампании 1996 г. проводилась под руководством специалистов из США. В книге [9] говорится:

«Американские специалисты располагались в ельцинском предвыборном штабе, в «Президент-отеле». Они получили жесткое указание «не светиться» и выходить из отеля только в крайних случаях. Калифорнийская команда располагалась в номере 1120 «Президент-отеля»; номер 1119 напротив был занят Татьяной Дьяченко. Профессиональные отношения между ними, по хвастливому признанию американского политолога Джорджа Гортона журналу «Time», были необычайно тесными: у Татьяны и американцев был один и тот же секретарь, одни и те же факсовые аппараты. Она была связующим звеном между американцами и президентом».

Американо-олигархический союз одержал полную победу. Деньги, выделенные на переизбрание Ельцина, были возвращены сторицей. Недееспособный Ельцин стал играть роль подставного лица. «Семья» превратилась в олигархический клан. К власти пришли временщики.





 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх