Загрузка...


Глава 2. Связь с землей — первичная основа реальности

Эйфория и депрессия

Поскольку депрессивная реакция — это основная причина, которая приводит человека к терапевту и которая является его основной жалобой, мы упускаем из виду тот факт, что сама депрессивная реакция является частью цикла, чья кривая может идти либо вверх, либо вниз. В большинстве случаев депрессивной реакции предшествует период эйфории, крушение которой погружает человека в депрессию. Если мы хотим полностью понять депрессивную реакцию, нам также нужно понять феномен эйфории.

Признаки эйфории легко узнать. Человек в таком состоянии гиперактивен, говорит быстро, полон всевозможных идей, которые он свободно излагает. Его самоуважение так и бросается в глаза. Дальнейшее развитие этого явления приводит к состоянию мании. Психоанализ уже в течение долгого времени пытается решить проблему мании и депрессии. Отто Фенихель рассматривает депрессивную реакцию как первичную. Вот что он пишет по этому поводу: «Ликующий характер мании возникает от высвобождения энергии, которая была связана напряжением депрессии и которая в данный момент ищет своего выхода» /2/. Рассматриваемая с точки зрения эго, такая интерпретация содержит определенную долю истины. В состоянии депрессии эго человека связано с его обессилевшим телом и переполнено чувством безнадежности и отчаяния. Оно пытается освободиться и, освободившись, торжественно поднимается, подобно воздушному шарику, который выпустила рука ребенка. Поднимаясь вверх, оно становится еще более надутым, более напыщенным. В маниакальном состоянии возбуждение нарастает, но это усиленное возбуждение, или энергетический заряд, ограничено областью головы и поверхностью тела, где оно активирует произвольную мышечную работу, что в свою очередь ведет к гиперактивности и чрезмерной разговорчивости. Энергетический поток направлен вверх, а не вниз, и поэтому не приводит к разрядке напряжения, что является функцией нижних частей тела. Вместо этого направленность потока фокусирует внимание на индивидууме и представляет собой попытку восстановить чувство младенческого всемогущества, которое было преждевременно утеряно. Фенихель признает иллюзорный характер мании: «Мания не является подлинным освобождением от депрессии, а судорожным отрицанием зависимости».

Эйфория — это лишь меньшая степень депрессивной реакции. Эго человека, находящегося в эйфории, так перевозбуждено, будто оно принимает участие в каком-то необычном, чудотворном событии, которое осуществит его самые сокровенные желания. Такую реакцию можно сравнить с реакцией ребенка, который был разлучен со своей матерью и теперь ожидает ее возвращения с чрезмерным возбуждением. Для совсем маленького ребенка возвращение потерявшейся мамы (или ее любви) — его самое заветное желание. Ее любовь воплощает исполнение всех его потребностей.

В основе каждой депрессивной реакции лежит утрата материнской любви. Я буду подробно обсуждать этот аспект проблемы в следующей главе. Здесь же важно просто понять, что эта потеря не принималась как безвозвратная. Надежда, как правило неосознанная, на возвращение обеспечивает мотивацией энергетический всплеск, который заканчивается эйфорией. К сожалению, человек в эйфории не осознает динамики своей реакции и того факта, что он неосознанно воспринимает людей вокруг себя как замену материнских образов, которые будут любить, заботиться и даже кормить его. Кажется, что их первоначальный интерес к нему будет поддерживать этот перенос. Но вскоре его эйфория, все возрастая, станет досаждать людям и они отшатнутся от него. Нет никакой вероятности, что они удовлетворят его неосознанные надежды, так что рано или поздно человек почувствует себя отторгнутым. Пузырь самоуверенности и самоуважения, сопровождавший эйфорию, лопнет, и наступит депрессия. Крушение иллюзий — явление биоэнергетическое. Энергетический заряд, который перевозбуждал периферийные структуры тела, снова отходит к центру — к области диафрагмы, желудка и солнечного сплетения. Всемогущее эго становится бессильным. При отсутствии волевых усилий человек, угнетенный депрессией, уже не может продолжать мобилизовывать себя, как он это делал раньше.

Люди, страдающие от депрессии, не удовлетворили свои оральные потребности: потребности в том, чтобы их держали или поддерживали, потребности в переживании телесного контакта, потребности сосать, получать внимание и одобрение, потребность быть согретыми любовью и заботой. Все это называется оральными потребностями, потому что они соответствуют тому периоду жизни — младенчеству, — в котором доминирует оральная деятельность. Иначе говоря, эти индивидуумы были лишены материнской любви или удовлетворения, которое обеспечивает безусловная любовь. Если такие лишения являются определяющими в структуре характера человека, то его можно назвать оральной личностью. Во взрослом человеке эти неудовлетворенные потребности проявляются в его неспособности находиться в одиночестве, в страхе разлуки, в разговорчивости или в какой-либо другой деятельности, например в хвастовстве или в других ухищрениях, направленных на то, чтобы привлечь к себе внимание, в чувствительности к холоду и, наконец, в зависимом поведении. Если лишения были не такими существенными, то мы говорим, что в характере индивидуума присутствуют оральные черты или оральная тенденция.

Оральные потребности, не удовлетворенные в детстве, не могут быть восполнены во взрослом периоде жизни. Никакое количество суррогатов материнской любви не сможет возместить человеку чувство безопасности, которое он не смог получить в детстве. Будучи взрослым, он должен сам найти эту безопасность внутри себя. Сколько бы внимания, восхищения, одобрения или любви ни получала оральная личность, это не заполнит ее внутреннюю пустоту. Она может быть заполнена только самим взрослым и только на его взрослом уровне, то есть через его любовь, через его работу и через его сексуальность. Мечта о том, что кто-то может изменить прошлое, — иллюзия. Когда на терапевтическом сеансе пациента побуждают вспомнить или вернуться в младенческое состояние, то целью этого является заставить его заново пережить депривации и встретиться с теми конфликтами и чувствами, которые они породили. Также целью является преодоление его неосознанных инфантильных фиксаций, чтобы таким образом помочь ему начать вести более полную и содержательную взрослую жизнь в настоящем. Но пока его оральные потребности будут продолжать влиять на его поведение, он будет подвержен циклическим перепадам настроения — от эйфории до депрессии.

Я уже настолько часто видел, как это происходило у оральных личностей, что, начиная с ними работать, заранее предупреждаю их об опасности, кроющейся в эйфории. Если же они все же поддались этому чувству, я предупреждаю их о том, что за этим последует депрессия. Такое своевременное предупреждение всегда помогает, так как оно привносит в их мышление определенную долю реальности, тормозя и смягчая резкие перепады настроения. Поэтому, когда наступит депрессия, она уже не будет носить такой разрушительный характер. В состоянии эйфории человек думает, что все будет хорошо. Но это «хорошо» никогда не наступит, если его скрытые проблемы не будут проработаны в достаточной степени. Только удерживая такого пациента «внизу», можно побудить его глубже соприкоснуться со своими проблемами и, таким образом, способствовать их решению.

Слово «низ» в нашем случае имеет еще одно значение — противоположности верху, то есть направления к голове. Низ — это направление к нижним частям тела: к ногам, к земле. Нахождение «внизу» приближает любого человека к его реальности. На самом деле, когда человек падает с вершин эйфории в депрессию, то кажется, он падает так глубоко вниз и попадает в такую глубокую яму, из которой не видно дневного света. Поэтому необходимо помочь ему вытащить себя, но это можно сделать, только если пациент поймет, что он в действительности никогда и не стоял на твердой почве. Яма всегда была под ним, замаскированная веточками и листочками, но такой камуфляж недостаточно прочная основа для личности. Сам пациент никогда на самом деле не доверял этому прикрытию, потому что он никогда не позволял своей реальной сущности или своему телу опереться на него всем весом. Он пытался поддержать себя сверху своим эго или своей волей и падал в депрессию, когда его иллюзорные подпорки рушились. Но с каждым разом он пытался подняться все выше и выше над землей, вместо того, чтобы соорудить прочное основание, на котором он мог бы уверенно стоять. Когда он находится в эйфории, он находится вверху, «в воздухе», «в облаках», и его ноги фактически не касаются земли.

В здоровом человеке отсутствуют такие резкие перепады настроения от эйфории до депрессии. Он всегда стоит на земле, основной плоскости, на которой он базирует свои действия. Он может прийти в возбуждение из-за какого-то события или перспективы, которые направят мощный энергетический поток ему в голову, но твердая почва никогда не уйдет из-под его ног. Он может почувствовать удовольствие или даже радость, но почти никогда не испытает эйфории. Если в конечном счете событие или перспектива разочаровали его, он может загрустить, даже приуныть, но при этом не впадет в депрессию. Он не теряет своей способности подстраиваться под новую ситуацию, чего не в состоянии сделать жертва депрессивной реакции. Когда люди испытывают резкие падения и взлеты своего настроения, это означает, что с точки зрения биоэнергетики они перестали ощущать своими ногами твердую почву. Я думаю, то же самое можно сказать о культуре, которая также впадает в крайности слишком оптимистичного энтузиазма, что все проблемы можно с легкостью решить, и отчаяния, что их решить невозможно. Если люди будут стоять ногами на земле, они смогут взглянуть на свои проблемы реалистично. Они увидят, что их проблемы огромны, как горы, но при этом они также вспомнят, что вера человека способна двигать горы.

Взлеты, предвещающие падения, также следует рассматривать как попытки избежать депрессивных чувств, которые человек прячет внутри себя. Только так можно объяснить отчаяние, с которым столько молодых людей прибегают к наркотикам, чтобы «взлететь высоко». Наркотический полет уносит их ум высоко, прочь от тела, прочь от унылых, грустных чувств безвылазной ямы, в которую они попадают без их употребления. Трудно винить этих молодых людей за то, что они стремятся к такому выходу, когда врачи назначают другие наркотики, в виде лекарств, их родителям для достижения подобных же целей. И врачей я тоже не виню, потому что отчаяние, депрессия и безвыходность — все это формы безнадежного страдания, которое часто невозможно вынести. Но, к сожалению, ни один наркотик не может помогать вечно. За взлетом, который он приносит, всегда следует падение, и человек впадает в психологическую зависимость, такую же разрушительную, как и любая физиологическая зависимость. Наше спасение лежит только в понимании и принятии подобных падений, потому что они создают хоть какую-то твердую почву, на которой можно что-то построить.

Алкогольные полеты ничем не отличаются от наркотических, маниакальных или эйфорийных состояний. Человеку, который выпивает, чтобы взлететь высоко, очевидно, тоже нужно некое средство, которое бы его вытащило из «низины», из подавленности и уныния. Я не утверждаю, что каждый, кто выпивает, пытается таким образом избежать депрессии. Но, если человек нуждается в выпивке, это плохой признак. Человек, который может свободно, по своему усмотрению, употреблять или отказываться от алкоголя, получает удовольствие от его расслабляющего или тонизирующего эффекта. Здесь я говорю только о человеке, который пытается «взлететь» при помощи алкоголя. Когда он находится в «полете», то он почти в прямом смысле отрывается от земли. У него нарушено равновесие, ноги не слушаются, и он действительно может почувствовать, что между его ногами и землей образовалось пространство.

Каждый знает, что за алкогольным взлетом следует падение. При наличии физических симптомов мы называем это похмельем. Но даже без каких-либо последующих физических эффектов настроение на следующий день подавленное. И если человек не в силах перенести эту подавленность, то у него возникает потребность снова прибегнуть к помощи бутылки. Падение с наркотического взлета может чем-то отличаться от алкогольного. Эффекты от наркотиков обычно длятся дольше, чем от алкоголя. Человек, спустившийся с наркотической высоты, может и не чувствовать себя подавленным на следующий день, потому что наркотик сильнее блокирует чувства, чем алкоголь. Эйфория от марихуаны имеет тенденцию оставлять человека в состоянии апатии, которая может не ощущаться как подавленность, потому что не ощущается совсем. Некоторые утверждают, что они совершили увлекательное путешествие, из которого возвратились в приподнятом настроении. Я не берусь оспаривать это утверждение, потому что в каждом обобщении есть исключения, но они не являются широко распространенным переживанием.

Должно быть, некоторые люди и в самом деле отчаялись, судя по тому, что они пытаются оставаться на высоте постоянно. Заядлые наркоманы подпадают под эту категорию. Настолько болезненны их уныние и подавленность, что «высокий полет» необходимо получить любой ценой. Но время от времени я встречаю человека, который спрашивает: «Что ж, почему нам нельзя оставаться на высоте постоянно?» Такой вопрос открывает степень нереальности, в которой этот человек пребывает. Я полагаю, что да, человек может оставаться на высоте, принимая наркотики до тех пор, пока он совсем не ослабеет или не умрет. Но это будет его последним падением, после которого уже нельзя подняться. Ничто не может находиться на высоте вечно — ни дерево, ни гора. Но как долго они простоят, зависит от того, насколько глубоко сидят корни в земле, если это дерево, или насколько твердым является основание, если это гора.

Я уже говорил о депрессии человека, который будто провалился в яму. В действительности яма находится в его чувствах или, если быть более точным, в его теле. Яма в чьих-то чувствах — это ощущение внутренней пустоты, на которую жалуются так много людей, особенно люди с оральной структурой характера. Яма в теле — это отсутствие ощущений в живота. Я уже описывал раньше в случае с оральной личностью, как энергетический заряд отступает от головы к центру тела. Он застревает в этой области, не проходя в нижние части тела. Он удерживается в этой срединной секции из-за страха — неосознанного страха, — что внизу нет земли, на которую можно было бы встать; что ничто или никто не поддержит его, если он отпустит вниз этот заряд. В результате такого зажатия нижние части тела энергетически недозаряжены, что создает сильное чувство беспомощности и опасности. И в животе, который служит вместилищем мужества, силы воли, также отсутствует ощущение или заряд. Когда в животе нет никаких ощущений, то возникает чувство, что нет и мужества, чтобы встать на собственные ноги и сориентироваться в жизни. Пустой живот, глубокий страх, что у него отсутствует сила воли или что он не сможет устоять в кризисной ситуации, — все это образует широкую брешь личности. По японским представлениям, живот — это жизненный центр человека. Он называется «Хара». Вот что говорит по этому поводу Карлфрид Дюркгейм: «Японцы понимали, что жизнь на земле, как в нужде, так и в достатке, можно правильно прожить только при условии, если человек не выпадает из космического порядка и если он поддерживает контакт с великим первоначальным единством» /3/. Прочный контакт с этим единством показан на примере человека, который сохраняет свой незыблемый центр тяжести в этом центре — центре Хара. Поэтому в изображении Будды, как и в изображении других великих учителей, живот показан как центр, «из которого исходят все движения и из которого тело черпает силу, получает направленность и измерение».

Независимо от того, принимаем мы или нет такой взгляд, мы должны признать, что живот — это та часть, в которой зарождается жизнь и из которой она появляется на свет.

Согласно учению японцев, если у человека развит Хара, то это означает, что он центрирован. Это также означает, что он уравновешен как физически, так и психически. Уравновешенный человек всегда спокоен, везде чувствует себя свободным, и, пока он остается таким, его движения будут легкими и плавными, но одновременно и уверенными. Хара — важнейший элемент — тайна философии Дзен, ибо человек, обладающий им, действует в резонанс со всеми силами внешнего мира. Поэтому его движения не диктуются волей, но протекают свободно и естественно как ответ целого существа на конкретную ситуацию. Кто-то может не без основания спросить: «Почему живот играет такую важную роль?» На это я отвечу так: он является «вместилищем» жизни. Человек буквально помещен в свой живот и так контактирует с основанием таза, половыми органами и ногами. Если человек «выдергивает» себя вверх, в грудь или в голову, эта важная связь теряется. Движение вверх — это движение по направлению к сознанию и к эго. В культуре, которая придает чрезмерное значение этим аспектам личности, правильным положением тела считается узкий, втянутый живот и широкая грудь. В античной мифологии диафрагма олицетворяла поверхность земли. Все, что находилось над поверхностью, было светлым и поэтому сознательным. Под поверхностью простирается темнота, которая представляет собой бессознательное. Поднимая себя над диафрагмой, человек отрывает сознание от его глубоких корней в бессознательном. Важность живота и центра Хара заключается в том, что, только если человек может пребывать в своем животе, ощущая его мудрость, — только тогда возможно избежать расщепления между сознательным и бессознательным, между эго и телом, между своей самостью и остальным миром. Хара представляет собой состояние интеграции или единства личности на всех жизненных уровнях.

Человек, у которого развит Хара, — это, конечно же, внутренне-ориентированный человек, со всеми присущими этому качествами. В действительности Хара представляет собой высшее состояние трансценденции, в котором человек, через полную реализацию своей сущности, ощущает себя частью Великого Единства или Вселенной. Вера такого человека — это не вопрос убеждений, который является функцией сознательного разума, а результат глубокого внутреннего чувства, которое он ощущает в своем животе. И только такая вера обладает подлинной силой. Этот взгляд подводит нас к пониманию того, что настоящую веру нельзя получить через проповедь. Ее можно получить только путем переживаний, которые достигают живота и вызывают внутреннее чувство.

Быть завершенной, полной личностью, удовлетворенной во всех отношениях, означает быть наполненным, что в свою очередь подразумевает наполненный как хорошей едой, так и хорошими чувствами живот. Но это не то же самое, что иметь толстое пузо, образовавшееся в результате скопления жира. Та полнота, которую я имею в виду, — это признак живучести и выносливости организма, с которой я столкнулся много лет назад в довольно драматических обстоятельствах. Моя сука принесла свой первый приплод — десять живых щенят. Поскольку это был также и наш первый опыт знакомства с собачьими родами, мы с женой сперва растерялись, не зная, как действовать в данной ситуации. Если не вмешиваться, то более сильные щенки высосут все молоко — и слабые погибнут. В конце первого дня мы вызвали ветеринара. Он принял простое и единственно верное решение: разделил щенков на две группы — сильную и слабую. Сначала к соскам допустили слабых. Когда они закончили, разрешили пососать сильным. Чтобы определить, кто из них сильнее, а кто слабее, он поднимал каждого и ощупывал его брюхо. Те щенята, которые имели полное брюхо, были отнесены к сильным. После такой классификации все десять щенят выжили и зажили припеваючи.


Заземление индивида

Перенос чувств в живот с тем, чтобы человек мог ощущать свои внутренности, и в ноги, чтобы он мог ощущать их своими подвижными корнями, называется заземлением индивида. Человек, заземленный таким образом, чувствует твердую поддержку земли под собой и мужество встать на нее или передвигаться по ней по своему усмотрению. Быть заземленным — означает находиться в соприкосновении с реальностью. В нашем языке эти два значения синонимичны. Мы часто говорим, что человек, полностью соприкасающийся с реальностью, «твердо стоит ногами на земле» или что он хорошо заземлен. Из этого следует, что, когда человек заземлен, он больше не живет иллюзиями. Ему они больше не нужны. С другой стороны, человек, цепляющийся за свои иллюзии, независимо от того, нуждается он в них или нет, удерживает себя в облаках и не дает себе опуститься на землю. Любой квалифицированный психиатр работает прежде всего над тем, чтобы рассеять иллюзии пациента, за что некоторые называют его «промывателем мозгов». Эту задачу гораздо легче выполнить, если человек впал в уныние или в депрессию, потому что по крайней мере на какое-то время иллюзии утратили свою способность удерживать его в подвешенном состоянии.

Однако, каковы бы ни были сопутствующие обстоятельства, заземлить человека — непростая задача. На пути ее выполнения стоят глубокие тревоги и беспокойства. Я уже упоминал о боязни, что никто не окажет поддержку в случае падения человека. Словесные ободрения, хотя и являются положительными по своему смысловому содержанию, будут пустыми словами без конкретных действий. Человек, который открывает свое сердце для других, быстро обнаружит, что он не одинок. Почти каждый с теплом откликнется тому, чье сердце открыто. Но, чтобы достичь такой открытости, он должен пройти через свое тревожное чувство одиночества, осознав в конечном счете его беспочвенность.

Обычный человек также опасается, что если он позволит себе упасть, то уже никогда не поднимется снова. Внутри своего живота он чувствует глубокую грусть и отчаяние, которым боится подчиниться. Он направил свою энергию на борьбу по их преодолению. Уступить им означает для него личный крах, поражение его эго и кажущуюся потерю целостности. Но сам он, не осознавая этого, страстно хочет сдаться, потому что борьба потеряла всякий смысл, ибо превратилась в борьбу против себя, против своей самости. Он напуган, но если с ним работает терапевт, который уже пронес других через их ад, то пациент может набраться смелости от веры, которой обладает его доктор. Психотерапевт должен быть человеком веры, то есть он сам должен прочно стоять на земле, если он хочет вселить какую-то веру в своих пациентов.

Когда пациент начнет разрешать ощущениям развиваться у него в животе, он неизбежно заплачет. Он заплачет от грусти жизни без веры, но также он заплачет от радости, что жизнь с верой может стать для него возможной. И не только слезы будут литься из него. Все его тело будет содрогаться от рыданий — иногда болезненных, иногда приятных. Отсекая себя от ощущений в животе, он подавлял этот плач еще ребенком, когда обнаружил, что эти ощущения не смогли принести ему любовь, безопасность и комфорт, в которых он так нуждался. С возвращением ощущений вернутся и чувства, не сразу, но постепенно, пока боль прошлого не будет полностью смыта.

Затем, по мере того как чувства проникают все глубже в живот, касаясь основания таза, они перейдут в сексуальные ощущения, которые являются основным источником беспокойства для большинства людей. Чтобы понять природу этого беспокойства, мы должны провести различие между сексуальными ощущениями и ощущениями в половых органах. Ощущения в половых органах являются частью сексуальных, но не наоборот. Сексуальность — это функция всего тела, включая систему половых органов, когда, созрев, последняя начинает функционировать. Половая система — это лишь ограниченный аспект целостного сексуального развития. У многих людей половая функция отщеплена и находится в диссоциации с телесными чувствами, точно так же, как на другом конце организма эго отделено от этих же чувств. Сексуальное беспокойство связано с телесными ощущениями, а не с половыми. Эти телесные ощущения могут быть очень пугающими, в то время как ощущения в половых органах (например, ощущения, связанные с эрекцией у мужчины) не представляют никакой угрозы для личности.

Вы можете поинтересоваться, что это за сексуальные ощущения? Это очень нежные, будто тающие ощущения, которые протекают глубоко внутри тела и предваряют как в мужчинах, так и в женщинах половое возбуждение. Когда они происходят, то это указывает, что сексуальное влечение течет по всему телу и не ограничено только областью головы и половыми органами. Но тогда почему они могут быть такими пугающими? Потому что они означают начало своего растворения или конца, который достигнет кульминации в экстазе полового оргазма и который для невротичной или шизоидной личности прежде всего переживается как исчезновение себя, как капитуляция, с которой уже ничего нельзя сделать; как бездна чувств, из которой нельзя выбраться. Каждый стремится к такому растворению, к такой капитуляции, к таким глубинным чувствам, но мало кто обладает верой, которая позволила бы всему этому произойти. В своей неуверенности и беспомощности мы цепляемся за наше драгоценное эго, за нашу потенцию и не готовы отказаться от всего во имя любви.

Многие люди озабочены своими мочеиспускательными и анальными функциями. Это беспокойство также нужно преодолеть. Почти всех нас учили, что эти функции могут причинять нам много боли, стыда и унижения, если их не взять под строгий контроль. Нас хвалили за такой контроль и ругали, если его не удавалось осуществить. Нас учили, что нельзя позволять природе проявляться в своей естественности, что нужно все постоянно контролировать. Теперь мы не можем расслабить нашу сжатую задницу и напряженный таз. Мы боимся, что потеряем днище, из которого выпадут все наши сокровища. Мы даже не знаем, как расслабить напряженные мускулы вокруг нижних отверстий нашего тела. Наконец, существует еще одно беспокойство — беспокойство, когда мы стоим на собственных ногах. И дело даже не в том, что мы боимся стоять на них, а в том, что настоящая независимость означает быть в одиночестве. Страх одиночества я бы назвал самым большим беспокойством нашего времени. Действительно, никто не хочет быть один. По своей природе мы социальные существа, но в некоторых людях страх одиночества достигает иррациональных размеров. Из-за этого страха они готовы пройти любые расстояния, только бы достичь комфорта. Они откажутся от своей индивидуальности из-за страха, ошибочно полагая, что человек, являющийся настоящей личностью, осмеливающийся быть самим собой и противостоять другим, будет отвергнут и изгнан. Такой страх порождает массовое общество, с его массовыми средствами информации, массовыми развлечениями и т. д.

И тем не менее, как ни странно это может показаться, именно массовый человек в действительности одинок, именно у него отсутствуют глубокие, близкие личные отношения, которые объединяют людей. И именно человек, стоящий один на собственных ногах, знает и чувствует в себе единство, которое объединяет человека с человеком и мужчину с женщиной. Реалистично относясь к самому себе, он притягивает других людей, взаимодействуя с ними открыто и искренне. Он никогда не чувствует себя одиноким, в то время как массовый человек одинок даже в толпе. Настоящая личность не играет в игры. Она не хлопает в знак одобрения других по спине и не ждет хвалы в свой адрес. Она отдает себя другим великодушно и свободно принимает от них помощь.

Боязнь быть отвергнутым, связанная с независимым положением, с опорой на собственные ноги, уходит корнями в ранние переживания, которые имели место в семье. Во многих семьях ребенка часто ставили в ситуации, когда он чувствовал себя отторгаемым, если не выполнял указания родителей. Некоторые мамы без колебаний лишали своих детей ласки и нежности, если те не слушались или в чем-то перечили им. Либо ребенок выполняет требования родителей, либо ему дают понять, что он чужой. Мы увидим результаты такого воспитания на примере изучения конкретного случая, который будет представлен позже.

Но за этой внешней покорностью кроется чувство бунта, которое со временем становится все настойчивей. У пациентов с сильной депрессией можно обнаружить следующее отношение, как правило, запрятанное глубоко, — «Меня вынудили почувствовать себя нелюбимым и ненужным. Сейчас мне действительно уже ничего не нужно». Может показаться, что такое упорство объединяет борцов за общее дело, но редко служит для них общим чувством. Люди, у которых нет веры, не родственны по своему духу, хотя и могут оказаться по одну сторону баррикады или в рядах одной демонстрации.

Леча депрессивного пациента, нужно понять его упорство, его несговорчивость и принять его бунт. Только при помощи своего бунта он может мобилизовать свои чувства, которые освободят его и сделают настоящей личностью. Он протестует против системы, которая лишила его права быть самим собой и лишила его чувства безопасности, которое ассоциируется с этим правом — правом любить и быть любимым. Но не в своем бунте он обретет необходимую для себя веру или твердую землю, на которую сможет встать. Бунтовщик все еще является чужаком, не принадлежащим обществу, бунтовщиком, который страстно желает принадлежать ему, но не может или не хочет признать своего желания.

Мы просим пациента не отказываться от бунта, а лишь выйти за его пределы и приблизиться к вере в жизнь, которая превосходит любую систему или идеологию. Связывая его с чувствами своего тела, с животной сексуальностью и, наконец, с землей, откуда он появился, мы возвращаем его человеческому роду и царству природы. Мы возвращаем его к той первичной вере, которая служила поддержкой его самым древним предкам, — вере в то, что он был рожден для этого мира и что мир предназначен для него. Как и почему заземление индивида может осуществить эти цели — требует дальнейшего исследования.

Заземление — это биоэнергетическая концепция, а не просто психологическая метафора. Когда мы заземляем электричество, мы обеспечиваем разряду выход его энергии. В человеке заземление также служит для выхода или разряда телесного возбуждения. Избыток энергии живого организма постоянно разряжается через движения или через половые органы. И то, и другое — функции нижней части тела. Верхняя часть тела в основном ответственна за поглощение энергии — либо в виде еды и кислорода, либо в виде сенсорной стимуляции и возбуждения. Эти два основных процесса зарядки наверху и разрядки внизу обычно находятся в равновесии. Внутри тела происходит энергетическая пульсация: чувство движется вверх, по направлению к голове, когда мы нуждаемся в энергии или в возбуждении, и — вниз, по направлению к нижней части тела, когда нам необходима разрядка. Если человек не может зарядиться в достаточном объеме, то он будет слабым, «недозаряженным», без жизненной энергии. Если же он не может разрядиться в необходимом объеме, он повиснет в воздухе, потеряв связь с землей. Он может «повиснуть» на какой-то иллюзии, будучи не в состоянии спуститься на землю, пока не рухнет сама иллюзия, за которую он цеплялся. Но человек даже после этого не сможет удержаться на земле, если он не обучен основам заземления разряда.

Функция разрядки переживается как удовольствие. Мы можем судить об этом по своим общим переживаниям, которые говорят нам, что разрядка любого состояния напряжения или возбуждения приятна. Нам известно это также от сексуального удовольствия, когда разрядка чувств протекает наиболее интенсивно. На это указывал еще Зигмунд Фрейд, а Вильгельм Райх в своих трудах более подробно изложил это явление. Мы также знаем, что такое боль, возникающая от неспособности разрядить состояние напряжения. Мы можем предположить, что «зависший» индивид находится в состоянии боли, однако он не переживает свою боль на сознательном уровне. Он намертво приварил себя к ней, сделав структуру своего тела жесткой и неподвижной. И он боится расслабить свою жесткость, так как это вызовет боль. Когда такое «зависшее» состояние становится второй натурой человека, он перестает осознавать свою жесткость. То, что он в действительности ощущает, — это отсутствие удовольствия в своей жизни, вынуждающее его усиливать стремление к богатству, успеху, славе или добиваться любой другой цели, которую поставила перед ним иллюзия. Он оказывается зажатым в порочный круг, который будет уносить его по спирали все выше и выше, пока не рухнет иллюзия и он не упадет резко в депрессию.

Заземление способствует получению удовольствия, которое затем побуждает человека получить больше заряда в каждой сфере деятельности, где только возможно удовольствие. Жизненный процесс может рассматриваться с биоэнергетической точки зрения как наполнение возбуждения наверху — разрядка через удовольствие внизу — следующая зарядка наверху (следующее возбуждение) — новая разрядка внизу (новое удовольствие). Если вы оборвете или уменьшите способность организма к переживанию удовольствия, то сразу же ограничите все его выходящие импульсы. Когда человек перестает получать удовольствие от того, что он просто жив, ему становится труднее дышать, ухудшается аппетит, исчезает интерес к жизни. Пульсирующий поток чувств или энергии в теле можно сравнить с маятником, который приводит в движение жизнь легко и непринужденно. В «зависшем» человеке этот поток ослаблен; у человека в состоянии депрессии он, кажется, совсем остановился. На самом деле любое нарушение в заземлении подобно разрушению нескольких основных корней, питающих дерево. Уничтожьте эти корни — и вы увидите, долго ли оно сможет простоять вертикально. Заземление связывает корнями человека с его основными животными или телесными функциями, питая и поддерживая при помощи этой связи его духовные переживания, которые ассоциируются с движением чувств и энергии к голове. Его ноги уходят вниз, в землю, а руки вытянуты вверх, к небесам, взгляд пытается охватить безграничное великолепие Вселенной; дух парит от восхищения чудом жизни, от сознания своей принадлежности всему окружающему бытию. Такая волна чувств, поднимающаяся вверх, от корней человека, которые связывают его с землей, является телесным отражением всех его духовных переживаний. Она также является основой всех религиозных переживаний. Эта волна — чудо жизни, которое, преодолевая земное притяжение, дает ощущение своей собственной вздымающейся ввысь силы.

Когда плод падает на землю, семена, содержащиеся в нем, обычно прорастают и стремятся внедриться в почву. Такой процесс проходит быстрее и легче, если сам плод и его семена уже созрели. Но ни прорастание, ни имплантация не будут полноценными, если плод сорвут с дерева, не дав ему созреть. В таком же положении оказывается и ребенок, если его раньше положенного срока отнять от матери. Он, естественно, будет стремиться вернуться к своей матери, чтобы закончить прерванный процесс своего созревания. Сам того не осознавая, он будет задействовать всю имеющуюся у него энергию на попытки достичь этой цели. Но если разлучение было окончательным, то первоначальное воссоединение уже нельзя будет осуществить, как и нельзя снова прирастить оторванный плод к дереву. Какими бы энергичными ни были эти попытки, они все равно обречены на неудачу. В этом заключается дилемма оральной личности, она же и объясняет ее предрасположенность к депрессии.

Процесс заземления индивида, таким образом, является процессом, помогающим ему завершить свое созревание. В течение тех лет, за которые человек созрел в физическом плане, он оставался незрелым в плане эмоциональном. Он так и не научился стоять на своих собственных ногах, потому что все еще ожидал слишком многого от других. Его живот не был наполненным, потому что он продолжал ждать и надеяться, что другие заполнят его. В этом и заключалась его нереальность. Но никто не может сделать это за него. Он должен сделать это для себя сам, пусть даже с помощью терапевта.

Как же это можно сделать? В биоэнергетической терапии мы начинаем с дыхания, следуя примеру традиций Востока, в частности йогов. В дыхании заключена тайна жизни, ибо оно, снабжая энергией метаболизм пищи, поддерживает тем самым огонь жизни. Но этим его функция не ограничивается. Как говорит Дюркгейм: «Дыша, мы принимаем участие, сами не осознавая того, в более важной и глубокой жизни». Основанием для такого утверждения является то, что дыхание — это процесс расширения и сжатия всего тела, который протекает одновременно как на сознательном, так и бессознательном уровне. Здоровое дыхание — в значительной степени неосознанный процесс, но через ощущения тела, которые возникают в результате полного и глубокого дыхания, мы начинаем осознавать пульсирующую жизнь наших тел и чувствовать, что мы едины со всеми живыми созданиями пульсирующей Вселенной.

Чтобы достичь такого состояния единства и самореализации, человек должен дышать глубоко брюшной полостью. Дыхательная волна зарождается внутри живота, в области, которую японцы называют жизненным центром человека. По мере того, как она движется вверх, достигая горла и рта, происходит вдох. Затем волна протекает в противоположном направлении и заканчивается выдохом. Можно наблюдать, как эти волны проходят через тело либо полными и свободными, либо ограниченными и спазматическими движениями. Каждая область блокирует волну и искажает восприятие пульсации. Такие блоки можно обнаружить на всем протяжении — от головы до ступней.

Я опишу некоторые из этих блоков, чтобы показать, как они препятствуют естественному дыхательному циклу. Если живот удерживается в зажатом, втянутом состоянии и ягодицы напряжены, то брюшная полость будет мало задействована в дыхательных движениях. Дыхание будет либо грудным, либо диафрагмальным, со слабыми ощущениями в нижней части тела. Это напряжение мускулов развилось в брюшной полости как средство обуздания сексуальных чувств, контроля за функциями выделения, а также чтобы уменьшить боль, вызванную упорным плачем, при помощи которого так и не удалось вызвать у родителей положительного ответного чувства. Напряжение в области диафрагмы, образовавшееся в результате страха, вызывает также поднятие нижних ребер. Это приводит к расщеплению единого чувства в теле, создавая кольцо напряжения вокруг поясницы.

Верхняя половина тела тоже часто имеет свои специфические области напряжения, которые мешают естественному глубокому дыханию. Жесткая, напряженная грудная клетка снижает ощущения в этой части тела, особенно ощущения, связанные с сердцем. Когда сердце заключено в жесткую грудную клетку, любовь такого человека не будет свободной, она будет зажата и ограничена. Спазмы мышц в плечевом поясе, которые препятствуют естественным движениям рук или походке, также влияют на дыхание человека. Они не дают ему полностью выдохнуть, что вызвало бы ощущения в области таза. Эти спазмы подвешивают человека, будто на вешалку для одежды, не давая ему полностью достичь фазы выдоха дыхательного цикла. Кроме того, плечевое напряжение поднимает вверх центр тяжести тела.

Наиболее важным является напряжение мышц горла и шеи. Эти напряжения образовались в результате блокирования крика и плача. Ограничивая проход воздуху, они уменьшают подачу кислорода и снижают энергетический уровень организма. Напряжения в горле часто переходят вверх, к голове и рту, потому что они также являются частями общей задержки процессов сосания и лизания. По своей природе млекопитающее животное — существо, которое лижет и сосет. При дыхании мы засасываем воздух. Работая с пациентами, я обнаружил, что любые нарушения в нормальных сосательных действиях связаны с соответствующими нарушениями дыхательного процесса.

Наконец, существует кольцо напряжения вокруг основания черепа. На задней поверхности шеи это напряжение можно нащупать в спазмах маленьких затылочных мускулов. Спереди головы его можно нащупать в жесткости мускулов, которые приводят в движение челюсть. Такое напряжение влияет на подвижность челюсти, удерживая ее либо во втянутом, либо в вытянутом положении. Каждое положение имеет свое специфическое значение: втянутая челюсть указывает на препятствия в самоутверждении, выступающая челюсть — символ твердости и неповиновения. Так как напряжение челюсти включает в себя и напряжения внутренних крыловидных мышц, находящихся у основания черепа, то это кольцо напряжения фактически является слоем, который блокирует поток чувств из тела к голове.

Существуют и другие области хронического мышечного напряжения, которые нарушают дыхательные волны и блокируют полный, свободный поток возбуждения в теле. Например, спазмы длинных мышц спины и ног создают общую жесткость тела, которая мешает прохождению потока волн возбуждения. В других случаях можно обнаружить зоны разрушения в теле, где оно, находясь в ригидном состоянии, ослабло, не выдержав стресса. Эти области разрушения являются мощными преградами для потока возбуждения и чувств.

Каждый терапевтический подход, направленный на заземление человека, должен значительно ослабить эти мышечные напряжения. В биоэнергетическом анализе это достигается при помощи установления контакта человека с его напряжениями, то есть ему помогают ощутить их. Можно попросить пациента сделать определенные выразительные движения, которые бы задействовали его неподвижные области, или можно выборочно надавить на напряженные мускулы, чтобы добиться их быстрого расслабления. На следующем этапе пациент должен понять значение этих напряжений: во-первых, какие импульсы или действия неосознанно сдерживаются этим напряжением? Во-вторых, какую роль играет напряжение в экономии энергии тела, то есть как оно действует, чтобы ограничить чувства и возбуждение? Наконец, в-третьих, какие последствия оно оказывает на поведение и на настроение? Если мы хотим освободиться от этих напряжений навсегда, а не просто на какое-то время, то нам необходимо понять, их происхождение. Пациенту следует понять связь между его телесным поведением — схемой напряженных участков — и переживаниями жизни, особенно теми, которые относятся к его детству. После всего этого должна произойти абреакция [освобождение от напряжения, — прим. ] определенной силы. Импульсам, блокированным мышечным напряжением, следует дать выход в контролируемых рамках терапевтической обстановки. Например, пациентов можно побудить выразить обычным голосом или криком их отрицательные чувства или даже враждебность по отношению к своим родителям, когда подобные действия в самом деле совпадают с их чувствами. Однако все это можно сделать при условии, что такое поведение затем не будет воспроизведено в реальной жизни.

Я не хочу, чтобы у вас сложилось впечатление, будто работа по заземлению пациента ограничивается только ее физическим аспектом. Психические аспекты требуют не меньшего внимания, чем физические. Грубо говоря, я бы сказал, что терапевтическое время нужно разделить поровну между этими двумя аспектами. Любая форма психотерапии, которая может принести пациенту пользу, должна находиться в арсенале хорошего терапевта. Отличительной чертой биоэнергетического анализа является то, что он телесно ориентирован, и это обеспечивает четкую и объективную основу как для диагностических наблюдений, так и для улучшения терапевтического лечения.

По мере уменьшения различных мышечных напряжений можно быстро заметить изменения в теле пациента. Его лицо и глаза становятся намного светлее, что указывает на более сильный приток возбуждения к этим местам. Более яркий цвет и теплота в ступнях свидетельствуют не только об улучшении циркуляции крови, но также указывают на более сильный энергетический заряд. Уменьшение высокого, узкого свода стопы или улучшение мышечного тонуса в плоских ступнях также является положительным признаком. Но самое важное изменение произойдет в ногах, которые из пассивных органов, использовавшихся, главным образом, для поддержания туловища, станут активными органами взаимодействия с окружающей средой. Натренированный наблюдатель без труда заметит все эти изменения. Это становится еще более заметным, когда естественная подвижность таза восстановлена с помощью открывшейся связи с ногами. Теперь можно увидеть, как дыхательные волны проходят через все тело и попадают в ноги.

Пациент со своей стороны сообщает, что ощущения в его ногах и ступнях приняли новый, более энергичный характер; что он чувствует себя «в них», а не просто «на них». Он стал осознавать свой контакт с землей и чувствовать себя на ней более уверенно. Он говорит, что чувствует свою связь с телом, со своей сексуальностью. Обладать такой связью — не значит обладать идеальным здоровьем. Я считаю, что это лишь минимум здоровья, которое должен иметь человек. Не иметь связи со своим телом и с землей означает патологию на органическом уровне.


Биоэнергетические упражнения по установлению связи с землей

Да, это правда, что большинство людей нуждаются в помощи терапевта, чтобы проработать свои тревоги, мешающие им находиться в полном контакте с землей. Однако, чтобы ускорить этот процесс, каждый может многое сделать для себя самостоятельно, практикуя некоторые простые биоэнергетические позы и упражнения. На самом деле, я даже побуждаю своих пациентов выполнять эти упражнения регулярно, так как считаю, что то, что человек делает для себя сам, окажется более ценным в конечном итоге, чем то, что делают для него другие. Если при выполнении упражнений у вас появится чувство тревоги, постарайтесь понять его с точки зрения своих детских переживаний и продолжайте выполнять это упражнение вместе с ним.

Первый шаг к заземлению заключается в том, чтобы научиться стоять со слегка согнутыми коленями. Когда колени удерживаются в жестком, распрямленном положении, что является широко распространенной позой большинства людей, вся нижняя часть тела становится неподвижной. Примите следующее положение: ступни параллельны друг другу, расстояние между ними около шести дюймов (15 см; 1 дюйм ~2,5 см). Согните колени так, чтобы вес тела был равномерно распределен между пятками и подушечками ступней. Остальная часть туловища должна находиться в прямом положении, руки свободно свисают вдоль боков. Вы достигнете лучших результатов, если будете стоять босиком или в обуви на плоской подошве. По возможности сохраняйте это положение в течение приблизительно двух минут (рис. 1.)



Рис. 1


Рот следует слегка приоткрыть с тем, чтобы дыхание было свободным и полным. Позвольте животу выступать наружу, но не прикладывайте для этого усилий. Если вы будете удерживать живот втянутым, то это затруднит ваше дыхание и будет бесполезной тратой энергии. Вам уже не придется поддерживать себя своими внутренностями, если вы позволите вашим ногам и спине выполнять эту функцию, для которой они и были предназначены.

Дыхательные движения должны достигать живота. Спину нужно держать прямой, но не напряженной, а ягодицы и таз следует сохранять в расслабленном и свободном состоянии.

Цель этого упражнения — установить связь с вашими ногами и ступнями. Это произойдет по мере развития в них ощущений. Внимание сосредоточьте на ступнях и попытайтесь сохранять равновесие между пятками и подушечками ступней. В процессе выполнения вы можете ощутить непроизвольную дрожь в ногах или в теле, ваши ноги могут начать вибрировать или дрожать. Эти непроизвольные движения указывают на поток чувств в вашем теле. Дайте им развиться до той степени, в которой вы чувствуете комфортно с ними. Ощутите ваше тело и посмотрите, можете ли вы почувствовать его жизненную энергию. Когда вы почувствуете боль в этой позиции или поймете, что ваши ноги больше не выдержат, смените позицию, перейдя ко второму упражнению (рис. 2).



Рис. 2


Во второй позиции ступни расставлены на ширине восемь дюймов (20 см), носки слегка повернуты внутрь. Колени сгибать до тех пор, пока кончики пальцев рук не коснутся земли, голову склонить. Затем, удерживая кончики пальцев рук на земле, постепенно начинайте распрямлять колени до появления ощущений вибраций в ногах. Если мышцы подколенных сухожилий на задней поверхности бедер слишком сжаты, то такие движения могут вызвать некоторую боль. Не пытайтесь полностью распрямить колени и зафиксировать их в таком положении, сделав их жесткими: этим вы сведете на нет ценность упражнения.

В этом упражнении, как и в предыдущем, рот нужно открыть, поддерживая полное и свободное дыхание. Вес тела целиком сосредоточен на ступнях. Кончики пальцев рук лишь слегка касаются земли. Тело нужно уравновесить между пятками и подушечками ступней.

Эта поза даже в большей степени, чем первая, способствует образованию вибраций в ногах. Однако это не всегда происходит с каждым при первой попытке; а людям, которые неосознанно держали свое тело в жестком положении, может понадобиться несколько повторений, прежде чем появятся эти ощущения. Сущность этих вибрирующих движений будет объяснена более подробно позже. Появление таких движений увеличивает количество ощущений в ногах и ступнях, что является целью этих упражнений. Нужно удерживать эти позы в течение одной или двух минут, но при появлении боли или усталости их выполнение следует прекратить. Тот, кто выполняет эти два упражнения, также заметит, что его дыхание стало более глубоким и что улучшилась циркуляция крови в ладонях и ступнях. Изредка могут появляться ощущения звона в ушах или парестезии [спонтанно возникающие неприятные ощущения онемения или покалывания, — прим. ], если занимающийся чересчур перенапрягся. Они также свидетельствуют о том, что занимающийся дышал глубже, чем обычно. Эти явления исчезают, когда дыхание приходит в норму.

При регулярном выполнении эти два упражнения могут сильно увеличить заземление человека. Те пациенты, которые выполняли их, сообщают о множестве положительных эффектов. Например, один аналитик во время биоэнергетического тренинга осознал тот факт, что он всегда стоял с прямыми, напряженными коленями. Он написал мне впоследствии: «Когда я стою с согнутыми коленями, то чувствую себя неестественно. У меня складывается впечатление, что я пресмыкаюсь перед кем-то. Но я также заметил, что стал чувствовать себя более уверенно и уравновешенно. Мои друзья говорят, что я стал выглядеть более энергичным и подтянутым. И конечно же, за все это время я стал лучше ощущать свои ноги». Если продолжать тренироваться, то поза с согнутыми коленями станет более естественным положением тела. Человек начнет осознавать, что с выпрямленными коленями он оказывается в пассивной позиции, потому что она смещает вес тела на пятки и разрушает гибкость коленных движений. Это хорошо известно спортивным тренерам; поэтому я не был удивлен, когда услышал, что один футболист научился лучше принимать мяч, сгибая при этом колени.

Другая история, рассказанная еще одним моим пациентом, показывает ценность второго упражнения. Он был певцом и актером. На концертных пробах, пока остальные певцы отрабатывали свою гамму за кулисами, мой пациент заземлял себя в наклонном положении, приводя свои ноги в состояние вибрации. В результате, вместо того чтобы взвинчивать себя нервным напряжением, он, чувствуя себя расслабленным, пел легко и непринужденно. Он успешно прошел концертные пробы, и ему удалось получить работу. Часть своего успеха он приписал именно этому упражнению.

Сталкиваясь с неожиданным шоком, тело, естественно, будет реагировать отвердением и напряжением. Такая реакция предотвращает серьезные разрушения, которые шок может нанести организму; но одновременно она делает тело неподвижным и ограничивает его возможности справиться со стрессовой ситуацией. Как правило, за первоначальной реакцией напряжения следует мобилизация человеческих сил для борьбы или отступления, после того как адреналин поступил в кровь. Как только тело вступает в действие, мускулатура расслабляется. Но если человек остается напряженным, удерживая свое тело в жестком состоянии, расслабление не наступает и организм не может нейтрализовать последствия шокового удара. Оставаясь в напряжении, он продолжает функционировать в крайне неблагоприятных для себя условиях.

Выпрямленные колени являются частью реакции отвердения частей тела, которая также включает в себя задержку дыхания и приведение в состояние тревоги внешних рецепторов, особенно дистанционных сенсоров зрения и слуха. Учитывая тот факт, что человек привык стоять с зажатыми коленями, можно сделать вывод, что он постоянно держит себя в состоянии напряжения и тревоги. Он не осознает всей важности положения своего тела, поскольку оно стало второстепенной для него сущностью. Он утратил связь со своей первой или подлинной сущностью. Если бы ощущение постоянной тревоги и напряжения не было таким распространенным в наши дни, если бы мы постоянно не взвинчивали себя борьбой с вереницей кризисов и проблем, — то мы смогли бы осознать, что потеряли связь со своей первичной или животной сущностью. Мы будем принимать состояние постоянной тревоги и напряжения до тех пор, пока не осознаем всех его вредных последствий для наших тел. Мы можем даже гордиться нашей способностью выдерживать напряжение и стресс, не понимая, что этим самым мы сами создаем для себя эту бессмысленную тревогу и напряжение, чтобы добыть мнимое удовлетворение для своего эго.

На человека, который не в состоянии выдержать это напряжение, смотрят как на слабака. А если он дает волю своим слезам, то следует еще более сильное унижение. Воспитанием ему внушили, что нужно рассматривать свою неудачу или крах как моральный позор. И тем не менее тот человек, который не может потерпеть крушения, не может дать волю своим чувствам, уступить или отпустить себя, обречен на постоянное истощение своей жизненной энергии, которое в конце концов неизбежно уничтожит его. Он будет подвержен болезням, вызванным постоянным стрессом: боли в пояснице, артрит, сердечно-сосудистые заболевания, расстройства пищеварительной системы, такие как язва, колит и др. Поэтому мне кажется, будет благоразумнее научиться принимать крушение в определенных ситуациях и отказываться от ненужной борьбы. Если человек вовремя заляжет на дно, успокоится, то это даст ему прочное чувство безопасности земли, позволит восстановить энергию и силы из источников своего организма. Здесь можно вспомнить рассказ о бое Геракла с Антеем, который обладал способностью восстанавливать свою силу, дотрагиваясь ступнями до земли. Мы не сможем наладить связь с землей, если будем слишком напуганы перспективой неудачи или падения, так как потом вся наша энергия будет направлена вверх. Но почему мы так боимся? Мы не умрем, если не достигнем успеха, однако, должно быть, у нас сложилось впечатление, что все-таки умрем. Чтобы открыть источник этого страха, я пользуюсь простым упражнением. Я прошу пациента встать на одну ногу и сгибать колено до тех пор, пока все части опорной ступни остаются в соприкосновении с поверхностью. Вторая нога, не касаясь поверхности, вытянута назад. Руки вытянуты вперед, а ладони слегка опираются на два стула, расположенные по бокам. Стулья используются для равновесия, а не для поддержки (рис. 3). На полу, в шести дюймах (15 см) от ноги пациента, сложено одеяло.



Рис. 3


Пациента просят удерживать такое положение настолько долго, насколько он может, дыша при этом свободно и глубоко, и почувствовать вес своего тела на ступне. Когда он уже не может больше сохранять такую позу, его просят упасть коленом на одеяло. В этом упражнении отсутствует какая-либо опасность получить повреждение, и тем не менее большинство людей боятся позволить себе упасть. Некоторые изо всех сил стараются удержать это положение в течение какого-то времени, а другие, наоборот, упадут преждевременно, не желая прилагать никаких усилий. Многие опускаются на пол постепенно. Это упражнение повторяется дважды на каждую ногу. На четвертой попытке я прошу пациента, когда он вот-вот упадет, сказать: «Я сдаюсь». Когда это упражнение выполняется у меня в кабинете, я определяю по тону голоса и по манере высказывания, говорит ли он искренне или его капитуляция наигранна; действительно ли он хочет сдаться пли просто говорит это в ответ на мои инструкции. Но и в том, и в другом случае подтекст этих действий обсуждается с пациентом. Третье упражнение обычно выполняется после двух первых, с тем чтобы в теле человека уже появились определенные чувства и ощущения. Поэтому неудивительно, что многие пациенты, когда падают в первый раз или говорят «Я сдаюсь», начинают рыдать. Чувство, когда падаешь и остаешься невредимым, кажется, высвобождает какую-то глубокую тревогу. Упав, пациент чувствует себя в безопасности, находясь в соприкосновении с землей. Лежа на земле, человек временно прекратил борьбу против земного притяжения и перестал вынуждать себя совершать какие-то действия. Но, кажется, немного найдется людей, которые способны отпустить себя таким простым способом. Большинство чувствуют, что они должны быть на высоте, постоянно совершая что-то.

Почему же падение и отказ от борьбы настолько трудно даются даже в таком символическом образе? Когда я обсуждал этот вопрос со своими пациентами, стали очевидны следующие причины. Существует связь между падением и беспомощностью. Быть беспомощным значит быть уязвимым. Можно проанализировать это чувство с точки зрения переживаний и отношений пациента с его родителями. Возможно, он почувствовал себя вынужденным бороться с ними за власть, то есть он боялся, что, если бы он не противился их требованиям, его бы сокрушили и отвергли. Пусть даже он не мог отвечать им тем же, нападая на них в ответ, он все равно ни за что не хотел уступать. Держаться, стиснув зубы, отказываясь отпустить себя, стало, таким образом, конечным выражением его индивидуальности и целостности. Многие пациенты также говорят, что падение означает для них одиночество. Если человек упал, его оставят позади, и никто не придет поднять его. Если у кого-то были такие переживания в детском возрасте, то теперь нетрудно понять страх падения. Падение вызывает чувство одиночества, которое человек с большой неохотой согласится испытать снова. Нужно ведь поспеть за толпой, которая бежит настолько стремительно, что мало кто осмелится остановиться и помочь упавшим. Кроме того, они чувствуют упрямую гордость, которая говорит им: «Тебя же не было со мной, когда мне, ребенку, нужна была твоя помощь. А сейчас я не допущу, чтобы опять мне кто-то понадобился». Такой комплекс и другие скрытые мотивации разрушают нашу способность отдаться чувству любви или без труда заснуть тем крепким и глубоким сном, которым спит ребенок.

У этого упражнения есть еще одно достоинство. С весом всего тела, сосредоточенным на одной ноге и ступне, пациент более глубоко ощущает эту ногу. Он также узнает, что его ноги могут его как поддержать, так и уронить. У него развивается больше ощущений в ступнях, и он теперь действительно может почувствовать, что буквально значит стоять ногами на земле.

Держа в уме цель, на которую направлено это упражнение, читатель может регулярно выполнять его у себя дома. После него всегда нужно выполнять упражнение на расслабление. Когда на четвертой попытке человек падает, я предлагаю ему остаться на коленях, руки упираются локтями в пол, соприкасаясь друг с другом, голова лежит на ладонях (рис. 4). Человек находится в молитвенной позе.



Рис. 4


Ценность этой позы в том, что голова находится в непосредственной близости от земли, символично опуская эго человека ниже уровня его тела. Она также позволяет свободно свисать брюшной поверхности, особенно животу. Задняя часть должна быть выдвинута назад, как можно дальше. Это позволит проникать дыханию глубоко в брюшную полость, а также расслабить анальное и ягодичное напряжение. В таком положении следует оставаться не менее двух минут, чтобы почувствовать расслабляющий эффект свободного свисания живота. Еще одна поза, которую я использую, чтобы помочь пациентам почувствовать жизненный центр их сущности, представляет собой разновидность второго упражнения. После того как пациент принял позу второго упражнения и продержался так около минуты, я прошу его согнуть колени до конца и выпрямить руки вперед так, чтобы они почти касались пола. Вес тела нужно перенести вперед, но пятки не должны отрываться от поверхности пола (рис. 5).



Рис. 5


Пациента просят удерживать эту позу так долго, как только он сможет, но при этом он не должен чрезмерно напрягаться. Это положение растягивает четырехглавую мышцу бедра, и его трудно сохранять в течение долгого времени, если эти мускулы зажаты или сокращены. Эта поза также способствует проникновению дыхания глубоко в область таза. Я не хочу сказать, что человек вдыхает воздух в таз. Согнутая поза вынуждает его задействовать и расширять глубокую область брюшной полости с тем, чтобы произвести полный вдох. В результате человек чувствует, что полость таза оживает, и для многих людей это упражнение — один из лучших способов достичь этого результата.

В этой позе, как и во всех остальных, занимающемуся важно дышать свободно и глубоко через рот. В этих упражнениях используется дыхание ртом, потому что позы оказывают значительную нагрузку, и человеку потребуется как можно больше кислорода. Дыхание через рот также позволяет челюсти свободно свисать, что уменьшает напряжение, которое обычно присутствует в челюстных мускулах, когда рот закрыт. Более полное и глубокое дыхание заряжает организм и способствует развитию вибрирующих движений в ногах. При выполнении этого упражнения можно часто ощутить очень сильную дрожь в ногах. Частично это объясняется напряжением, которому подвергаются мускулы ног. Постепенно они устают, и их способность сопротивляться падению ослабевает. У некоторых колени начнут трястись, и такие трясущиеся движения будут отличаться от естественных вибраций. Дрожа, колени раскачиваются из стороны в сторону, что является хорошо известным признаком страха. В то время как естественные вибрирующие движения — это небольшие колебания вверх-вниз или мелкая дрожь, продолжающаяся не более одной минуты. Если все эти упражнения выполнять регулярно, напряженные мускулы постепенно расслабятся. Ощущения начнут проникать более свободно в нижнюю часть тела, в ноги и ступни. Многие из моих пациентов обнаружили, что физическое состояние их ступней и ног значительно улучшилось в результате выполнения этих упражнений. Хотя такой результат можно было ожидать и заранее, он не является главной целью. Основная цель — установить связь человека с его телом и с землей, причем не на уровне какой-то интеллектуальной концепции, а на уровне чувственного опыта.

Когда человек чувствует, что мускулы ног начинают уставать при выполнении последнего упражнения, ему следует дать себе упасть на колени и принять описанную в четвертом упражнении позу расслабления и покорности. Не нужно бояться быть покорными, ибо мы покоряемся своему телу, земле и жизни. Мы покоряемся единственной силе, которая в конечном счете сможет нас поддержать. Это — живительная сила земли, питающая тела всех растений и животных. Если эта сила покинет нас, тогда никакой интеллект, никакая воля не смогут обеспечить наше выживание.

В этом разделе я описал несколько простых биоэнергетических упражнений, которые часто используются в биоэнергетической терапии, чтобы помочь пациенту прочнее заземлиться. Существуют и другие упражнения, преследующие ту же цель. Например, рекомендуется сидеть на бедрах, со скрещенными ногами (поза туземцев или лотоса). Некоторые упражнения работают непосредственно со ступнями: например, можно поставить подошву на рукоятку теннисной ракетки и давить на нее, чтобы тренировать продольный свод стопы. Можно также и самому придумать специальные позы или упражнения, чтобы проработать особые области напряжений и зажатостей. Они будут эффективными, только если человек поймет, что их цель — освободить его от определенных шаблонов мышечного напряжения или зажатостей, которые ограничивают его подвижность и блокируют способность взаимодействовать с окружающей средой.

В нашей культуре у людей возникла огромная потребность «опуститься» к земле, успокоиться. Я уже говорил о том, что мы представляем собой общество, взвинченное до предела постоянной борьбой с бесконечными кризисами. И если человек не сможет успокоиться естественным способом, через свое тело, у него будет постоянно возникать соблазн и дальше прибегать к наркотикам или к алкоголю. Если он сам естественным образом не опустится, он будет повержен депрессией.







 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх