РАЗМЫШЛЕНИЯ


КАК ПОНИМАТЬ ФУТБОЛ


Практически деятельность журналиста стимулируется двумя способами: либо он сам вынашивает интересующую его тему, либо она является перед ним в виде предложения какой-либо редакции. Сия немудреная справка, думаю, может объяснить читателю начало этой статьи.

…Заголовок, скорее всего, странный. Но я не стал ломать над ним голову. Пусть он остается на совести заказчика. По крайней мере, читатель будет знать, что автор не сам придумал такую каверзную тему.

Сначала затея мне показалась легкой. Но чем дольше я размышлял, появлялось все больше затруднений (на мою беду, мне был отпущен изрядный срок). Наверное, если бы статью потребовали сдать на следующее утро, я бы безбоязненно продиктовал ее машинистке, движимый так хорошо известной всем любителям футбола самоуверенностью. Вопрос-то простенький! Но времени было много. Самоуверенность испарялась. И мне не осталось ничего иного, как порассуждать, не беря на себя слишком многого и не надеясь дать исчерпывающий ответ.

Мы все хотим грамотно смотреть футбол, без риска показаться соседям по трибуне профанами. Это ведь ужасно в кругу болельщиков – ляпнуть глупость! Об одном журналисте уже лет двадцать ходит анекдот, о том, как он во время матча на Кубок вдруг громко, на всю ложу прессы, выпалил: «А как сыграли дублеры?». Его репутация погибла навсегда.

Вероятно, познание начинается с изучения правил игры. Все они – в тоненькой брошюрке, прочитать которую можно в метро по дороге на работу. Правилам сто лет, они пережили множество других, казавшихся необыкновенно важными документов, о которых все успели забыть, и живут себе… Чуть было, подчиняясь внешней логике фразы, не написал – «спокойно». О нет, какое там спокойствие! Правила эти по своему коварству не имеют себе равных. В них обманчивая простота: читаешь, и все ясно. А грянет матч, и ты никак не можешь совместить неподвижные параграфы с летучими ситуациями на поле. Да и не ты один, вот уже вовлечены в горячий спор о том, правильно ли был засчитан гол, твои соседи по трибуне, сослуживцы и родня, весь двор, весь город, вся страна, а там глядишь – и весь мир. Да, да, вспомните хотя бы, как много шло по всему свету толков о третьем мяче, забитом в ворота сборной Западной Германии в финальном матче чемпионата мира 1966 года…

Но знать правила нужно. Правда, не случайно и не зря народ сделал к ним устное добавление, звучащее так: «судье виднее». Это верно во многих отношениях. Судья ближе к месту событий. Он все-таки лучше нас с вами знает и букву и дух правил, потому что занимается ими специально. Да и потом профессиональный подход к делу обычно лишает судей тех чувств, которыми живут люди на трибунах. Я однажды долго допытывался у известного судьи, за какую команду он болеет. В конце концов он признался, что симпатизировал футболистам одного клуба. Но лишь до того дня, когда впервые вышел на поле судить матч с их участием. «Я тут же вылечился, – рассказывал судья, – с ними мне оказалось так трудно, они так дерзили, что я удивлялся, как они мне могли нравиться».

Судей принято критиковать, в одних случаях за мягкосердечие, в других за чрезмерную строгость. Мне частенько приходится сидеть рядом с тренерами играющих команд. Многие из них в эти минуты теряют над собой контроль, на них бывает грустно и жалко смотреть. Они, кажется, только и видят ошибки судей, ошибки злонамеренные, против их команды. А ведь все они люди бывалые, тонко знающие игру!…

Боязнь судейского пристрастия делает пристрастными тренеров и руководителей, а также и всех лиц из пресловутой свиты команды. Именно этим объясняется непристойная торговля, которая нередко возникает при назначении судьи, необъяснимые «отводы». Может быть, все это не имеет прямого отношения к вопросу о том, как понимать футбол. Но закрыв глаза на эти вещи, мы рискуем с вами сочинить этакий рождественский благополучный рассказчик. Вряд ли это может быть целью нашего разговора.

Но вот правила мы выучили. И у нас хватает мужества и такта помнить о том, что «судье виднее». Что еще требуется? Предположим, вы случайно забрели на стадион, где играют две не знакомые вам команды. Наверняка вы поспешите узнать не только названия команд, но и чго это за турнир, и какие места занимают команды, и как они прежде играли между собой. Согласитесь, что смотреть матч каких-то голубых с какими-то полосатыми не так уж интересно, если не знаешь их отношений, не знаешь, что сулит им победа. Когда нам все это известно, сразу оживают все маневры, все усилия и приемы, игра кроме чисто футбольного приобретает еще и человеческий смысл.

Неспроста истинные поклонники футбола активно увлекаются историей и статистикой. На первый взгляд кажется, что это не больше чем коллекционирование цифр и сведений. А потом, глядишь, такой коллекционер совершенно точно доказывает нам, с кем эта команда играет трудно, а с кем легко. И хотя из этих выкладок вряд ли вытекает безошибочный прогноз, но что-то они, несомненно, подсказывают. А тот исследователь, которого занимает психология спорта, попытается изучить «комплекс неполноценности» команды, разобраться, почему именно этот противник ей противопоказан, и, быть может, предложит рецепт преодоления. Этот раздел футбольной жизни никто еще не копнул глубоко, но о нем догадываются. И неспроста толкуют на трибунах о том, что ЦСКА пасует перед «Торпедо», а тбилисские динамовцы- перед московскими одноклубниками…

В рамках городского или всесоюзного, европейского или мирового первенств обязательно завязываются своеобразные отношения между разными командами. Любопытно, что отношения эти сохраняются даже когда на смену отцам приходят сыновья. Разумеется, известны примеры, когда отношения круто меняются. Но ведь и это интересно и заслуживает внимания. Так что любознательность и, если хотите, дотошность болельщика помогают понимать футбол.

Но мы обязаны пойти и гораздо дальше. Пропаганда футбольных знаний с каждым годом ширится. Не говоря уже о специальных изданиях, ни одна газета, ни один журнал, заботящиеся о своей популярности, не рискуют обойти стороной футбольную тему. Телевидение, приоткрывшее окно в просторный футбольный мир, стало просто-таки университетом. Выпускаются одна за другой книги, как беллетристические, так и учебные. Пишут тренеры, игроки, журналисты, судьи. И как мы убеждаемся, ни одна книга не способна исчерпать тему.

Все новые и новые впечатления извлекают люди из футбольного зрелища. Иные требования предъявляются к тренировкам. Изобретения появляются в организации игры, в психологической подготовке. И совершенно так же, как во многих науках, и тут стареют учебники. Игра их обгоняет. Потому и зрителю необходимо следить за движением футбольной мысли.

Надо же ведь попытаться понять, почему, например, при всех ухищрениях голов в последние годы стали забивать меньше. Почему стали ходить в атаку крайние защитники? Почему появилось так много полузащитников? Что за штука универсальность игрока и что скрывается за термином «интенсификация игры»?

Мне попутно хотелось бы заметить, что многие из тех идей, которые мы ныне считаем криком моды, несколько лет назад предвосхищал, причем вполне недвусмысленно, Борис Андреевич Аркадьев. Именно он толковал и об универсальном игроке, умеющем сыграть на разных местах, и о том, что будущее игры он видит в повышении интенсивности движения. Помню, что при всем уважении к этому нашему, не побоюсь сказать, футбольному философу высказывания его ставились в ту пору под сомнение и даже были поводом для шуток. Тогда многим казалось, что должности навечно распределены между одиннадцатью игроками, а больше двигаться и невозможно да и не нужно.

Теперь, когда так много хитрецов и сведущих людей занялись всерьез футболом, оказалось, что столетняя игра необыкновенно восприимчива к новизне. Выяснилось, что нельзя побеждать без выдумки, без фантазии. По-прежнему в ходу глаголы «переиграть», «перебегать». Но все чаще говорят «обмануть», «перехитрить», «удивить». Поэтому сегодня понимать футбол – значит вникать во все тонкости, уметь разглядеть, что же придумано командой и ее тренером для сегодняшнего матча.

Ну хорошо, предположим, и эти премудрости нами освоены. Мы с вами начитанны, умеем разглядеть на поле своеобразие расстановки игроков, понимаем, чего каждый из них добивается. Знаем изобретение тренера киевского «Динамо» Виктора Маслова, переставившего вперед свободного защитника. Знаем, что от центрального защитника Хурцилавы можно в любую секунду ждать рывка и удара по воротам. Знаем, что тренер московского «Динамо» Константин Бесков способен предложить игру то с тремя, то с четырьмя форвардами. Знаем, как вообще стали условны номера на футболках игроков. Знаем взгляды англичанина Рамсея, бразильца Загалы, итальянца Эрреры. И вот во всеоружии этих знаний мы являемся на стадион.

Значит ли это, что мы теперь будем, так сказать, одинаково просвещенным глазом смотреть на игру? Нет, эрудиция нас не выручит. Существуют еще и разные вкусы. Нюансов тут сколько угодно. Возьмем наиболее простой, распространенный случай. Футбол, как известно, подразумевает соревнование в быстроте, силе, ловкости, в искусстве обращения с мячом, в умении выводить чертежи комбинаций. Так вот, давно уже подмечено, что есть люди, которым особенно близки и симпатичны не все, а некоторые из этих качеств. Есть как бы две основные разновидности взгляда на футбол. Одни отдают предпочтение атлетическим достоинствам, любуются игроками-спринтерами, рослыми, сильными, мощными. Их не смущает, если эти игроки недостаточно ловки и хитроумны. Быстрота и натиск – вот их девиз.

Другие отдают предпочтение игрокам ловким, вертким, умным, так называемым «технарям». Им нравится сеть расчетливых комбинаций, они в восторге от финтов и замысловатого дриблинга. И та и другая сторона умеет защищать свои позиции. Первые проповедуют простоту, скорость, ясность цели, вторые – красоту игры, разнообразие приемов, которые способны сами по себе вызывать восхищение. Конечно, проще всего было бы рассудить спорщиков, заявив, что лучшую игру дает соединение тех и других достоинств. Заявить это можно. Наверное, это даже правильно. Но в жизни все гораздо сложнее.

И подбор игроков в команду и режиссура игры – дело, осуществляемое сознательно, в зависимости от взглядов, опыта и, в том числе, от вкуса тренеров и руководителей. Поэтому, даже зная общие принципы идеального футбола, тренер (когда невольно, а когда и намеренно) создает команду, все же руководствуясь собственным вкусом.

В этом смысле интересны разговоры, которые шли вокруг чемпиона 1966-1968 годов – киевского «Динамо», Команда уж кажется полностью доказала свое превосходство, а вместе с тем она далеко не каждому импонировала. У нее нельзя было отнять простоты, ясности маневров, мужества, высокой физической готовности. Но говорили, что полюбоваться особенно нечем, сердце не замирает от восхищения. Мне приходилось слышать это и от именитых тренеров и от замечательных в прошлом мастеров. Дело вкуса? Несомненно. Но об этом-то мы и ведем речь.

Или вспомните, как спорили о тбилисце Михаиле Месхи. Одни (автор этих строк в том числе) готовы были идти на стадион только ради того, чтобы полюбоваться его изощренным мастерством обманных движений, хитрых петель, необыкновенно мягкого паса. А другие отказывали Месхи в праве на признание, считали, что он недостаточно прост, что у него слишком много излишеств, да к тому-же он еще человек настроения. Месхи норовили причесать под стандартную гребенку, требуя невозможного- чтобы он, сохранив все свои достоинства, приобрел достоинства других футболистов. Даже такие специалисты, как М. Якушин и К. Бесков, руководя сборной командой, отказывали Месхи в доверии. И тут мы тоже сталкиваемся с расхождением во вкусах.

Как видите, вкусы не только удел зрителей, они отражаются и на практических делах футбола. Я знаю одного тренера, который, как мне кажется, испытывает большие трудности из-за того, что не может забыть, как когда-то играл он сам вместе со своими партнерами. Эта память заставляет его монтировать команду и подбирать игроков оглядываясь на далекое прошлое. Не уверен, что на этом пути можно добиться успеха. Хотя в хорошем вкусе этому человеку не откажешь.

Предположим, мы с вами сошлись во вкусах, решили, чему будем отдавать предпочтение. Теперь-то уж все в порядке?

Нет, в какой-то момент вся наша стройная система знаний и наши общие вкусы идут прахом. Мы расстроены, обескуражены, прямо-таки оскорблены проигрышем команды, которую любим. В эти минуты нас не выручит ни способность к анализу, ни объективность, которую должны бы дать знания. Мы решительно «против», мы не желаем ни с чем считаться, нам претят доводы рассудка.

И тут ничего не поделаешь, такова природа этой игры в чем-то схожая с природой любви. Правда, есть люди, которые утверждают, что они не болеют за какую-то команду, а болеют за хорошую игру. Но им обычно не верят, и, по-моему, справедливо. Болельщика украшает привязанность, тем более похвальная, что в этих делах люди, как правило, однолюбы. Если кто-то рассказывает, что он десять лет стоял за «Спартак», а потом переметнулся к «Динамо», на него смотрят с подозрением, чуть ли не как на аморальную личность.

Чего уж там мудрить, сердце должно принадлежать какому-то одному клубу! Только тогда жизнь человека в футболе становится и насыщенной и драматической.

Тут мы с вами подошли к самому главному, что есть в футболе. В этой игре каждый хочет участвовать. Мяч гонять необязательно, да и не всякий способен. А любовь к команде как раз и дает ощущение участия, и нас ждет целая радуга чувств от восторга до отчаяния. Поводов для переживаний сколько угодно.

Любопытно, что каждый болельщик со стажем готов объяснить свой выбор, свой «законный брак». Один поведет речь о своеобразии расчетливого стиля московского «Динамо», другой – о бурном натиске ЦСКА, третий – о темпераменте и об изяществе тбилисцев. У каждого наготове сколько угодно убедительных аргументов в пользу своей команды. Но попробуйте опросить болельщиков, как, при каких обстоятельствах зародилась их любовь, и ни о каких премудростях и умозрительных доказательствах вы не услышите. Один мой товарищ признался, что стал болеть за «Динамо» давным-давно, когда девушка, которая ему нравилась, ушла на свидание с футболистом «Спартака». Я хорошо помню, как впервые попал на большой футбол мальчишкой, не зная ровным счетом ничего о командах, и отдал симпатии той, которая в тот день проиграла, потому что мне стало ее жаль. И вот я себя спрашиваю: а что было бы в случае проигрыша другой команды? Вся моя биография болельщика выглядела бы совершенно иначе.

Иногда утверждают, что футбольная страсть – темная, недобрая, слепая. Найти примеры, которые бы проиллюстрировали это утверждение, не так уж трудно. Да, люди во время футбола порой забываются, творят глупости, а кто-то даже и хулиганит. Но невозможно что-либо доказать этими примерами. Имя болельщикам – легион, и подавляющее большинство не теряет голову и уж тем более не безобразничает и не попадает в милицию.

Мне кажется, мы вправе говорить о том, что в футбольной сфере люди приоткрываются, обнаруживают себя. И, пожалуй, с особенной точностью, потому что зрелище это несет в себе потрясающий заряд эмоций, совладать с которыми иной раз нет сил.

Мяч в воротах! Оглянитесь по сторонам. В этот миг вы легко различите человека малодушного, сразу же впадающего в меланхолию, перестающего на что-либо надеяться. А рядом с ним человек мужественный, верящий, что все переменится, и сохраняющий эту веру до последней минуты. Сидят на футболе люди, назойливо лезущие со своими переживаниями к знакомым и незнакомым, налево и направо. Сидят скрытные, затаившие за непроницаемым выражением лица либо свою боль, либо радость, в которую они еще боятся поверить. Мы видим рядом людей, болеющих наивно, простодушно, и людей, умудренных опытом, которых не собьешь с толку какими-нибудь эпизодическими удачами. Можно сделать массу любопытных наблюдений над человеческой натурой, сидя на стадионе.

Так к чему же мы с вами пришли? Чтобы свести концы с концами, вроде бы полагается сделать вывод, что все, о чем мы тут толковали, одинаково необходимо человеку, желающему понимать футбол. Заманчиво так выразиться. Но, пожалуй, мы слишком уж упростим тогда наши отношения с этой удивительной игрой. Я думаю, что понять футбол – значит открыть природу его власти над душами. Сделать это никто еще не дерзнул. Скорее всего, потому, что игра умеет в каждом из нас затронуть тайные струны, умеет с каждым вести глубоко личный разговор. Ну попробуй тут подобрать общий знаменатель!

Выходит, наша с вами попытка напрасна? На этот вопрос я бы ответил вопросом. А так ли уж необходимо доискиваться? Вполне возможно, что очарование футбола как раз и заключается в том, что мы никогда не знаем о нем всего, и каждая встреча с ним – открытие.


1968






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх