ТЕЗИСЫ ИНТЕГРАТИВНОИ ПСИХОЛОГИИ

В последнее время происходит кристаллизация двух наиболее важных потоков в психологии – методологии и понимания предмета самой психологии.

Что касается методологии, то на этом мы уже неоднократно останавливались в своих публикациях об интегративнои методологии и даже интегративнои психологии как «надпсихологии», способной соединить все уровни и аспекты функционирования психического

На мой взгляд, в предметном отношении после слов «бессознательное», «поведение», «мышление», «гештальт», «деятельность» и многих других понятий и психологических категорий происходит кристаллизация изначального понимания предмета – «психе» как «души-разума» или, если употребить более точное и современное понятие, – сознания.

Общеизвестны основания, по которым построена современная научная психология: они совпадают со всеми принципами естественных наук, изложенными еще Рене Декартом в «Метафизических размышлениях». Отсюда выводятся и определения психики и психологии.

В учебниках и словарях психология определяется как наука, изучающая процессы активного отражения человеком объективной реальности в форме ощущений, восприятий, мышления, чувств и других процессов и явлений психики, или как наука о закономерностях развития и функционирования психики как особой формы жизнедеятельности.

Что касается предмета психологии, то это, как правило, факты, закономерности, механизмы психики, при этом психика определяется как форма активного отображения субъектом объективной реально-сти, возникающего в процессе взаимодействия высокоорганизованных живых существ с внешним миром и осуществляющего в их поведении (деятельности) регулятивную функцию.

Следует заметить, что научная психология с неизбежностью пришла к кризису по причинам, имплицитно содержавшимся в ней с самого начала.

Появление интегративной психологии во многом обусловлено кризисом современной научной психологии, которая оказалась не в состоянии удовлетворить широкий общественный заказ на методы личностной терапии, личностного развития, переживания трансцендентного опыта, кризисных состояний закономерного, ситуативного характера и широкого диапазона состояний сознания.

Необходимость в интегративной психологии (ИП) возникла также в связи с игнорированием научной психологией интерперсонального (сознательного и бессознательного аспектов социального сознания) и трансперсонального опыта.

Трансперсональная психология сделала огромный шаг для возвращения психологии к своему предмету и, самое главное, к духовным и экзистенциальным проблемам человеческой жизни. Трансперсональные переживания – переживание человеком выхода за пределы своего «Я», за пределы пространства и времени, возврата в культурное и историческое прошлое человека и мира. Человек как бы вспоминает эпизоды из истории жизни на Земле. Таким образом, это свидетельствует о том, что человек обладает способностью беспрепятственно «путешествовать» в любом времени, в любом мире, микро- и макрокосмосе.

Ст. Гроф пишет: «Мне совершенно ясно, что нам нужна новая психология, более соответствующая уровню современных исследований сознания и дополняющая образ космоса, который начинает складываться в нашем представлении благодаря самым последним достижениям естественных наук» [19, с. 30].

Интегративная психология направлена как на изучение отдельных проявлений психики человека, так и на попытку понять природу человека в целом – в широком мировоззренческом контексте. Она сосредоточена как на универсальных картографиях феноменологии психического, так и на экспериментальном изучении состояний индивидуального свободного сознания, разворачивающих содержания персоны, интерперсоны и трансперсоны.

Сформулируем тезисы, которые помогут нам определить отличия интегративной психологии от других направлений:

1. Интегративная психология как научная дисциплина опирается на психофизиологию и психофизику, на нейрофизиологическую модель индивидуальности, структурируя такие понятия, какпсихические функции, темперамент, характер, мотивация и т.д. При этом психофизика и нейрофизиологические процессы, включая и соматические, больше рассматриваются как среда, в которую погружено индивидуальное свободное сознание. Физиология (в том числе нейрофизиология) является обслуживающей, а не порождающей психические феномены системой.

2. Ядро психической организации – индивидуальное свободное сознание, которое Иммануил Кант назвал трансцендентальной апперцепцией. Это «априорное единство самосознания, составляющее условие возможности всякого знания. […] Таким образом, трансцендентальная апперцепция является сверхличной формой сознания».

3. Научной психологии так и не удалось преодолеть психофизический и психофизиологический параллелизм. Представляется, что во многом это явилось следствием изначального дуализма, заложенного в научной картине мира старой парадигмы: деление на материальное и идеальное (духовное) и на субъект и объект. Интегра-тивная психология устраняет эту дихотомию – как в опыте функционирования сознания в среде, где снимаются различия между субъектом и объектом в непосредственном переживании единства познающего и познаваемого. Дуальной картине мира в научной психологии противостоит монизм интегративной психологии, постулирующий, в частности, единство мира и человека. Серьезным следствием этого является и существование высших уровней интегрированности, целостности в любой личности.

4. В академической психологии понятие «психика» ассоциируется с категорией «индивид», в интегративной психологии в качестве центральной категории употребляется понятие «сознание», имеющее широкое смысловое поле, не замыкающееся только на индивида. Сознание характеризуется всеобщностью, множественностью уровней, состояний, форм, открытостью и самодвижением.

5. Психология как наука построена по структурному принципу, из которого следуют объяснения психических процессов. Интегра-тивная психология моделирует энергетическую модель сознания, которая содержит массу возможностей как для практической психологии, так и для разработки ее теории. Одновременно феномены трансперсональной психологии, попавшие в разряд па-рапсихических либо сверхвозможностей, рассматриваются в русле классических психологических представлений, дополняя сведения о природе психических процессов и функций.

6. Интегративную психологию не следует идентифицировать с множеством школ (философских, психологических, духовных),опредмечивающих уровни и формы функционирования персоны, или уровни и формы функционирования социального сознания, или уровни и формы функционирования трансперсонального опыта. Не потому что интегративная психология не является ни тем, ни другим, ни третьим, а потому что она является и тем, и другим, и третьим.

7. Предметом интегративной психологии является изучение опыта необычных (измененных) состояний сознания и так называемых «переходных состояний» психики человека – от переживания паттерна холотропного, индивидуализированного, разделенного, атомарного сознания (как по отношению к внешнему миру, так и к внутреннему) к состояниям расширенного сознания, единого в своем переживании как самого себя, так и мира; от состояния борьбы, деструкции, отрицания – к состоянию единства, консолидации, сотрудничества с самим собой, с другими людьми, со всем миром. Предметом интегративной психологии является также изучение таких переходных состояний, как конфликты (внутренние и внешние), бессознательные импульсы, отчуждение от себя и мира, невозможность творчества, любви, сотрудничества, психосоматические заболевания и различные неврозы. Все эти состояния в интегративной психологии рассматриваются как различные среды реализации сознания в личности, обладающие реальным потенциалом преодоления своего негативного аспекта и развития в свою противоположность. Это приводит к концептуально важному моменту интегративной психологии, когда она выступает в своем прикладном аспекте как психология развития, «восхождения» личности к себе самой – к высшей интегрированности индивидуального сознания, когда само «восхождение», «личностный рост», «духовное самосовершенствование», «высшие» и «низшие» уровни больше являются абсурдом дифференциации реальности, а все связанные с этим концепции (философские, психологические, духовные, религиозные, научные, метафизические и пр.) – простой игрой сознания.

Понятийное поле интегративной психологии не перечеркивает понятийные системы иных психологии, но может привести к пересмотру не только понятий, но и более глубоких основ представлений о природе человека, психики и сознания. Так, существенным моментом, отличающим ее от многих психологии, является ориентация в ее практике не исключительно на прошлый опыт индивида, как в психоанализе, и не только на настоящее, как в гештальт-терапии, а на временную целостность человека, включающую его прошлое, настоящее и будущее как в филогенетическом, так и в онтогенетическом аспектах.Единовременное акцентирование интегративной психологии и на биосоциальной природе человека, и на космической, и на хилотроп-ной, и на холотропной, структурной и энергетической, при опоре на монистическую идею как сущность бытия сознания, является попыткой формирования новой методологии психологии.

В самом широком смысле предметом интегративной психологии является процесс самораскрытия, самодвижения, саморазвития, «самораспаковывания» индивидуального свободного сознания в континууме времени-пространства.

Интегративный подход позволяет ухватить сознание в целостности – как активное, открытое, саморазвивающееся неструктурированное пространство, способное наполнять реальность смыслом, отношением и переживанием. Этот подход дает возможность объединить телесные переживания (ощущения), эмоции, чувства, мышление и духовные переживания в целостность, в единство системы «Человек» и показать, при каких условиях возможно достижение ею подлинной целостности и аутентичности. Здесь же снимается проблема разделения «душа – тело» (психосоматическое единство становится очевидным).

Таким образом, интегративная психология опирается на несколько важных положений:

• монизм как единство человека и мира, духовного и телесного;

• холизм как представление об изначальной целостности сознания человека;

• энергийность сознания;

• возможность самодвижения и саморазвития – без необходимости внешнего управления;

• идею преодоления кризисов на пути конвергенции, кооперации и взаимодополняемости сторон психической жизни в индивидуальном свободном сознании, которые сознание Это и социальное сознание разводят, противопоставляют, делают проблемными.

Если искать предмет интегративной психологии в области исследования путей к трансперсональному опыту, расширению сознания и личностному росту индивида, преодоления кризисов на пути духовного или другого роста, то можно сказать, что интегративный подход может помочь не только в теоретическом осмыслении этой задачи, но и в анализе уже существующих психотехнологий, а также в порождении новых методов психологии, адекватных ее предмету.

Основная проблема заключается в том, что ни практики, ни теоретики психотерапии не пытаются рефлексировать целостную картину психической реальности человека. В психотерапии отсутствует восприятие целостной картины психической реальности, которая проявлена на всех уровнях – от биологического до духовного.В силу этого необходимы создание и разработка принципиально новой методологии, которая бы учитывала проявленность психического на всех уровнях существования человека.

При первом приближении мы можем вычленить по крайнем мере два уровня этого единого подхода:

1) объяснительный – система основных постулатов, принципов построения науки, а также теорий, концепций, смысловых моделей, раскрывающих топологию, динамику психического;

2) воздействующий – система методов, практик, умений, навыков, психотехник, направленных на восстановление целостности сознания, личности, деятельности, психического здоровья.

Даже вычленение этих уровней является искусственным с точки зрения интегративного подхода, так как любое объяснение представляет собой воздействие, а некоторые теории обладают качеством модели мира человека, имеющим мировоззренческий смысл. Любые воздействия концептуализируются личностью, а наиболее мощные из них полностью изменяют объяснительную схему реальности, жизненный мир.

Мировоззренческим оком интегративной методологии является принцип целостности, который подразумевает понимание психики как чрезвычайно сложной, открытой, многоуровневой, самоорганизующейся системы, обладающей способностью поддерживать себя в состоянии динамического равновесия и производить новые структуры и новые формы организации.

Понятия «целостный подходи, «целостнаяличность» использовались давно и разными направлениями и школами психотерапии: от гештальт-терапии и гуманистической психотерапии до отечественных направлений (культурно-исторический, деятельностный подходы и т. д.). Вероятно, сами понятия цель и целое этимологически связаны (по-гречески teXoq- 'свершение, завершение'; 'окончание, высшая точка, предел, цель'; teA£io; – 'законченный, полный, свершившийся'; 'окончательный, крайний, совершенный'). Достижение цели одновременно означает и завершение действия, замыкание круга, восхождение к полноте, совершенству, красоте.

Цель достигается тогда, когда построено совершенное.симметрич-ное целое. Только в настоящее время, к началу третьего тысячелетия, когда знания о психике человека пополняются не только за счет чисто научных исследований (в общем понимании), а еще и за счет всегда остававшихся скрытыми эзотерических знаний, можно говорить о более целостном понимании, что такое человек и его сознание.

В эзотерике всегда четко различали психику и сознание человека, душу и дух, в отличие от научной психотерапии, которая пыталась идтисвоим путем, по большей части расколотым на две линии: материалистическую и идеалистическую (что дало неплохие результаты при исследовании разных сторон психики, ее объективной детерминации и субъективной сущности).

Сложность предмета прикладной психотерапии заключается в том, что личность, ее содержание не определяется лишь набором характерологических черт или неким проблемным состоянием. Как правило, за проблемами стоят более глубокие неосознаваемые структуры (геш-тальты, СКО, целостности психической реальности, субличности, скрипты и т. п.). Более того, с интегративной точки зрения они являются одновременным следствием всей психической реальности, включающей не только персональные, но и интерперсональные и трансперсональные мегаструктуры.

Интегративная методология исходит из постулата, что человек – существо целостное, то есть самостоятельное, способное к саморегуляции и развитию. Но человек – не единственная целостная сущность в мире. Все в обществе как в социальном организме также обладает целостностью, само социальное сообщество целостно на любой стадии функционирования (от диффузной группы до коллектива и чувства «мы»), независимо от сложности и объема организации (от малых групп до человечества как мегасоциальной системы). Социальные сообщества, которые являются объектом психологии и психотерапии, представляют собой иерархию, в которой каждый индивид является «целым» по отношению к своим системным компонентам и «частью» по отношению к социальным сообществам. Оба эти аспекта существования (и часть, и целое) должны быть выражены полноценно для осуществления потенций любого индивида. Отсюда понятна тяга человека выйти за свои пределы, трансцендировать, быть, чувствовать, осознавать себя частью социальных сообществ и всего мироздания.

Принципиальный интегративный тезис состоит в том, что мир – это не сложная комбинация дискретных объектов, а единая и неделимая сеть событий и взаимосвязей. И хотя наш непосредственный опыт, кажется, говорит нам, что мы имеем дело с реальными объектами, на самом деле мы реагируем на сенсорные преобразования объектов или сообщения о различиях.

Как доказывает в своих работах Грегори Бейтсон, мышление в терминах субстанции и дискретных объектов представляет собой серьезную эпистемиологическую ошибку. Информация течет в цепях, которые выходят за границы индивидуальности, и включает все окружающее, социальное и природное.

Таким образом, при интегративном взгляде на мир акцент смещается от субстанции и объекта к форме, паттерну и процессу, от бытия к становлению. Структура – продукт взаимодействующих процес-сов, не более прочный, чем рисунок стоячей волны при слиянии двух рек. Согласно интегративному подходу в психотерапии и психологии, человечество подобно живому организму, органы, ткани и клетки которого имеют смысл только в их отношении к целому.

Смысл интегративного подхода на уровне индивидуальности заключается в том, что психика человека является многоуровневой системой, обнаруживающей в личностно структурированных формах опыт индивидуальной биографии, рождения, а также безграничного поля сознания, трансцендирующего материю, пространство, время и линейную причинность, которые мы при ближайшем приближении можем обозначить как интерперсональные и трансперсональные уровни организации психического. Сознание является интегрирующей открытой системой, позволяющей различные области психического объединять в целостные смысловые пространства.

Целостность личности подразумевает учет всех ее проявлений (по крайней мере тех, которые уже описаны, возможно, изучены, но не до конца объяснены): биогенетических, социогенетических, персоноге-нетических, интерперсональных и трансперсональных (на наш взгляд, последние два включают ряд особенностей, еще мало принимаемых официальной наукой, но уже не отрицаемых как несуществующие).

Если говорить о такой личности, то она существовала не одно тысячелетие и существует в наше время (независимо от научных психологических измышлений и образовательных систем, правда, чаще искореженная ими, но функционирующая интегративно и целостно).

В настоящее время наблюдается широкий интерес ко всякого рода школам и методикам, нацеленным на работу с сознанием и личностью. Многие люди обращаются к психотерапии, юнгианскому анализу, мистицизму, психосинтезу, дзен-буддизму, трансактному анализу, индуизму, биоэнергетике, психоанализу, йоге и гештальт-терапии. Общим для всех этих школ является то, что они пытаются тем или иным путем вызвать изменения в человеческом сознании личности. На этом, однако, их сходство заканчивается.

Человек, искренне стремящийся к самопознанию, сталкивается с огромным разнообразием психологических систем, крайне затрудняющих проблему выбора, так как эти школы, взятые в целом, явно противоречат друг другу. Например, дзен-буддизм предлагает забыть или превзойти Эго, а психоанализ – усилить и укрепить Эго. Кто прав? Эта проблема стоит одинаково остро как перед непрофессионалами, так и перед психотерапевтами и практическими психологами.

Но если представить, что в действительности эти различные подходы являются подходами к различным уровням человеческого «Я», тогда они не противоречат друг другу, но отражают действительные и весьма существенные различия между разными уровнями психичес-кой организации, и все эти подходы могут быть более-менее верны в приложении к соответствующим уровням среды сознания.

Различные религиозные и психологические школы представляют собой не столько различные подходы к рассмотрению человека и его проблем, сколько дополняющие друг друга подходы к рассмотрению различных уровней человеческого сознания. При этом все множество школ распадается на пять-шесть ясно различимых групп, и очевидным становится, что каждая группа ориентирована преимущественно на один из основных диапазонов уровней психической организации.

Чтобы дать несколько кратких и общих примеров, отметим, что целью психоанализа и большинства форм традиционной психологии является устранение раскола между сознательным и бессознательным аспектами психики с тем, чтобы человек вошел в соприкосновение со всем, что творится в его душе. Эти школы психологии нацелены на воссоединение, если воспользоваться юнгианской терминологией, маски и тени для создания сильного и здорового Эго – правильного и приемлемого образа себя. Иными словами, все они ориентированы на уровень Эго. Они пытаются помочь индивиду, живущему на уровне маски, переделать карту своей души так, чтобы перейти на уровень Эго.

В отличие от этого, цель большинства школ так называемой гуманистической психологии и психотерапии иная – устранить раскол между самим Эго и телом, воссоединить психику и соматику для возрождения целостного организма. Вот почему о гуманистической психотерапии, называемой «третьей силой» (другими двумя является психоанализ и бихевиоризм), говорят также как о «Движении за осуществление возможностей человека». По мере расширения самоотождествления человека от одного разума или Эго до организма в целом огромные возможности целостного организма высвобождаются и становятся достоянием человека.

Если мы пойдем еще дальше, то обнаружим такие дисциплины, как ранний даосизм, буддизм третьего круга Шакьямуни или веданты, задача которых состоит в интеграции целостного организма и среды для восстановления внешнего тождества со всей Вселенной. Они нацелены на уровень единства сознания во всем многообразии.

Между уровнем сознания единства и уровнем целостного организма лежат надличные, трансперсональные диапазоны психической реальности. Школы психологии и психотерапии, которые обращаются к этому уровню, заняты углубленным изучением «сверхиндивидуальных», «коллективных» или «трансперсональных» процессов в человеке. К числу школ, ориентированных на этот уровень, относятся психосинтез, юнгианский анализ, различные предварительные ступени йогической практики, «трансцендентальная медитация», различные дыхательные психопрактики типа холотропного дыхания и т. д. Цель некоторых из этих видов терапии, таких как юнгианская психология, состоит в том, чтобы помочь нам сознательно признать в себе эти могущественные силы, подружиться с ними и использовать их, вместо того чтобы быть движимыми ими бессознательно и против нашей воли

В общем случае можно обнаружить, что психология и психотерапия любого уровня будет принимать и признавать потенциальную возможность существования всех тех уровней, которые находятся над их собственным, но отрицать существование всех тех уровней, которые находятся под ними, провозглашая эти более глубокие уровни патологическими, иллюзорными или вообще несуществующими.

Самопознание и личностный рост означают прежде всего расширение горизонтов индивида, продвижение его границ вовне и вглубь. В процессе духовного поиска человек перестраивает карту своей души, расширяя ее территорию. Рост – это постоянное перераспределение, перезонирование, переделка карты самого себя, признание, а потом и обретение все более глубоких и всеобъемлющих уровней своего «Я».

В настоящий момент в научных дисциплинах наблюдается бум в стремлении целостного, всеохватного осмысления человека. Для обозначения этого стремления вводится понятие «интегративное». В научных публикациях мы можем встретить словосочетания «интегра-тивный подход в науке», «интегративная психотерапия», «интегратив-ная педагогика», «интегративная антропология» и даже «интегративная гештальт-терапия».

Еще в начале 1990-х годов мы основали прикладное психологическое направление, которое обозначили как «интенсивные интегратив-ные психотехнологии» и рассматривали как систему теорий, концепций, моделей, методов, умений и навыков, ведущих человека к большей целостности, к меньшей конфликтности, раздробленности сознания, деятельности, поведения.

В начале третьего тысячелетия мы можем в некотором приближении обозначить сам подход как интегративную психологию. Массовые эксперименты с различными психотехниками и психотехнологиями показали правильность базового методологического посыла – целостного подхода в теоретической и практической деятельности психолога, который подразумевает не только системный анализ предмета науки, но и целостное видение своей природы, своих клиентов в реальной деятельности.

Мы уже понимаем, что наше представление о человеке как о живой, открытой, сложной, многоуровневой самоорганизующейся системе, обладающей способностью поддерживать себя в состоянии динамического равновесия и генерировать новые структуры и новые формы организации, является новым категориальным осмыслением традиционных холистических подходов в теологии и философии.Не будем затрагивать огромный пласт восточной философии и духовной традиции, которая призывала сохранять целостность и чистоту мировосприятия через транцендентный подход к реальности. Сохранение целостности через культивирование «вей у вей» (деяние недеяния) в даосизме, дхарму Равностности (невовлеченности в переживания и отношения) в буддизме является классическим образцом той стратегии, когда снимается сама проблема интеграции и интегри-рованности личности, так как «зеркало сознания чисто» и даже самые сильные волнения-переживания «не вызывают ряби на спокойной глади озера».

В европейской философии родоначальником интегративной психологии можно считать Иммануила Канта (1724 – 1804), который в своих философских трактатах высказал идею целостности природы человека, наметив иерархические уровни его психики. Философская антропология, возникшая в начале двадцатого столетия в Германии, воскресила взгляды И. Канта о единстве природы человека, однако дала им новое истолкование, отвечающее духу времени. В это же время (в 1921 году вышла книга Эрнста Кречмера «Телосложение и характер») доводы о необходимости интегрального подхода к совершенствованию диагностики заболеваний и их лечению приводились со стороны психиатрии и медицины.

Ддя отечественной науки интегративный подход традиционен и свое высшее проявление он находит в методологическом принципе целостности.

Одновременно в истории психологии мы можем обнаружить несколько крупных кризисов, которые не позволили реализоваться идеям интегративной методологии. Первый, когда в июле 1936 года был наложен партийный и правительственный запрет на развитие педологии как комплексной науки о детях. Тем самым оказались подорваны биологические основы возрастной психологии. Второй, когда 1951 году в ходе известной научно-академической сессии, связанной с изучением творческого наследия И. П. Павлова, предпринималась попытка низвести психологию к изучению физиологии высшей нервной деятельности.

Третий методологический кризис психология переживала в конце XX столетия, когда, лишаясь привычной материалистической методологии и испытывая воздействие ряда направлений зарубежной науки, она рисковала при некритическом восприятии всего иноземного утратить определенность цели и четкость ориентиров. Сегодня как никогда необходимы историческая преемственность и методологическая заданность при выборе путей развития психологии. Этим условиям в полной мере удовлетворяет интегративная психология.

В российской психотерапии учение об интегральной индивидуальности В. С. Мерлина, обосновавшее соматопсихическое единство человека при его подразделенности на определенные иерархические уровни, и психологическая антропология Б. Г. Ананьева, перекинув мостик от психологии человека к его психофизиологии и биологии, послужили мощным стимулом для возникновения интегративной психологии.

Во второй половине XX столетия наметилась тенденция возврата к единым и цельным представлениям о человеке, бытовавшим до середины XIX века и разрушенным в ходе процесса дифференциации наук. Теоретическая возможность нового синтеза знаний о человеке была обоснована философами. Возникли необходимые предпосылки к воссозданию науки, центральным содержанием которой явились бы представления о соматопсихической целостности человека.

В настоящий момент существует методологическая неопределенность в дальнейшем движении антропологических наук. И насколько я понимаю, мы можем вычленить два основных подхода:

• коммуникативная методология (В. А. Мазилов), которая предполагает кооперативное взаимодействие наук, школ и направлений в решении конкретных вопросов психотерапии и других гуманитарных наук;

• интегративная методология (К. Уилбер, В. В. Козлов), предполагающая консолидацию множества областей, школ, направлений, уровней знаний о человеке в смысловом поле психологии.

Мы уверены в полезности и того, и другого подхода. Более того, возможно, коммуникативная методология и является необходимой стадией формирования интегративного подхода.

В этом контексте абсолютно справедливо замечание В. А. Мазило-ва, что сегодня необходимо направить усилия на разработку научного аппарата, позволяющего реально соотносить различные концепции и тем самым способствовать установлению взаимопонимания в рамках научной психотерапии. Конкретная задача, которую предстоит решить в первую очередь, состоит в разработке модели методологии психологической науки, ориентированной на коммуникацию, то есть предполагающей улучшение реального взаимопонимания:

• между различными направлениями в рамках научной психотерапии;

• между академической, научной психотерапией и практико-ориентированными концепциями;

• между научной психотерапией и теми ветвями психотерапии, которые не относятся к традиционной академической науке (трансперсональная, религиозная, мистическая, эзотерическая и т. п.);• между научной психотерапией и искусством, философией, религией;

• между видами психотерапии, которые опредмечивают различные уровни психической организации – персона, интерперсональное и трасперсональное.

Вторым шагом после реализации проекта коммуникативной методологии должна быть разработка интегративнои научной модели и методологического аппарата, позволяющего реально соотносить различные подходы как внутри психотерапевтической и психологической науки, так и реализующие другие смысловые формы психологического знания.

Таким образом, первый шаг в формировании интегративнои методологии и одновременно способ профессионального становления психолога или психотерапевта – коммуникативность, открытость знанию как системообразущий принцип.

Обобщение научных знаний о человеке в единое целое способно не только выявить и ликвидировать пустоты, белые пятна на рубежах традиционных наук, но и расширить горизонты психологии и психотерапии за счет интеграции знаний и прикладных технологий из других наук и направлений, которые в соответствии с картезианской парадигмой считались ненаучными и даже антинаучными.

К концу XX столетия выявился тот факт, что психология, по праву претендовавшая на роль лидера человекознания, не обладала должной методологией комплексного познания человека, включая все уровни функционирования психического. Методологический кризис, который возник в российской психологии, является очень продуктивным состоянием эволюции антропоцентированных наук в том смысле, что он вызвал к жизни идею коммуникативной методологии и обозначил вектор интегративного подхода в психотерапии.

Мы уже достаточно хорошо представляем, что учение об интегральной индивидуальности человека (В. С. Мерлин) является частной реализацией интегративнои методологии внутри позитивистского понимания психотерапевтической науки. Для удовлетворения современного понимания интегративности необходима методологическая вооруженность такого уровня, которая не только вбирала бы лучшие достижения биологических, исторических, общественных наук, но и метанаучных концепций трансперсонального, религиозного, мистического, эзотерического характера, искусства и философии.

При этом центральное положение в концептуальном плане должна занять интегративная психология.

Смена ориентиров государственного и общественного строительства, переживаемая Россией начиная с 1980-х годов, накал межнацио-нальных отношений, поиски новых идеологий, кризис в гуманитарных науках и психологии, возвращение к традиционным истокам духовности, возникновение психотехнического и психотехнологического пласта психологии и психотерапии, многообразие в понимании предмета, задач и концептуального содержания сотен психологии требуют усилий, которые способствовали бы возникновению интегративной психологии.

На наш взгляд, развитие психологии и психотерапии связано со все большей интеграцией различных подходов, вначале рассматривавшихся как противоречащие, несовместимые, но впоследствии оказавшиеся взаимодополняющими. Более того, мы можем обозначить ин-тегративный подход как. эволюционно адекватный.

Развитие психологии и психотерапии приводит к все большей популярности концепций, ориентированных на интегральный, целостный подход. Наиболее совершенным выражением этой идеи является интегральная психология Кена Уилбера, который, продолжая традицию И. Канта, Ф. Брентано, В. Дильтея и Карла Юнга, смог создать целостную картину эволюции человеческого сознания и описать многоуровневый спектр психической реальности.

Известный физиолог, кардинально повлиявший на судьбу российской психотерапии, И. П. Павлов писал: «Жизнь отчетливо указывает на две категории людей: художников и ученых. Между ними резкая разница. Одни – художники, писатели, музыканты, живописцы и т. д. – захватывают действительность целиком… Другие – ученые – дробят ее и тем самым как бы умерщвляют ее, делая из нее скелет. А затем как бы снова собирают ее части и стараются таким образом оживить, что им не удается никогда».

Используя метафору Ивана Петровича Павлова, можно сказать: пришла пора ученых-художников, целостно «захватывающих действительность» и при этом не теряющих аналитическую рефлексивность.

Научная парадигма, которая структурируется в психологии, психотерапии в начале третьего тысячелетия, должна целостно представлять все уровни человеческого сознания и иметь интегративный характер. Более того, будущее науки о человеке – в интегративной психологии. Она не учитывает только духовные измерения человеческого существования, но и соизмерима с обыденностью человеческого существования и инструментально адаптирована к проблемам его жизни в обществе.

Именно интегративный подход дает возможность более широкого, целостного и многогранного взгляда на понимание человеческой природы и всей Вселенной. С позиции этого подхода представляется возможным свести воедино основные положения пяти ведущих направлений психологии и психотерапии: физиологического, бихевиористи-ческого, гуманистического и трансперсонального в рамках концептуальной схемы интегративного подхода.

Цель интегративной психологии, кроме объяснительной и концептуальной, достаточно прагматична – изменить структуры и формы сознания человека, обретающего в результате способность мыслить, рефлексировать и действовать адекватно в соответствующей социокультурной среде. В связи с этим на сущностном уровне для нас важна трансформация homo sapiens и homo habilis (человека разумного и умелого) в homo ludens и homo creacoficus (человека играющего и творящего мудрость). Особенно нам хотелось бы, чтобы данная трансформация произошла с носителями знания о человеке – психологами и психотерапевтами, философами и психиатрами, педагогами и социальными работниками.

В конце наших тезисов нам хочется предложить вниманию читателей «Манифест интегративной психологии», понимание и осознание которого, на наш взгляд, является первым и крупным шагом в трансформации современного специалиста (который, как известно из премудростей Козьмы Пруткова, похож на флюгер…) в движении к homo ludens и homo creacoficus.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх