ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ.

СЕКС И СМЕРТЬ.


ДЛЯ МЕНЯ СТРАННО, что Ошо называли "Секс Гуру" люди, которые, совершенно очевидно, никогда не читали и не слышали то, что Ошо говорил о сексе. Он никогда не осуждал секс, так, как это делают всегда религиозные лидеры, и это, видимо, единственная причина, почему его критиковали. Из журналов и газет, которые я просматриваю, мне кажется, что мир помешан на сексе, и я предполагаю, что использование слова "секс" в заголовке газеты гарантирует внимание читателей.

Есть тонкая грань между распущенностью и позволением естественным энергиям двигаться с полной тотальностью. Именно по ней у Ошо есть храбрость вести людей, по этой тонкой грани. Работа Ошо, чтобы помочь нам в движении к просветлению, состоит в том, чтобы позволить секс, потому что он естественен, но его акцент всегда был на том, чтобы превзойти его. Подавленный ум не может превзойти, так что первым шагом должно быть выражение. Это так легко.

"...С медитацией вы открываете высшие двери вашего суперсознания. И энергия всегда требует движения, она не может оставаться статичной. И эти новые области обладают гораздо большим очарованием. У вас были переживания в сексуальной области. Она была хороша, если говорить о биологии, но это обычное переживание, доступное всем животным, всем людям, всем птицам. В этом нет ничего специального, ничего уникального. Но если медитация ведет к суперсознанию, и энергия доступна, тогда эта энергия начнет автоматически двигаться по новым открывшимся каналам. Это то, что я имею в виду под трансформацией"...

(Ошо: "Передача Лампы")

Как западный человек я была полна идеей, что когда секс уходит, тогда все закончено. Ошо говорил нам и старался объяснить, что на Востоке концепция совершенно другая. "На Востоке, когда секс исчезает, это время для радости, в то время как на Западе, когда секс исчезает, это беда".

Так и должно случиться, что однажды сексуальное стремление или его неотложность исчезают и то, что остается, это игра и легкость относительно секса. Нет больше слепой лихорадки притяжения к кому-то, теперь это прекрасная мысль, что однажды будет возможно иметь свободный выбор, играть или нет. И я надеюсь, что это может случиться до того, как тело износится, и сексуальная энергия станет умозрительной. Я думаю, это произойдет.

Когда мы путешествовали в Катманду, я задала Ошо вопрос, и я нахожу его ответ таким замечательным, что я привожу его полностью:

"Возлюбленный Мастер, у меня было очень сильное ощущение секса и смерти в последние несколько недель. Нужно ли мне понять, почему?"

Ответ Ошо:

"Всегда необходимо понимать, как функционирует ваш ум, что делает ваше сердце, что происходит в вашем внутреннем мире. Постарайтесь понять, это даст вам определенную дистанцию от этих вещей и осознание, что может быть, они присутствуют, но вы не идентифицируетесь с ними. Это великая алхимия понимания.

Постарайтесь понять все внутри себя. Сам тот факт, что вы пытаетесь понять, сделает вас отделенными от них; это становится объектом. А вы никогда не можете стать объектом, вы всегда субъект; невозможно изменить вашу субъективность в объект. Так что это даст вам хорошую дистанцию между вами и вашими чувствами, какими бы они ни были. Это один момент".

"Второй момент: эта дистанция даст вам возможность понять, что происходит с вами. Ничто не случается без причины. И иногда есть вещи, которые очень фундаментальны. Например, этот вопрос, один из самых фундаментальных вопросов - связь между сексом и смертью. Если вы можете видеть это ясно, медленно дистанция между сексом и смертью будет исчезать, и они станут почти одной энергией".

"Возможно, секс - это смерть в рассрочку. А смерть - это секс оптом".

"Но, конечно, существует одна энергия, которая функционирует на обоих концах.

Секс - это начало жизни, а смерть - это конец той же самой жизни; так что они два конца одной и той же энергии, два полюса одной энергии. Они не могут быть не связаны".

"Смерть и секс напоминают мне одного паука, найденного в Африке, у которого смерть и секс подходят очень близко друг к другу. В человеке это расстояние в семьдесят лет, в восемьдесят лет; но в этом особом виде пауков расстояния нет.

Мужская особь паука занимается любовью только однажды в жизни. Когда он занимается любовью, в тот момент, когда он находится в состоянии оргазма, женская особь начинает есть его. Но он находится в такой эйфории, что его не заботит то, что его едят. К тому моменту, как его оргазм закончился, с ним тоже покончено.

Смерть и секс так близки... но близки они или далеки, это не различные энергии.

Так что человек может чувствовать, как они поднимаются вместе. Хорошо видеть их вместе, это великое понимание, потому что люди не видят этого. Люди почти слепые, они никогда не связывают смерть с сексом. Возможно, это бессознательный страх препятствует соединять эти две вещи вместе, потому что если они начнут соединять смерть с сексом, они будут бояться самого секса, а это опасно для их биологических целей. Для биологии лучше, если они не будут связывать их.

Было замечено, что когда людям отрубают голову, а по-прежнему есть некоторые страны, где это случается, наблюдается странная вещь: в тот момент, когда человека обезглавливают, у каждого человека без исключения происходит эякуляция.

Это странно, потому что когда ему ломают шею, разве это время для эякуляции? Но он не может это контролировать. Когда происходит смерть, когда жизнь покидает его, естественно, что сексуальная энергия тоже уходит. Она была частью всего явления. Ей нет смысла больше оставаться в его теле. Вопрос существенен. Это не значит, что вы умрете.

Это просто означает, что ваша сексуальная энергия доходит до своего высочайшего пика; следовательно, вы чувствуете смерть тоже. Она не чувствовалась бы, если бы сексуальная энергия не освобождалась. Кто бы ни задавал этот вопрос, он, видимо, не занимается любовью. Энергия аккумулируется и доходит до такой интенсивности, что это автоматически напоминает о смерти. Смерть, если вы умираете сознательно, приводит вас к величайшему оргазму, который вы когда-либо имели в своей жизни".

"Кстати, женщина живет дольше, чем мужчина, она более здоровая, чем мужчина, она меньше подвержена болезням, она не сходит с ума так легко, как мужчина, так легко не кончает жизнь самоубийством. Причина, возможно, в том, что ее сексуальная энергия отрицательна. Положительная энергия - это активная сила; отрицательная энергия - это принимающая сила. Может быть, из-за этой отрицательной принимающей энергии у нее более здоровое тело, менее подверженное болезням, и она живет дольше. И если бы биология могла освободить ее от ее месячных, она могла бы жить даже дольше и быть более здоровой. Она действительно была бы сильным полом.

Так что идея секса и смерти, возникающих вместе, просто показывает, что сексуальная энергия аккумулируется - положительная или отрицательная. И отрицательная энергия может аккумулироваться дольше. На самом деле я наблюдал за джайнскими монахами и монахинями, которые, возможно, самые искренние люди в том, что они делают. Это может быть глупо, но их искренность вне сомнений. Монахини, кажется, очень легко соблюдают целибат. Но монахи встречаются с огромными трудностями - с теми же самыми трудностями, с которыми встречаются христианские или любые другие монахи.

Отрицательная энергия просто означает, что она более молчаливая и ждет активную энергию, чтобы она могла принять ее. Но у нее нет собственной активной силы. В этом причина, почему я против такой вещи как лесбиянство. Это просто глупо: две отрицательных энергии стараются достичь какого-то пика оргазма. Они просто либо притворяются, либо тот оргазм, который они получают, только клиторальный, а не вагинальный. А клиторальный оргазм это ничто по сравнению с вагинальным оргазмом. Клиторальный оргазм - это что-то вроде предварительной игры. Это может помочь вам достичь вагинального оргазма, но не может заменить его. Действительно изумляет, что то, что так близко всем - занятие любовью - остается в темноте. Я высказал утверждение, и это впервые во всей истории, что кто-нибудь сделал это заявление - что клиторальный оргазм может быть огромной помощью как предварительная любовная игра; иначе психологи не знали, что с ним делать, потому что у него нет биологической функции. Чтобы избежать этого вопроса, многие психологи даже отрицали, что существует какой-либо вагинальный оргазм, они говорили, что есть только клиторальный оргазм.

Оргазм мужчины настолько быстрый, что он не может создать вагинальный оргазм за такой маленький период времени - всего несколько секунд. Но если клиторальный оргазм создается просто как предварительная любовная игра, он создает ситуацию, в которой достигается вагинальный оргазм. Он уже начался: клиторальный оргазм вызвал процесс в теле. Но мужчины не обращают внимания на клиторальный оргазм, потому что их оргазм может легко произойти только при вагинальном контакте. Они интересуются только их собственным оргазмом, и когда они закончили, они совсем не думают о женщине.

Лесбиянство распространилось в движении за женское освобождение, потому что оно дает им клиторальный оргазм; но это другая глупость, потому что это просто предварительная любовная игра.

Это как если бы у вас было предисловие к книге, а самой книги не было бы. Так что вы продолжаете читать предисловие так долго, как вы хотите, снова и снова, но вы совсем не входите в саму книгу. Если женщина ждет и ждет, она аккумулирует отрицательную энергию, которую она поглощает. Если ее слишком много, тогда приходит идея смерти, потому что занятия любовью в этом состоянии и действительно прекрасное чувство оргазма даст ей прозрение относительно того, что происходит в смерти.

Нет ничего, чего нужно бояться; ничто не разрушается. Это окончательный пик вашей жизни. Если вы жили свою жизнь бессознательно, в несчастье, в страдании, тогда до того, как придет смерть, вы обязательно войдете в кому. Так что вы не будете испытывать оргазм или осознавание, что смерть не происходит с вами, с вашим существом, но происходит только с вашим телом, со средством передвижения, которое вы использовали до сих пор. Если вопрос задан мужчиной, нужно понять то же самое. Но мужчина редко приходит к такому пику, что он начинает думать о смерти. Его энергия такая динамическая, активная, что до того, как он доходит до такого пика, энергия освобождается. Так что мне кажется, что вопрос исходит от женщины.

И никто не слушает женщину. Никто не заботится, что она чувствует, как она чувствует. Одна вещь, которую мужчины поняли на протяжении столетий - в Индии у нас есть картины, статуи, описывающие это явление - что мужчина чувствовал в женщине определенное качество смерти. Это неправильное понимание. Это не в женщине, это в вашей собственной сексуальной энергии. Но это то, как мужчины всегда проецируют вещи; они не видят, что их собственная сексуальная энергия приводит их ближе к смерти. И они не могут очень ясно видеть, потому что их сексуальная энергия никогда не достигает такого пика, чтобы он напоминал им о смерти.

Но женщины, если их послушать, могут сказать много мудрого относительно этого явления. Мудрые женщины были разрушены христианством. Их сжигали тысячами в средние века. Слово "ведьма" просто означает "мудрая женщина", но поскольку она так сильно осуждалась, даже само слово стало осуждением; иначе это комплимент.

Это эквивалентно мудрому человеку. Во всем мире были мудрые женщины, и были вопросы, относительно которых только у мудрых женщин были прозрения.

Статуи в Индии и картины очень странные, если вы не понимаете этого явления.

Например, Шива лежит, а его жена Шивани танцует на его груди с обнаженной саблей в одной руке и с только что отрубленной головой в другой руке; на шее у нее висит гирлянда голов, кровь струится из всех голов, а она танцует сумасшедший танец. Кажется, что она убьет Шиву. Танец такой безумный, и женщина в таком безумном состоянии, что для Шивы нет надежды. То, о чем я говорю, связано с подобными переживаниями. На Востоке к женщинам прислушивались. Там никогда не было такого, что происходило на Западе: убийства и сжигания женщин. Мудрых женщин всегда слушали, и их мудрость всегда принималась, потому что они половина человека. Мужская мудрость - это половина; если не принять и женскую мудрость, мудрость не может стать цельной. Нужно спросить, какие у нее переживания.

Женщина во многих переживаниях оргазма, особенно на Востоке, чувствовала смерть очень близко, она летала почти рядом.

Я сказал "особенно на Востоке", потому что на Востоке в древние времена до того, как идеологии, подавляющие людей, начали их разделять и приводить к шизофрении, любовью не занимались до тех пор, пока эта потребность не доходила до своего пика. Любовью не занимались каждый день. Оба партнера должны были ждать друг друга, пока каждый не придет в состояние, когда больше невозможно это сдерживать. Естественно, эти люди были гораздо более мудры. Они, может быть, занимались любовью раз в неделю или раз в месяц, но их любовь пожинала такой огромный урожай переживаний, на которое каждодневная любовь не способна.

У вас недостаточно энергии, чтобы случилось такое огромное переживание.

Оно должна быть на пике вашего контроля, трепещущее от энергии, и тогда это действительно танец, растворение и встреча двух энергий.

А на высочайшем пике мужчина тоже может чувствовать смерть, окружающую его.

Чувство смерти присутствует, потому что это все одна энергия, но когда сексуальная энергия освобождается, чувство смерти рассеивается. Только в последнее время медицинская наука признала один факт, что люди, которые продолжают заниматься любовью, не умирают от разрыва сердца. Но их нужно спросить, умирают ли они от чего-нибудь другого? Они живут дольше и остаются моложе.

Но вы можете заниматься любовью на низшей точке... там, где обычно люди занимаются ею. Это не удовлетворяет, это не приносит благодарности; это не дает вам никакого чувства довольства, это просто повергает вас в отчаяние. Любовью нужно заниматься на высочайшем пике, и это требует определенной дисциплины. Люди используют дисциплину для того, чтобы не заниматься любовью. Я учу дисциплине, чтобы заниматься любовью правильно, чтобы ваша любовь не была просто биологической вещью, никогда не достигающей вашего психологического мира. А у нее есть потенциал достичь вашего духовного мира. На высочайшем пике она достигает вашего духовного мира.

Почему в этот момент человек обязательно вспоминает о смерти? Потому что вы забываете ваше тело, вы забываете ваш ум; вы остаетесь просто как чистое сознание, растворяетесь в вашем партнере. Это очень-очень похоже на смерть.

Когда вы умираете, если вы умираете сознательно, вы забудете тело, вы забудете ум, просто сознание... и потом неожиданно сознание растворяется в целом. Это растворение в целом в тысячу раз более прекрасно, чем это возможно благодаря любому оргазму. Но обе этих вещи, безусловно, глубоко связаны. Они едины.

И каждый, кто хочет понять смерть, должен понять секс, или наоборот. Но странно, люди, подобные Зигмунду Фрейду или Карлу Густаву Юнгу, которые пытались понять секс, так боялись смерти. Их понимание секса не могло быть очень глубоким. Что касалось смерти, никто не думал о ней, никто не хотел даже говорить о ней. Если вы в разговоре касаетесь смерти, люди считают, что вы не обучены манерам. Это что-то, о чем не говорят; смерть должна просто игнорироваться. Но игнорируя смерть, вы не сможете понять жизнь. Они связаны: секс - это начало, смерть - это конец. Жизнь просто между, энергия, которая течет от секса к смерти. Все три вещи должны быть поняты вместе. Не было предпринято усилий. Не было проведено экспериментов, особенно в современном мире.

На Востоке, если мы будем двигаться назад до Будды и Махавиры, они, должно быть, наблюдали это явление очень близко. Иначе какая необходимость для жены Шивы танцевать на его груди с гирляндой черепов. А у нее в руках? Одна рука держит только что отрубленную голову, течет кровь, а в другой руке у нее обнаженная сабля. Она выглядит абсолютно сумасшедшей.

Это просто зримая иллюстрация глубочайшего состояния оргазма; это то, как может быть описана женщина. А мужчина просто лежит под ней, в то время как она танцует. Она может отрубить ему голову, или он может умереть просто оттого, что она танцует на его груди. Но одно можно сказать определенно: смерть там присутствует. Случится смерть или нет, это уже другой вопрос. Возможно, это одна из причин (бессознательная), потому что на Западе всегда боялись. Они выбрали только одну позицию для занятий любовью - это когда мужчина наверху, так что он может контролировать, и женщина не может быть абсолютно сумасшедшей, как Шивани, которая танцует на груди Шивы. А женщину учили столетиями, что она не должна даже двигаться, потому что это не подобает леди, двигаются только проститутки.

Она должна лежать почти как мертвая, не шевелясь. Она никогда не достигнет никакого оргазма, клиторального или вагинального. Но она леди, и это вопрос репутации, респектабельности. Ей не позволяется наслаждаться, она должна быть серьезна во всем этом деле. Движения делает только мужчина, а не женщина. Я вижу, что это происходит из страха.

На Востоке обычная позиция для любви это когда женщина наверху, а не мужчина.

Когда мужчина наверху, это абсолютно безобразно. Он тяжелее, он выше, и он просто расплющивает нежное тело женщины без необходимости. И это будет научно правильно, если он не будет наверху, чтобы он не мог много двигаться, а у женщины было бы больше свободы для движений: она могла бы кричать от радости, бить мужчину, кусать его, царапать его лицо или делать все, что ей придет на ум.

Она должна быть Шивани. У нее нет сабли, но у нее есть ногти, длинные ногти; она может сделать многое своими ногтями. И если она наверху, она быстрее, мужчина медленнее, и это приводит их вместе к пику оргазма. Когда мужчина наверху, а женщина под ним, невозможно прийти вместе к пику оргазма, но мужчина не заботится; он просто использует женщину.

У древней восточной мудрости было совершенно другое отношение. Во времена Упанишад женщина уважалась так же, как мужчина. Не было вопроса о неравенстве.

Она читала все религиозные писания, ей позволялось даже участвовать в великих спорах. Это был самый ужасный день, когда мужчина решил, что женщина - это человек второго сорта, и она должна просто следовать мужчине и его диктату. Ей даже не разрешалось читать писание, ей не разрешалось обсуждать великие проблемы жизни. И не вставало вопроса, что ее нужно спросить о том, какова ситуация с ее точки зрения. Ее точка зрения была половиной, и то, что это было отвергнуто, делало мужчину разделенным, шизофреничным.

Настало время, когда мы должны от всей души соединить мужчину и женщину вместе.

Их переживания, их понимания, их медитации должны создать единое целое, и это будет началом настоящего человечества".

("Свет На Пути")

•••

Я слышала, как Ошо говорил, что медитирующий испытывает смерть не тела, а ума, и таким образом рождается снова. Двиджа (дважды рожденный) - это выражение, используемое в санскрите. Одно дело это сидеть вместе с Ошо, когда он говорит, когда ты соблазняешься медитацией, слыша мягкий ритмичный звук его голоса, падая в промежутки тишины, чувствуя себя висящей во вневременном; и совсем другое осознавать в течение дня все, что ты делаешь. Например, когда я гуляю, я помню о том, чтобы просто гулять, чтобы мой ум постоянно не работал; еда, просто жевать, без постоянного диалога. Мне это нравится, почти как игра, и это распространяется все больше и больше на мой день. Но сидеть молча в своей комнате - это что-то другое. Сидеть и ничего не делать чувствуется как смерть. Я чувствую, как будто я позволяю уйти всему, что я знаю, а чем еще может быть смерть, как не позволением всему уйти?

Я слышала, как Ошо говорил, что именно поэтому люди обычно умирают бессознательно; что это величайшая хирургия природы отделить их "душу" от тела и ума, с которым они идентифицировались всю свою жизнь, так что наиболее милосердный путь будет умереть бессознательно. Вот почему люди не могут вспомнить их последнюю смерть или жизнь.

Когда я молча сидела, первые мысли, которые приходили в мой ум, были: "ДЕЛАЙ что-нибудь. Есть так много всего ДЕЛАТЬ". Каким-то образом даже осознавать свои движения в течение дня - это тип ДЕЛАНИЯ, по крайней мере можно что-то наблюдать.

Мой ум был в страхе, когда я сидела молча; он говорил: "Ну хорошо, если ты просидишь час, что ты получишь потом? Ты будешь еще более уязвимой и неспособной соответствовать своей жизни". ЭТО действительно большая проблема. Моя жизнь совершенно замечательная, я наслаждаюсь собой, что, если я отпущу то, что я имею?

А! Я вспоминаю историю алмазного рудника, и обещание Ошо, что есть гораздо большее. Я читала и в научных работах, и в газетах рассказы людей, которые были почти мертвы. Людей, которые, например, на операционном столе переживали смерть, потому что их сердце останавливалось, или людей, которые были в коме после серьезного происшествия и потом "возвращались" к жизни. Когда я читала описания ощущений, я была удивлена, что у них были в точности те же самые ощущения, которые я знала по медитации.

В "Геральд Трибьюн" в прошлом году была колонка, где люди описывали свои близкие к смерти переживания, когда из-за огромного шока они, должно быть, покидали свои тела. Каждый из них говорил о "свете" в конце туннеля, о прохождении сквозь него и о чувстве огромной любви и блаженства. Некоторые из этих людей, которые были христианами, интерпретировали "свет" как Иисуса, и оправившись от своих болезней, становились религиозными.

Я переживала это в медитации, хотя я всегда выходила до того, как "свет" полностью поглощал меня. Санньясин спросил Ошо об этих переживаниях в дискурсе "Скрытое великолепие".

Он испытывал это как "большое черное пятно. Внутри черного пятна находится белое пятно. Это белое пятно подходит все ближе и ближе, кружась. Но как раз перед тем, как черное пятно исчезло, я открыл свои глаза".

Ошо: "То, что произошло с тобой, очень важно, редко и уникально. Это один из вкладов Востока в мир: понимание, что между двумя глазами внутри есть третий глаз, который обычно остается спящим. Человеку нужно много работать, поднимая всю свою сексуальную энергию вверх против гравитации, и когда энергия достигает третьего глаза, он открывается".

Ошо объяснил ему, что нужно попытаться и не открывать свои глаза, когда это происходит.

"...И когда однажды ты увидишь, что черное пятно исчезает... черное пятно - это ты, а белое пятно-это твое сознание. Черное пятно - это твое эго, а белое пятно - это твое существо. Позволь твоему существу распространиться и позволь своему эго исчезнуть. Просто немного храбрости, это может быть похоже на смерть, потому что ты идентифицировался с черным пятном, а оно исчезает. И ты никогда не идентифицировался с белым пятном, так что что-то незнакомое, неизвестное овладевает тобой".

Мое понимание состоит в том, что ничего вредного не может случиться из-за медитации, потому что наблюдатель, свидетель остается.

Когда я сказала Ошо, что у меня есть желание потерять сознание во время медитации, он сказал:

"Ты должна выйти за пределы состояния, когда ты чувствуешь, что ты теряешь сознание, или пройти его. Не бойся, пройди его, теряй сознание, иди в это, пусть это переполнит тебя. На мгновение все будет потеряно, но только на мгновение. И потом неожиданно рассвет; ночь закончилась".

("Мятеж")

Ошо много говорил о смерти, величайшей тайне и величайшем табу. В своей книге "Упанишады Раджниша" он говорил:

"Мы отринули наши жизни в тот самый момент, когда мы родились, потому что рождение - это не что иное, как начало смерти. Каждое мгновение вы будете умирать больше и больше. Это не так, что в какой-то день, когда вам семьдесят лет, приходит смерть; это не событие, это процесс, который начинается с рождением. Он занимает семьдесят лет; он течет очень лениво, но это процесс, а не событие. И я подчеркиваю этот факт, чтобы сделать ясным для вас, что жизнь и смерть - это не две разные вещи. Они будут двумя, если смерть - это событие, которым кончается жизнь. Тогда они станут двумя; тогда они станут антагонистическими, станут врагами. Когда я говорю, что смерть - это процесс, начинающийся с рождения, я говорю, что жизнь - это тоже процесс, начинающийся с того же самого рождения, и это не два различных процесса. Это один процесс: он начинается с рождением и кончается смертью. Но жизнь и смерть как два крыла птицы, или две руки, или две ноги. Жизнь диалектична - и если вы понимаете это, к вам приходит естественное огромное принятие смерти. Это не против вас, это часть вас; без этого вы не можете быть живым. И я говорю вам: смерть - это фикция. Нет смерти, потому что ничто не умирает, вещи просто изменяются. И если вы осознаете, вы можете сделать так, чтобы они менялись к лучшему. Это то, как происходит эволюция".

Смерть Нирвано была внезапной, неожиданной и повергла меня в состояние шока. У меня было чувство, что ушла часть меня, и я чувствовала настоятельную необходимость теперь жить более полно. Ее смерть подарила мне подарок безотлагательности. Если бы Ошо мог сделать кого-нибудь просветленным, если бы он мог сделать это для кого-то, тогда он сделал бы это для нее. Но мы должны пройти Путь в одиночку, он мог только указать дорогу. Так что многое, что говорил Ошо, я воспринимала как поэзию, я не понимала, что он дает нам Истину.

Однажды, примерно лет десять назад , Нирвано и я сидели у ног Ошо. Мы обе были в медитации в его комнате. Он сидел в своем кресле, а мы обе сидели на полу примерно час. В течение первых нескольких минут я переживала взрыв, я потерялась на мгновение в цветах и свете. Через несколько мгновений Ошо сказал: "О-кей, теперь возвращайтесь". У него была улыбка на лице, и он сказал, что это было гораздо больше, чем он ожидал, и что теперь мы (Нирвано и я) "близнецы, энергетические близнецы".

Нирвано и я жили вместе очень интенсивно двенадцать лет; иногда мы любили друг друга, время от времени мы были "игривыми врагами", как Ошо однажды сказал про это "люди, которые не могут находиться в одной и той же комнате вместе".

Это была очень сильная связь. Ближе всего к ней я чувствовала себя в Бомбее, в конце мирового турне. Комната Ошо для стирки была также ее спальней, а температура на улице была свыше 50 градусов. Мы были прямо друг над другом, и хотя ситуация была очень трудной из-за пространства, между нами была любовь, которую я нежно лелеяла. В своей английской манере она была всегда немножко холодна с людьми, но когда вы находитесь в той же самой комнате целый день вместе, это отбрасывается. Мне нравилось укладывать ее волосы, собирать их на верх головы заколками, хотя они всегда падали вниз, они были слишком шелковистые и тяжелые.

Последний раз, когда я видела ее живой, она уходила из Будда Холла, а я сидела около выхода. Мы посмотрели друг на друга и улыбнулись. Это было мое маленькое прощание.

Когда она умерла, я не чувствовала, что осталось что-то, что бы я хотела сказать ей. На самом деле каждый из ее друзей чувствовал завершенность относительно нее.

Она жила тотально, и я уже научилась тому, что я должна быть осознанной с каждым, кого я знаю, чтобы ничто не оставалось несказанным. Я не хочу вести себя с другом бессознательно, потому что на самом деле его можно никогда больше не увидеть, и то, что остается невысказанным, оставляет дыру, рану, которую невозможно излечить.

В жизни Нирвано была величайшей тайной для меня, то, как она жила, то, какой она была. В какой-то момент она была ребенком, невинным, а в следующий момент матерью Кали, размахивающей саблей. И ее смерть была так же таинственна, как ее жизнь. Я не знаю, почему она умерла. Я знаю, что она была отчаянно несчастна и говорила о желании умереть с тех пор, как я познакомилась с ней. Но я всегда думала, что произойдет "щелчок", произойдет изменение, и однажды она неожиданно будет просветленной.

Я думаю, что она была близка к просветлению, очень близка. Она была мудрой женщиной, и она была сонастроена с Ошо как никто другой. Много раз, когда он был болен, она интуитивно знала, в чем было дело, и он много раз говорил, с какой любовью она заботилась о нем. У нее была ясность и острота, незаурядное восприятие и понимание людей, особенно их отрицательных черт. И все же ее как маятником бросало в депрессию, настолько переполняющую ее, что она была полностью беспомощной и делала невозможным ни для кого, помочь ей. Она закрывала дверь и страдала в одиночку. Когда она была ребенком, ее родители клали ее в Швейцарии в госпиталь, потому что она отказывалась есть. Последние несколько лет у нее был гормональный и химический дисбаланс, и она принимала лекарства от этого. Ничего не помогало. Ранее, в 1989, она была в психиатрической больнице в Англии для лечения, но оставалась там не больше двух дней. Она сказала, что доктора были более безумны, чем она, и это заставило ее осознать, что она может преодолеть свою депрессию сама.

Последние несколько месяцев я не видела ее, потому что всегда, когда я приходила к ней, она просила меня прийти попозже, а попозже она не отвечала на стук в дверь. Так что я поняла, что она не хочет видеть меня. Для меня было лучше оставаться в стороне от нее, потому что я очень легко подхватывала ее настроение несчастья. В последние несколько раз, когда я все-таки была у нее, она говорила мне о беспокойстве и огромной боли, которую она чувствовала в своей "харе" или в нижней части живота. Много лет она просыпалась каждое утро с чувством тошноты в желудке. Поговорив с ней об этом, в точности на следующее утро я просыпалась с такой же болью в желудке. Я открывала свои глаза, и первое, что выплывало у меня, было: "О нет! Неужели еще один день!" Я воспринимала ее раны как мои собственные.

Последний раз, когда я пришла к ней, мы просто сплетничали для удовольствия. Я раздирала на кусочки своего друга, потому что он был с другой женщиной, и сказала несколько злобных вещей о нем, заставив его выглядеть немного глупо перед женщинами. Потом я думала про себя, что это не было по-настоящему честно говорить так о ком-нибудь. В конце концов, я в действительности не знала его ситуацию, и мне было очень неприятно. Я видела Нирвано утром и сказала ей, пожалуйста, забудь, что я говорила, у меня нет никакого права говорить плохо о ком-то, когда я на самом деле не знаю, что происходит с ним. Она сказала мне:

"О, ради бога. Просто небольшие сплетни между женщинами. В этом нет вреда. Иначе ты будешь ходить полупросветленной. А ты не можешь быть полупросветленной здесь.

Ты можешь быть либо полностью просветленной, либо полностью непросветленной".

Я подумала, черт побери, это блестяще сказать что-то вроде этого. Для меня она была мудрой женщиной. Когда я закрываю мои глаза, чтобы вспомнить ее, я могу представить ее только смеющейся. Когда она была счастлива, она была самым экстатичным и живым человеком, которого я когда-либо встречала. В Будда Холле, когда я последний раз сидела рядом с ней во время медитации с Ошо, в период молчания я слышала звук, который выходил у нее изнутри. Я узнала этот звук, он был таким же, какой издавала я, когда я чувствовала себя очень удовлетворенной, очень центрированной и мне было тепло внутри. Я слышала, как она издавала этот звук. Так что у меня было некоторое понимание того пространства, в котором она была.

Именно поэтому, когда всего через неделю она умерла, я была в шоке, потому что для меня, зная это пространство, было невозможно представить себе, что я могу достичь таких глубин депрессии. Хотя ей было знакомо то же самое медитативное чувство, ее депрессия была такой сильной, она настолько захватила власть над ней, что ей ничего не могло помочь.

Я знала, что Ошо пробовал все, что возможно. Он дал ей все, что она хотела. Он хотел, чтобы она осталась здесь, но она была также свободна, идти куда угодно в мире, куда ей хотелось. Много раз она уезжала в Англию; она оставалась там один или два дня, и потом возвращалась. В начале того года она поехала в Австралию, чтобы начать новую жизнь, но через пару дней вернулась. Испания, Швейцария, Таиланд, она посетила много мест, но через несколько дней она возвращалась. Я думаю, что если бы она смогла остаться до того, как Ошо покинул свое тело, это было бы "щелчком", поворотной точкой для нее. Он сказал, что она умерла не вовремя.

Тело Нирвано принесли той ночью к месту, где сжигали покойников около реки; по просьбе Ошо присутствовало только несколько ее друзей. Раньше я видела открытое пространство этого места, переполненное санньясинами, а теперь нас было всего около сорока, торжественно стоящих и ждущих машину скорой помощи, которая должна была привезти ее тело. Я приветствовала ее намасте, когда ее положили на погребальный костер.

Моя подруга Амийо, увидев ее тело, сказала: "Это тело не Нирвано - она ушла".

Тело поместили на погребальный костер в центре места для сжигания и покрыли поленьями. Когда костер заполыхал, я двигалась вокруг него и обнаружила, что я стою справа от Нирвано.

"Странно", - думала я, - "Нирвано - это первое тело, которое я вижу, как его сжигают. Она - моя самая близкая встреча со смертью".

Поленья были так сложены или таким образом сдвинулись, что образовалось "окно", через которое я могла видеть ее лицо как чистую белую маску, плывущую и растворяющуюся в бледном дыме. Ее губы распухли и были темно-красные, в танце языков пламени они как будто бы шептали: "Нирвано".

Я посмотрела на луну, она была в фазе роста, даже не полная. Медленно я двинулась назад от огня и потеряла сознание. Когда я открыла глаза, я не знала, где я нахожусь, и думала, что, может быть, я умерла. Позже в ту ночь я думала:

"Она могла бы гордиться мной - потерять сознание на ее похоронах". Это была такая драматическая вещь, которая произошла бы с ней, а обо мне она всегда говорила, что я слишком вялая.

Я никогда на самом деле не знала, но мне казалось, я просто чувствую, как сильно он любил ее. Между ними была магия, которая никогда не нарушалась с его стороны ее настроениями и темпераментом. Всегда, когда она возвращалась из путешествия, которое, предполагалось, изменит ситуацию к лучшему, ее возвращение приветствовалось безо всяких вопросов.

Когда она вернулась из Австралии, через три дня, в то время, как она уехала "начать новую жизнь", она сказала мне: "Посмотрим, что мой сумасшедший ум придумает в следующий раз".

Хотя у меня не было переживания прошлых жизней, у меня всегда было впечатление, что их взаимоотношения были древними. На дискурсе в 1978 он сказал, что она была его подругой в своей последней жизни (всего сорок лет назад), и что она умерла в возрасте семнадцати лет от брюшного тифа и обещала, что вернется и будет заботиться о нем.

Я слышала, как Ошо говорил о том, чтобы никогда не судить человека по его делам, по его действиям, по тому, что он сделал. С Нирвано это было настолько ясно видно; с одной стороны, она была прекрасной "душой", или энергией, а с другой стороны очень трудным человеком. Ошо сказал, что она никогда не медитировала и что она всегда нарушала его работу.

Он сказал, что она всегда делала трудным для любого человека, каким бы он ни был, выполнение работы его секретаря. Может быть, ей не хватало понимания, чем была работа Ошо? У него были тысячи учеников, и он работал с каждым. Это факт, который может быть доказан наблюдением людей, которые были открыты к изменениям, которые происходили благодаря медитационным техникам Ошо.

Нелегко понять, что такое безусловная любовь. Любовь, которая не требует ничего взамен, так редка в мире, где мы знаем только любовь, которая включает в себя обладание и доминирование. Сострадание и любовь Ошо были неизменными и всегда были доступны для Нирвано. Он был любовь, и его любовь ждала, чтобы ее приняли.

Иногда она не могла принять, но это справедливо для нас всех. Так много всегда остается непостижимым, остается тайной.

По-видимому, саму природу вещей невозможно понять. Чем больше я стараюсь понять, что происходит в последние несколько лет, тем больше я возвращаюсь назад к настоящему моменту - дыхание, касающееся моего носа, движущееся через мое тело; я вижу ствол дерева из моего окна - твердое, стоящее здесь; солнечный свет и ветер, дующий сквозь листья, двигающий их подобно длинным пальцам; бульканье текущей воды, пение птиц, и я застываю в молчании. Что это на самом деле? Может быть, это всегда будет невозможно понять.

"Жизнь - это тайна, которую надо прожить, а не проблема, которую нужно решить".

...Ошо






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх