Загрузка...


ПОСЛЕДНИЕ ВСТРЕЧИ

С начала 60-х годов коллектив ОКБ-1 уже не принимал непосредственного участия в работах по морской тематике. Но дружба наша с И.В.Попковым продолжалась, и я, бывая в Москве, всегда заезжал к нему в Подлипки. Когда было возможно и удобно, посещал и С.П.Королева. Встречи с этими людьми придавали сил, я как бы подзаряжался их энергией.

Весной 1963 года я возвратился с Камчатки. К тому времени закончились транспортные испытания ракет "Р-13" на подводной лодке следующего проекта, 629-го. Целью этих испытании, на которых я был заместителем председателя государственной комиссии, было определение возможности увеличения срока хранения ракет в шахтах. Испытания проводились также и в экстремальных условиях, характерных для районов тропических широт, чтобы убедиться в боеготовности ракет при высоких температуре и влажности воздуха в шахтах.

Результаты испытаний были положительными, и комиссия рекомендовала увеличить допустимый срок хранения ракет в шахтах вдвое. Так что при встрече в Подлипках с людьми, неравнодушными ко всему, что было связано с начатым ими на флоте делом, мне было чем поделиться.

Решили с И.В.Попковым побывать у Сергея Павловича. Появились в ОКБ-1 еще до начала рабочего дня, зная, что он приходит рано. Встретили его в коридоре у приемной. Увидев меня и на ходу бросив: "А ты откуда?", – он, не ожидая ответа, пригласил нас к себе.

Иван Васильевич всегда являлся на работу бодрым и подтянутым. И на этот раз он был в белоснежной сорочке, в темно-синем костюме, чисто выбрит, розовощек и аккуратно причесан. Он и в деле был таким же аккуратным, четким и собранным.

Как строгий учитель к талантливому многообещающему ученику относился С.П.Королев к И.В.Попкову, помогая его становлению тем, что поручал ему особо ответственные, трудные и срочные задания. Мне всегда казалось, когда они находились рядом, что Сергей Павлович видел в Иване Васильевиче себя в молодости. Вот и при этой встрече С.П.Королев, посмотрев на теперь уже своего помощника по испытаниям и не скрывая одобрения, обратился ко мне: "Смотри, каков наш Ванюша!" За этим угадывалось желание Главного поделиться мыслью о том, что вот он каков мой помощник, не только хорош на полигоне или в море на лодке, где мы знаем его способности, но он еще может быть вот таким элегантным и представительным .

Сергея Павловича не могло не радовать то, что человек, на которого он полагался, всегда был в форме, готовки к действию. Таким и был Иван Васильевич в жизни. В нем всегда чувствовалось какое-то, веселое внутреннее горение. В моей памяти осталось как-то высказанное им в шутливой форме: "Гореть, загореть, но не сгорать !"

В нашей короткой беседе С.П.Королев интересовался, как внедряется новая ракетная техника на кораблях, выразил удовлетворение, что идея ракет длительного хранения получает свое дальнейшее развитие.

Разговор то и дело прерывался телефонными звонками. Оказалось, что о его приходе на работу раньше всех знали не только мы. То обращалась одна из сотрудниц с просьбой о помощи в устройстве сына в Нахимовское училище, то была просьба ускорить решение вопроса с жильем, еще кто-то нуждался в санаторном лечении… Всем Главный отвечал достаточно любезно, по существу, стремясь к содействию. Кстати, в свое время он помог устроить на лечение мать Ивана Васильевича. Душевным был человеком С.П.Королев, не зачерствела его душа в выпавших на его долю тяжких житейских невзгодах. В конце беседы зашел разговор о моем желании перейти на работу в ОКБ-1, о чем раньше Иван Васильевич уже докладывал Главному. Сергей Павлович одобрил это намерение и попытался тут же связаться с главкомом ВМФ, но того не оказалось на месте. Встав из-за стола и прощаясь со мной. Сергей Павлович пообещал: "Перейдешь к нам, дам тебе квартиру!" Я же, вместо того чтобы поблагодарить его, не подумав, стараясь только облегчить условия моего перевода, поторопился сообщить, что квартира у меня есть в Ленинграде, и я ее обменяю. По-моему, Сергей Павлович обиделся. Получилось, что я вроде бы отказался от предлагаемого им подарка.

В моих записных книжках осталась пометка о состоявшемся 27 августа 1964 года телефонном разговоре из Ленинграда с С.П.Королевым. Сергей Павлович очень быстро вышел на связь в ответ на мою просьбу очень любезному секретарю соединить меня с ним. Мне хотелось выяснить, удалось ли ему переговорить с командованием ВМФ о коем переводе. Оказалось, что пока нет. Тогда я спросил его:

– Не предполагаете ли Вы встретиться с главкомом ВМФ?

– Хорошо, я попробую! – ответил Сергей Павлович.

Вот такой состоялся короткий, но очень характерный для С.П.Королева разговор. Несмотря на свою огромную занятость масштабными делами поистине вселенского значения, он не забывал о совсем, вообще говоря, незначительных для него вопросах, если за ними стоял человек. О людях, их заботах Сергей Павлович помнил всегда.

Я отдавал себе отчет в том, что вопрос моего перевода не прост, но надежда оставалась. Однако последующие события стали разрушать все планы.

28 января 1965 года вечером пришла телеграмма от жены Ивана Васильевича Людмилы Геннадьевны с тяжелым, скорбным известием о том, что на полигоне трагически погиб Иван Васильевич, На следующий день я выехал в Москву.

31 января состоялись похороны И.В.Попкова. Его хоронил весь город. Потоком шли люди к Дворцу культуры, где был установлен гроб с телом покойного. Встал с постели и приехал болевший в те дни С.П.Королев. Вместе с ним были В.П.Мишин, С.И.Охапкин, другие товарищи из руководства ОКБ-1 и ГКОТ.

Стоя у изголовья в почетном карауле, главный конструктор провожал в последний путь одного из лучших своих учеников, единомышленника и такого нужного ему помощника, нелепо ушедшего из жизни в 35 лет, в расцвете своих жизненных и творческих сил.

Безмерным было горе семьи Ивана Васильевича, жены и еще совсем маленьких детей, двух мальчиков и девочки, его родителей, братьев и сестры. Я лишился друга и мудрого советчика. Ушел из жизни человек, так необходимый многим людям, любивший людей и всегда стремящийся видеть в них положительное. Это ему принадлежат слова: "Мы знаем, что в людях есть еще плохое, но давайте искать в них хорошее, так легче жить!" Очевидцы рассказывали, что, уже получив смертельную травму, он бросается на помощь товарищам, которые, к счастью для них, отделались лишь ушибами. В этом благородном порыве все существо Ивана Попкова.

Летом 1965 года, снова находясь проездом в Москве, я заезжаю к Сергею Павловичу. Подтверждаю свое намерение работать под его началом, хотя без Ивана Васильевича все будет гораздо сложнее. Главный мрачно и с горечью говорит об обстоятельствах гибели И.В.Попкова. Из короткой беседы с Сергеем Павловичем делаю вывод, что данное им согласие остается в силе, и жду решения.

А 15 января 1966 года, как гром среди ясного неба, прозвучало известие о смерти дважды Героя Социалистического Труда, лауреата Ленинской премии академика С.П.Королева. 16 января я прощаюсь с ним, проходя мимо гроба, установленного в Колонном зале Дома Союзов. Много загадочного в его скоропостижной кончине. Вот фрагменты на эту тему из дневниковых записей генерал-полковника Н.П.Каманина, опубликованные в журнале "Огонек" №7 за февраль 1991 года:

9 января (1966 год)

"Несколько дней назад Королев лег в больницу на 2-3 недели… По предварительным данным операция нетяжелая, хотя и довольно неприятная".

17 января

"Оперировал Королева сам Петровский – министр здравоохранения. Сергей Павлович пришел в больницу, как говорится, своими ногами, врачи заверили его, что операция продлится несколько минут, а фактически она продолжалась более пяти часов: ослабленное сердце не выдержало такой нагрузки, и наступил паралич".

19 января

"Королев занял место в Кремлевской стене рядом с С.В.Курашовым (министром здравоохранения СССР). Меня покоробило такое соседство – оно лишний раз напомнило о большой вине нашей медицины в преждевременной смерти Сергея Павловича".

Слышал я еще, что Сергей Павлович лег в больницу в сердцах: "раз не хотят со мной считаться, займусь своим здоровьем". Оказывается, слава С.П.Королева многим не давала покоя, они считали, что "сами с усами" и могут работать не хуже его. Кое-кто, пользуясь своей близостью к Н.С.Хрущеву, добился получения заказа на разработку ракет-носителей космических кораблей параллельно с С.П.Королевым, причем с передачей всего задела, всего опыта, всей документации ОКБ-1. Военные пытаются отделиться от С.П.Королева и самостоятельно готовить к полетам космонавтов и комплектовать экипажи кораблей. Все это не может не волновать Сергея Павловича: дело всей его жизни начинают ломать, перестраивать, растаскивать. Вот такая, неблагоприятная для нормальной работы, складывается обстановка. О ней можно узнать и из упомянутых дневниковых записей Н.П.Каманина, и из воспоминаний современников в книге "Академик С.П.Королев. Ученый. Инженер. Человек".

Н.П.Каманин после смерти С.П.Королева пишет: "С.П.Королев – главный автор и организатор всех наших космических успехов, однако все ораторы на траурном митинге подчеркивали, что Королев большой ученый, но не самый главный руководитель космических исследований, что у нас немало таких, как Королев. Это неправда. именно он был Главным Конструктором космических кораблей, и не только по должности, но и по существу. Я всегда безгранично ценил талант Королева. Знал я и не самые лучшие черты его характера, но они не могут заслонить величия фигуры нашего Главного. Его имя должно быть перед именами всех наших космонавтов. Глубоко убежден, что так и будет".

А что происходит потом? Серия катастроф: 25 апреля 1967 года – гибель В.М.Комарова, 27 марта 1968 года – гибель Ю.А.Гагарина и В.С.Серегина. 30 июня 1971 года – гибель Г.Т.Добровольского, В.Н.Волкова и В.И.Пацаева. Что это, случайность? Может быть! Но вероятность этих происшествий при С.П.Королеве, с его недремлющим оком, была бы меньше. В этом не может быть сомнений! Ведь с 1951 по 1965 год включительно, на заре освоения космоса человеком, не было ни одной аварии с гибелью космонавтов в полете, а за пять последующих лет произошло три аварии с шестью жертвами. Вот такая трагическая статистика.

Если бы я знал в 1965-м, как было трудно Сергею Павловичу, какие заботы его одолевали, в каком напряжении он жил, я никогда бы не обратился к нему со своей просьбой. Но узнал я обо всем много лет спустя и удивляюсь, как он вообще принимал меня. Это еще раз свидетельствует о его уважении к людям, о верности своему слову.

Последняя, совершенно неожиданная встреча с Сергеем Павловичем произошла 10 января 1992 года. В тот день демонстрировался новый документальный фильм "Совершенно секретно. Неизвестною страницы жизни Сергея Павловича Королева", посвященный его 85- летию. Фильм замечателен тем, что впервые показаны кадры, связанные с годами репрессий этого человека, восстановлена правдивая история его семейной жизни. Показаны рабочие эпизоды на полигоне, воспоминания работавших с ним людей. Среди фрагментов с эпизодами основных работ, руководимых главным конструктором С.П.Королевым, впервые появились кадры, связанные с морской тематикой: идущая в море подводная лодка, разбегающийся по боевой тревоге личный состав, ракета, поднятая из шахты за минуту до старта, и, наконец, сам старт. Переживаю снова то, что испытывал тогда. Ведь мы, участники испытаний, находились за пультами в ракетном отсеке лодки и выполняли команды Главного, подаваемые им из боевой рубки. Наконец-то, зримо подтверждена морская деятельность в творческой биографии С.П.Королева.

Очень правдивый и душевный по отношению к нему фильм. Спасибо его создателям и в первую очередь соавтору сценария и режиссеру А.Берлину. Появилась надежда, что события, связанные с созданием морской баллистической ракеты и рождением подводного ракетоносца, станут наконец известны нашим людям и "белые" страницы этой славной истории будут заполнен.







 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх