— 16—

До чемпионата мира в Лондоне оставался год. И государственного значения, вопреки советским привычкам, результату матча с бразильцами не придавали. Просто всем не терпелось взглянуть на Пеле.

Но Воронин своему поединку с объявленным королем футбола бразильцем не собирался придавать тренировочный характер. Он видел, очень возможно, в нем свой шанс на неофициальный титул.

Упрекну ли я его в безоглядно завышенной самооценке? Ни в коем разе. Он ведь и не выше головы собирался прыгнуть. Он имел все основания верить в свой талант игрока обороны. И сугубо спортивный интерес испытывал к задаче выключить Пеле из игры — себя тем самым лишив маневренного в ней участия, чем привык уже дорожить. В плотной игре, в атлетической борьбе с неудержимым бразильцем он не представлял ничего невозможного для мастера класса, уважаемого им в себе.

Но ничего из задуманного им не получилось. Москва увидела Пеле — он, между прочим, провел едва ли не один из лучших в своей карьере матчей — и не заметила никого из противостоящих ему. Воронину, кстати, тренеры и не вменяли в обязанность «приклеиться» к форварду-легенде.

Прикомандированный к защитным порядкам, он вместе с тем оставался свободным при выборе позиции. Мог и не «трогать» Пеле, сославшись на другие заботы, — у бразильцев было еще кого прикрывать-опекать. Воронин, однако, жаждал соперничества с темнокожим королем — и никем иным. Участник чемпионата мира шестьдесят второго года в Чили, он, тем не менее, не видел чемпиона в деле и настоящего представления о действительной силе Пеле, как показала московская игра, не имел. И уступил ему в тех компонентах, какие не вызывали сомнений до очной встречи с превзошедшей Воронина всемирной звездой…





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх