Крах Египта


Ликвидатором религиозной реформы Эхнатона был фараон Хоремхеб (1342 - 1338 гг. до н.э.) - основатель XIX династии. Он полностью вернул все культы многобожия по покровом Амона. Фараоны XIX династии возобновили завоевательную военную политику Египта, остановленную во времена миролюбивого Эхнатона. Завоевательная политика продолжалась при преемнике Хоремхеба - Рамзесе I (1338 - 1337 гг. до н.э.). Он провёл ряд мероприятий с целью дальнейшей реорганизации египетской армии.

Но самый воинственный фараон XIX династии был Рамзес II (1317 - 1251 гг. до н.э.). Чтобы вернуть Египту прежние владения в Сирии и восстановить египетское влияние в Азии в прежнем объёме Рамзес II проводил интенсивную военную политику. Он предпринял первый поход против хеттов через Палестину на Кадеш, собрав сильную армию. Но попал в ловушку, заранее подготовленную врагом. Египетские войска и сам фараон, возглавлявший поход, были окружены превосходящими силами неприятеля. Только благодаря подоспевшей помощи Рамзесу II удалось вырваться из окружения и избежать полного разгрома в 1312 году. Он отступил и вернулся в Египет.

Второй поход в Сирию был проведён Рамзесом II значительно осторожнее. В течении трёх лет он вёл медленную и упорную войну за овладение Палестиной. Ему удалось проникнуть в Северную Сирию лишь благодаря крупнейшим волнениям в стране хеттов. Как известно из хеттских надписей, в это время сила Хеттского государства была надломлена нашествием северного племени газгейцев, а также крупной междоусобной борьбой. В результате всего этого в 1296 г. до н.э. Рамзес II заключил с хеттским царём Хаттушилем мир. В результате чего северная часть Сирии осталась под влиянием Хеттов, а Палестина, Южная Финикия, и Южная Сирия под властью Египта. Мирный договор был скреплён браком Рамзеса II с хеттской царевной.

С этого момента (от 1312 года) начался процесс увядания Египта. Последующие фараоны лишь оборонялись и в лучшем случае пытались сохранить завоевания прежних лет. Но с этого момента можно считать, что египетские “жрецы” перешли от горячих войн к началу длительной «холодной войны» против всех потенциальных врагов с целью распространения своей концепции рабовладения на весь мир - но не с помощью “горячих” кровопролитных войн, а с помощью особой формы «культурного сотрудничества». Опыт ведения трёхсотлетней войны за Палестину, опыт поражения при Кадеше, а также опыт лёгких побед над ослабленным внутренними конфликтами противником выразился в глобальную доктрину ведения войн, практический опыт которой начнётся со времён Моисея.

Видимо с этого момента древнеегипетское “жречество” вышло на понимание иерархии обобщённых средств управления и поняла эффективность высших приоритетов над низшими (в том числе и над военным вторжением). Древнеегипетское “жречество” начало готовится к длительной «холодной» войне с употреблением приоритетов обобщённых средств управление выше шестого. Шестой приоритет оно отдало непосвящённой в эти тайны египетской “элите”. Этим древнеегипетское “жречество” подвело египетскую цивилизацию под крах государственности, отдав впоследствии Египет на разграбление противникам. Сами же посвящённые “жрецы” Египта ушли из Египта вместе с Моисеем для того чтобы скрытно воевать на высших приоритетах, захватывая мир. Ясно что при этом они сменили свою «резиденцию».

Этому свидетельствуют надписи на одном из обелисков храмового комплекса в Луксоре - от имени Рамзеса II потомкам направлено следующее послание:


«Все думают, что при Кадеше (1312 г. до н.э.) меня победили хетты. Но последующие 3000 лет будут говорить, что хеттов победил я».


Тем историческим обстоятельствам, в которых Египет перестал быть Египтом и сошёл “сам собой” с исторической сцены сопутствует то, что стоявшая в течение столетий над фараоном и государственностью концептуально властная структура высшего “жречества” Египта «2 ґ (1 + 10)», покинула Египет во времена Моисея вместе со служителями Амона, в период плена египетского внедрившимися в среду древних евреев. Как после этого увял Египет фараонов, в общем-то широко известно, хотя этот процесс увядания историки и не связывают с исчезновением жреческой рабочей структуры «2 ґ (1 + 10)»

[106].


Для завершения разговора о Древнем Египте мы будем использовать материалы 10-й главы книги М.Бейджента «Запретная археология», которая называется «Загадки Древнего Египта». В 332 году до н. э. греческая армия Александра Великого (Македонского) вторглась в Египет. Ему потребовалась всего неделя, чтобы войти победителем в столицу, Мемфис. Там, по свидетельству современников, он был коронован. Никогда больше урождённый египтянин не будет править как фараон Египта.

20 января 331 года до н.э. Александр основал в свою честь город Александрию, где он в конце концов и будет похоронен. Почти на 300 лет она станет домом для греческих царей и цариц семейной династии Птолемеев, последняя из которых, знаменитая Клеопатра, умрёт в 30 году до н. э. Александр Великий оказался непобедим. Он был величайшим из завоевателей, которых к тому времени узнал мир.

Но был один эпизод в его жизни, который характеризует весь длительный период распада древнего Египта. Проследив за началом работ в своем новом городе, Александр Македонский сделал нечто неожиданное и очень странное: с горсткой людей он исчез в западной пустыне. Он искал отдаленный оазис, где находился древний храм и оракул египетского бога Амона Ра, которому он желал задать некие важные вопросы.

В какой то момент своего путешествия Александр сбился с пути и едва не умер, прежде чем, восемь дней спустя, добрался до места назначения, оазиса Сива. Там его проводили в храм Амона Ра, под пристальной опекой жрецов. В этом храме Александр испытал глубочайшее переживание в своей жизни, переживание, которое отныне повлияло на его поступки, но по поводу которого он сохранял величайшую таинственность. Все, что нам известно, это скудное заявление жрецов, что Амон Ра принял Александра в качестве своего сына: он стал «сыном бога».

Александр Македонский был видимо не первым главой не египетского, не жреческого происхождения, кто принял посвящение от высшей иерархии “жрецов” Амона Ра. Видно, что это посвящение сопровождалось изменением его психики и мировоззрения (глубочайшее переживание в своей жизни, которое отныне повлияло на его поступки) для дальнейшего его употребления с целью создания надёжной и широкой периферии амонского жречества. Скорее всего Александр не был посвящён в весь глобальный сценарий: но свою часть сценария он выполнил

[107], даже не представляя к чему это приведёт в дальнейшем. В общем высшие иерархи древнеегипетских “жрецов”, воспользовавшись тем, что все самые сокровенные тайны герметизма были у них в распоряжении и уже задолго до А. Македонского они стали создавать себе надёжную периферию вне Египта
[108], посвящая её в то, что сами считали нужным и скрывая общий ход вещей (глобальный сценарий), руководство которым они взяли на себя. Этим высшие иерархи “жрецов” Египта взяли под контроль местную жреческую деятельность в других регионах
[109] в пределах своего влияния. Конечно, это началось задолго до завоевания Египта Александром Македонским
[110], и продолжалось после завоевания Египта.

Одновременно с основанием Александрии и посвящения Александра Великого, началось интенсивное распространение египетской культуры экзотеризма (эзотеризм “жрецы” оставили для себя и посвящаемых) на многие регионы мира. Александрия стала центром встречи и “обогащения” друг с другом культур Европы, Африки и Азии, чем Египет оказал колоссальное влияние на всё человечество.

После завоевания в Египет сами хлынули греческие искатели приключений, большая их часть - чтобы извлечь выгоду из своего положения представителей правящего класса, владеющего баснословно “богатой” страной. Другие приезжали, чтобы узнать всё то, что могли узнать в храмах, несмотря на то, что “жрецы” славились своей скрытностью и относились к грекам с презрением, считая их немногим лучше варваров. Но греки любили знания: цари построили знаменитую библиотеку в Александрии, где учёные могли жить бесплатно, а проживание и еда оплачивались из царской казны.

Знания процветали, но знания определенного типа. Ибо знания также имели и политический, религиозный подтекст; они способствовали культурному “господству” - культурному сотрудничеству, в котором действует принцип «каждый в меру понимания работает на себя - а в меру непонимания на того, кто понимает больше». Главное в таком «египетском культурном плену» для высших посвящённых иерархов-учителей было, чтобы в мире сохранялась любая (подходящая по историческому времени) форма атеизма

[111]. Для чего необходимо создавать и поддерживать мощные эгрегориальные культы, в мистериях которых люди думали что общаются с богами. И не допустить ничего подобного реформе Эхнатона в дальнейшем.

Это во многом сходно с тем, как в современном западном мире Голливуд и американское телевидение распространяют по всему миру английский язык и американские ценности, а граждане других стран - “добровольно” внимают и впитывают американскую культуру.

Поначалу, видимо, египетские “жрецы” полагали, что греки придут, разворуют всё, что можно унести, и в конце концов покинут страну. Но египтяне недооценили своих захватчиков; греки проявляли гибкость и умело вели политические игры. Со временем египтяне осознали свою ошибку; греки и не собирались уходить. А благодаря школам и библиотекам, которые они создали, население Египта - особенно дети - обучалось греческому языку, греческой культуре, греческим ценностям, словом, все стали воспитываться в греческом духе.

На каком-то этапе, никто не знает когда именно, египетские “жрецы” осознали, что их древним традициям и знаниям, предназначенным для толпы, угрожает реальная опасность быть утраченными. Они предприняли шаги, чтобы сохранить их. Они радикально поменяли свой подход. Для населения, воспитанного в духе греческой культуры, “жрецы” начали излагать свои древние учения на греческом языке. Начали учить и начали посвящать в таинства. Придумали систему, которая могла существовать сама по себе за пределами храмов и за рамками какой-либо религиозной иерархии.

Так появились священные Книги Гермеса Трисмегиста (Гермеса Трижды Величайшего), явившиеся результатом соединения учений и таинств греческого бога Гермеса с учениями и таинствами египетского бога Тота. По всей вероятности, это произошло во втором веке до н.э. Не лишено значения, что в культовом центре Тота, Хемену, была библиотека, славившаяся своими книгами по магии. Тот, который впервые появляется в египетских тайных текстах в качестве проводника мертвых, таким образом вновь появляется уже как Гермес Трисмегист, проводник живых.

Греки имели давние и тесные связи с Египтом; в 570 г. до н. э. фараон Амасис разрешил им основать целый город, Навкратис, в качестве торговой базы в дельте Нила. Он даже позволил им строить свои собственные храмы. Но задолго до этого времени, по крайней мере с 700 г. до н. э., греческий остров Самос уже поддерживал прочные торговые отношения с Египтом. При Амасисе эти отношения особенно окрепли, а купцы с острова тоже обосновались в Навкратисе. Вскоре после основания этого города, около 558 г. до н. э., на Самосе поселился, взяв в жены местную женщину, финикийский торговец из Тира. Их ребёнку суждено было стать одним из самых влиятельных философов в истории человечества - знаменитым Пифагором. Выросши, он, как и многие его соотечественники самосцы, принялся много путешествовать. Но, в отличие от них, он делал это ради знаний, а не ради торговли: он становился посвящённым в сакральные таинства каждой культуры, с которой знакомился.

Пифагор начал свои странствования в раннем возрасте, когда отец отправил его на учебу в Тир, в Финикию. Он пробыл там до двадцати двух лет, когда отправился в Египет, где затем многие годы жил и учился. За это время он выучился читать иероглифы, что включало в себя и знания их символического толкования - загадочный вопрос, по поводу которого современные египтологи хранят странное молчание.

В 525 году до н.э. персидский царь Камбиз предпринял поход на Египет, и Пифагор, в числе многих других, был угнан в качестве пленника в Вавилон. Однако, оказавшись там, он вскоре начал заниматься с зороастрийским магом. Спустя несколько лет ему позволили уехать

[112], и сначала он посетил Крит, а потом Грецию. В конце концов, около 518 года до н.э., он приехал в Южную Италию, в залив Таранто, где основал свою знаменитую школу, сперва в Кротоне, а позднее дальше к северу на побережье - в Метапонте.

Но самое главное таинство Египта даже не в герметизме. Герметизм отдали на откуп любопытным и желающим «посвятиться» в виде священных Книг Гермеса Трисмегиста и прочих труднопонимаемых, но многословных трудов - вторичных и троичных переработок тайных знаний не самого высокого уровня

[113]. Самое главное таинство Египта в событиях, которые произошли во времена Моисея и после него, и которые нашли своё отражение в Библии и Коране. Мы вернёмся к ним, когда будем рассматривать иудаизм.






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх