ЛАБДАРУГАШ И ФОЦИ


Прежде всего хочу объяснить заглавие. Лабдаругаш – венгерское название футбола (лабда – мяч, ругаш-удар). Это официальный термин, он -в газетах, на маленьких афишах, наклеенных внутри автобусов, под этим именем выходит ежемесячный журнал тиражом 70 тысяч, найти который в киосках невозможно. Ну, а словечко «фоци» в письменном виде встречать мне не приходилось, это народное прозвище футбола. Как видите, у венгров два названия игры. Кстати, у них есть и другие лингвистические достижения в этой области. Слово, обозначающее игрока, забившего гол, выглядит примерно так – «голеви». Это просто и удобно, не то что

наш странный и вряд ли грамотный неологизм – «автор гола».

Итак, два названия. Я вынес их в заголовок, потому что мне показалось, что они неслучайны, они как бы дают понять, что в Венгрии существуют два отношения к футболу. Но разговор об этом впереди.

Наша сборная встречалась со сборной Венгрии чаще, чем с командами других стран. Начало было положено в 1952 году, когда команды (наша под флагом сборной Москвы) сыграли дважды в преддверии олимпийских игр. Помните эти интереснейшие встречи? 1:1 и 2:1 в нашу пользу. Кроме них было еще десять игр: 5 наших побед, 3 ничьи и 2 поражения. Согласитесь, что всякий раз, пережив радостное удовлетворение, многие из нас начинали размышлять с этаким добрым недоумением: «И как это получается, что наши обычно побеждают венгров, хотя те имеют не меньше оснований для успеха?» Что и говорить, репутация венгерского футбола высока. Достаточно вспомнить, что сборная Венгрии трижды была олимпийским чемпионом, дважды участвовала в финальных матчах чемпионатов мира, выиграла в 1953 году прогремевшую на весь мир игру у англичан на «Уэмбли» со счетом 6:3. Тогда сборная Англии впервые в своей истории потерпела поражение дома. (Фильм об этом матче до сих пор время от времени прокручивают в кинотеатрах Венгрии.)

Разумеется, никто не рискнет объявить закономерностью такой характер встреч футболистов двух стран. Когда я спросил редактора «Непшпорта» Ендре Табака, видел ли он матч СССР – Венгрия в Сандерленде, то он признался, что был уверен в победе своих и предпочел в тот день поехать в другой город, где играли команды, одна из которых выходила в полуфинал.

Почему же это происходит? Должны ли мы видеть в этом какой-либо капризный казус («трудный, неудобный соперник») или же здесь есть некий спортивный смысл? Собираясь в Венгрию, я поставил перед собой именно этот вопрос и считал, что если сумею хоть в какой-то мере на него ответить, то, видимо, лучше пойму сильные и слабые стороны венгерского футбола, к которому все мы относимся с полным уважением.

Прежде всего, сразу бросается в глаза, как много сделано в дружественной социалистической стране для футбола, а значит, для людей, любящих эту игру. Это – «Непштадион», почти ровесник нашему стадиону в Лужниках, такой же «стотысячник». Это – институт физкультуры и школа тренеров, где готовят специалистов футбола. Это – детские школы, существующие при клубах, и особые, так называемые центральные, спортивные школы, которые охватывают тысячи мальчишек.

Много общего у нас с венграми и в тех проблемах, которые продолжают обсуждаться. Там тоже не пришли к окончательному мнению о лучшей формуле чемпионата.

Или, например, проблема тренеров. Те самые три года непрерывной работы в одной команде, о которых как о желанном минимуме твердят специалисты футбола всех стран, так же пока нереальны для венгерских тренеров, как и для многих наших.

Вот история, которая, конечно, не покажется оригинальной. Тренер Локат принял команду МТК. Ему обещали дать спокойно поработать те самые три года. Он решил создать совершенно новую команду. Естественно, она не могла сразу заиграть в полную силу, и вот после первого же сезона, ушедшего на эксперименты, ему дали отставку. В МТК пригласили Хидегкутти, который до этого хорошо себя проявил в команде «Татабанья». Однако он с командой, которую задумывал и создавал другой тренер, ничего не мог поделать, он ее не «чувствовал», в чем вынужден был признаться. Что же получилось? Лишилась хорошего тренера «Татабанья». Клуб МТК ничего не приобрел и остался в хвосте таблицы. Ну, а Локат? Он, – по мнению многих, один из наиболее одаренных тренеров Венгрии, – был приглашен в «Ференцварош» и с командой вскоре разделил большой успех.

Так же как и у нас, венгерские специалисты и журналисты дружно выдвигают тренерскую проблему в разряд наиболее важных.

Игры чемпионата другой страны иностранцу всегда кажутся пустоватыми. Ты видишь вокруг себя взволнованных людей, слышишь, как вздыхает и бушует стадион, и удивляешься: а по какому, собственно, поводу?… И игра-то вроде бы скучноватая… Да, футбол без личного отношения нашего к участвующим камандам что-то теряет.

Ну, каких красот и чудес можно ждать от очередного матча, когда одна из команд – «Чепель» занимает 8-е место, а другая -МТК-12-е? Игра и впрямь, на мой взгляд, была ординарной, и я бы ни за что не понял, чем так взволнованы 30 тысяч зрителей, если бы мои соседи по ложе прессы не разъяснили подноготную матча.

МТК – самый старый венгерский клуб, свою историю ведет с 1888 года. 18 раз был чемпионом. В его рядах играли Хидегкутти, Шандор, Закариаш, Мольнар, Пало-таш, Лантош и десятки других игроков с мировой и европейской известностью. И вот такой клуб плетется в хвосте и доставляет своим сторонникам одни огорчения.

А тут еще в первом тайме вперед вышел «Чепель» – 2:0. После перерыва МТК все же удалось каким-то чудом сравнять счет. Все были откровенно довольны -и публика, и футболисты МТК, да и «Чепеля» тоже, потому что они как-никак были в гостях.

Если принять во внимание все эти обстоятельства, то, согласитесь, поводов для волнений было предостаточно.

Матч «Вашаш» – «Татабанья» я выбрал вот почему. На первой же пограничной станции из окна поезда я увидел товарный состав, запыленный в пути, и на дверях каждого вагона было выведено пальцем по пыли: «Хай-ра, Вашаш». Веселый человек, футбольный болельщик, прошел только что по путям. Меня и потянуло увидеть команду, которую славил неизвестный прохожий.

И эту игру без подсказки трудно было бы отнести к разряду интересных. По чисто футбольным меркам ее следовало бы оценить как небрежную, во всяком случае со стороны «Вашаша». Сторонний наблюдатель имел полное право заскучать.

Но матч сразу ожил, как только мне объяснили его подоплеку. «Вашаш» – команда знаменитая, в ее рядах члены сборной – Месэй, Ихас, Матес, Фаркаш и Л. Пушкаш. Дублеры здесь играют на том же поле перед основными составами. И вот уже в этом матче был сюрприз: Л. Пушкаш оказался в резерве.

А дело вот в чем. «Вашаш» тренировал Илловский, который из клуба был переведен на должность старшего тренера национальной сборной. Илловский слывет человеком решительным, с сильным характером, умеющим наладить дисциплину. С его уходом в «Вашаше» все рухнуло. Занявший его место молодой тренер, только что переставший играть, не имел влияния на команду. Затем Илловский вернулся в «Вашаш». И вот в клубе начался период восстановления порядка. Именно этим и объяснялось, что молодой и способный форвард Л. Пушкаш был переведен в дублеры за отсутствие усердия.

Судя по матчу, мне не показалось, что Илловский успел сделать много. Но, впрочем, все знают, что нет ничего труднее, чем восстанавливать утраченные отношения в футбольном коллективе.

«Вашаш» начал атаковать довольно самоуверенно, считая своего противника обреченным. Законы игры таковы, что при подобном настроении жди беды. И наконец Чернаи (игрок олимпийской сборной, победившей в Токио) забил-таки гол «Вашашу».

С перерыва «Вашаш» вернулся на поле с опозданием. На трибунах это прокомментировали это так: «Ох, и досталось им от тренера!» «Вашаш» снова взялся атаковать. Заметно было одиночество Фаркаша, которому никто не выдавал мяч для удара. В середине тайма матч раскололся на две половины, как арбуз. Десять игроков держались ближе к одним воротам, десять – к противоположным. Это верный признак усталости, недостаточной физической готовности. Только счастье могло выручить «Вашаш». И оно явилось за пять минут до конца, когда молодой игрок, заменявший Л. Пушкаша, – Видач забил гол из-за оплошности Геллеи, одного из двух вратарей, которые доставили столько неприятностей венгерской команде на чемпионате мира в Англии.

У«Вашаша» чувствуется, если хотите, футбольная порода. Манера вести атаку, распасовывать мяч, рывки нападающих на свободное место, розыгрыш стандартных комбинаций – все это выдает его благородное происхождение. Но команда расстроена, наряду с верными чистыми нотами она то и дело издает звук фальшивый. Когда я поделился своими впечатлениями с венгерскими коллегами, они в общем согласились со мной. Но заметили, что «Вашаш», как никакой другой венгерский клуб, уверенно чувствует себя в международных встречах и умеет к ним готовиться.

Венгрия – страна небольшая, в любой город из Будапешта легко добраться за несколько часов поездом или автобусом. Когда я спросил, существует ли в Венгрии проблема своего и чужого поля, то рассчитывал услышать, что она тут несущественна. И, признаться, был удивлен, когда убедился в противоположном. Мне пока-зали таблицу чемпионата, которую печатает «Непшпорт». В соседних колонках результаты клубов дома и на выезде. Разница, прямо скажу, разительная. Нет ни одной команды, которая там и тут играла ну хотя бы одинаково. Вот несколько строчек: «Уйпешт» дома – 21, в гостях- 14, «Вашаш» – 18 и 14, «Татабанья» – 19 и 4 (!), МТК – 14 и 5…

Я было поставил под сомнение эти цифры, зная что из 16 команд высшей лиги 6 будапештских. Но нет, оказывается, каждый столичный клуб играет на своем стадионе и ревниво следит за этим. Федерация предлагала переносить некоторые важные матчи на «Непштадион», но не встретила понимания. Да, влияют материальные соображения. Но клубы еще дорожат и своими болельщиками. В Будапеште по давней традиции люди, как правило, посещают тот стадион, где играет «своя» команда. Венгерские болельщики как-то по-родственному связаны со своими клубами, навечно поделены между ними. Матчи одного тура проводятся в один и тот же день, в те же часы, но это не смущает будапештцев. Каждый из них имеет свой стадион, так же как свое кафе или кинотеатр.

А публика здесь темпераментна, активна и, как мне показалось, необычайно зорко следит за судьями. У венгров обыкновение – требовать от судей заботы о безопасности форвардов. В них болельщики видят красу и гордость своего футбола, и чуть только обижен форвард, как стадион гневно взрывается. Поэтому судьи не стесняются держать сторону нападающих. А раз на своем поле клуб атакует, то влияние публики на судью порой дает реальные результаты. В общем-то нельзя без симпатии относиться к этой слабости венгерских болельщиков, форварды нынче нуждаются в охране. Но, на мой взгляд, венгры чуть перебарщивают и во вред форвардам, которые порой ведут себя как недотроги.

Тактика игры на своем и чужом поле стала особенно влиятельной, когда венгерские клубы приняли участие в европейских турнирах, где эта тактика узаконена. Все это не прошло даром, и венгры с огорчением наблюдают, как, например, их лидер «Ференцварош» за последние годы разучился побеждать за границей. Если в советском футболе свое и чужое поле оценивается главным образом в связи с переездами, непривычными условиями быта, тренировок, то в Венгрии всего этого нет, там эта проблема предстает в чисто психологическом ракурсе.

Редактору «Лабдаругаша» Иожефу Хофферу я задал вопрос:

– Что ваш журнал старается внушить читателю?

Он ответил, хитро улыбнувшись:

– Вы, наверное пропагандируете атаку, а мы стремимся доказать, что защита в футболе – дело необходимое.

Английский чемпионат мира дал много поводов для размышлений. Незабываемый матч-концерт, которым венгры блеснули во встрече с Бразилией, сменился поражением от сборной СССР, обнажившим весьма прозаические недостатки.

Журналист Пал Борбей любопытно комментировал мне это поражение. Футболисты знали, что в Сандерленде их ждет игра трудная, жесткая, что они столкнутся с персональной опекой и той свободы, которой они пользовались в матче с бразильцами, теперь не будет. Их настраивали, да и сами они настраивались на строгую игру. Но вот на первых минутах столкнулись Сабо и Ракоши. После этого Ракоши, вместо того чтобы играть и думать о победе, только и делал, что выбирал момент для нового силового столкновения с Сабо, по-мальчишески желая всем показать, что он не боится жесткой игры…

Сопоставление двух матчей – с Бразилией и СССР – красноречиво сказало о том, что венгерские форварды теряются в случае строгой опеки. Матчи сказали, что венгерские футболисты проигрывают в готовности вступать в борьбу за каждый мяч.

Чемпионат дал понять, что необходимы интенсивные тренировки. Да, венгры, возможно, немного запоздали с этим выводом. Некоторое время назад команды здесь даже вели борьбу со спортивными организациями, требовавшими регулярных и продолжительных тренировок. Одна экс-знаменитость пустила в обиход крылатое выражение «стадион – не ипподром», которое многим понравилось. Чемпионат мира был пережит настолько остро, что это выражение не то чтобы было поставлено под сомнение, а просто о нем стараются не вспоминать.

И в вопросах тактических приходится воевать со старинкой. Систему 4 + 2 + 4 некоторые специалисты высмеивали, говоря, что это досужие выдумки, что надо просто хорошо играть. Только после английского чемпионата все команды высшей лиги решительно приняли систему четырех защитников. Правда, «Вашаш» сделал это раньше, но втихомолку, не объявляя об этом. Что же касается сборной команды, – а сборная Венгрии всегда выглядела достаточно современной, – то она создавалась независимо от клубных команд, как бы лабораторным способом.

Сейчас тактический кризис энергично преодолевается.

Один венгерский тренер рассказал мне, как он, будучи в Грузии, смотрел матч двух местных команд. Форвард вышел вперед, оставив за спиной противников. У него было, по крайней мере, три очевидных предложения. Однако он выбрал четвертое: дождался преследователя, снова обвел его и только тогда пошел на ворота. Этот его ход вызвал восторг на трибунах, и несколько зрителей соскочили с мест и кинулись на поле, чтобы пожать руку форварда.

– В тот момент,- закончил тренер, -я почувствовал себя как дома и понял, что у нас, венгров, есть родственники…

Другой специалист, высказывая мне свои впечатления о советской сборной, вдруг сказал: «Почему бы вам к изумительной защите не присоединить четырех грузинских форвардов? Тогда вы имели бы команду экстра-класса…»

Разговаривая со многими, я слышал одни и те же фамилии наших футболистов, которые здесь нравятся, которые, по мнению венгров, подошли бы к их национальной сборной. Это Н. Симонян, С. Сальников, В. Иванов, М. Месхи, С. Метревели…

Вернувшись, я спросил Н. Симоняна, что он думает об этом.

– Может быть, они и правы, потому что, например, англичанам я бы не подошел, бразильцем надо родиться, а вот вместе с венграми, думаю, сыграл бы. Причем с огромным удовольствием…

Надеюсь, что все эти сопоставления дают какое-то понятие о футбольных вкусах венгров. Я уже упоминал, что у них – культ форвардов. Когда в ложе прессы «Непштадиона» мы перебирали состав сборной Венгрии, то оказалось, что все игроки начинали в линии нападения.

И вот тут мы встречаемся с футболом, который зовется «фоци». Эпизоды, подобные тому, о котором расскажу, случались то и дело.

«Девятка» МТК Нодь вышел к пустым воротам «Чепеля». Достаточно было легонько пнуть мяч – и гол. Нет, он, заставив замереть в ужасе стадион, увел мяч влево, к штанге, и уже когда его вот-вот должны были догнать, из довольно трудного положения резаным ударом послал наконец мяч в сетку, Вздох облегчения слился с овацией. А надо заметить, что в тот момент команда Нодя проигрывала 0:2.

Мне тут же уверенно объяснили, что Нодю было неловко забивать мяч просто, он считал своим долгом усложнить задачу.

Признаться, я был удивлен, с какой легкостью венгры в те дни обыграли сборную ГДР на моих глазах (3:1). На следующий день в газетах было опубликовано интервью с тренером немецкой команды Шоошем. Кстати, он – венгр и вскоре после этого стал руководителем своей национальной сборной. Шоош признался, что считал наиболее опасными по опыту прежних встреч Альберта, Ракоши и Бене. С расчетом на это и строился план игры. Но эти трое были инертны. А можно ли было ослабить к ним внимание? Удары наносил в тот день Фаркаш. А ведь, кроме того, в составе венгров был еще один нападающий – Гереч. Словом, признавал Шоош, его команде не удалось угадать, откуда ждать беды…

Наблюдая за этой игрой, я невольно припомнил матч 1966 года СССР – ГДР в Лужниках, закончившийся 2: 2. Он был не из легких, и ничья выглядела логичной. Между тем молодая и прогрессирующая немецкая команда и в Москве и в Будапеште выглядела примерно одинаково. Отчего же так не похожи были эти матчи?

Мне кажется, что для немецкой сборной, хорошо организованной, все маневры которой продуманы и отрепетированы, которая играет без перебоев, именно венгерские форварды были страшны. От них, как говорил Шоош, в самом деле не ясно было, чего ждать. В игре венгерской сборной, если подойти к ней с тем же аршином, что и к немецкой, можно было найти изрядное количество дефектов. Но нет, к венграм аршин этот не подходил, они умели предложить своим соперникам такие загадки, от которых кружилась голова. Форварды исполнили несколько экспромтов, оставивших немецкую защиту в полном недоумении. Наша же команда состязалась со сборной ГДР по тем самым «дисциплинам», в которых немецкие футболисты преуспели.

Все, с кем я встречался, желая, чтобы советский журналист хорошо все понял, обязательно призывали в свидетели наш грузинский футбол. Я думаю, что эта параллель верна. Точно так же, как грузинские команды много лет украшают, сдабривают наши внутренние чемпионаты игрой своеобразной, пылкой, техничной, игрой с фантазией, венгерские команды в международные турниры вносят особую прелесть игрой непознаваемой, неожиданной, поддразнивающей общепринятую логику.

На венгерских стадионах видишь множество одаренных игроков. Одаренность проглядывает в ловком обращении с мячом, в умении и желании обвести, обмануть противника, во всяких штучках, и нужных и ненужных. Правда, во многих матчах напрасно искать тактическую стройность, какой-либо чертеж, план, заготовленный заранее.

Вот и на стадионах Грузии всегда встречаешь таких же точно юношей. И если бы мы с вами ориентировались только на перечисленные «показатели талантливости», то, скажем, тбилисскому «Динамо» полагалось бы становиться чемпионом страны, ну, по крайней мере, раз в три года. Но как много нынче требуется прибавить к этому показателю, чтобы иметь вдоволь турнирных очков, иметь гарантированный успех!

Венгры отдают себе отчет, в чем их сила и в чем слабость. Они справедливо считают, что сотворили собственный национальный стиль, которым можно гордиться. Хотят ли они чего-нибудь еще? Да, хотят. Современного прочтения своего национального стиля.

Само собой, я интересовался футбольной прессой. Однажды попросил редактора отдела Пала Борбея рассказать об объеме его работы. Он расстелил на столе шесть полос «Непшпорта» и стал ставить синие галочки на заметках, посвященных футболу. На страницы опустилась осенняя перелетная стая. Да, о футболе в Венгрии пишут много.

Мне здорово помогли венгерские коллеги. Они возили меня на стадионы, усаживали на лучшие места в ложах прессы. Их ответы на мои бесконечные и часто, наверное, наивные вопросы были обстоятельны. Мне хотелось бы сказать о них несколько слов.

В отделах футбола люди обычно работают подолгу, никто не рискует часто менять сотрудников. Футбольная тема огнеопасна, ошибки настолько бросаются в глаза, что подпускать новичка всегда рискованно. Там, в Будапеште, я вел беседу с молодым журналистом, который пишет об искусстве, о музеях, и он с легким пренебрежением отозвался о некоторых людях, работающих в футбольной рубрике, сказав, что у них нет литературного стиля и пишут они так же, как и сто лет назад.

В тот же день на каком-то окраинном будапештском стадиончике, где играли команды второй лиги «Салиток» и «Секешфехервар», куда езды на тряском желтеньком трамвае № 55 ровно час, я наблюдал за работой своего спутника Иштвана Тари. Нам не обязательно было говорить, все было ясно. Я видел, как он у тренеров выверял составы, как во время матча строчил в блокноте, то и дело испуганно взглядывая на поле, боясь прозевать самое интересное, как подсаживался на скамью то одной команды, то другой, уточняя, кто забил гол и с чьей передачи. Потом я его ждал, и он вышел из комнаты, где стоял телефон, с осунувшимся лицом. По дороге обратно от нечего делать он любезно вписал в мой блокнот по памяти разные любопытные сведения: о том, что чемпионаты Венгрии проводятся с 1901, а Кубок с 1909 года, что сборная ведет свою историю с 1902 года и провела до 1968 года 425 матчей, выиграла 237, 102 проиграла и 86 закончила вничью, а разность мячей 1163:705. Каюсь, я потом проверил все это по справочнику, но поправок вносить не пришлось.

Не знаю, обладает ли Тари, уже тридцать лет работающий футбольным репортером, литературным стилем. Но знаю, что его работа на стадионе была добросовестной и безупречной, что отчет был передан в редакцию вовремя. А ведь как важно для истинного любителя получить точные сведения! Он охотно предпочтет их стилистическим красотам. Без хроники, удовлетворяющей любопытство, нет футбольной журналистики. Ради этой хроники, заключенной подчас в единственную строку, репортер бьет ноги, опрашивает десятки людей, листает горы подшивок старых газет. В этом смысле наши венгерские товарищи имеют хорошую школу, что, впрочем, соответствует традициям местного футбола.

Но в чем-то все-таки был прав мой молодой собеседник. Каждому времени – свои репортеры. Очень может быть, что с изменениями игры, с привлечением к ней особо пристального и взыскательного внимания все большего числа людей понадобятся и иные литературные жанры. Но думаю, что основы футбольного репортажа устоят, и у таких, как Иштван Тари, всегда будет чему поучиться молодым…

Я благодарен Палу Борбею. Между прочим, пути журналистские неисповедимы. Борбей привлекает внимание огромным ростом, крупными руками. Оказалось, что он баскетболист, входил в сборную своей страны, играл против нашей команды, где были Коркия, Лысов и другие. Теперь он законодатель мод в футбольной журналистике Венгрии и уже много лет ни слова не пишет о баскетболе.

Благодарен редактору «Лабдаругаша» Хофферу. Рассказывая мне о том, как недостает венгерским командам простоты, продуманной системы игры, он вдруг махнул рукой и сказал:

– Впрочем, я сам играл двадцать лет, в том числе и в первой лиге, и вечно упускал верные голевые позиции только лишь для того, чтобы сделать что-нибудь позаковыристее, покрасивее.

Хоффер несколько лет назад тренировал юношескую сборную страны. Через его команду прошли и Бене, и Альберт, и Фаркаш. Он говорит о них то как о знаменитых мастерах, которым посвящены статьи в его журнале, то как о юнцах, на которых привык ворчать.

– Фаркаш? Этот цыган? Да, да, он по национальности цыган. Удивительно одарен. Способен весь матч простоять руки в боки. Может, если захочет, сыграть так…

впрочем, вы видели его в матче с немцами…

Без помощи коллег я, конечно, многого бы не узнал и не понял. Двенадцать дней командировки – это тот срок, который позволяет нам самонадеянно решить: мы достаточно во всем разобрались. Но, боюсь, если продлить этот срок, окажешься перед тысячью новых вопросов и опять все покажется неясным; мы ведь с вами у себя дома чем глубже залезаем в дебри своего футбола, тем все больше сомневаемся и спорим…

В начале был поставлен вопрос, почему же венгерская сборная до сих пор довольно часто проигрывала нашей. Мне кажется, в этих матчах прежде всего возникает конфликт между двумя различными истолкованиями игры. И я бы не считал, что, исходя из цифровых результатов, нужно смело делать выводы о том, какая сторона вернее трактует футбол. Мы часто ратуем за разный футбол. Венгры и поставляют на мировую арену нечто оригинальное. Они, если хотите, романтики от футбола, и если в чем-либо их можно упрекать, то в отсутствии практицизма. Но разве этот упрек так уж убедителен?

Мы знаем несколько вечных проблем футбола. Ну хотя бы соревнование обороны и атаки. Или – грубости с искусством. Знакомство с венгерским футболом помогает нам ощутить еще один постоянно существующий конфликт- чувства и рассудка.

Мне хочется закончить одним своим мимолетным наблюдением. На «Непштадионе» мне показали крупного человека с седым ежиком на голове, легкого в движениях, несмотря на солидный возраст. «Взгляните, это наш Деак! Самый знаменитый в прошлом бомбардир, его рекорды до сих пор не побиты!» А потом, воскресным утром, я шел по улице и вдруг увидел Деака. Он шагал быстро, этакая молодая спортивная походка. И то и дело приветственно взмахивал рукой в ответ на оклики из-за столиков кафе, куда его наперебой приглашали зайти, присесть. Я долго шел вслед за ним, и седой Деак все время салютовал людям, как, наверное, в те времена, когда он выбегал на поле. Я смотрел на него и думал: как же любят венгры своих форвардов…


1967


Северная Ирландия – 1969






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх