12 Шесть процессов в человеке



 РОСТ

Теперь у нас достаточно материала, чтобы постараться выяснить то, как шесть основных процессов, работу которых мы видели в Солнечной Системе, проявляют себя в микрокосме человека. Мы рассмотрим их здесь в том же порядке, как и тогда, начиная с первоначального процесса роста.

Процесс роста - это тот процесс, который на шкале вселенной создает всю последовательность миров, производя из единства и потенциальности разнообразие, форму и проявление. Творческие факторы здесь действуют в порядке - жизнь, материя, форма. Активный импульс погружается в пассивный материал, чтобы в пространстве между ними создать живое явление.

Как в любом другом сотворенном существе, в человеке этот процесс начинается сразу после зачатия. Он не относится к самому зачатию, которое принадлежит другому процессу - процессу перерождения, - его мы рассмотрим последним. В том таинственном акте некий невидимый и неощутимый символ индивидуального существа, действуя из какого-то неизвестного измерения времени, заставляет пассивную яйцеклетку непреодолимо притягивать к себе активную сперму, которая оплодотворит ее и даст ей жизнь. Откуда этот символ входит, и каким материальным средством пользуется - это одни из самых величайших тайн бытия. И только позже мы увидим, что он приносится через время, а именно из предсмертной агонии того, кто будет зачат.

Но в момент, когда зачатие окончено, начинается рост. Там, где были два элемента, мужской и женский, теперь лишь один - яйцеклетка, оплодотворенная и беременная. В этой одиночной клетке образуются два полюса, активный и пассивный, между ними поляризуются гены, клетка делится на две, затем четыре, восемь, шестнадцать, тридцать две, и так далее. Это точная живая модель сферы Абсолюта, бесконечно размножающего галактики, которую мы представляли себе в начале книги. Излучение жизни, действующее на материю, создает бесконечную множественность формы.

Примерно на восьмой день эта, теперь активная, оплодотворенная яйцеклетка (жизнь), увеличившись в объеме в несколько сот раз, выходит из фаллопиевой трубы, прикрепляется, как к месту отдыха и питательной почве, к стенке матки (материя), через которую вытягивает себе пищу из материнского организма, и начинает развивать сложную эмбриональную структуру (форму). Эта стадия приносит дифференциацию, - почти неразличимая клеточная масса яйцеклетки делится на оболочки амниона и аллантоиса, с содержащимися в них жидкостями, и самого эмбриона внутри них. К двадцать восьмому дню этот процесс продвинут уже довольно далеко. Аналогичной на космической шкале является дифференциация частей Солнечной Системы с центральным Солнцем и охватывающими его планетными сферами.

О следующей стадии роста можно сказать, что она связана, видимо, с отделением внутри самого эмбриона растительной, беспозвоночной и позвоночной сторон, учреждающих теперь свои штабквартиры соответственно в кишках, груди и голове. В то же время, во временном сходстве эмбриона на этой стадии с растением, рыбой и млекопитающим видна аналогия с творением мира природы. На самом деле, внешне не существует ничего, что отличало бы месячный человеческий эмбрион от эмбриона лягушки, курицы или лошади.

В конце второго месяца эмбрион, пройдя через галактическую, солнечную и различные органические стадии, находится на пороге человеческой природы. Это его первая веха на шкале жизни. Эмбрион здесь становится пассивным и ждет. И теперь активная сила, которую для лучшего понимания мы назовем наследственностью, вдруг выдвигается из времени, чтобы создать человеческую форму. В этом еще нет ничего от индивидуального человека, так же как нет ничего индивидуального в половом влечении периода половой созревания. Это уровень всего человечества - или, возможно, рода - и следующая стадия дифференциации внутри всей общей великой категории органической жизни. Человеческая наследственность (жизнь), поселяясь в ожидающем эмбрионе (материя), создает уже настоящий человеческий зародыш (форма).

Мы не имеем возможности различить все множество последовательных триад роста, которые постепенно завершают сотворение младенца, готового к рождению. Несомненно, что каждый период между главными вехами жизни может рассматриваться как октава из семи стадий, таких же, как те, которые мы ранее описывали по отдельности. Каждая из этих стадий будет включать в себя погружение активного принципа все глубже в материю и форму, дающее в результате организм, который уже сам делает следующий шаг вниз, до определенной границы. Когда этот процесс, следующий естественным ходом нисходящей октавы, достигает интервала или паузы, то, видимо, извне входит некая активная сила, дающая зародышу необходимый импульс к следующей стадии развития.

Мы видели, как это произошло на первой вехе. На второй (130) дней, входит другой шок. Как будто прозревая каким-то удивительным образом то, чем он будет в зрелом возрасте, когда, став вполне взрослым человеком, достигнет максимума личной силы и опыта, этот утробный плод на пятом месяце своего созревания вдруг приобретает все признаки отдельного человеческого существа по общему образцу рода людского. На первой вехе, по какому-то сродству с периодом полового созревания, зародыш становится человеческим; на второй, по такому же сродству с периодом зрелости, он становится отдельным существом. Как такие предзнаменования могут связывать одну часть жизни с другой через время, может проясниться нам позже.

Каждый из шести основных процессов производит определенные вещества, являющиеся характерными для него, как, например, отработанные и инертные материи характерны для процесса разрушения, а яды для процесса болезни. Не стараясь пока еще классифицировать их химически или физически, мы можем сказать, что вещества, характерные для процесса, который мы сейчас рассматриваем, - это тонкие материи, имеющие свойство производить умножение дифференциацию организацию функцию и форму. Всё это вместе, увиденное во времени, представляется нам как общее явление роста.

О происхождении этих веществ в человеческом организме мы знаем очень мало. Известно, однако, что вилочковая железа близко связана с умножением клеток, которое ему обычно приписывается, потому что когда головастики питаются одним только ее экстрактом, их ткань умножается без дальнейшей дифференциации, создавая гигантских головастиков. Мы знаем далее, что диференциация функций и совершенствование формы каким-то образом стимулируется поджелудочной железой. Головастики, вскормленные на одном экстракте поджелудочной железы, превращаются в лягушек, маленьких как мухи. Поэтому весьма возможно, что все железы внутренней секреции имеют в качестве одной из своих функций выделение тонких веществ роста, которые последовательно входят в организм, чтобы совершить весь цикл телесного развития.

В любом случае можно сказать, что деятельность роста, запущенного со всей огромной силой природы в отправной точке жизненного круга, по мере движения жизни постепенно замедляется. В 10 лет практически перестает расти мозг; в 12 лет достигаются окончательные пропорции формы; в 17 становится почти неизменной длина тела, а в 22 - клеточная масса. Любые дальнейшие увеличения являются результатом опухоли или растяжения клеток, а также отложения жира - процесса, не имеющего ничего общего с умножением и дифференциацией роста.

Если брать жизнь человека как целое, мы можем сказать, что с возрастом замедление роста сопровождается постоянным усилением разложения. Болезнь и смерть являются неизбежной оборотной стороной и концом роста. Распад сокрушает организацию.

Но прежде чем перейти к следующему процессу, мы можем коснуться процесса роста с более общей точки зрения. Как этот процесс выражает себя психологически и эмоционально, на уровне поведения и привычки?

Мы видели, что он представляет собой погружение духа в материю, производящее в результате нечто среднее между ними. Так же и в психической жизни человека он символизирует постоянный компромисс, стремление, наталкивающееся на сопротивление, потребность, встречающуюся с препятствием, чтобы быть остановленными на полпути до полного удовлетворения, - это некая точка равновесия. Он является тем способом, которым все случается в жизни человечества - манеры, обычаи, привычки, бесконечное усложнение и разнообразие, происходящее из приспособления стремлений к обстоятельствам, одного желания к другим желаниям. Он является равнодействующей сил.

Возьмем обычный пример. Некий человек в юности испытывает страстное желание стать великим живописцем. Это активизирующее желание погружается в самую обычную материю, то есть сопротивление жизни,- бедность, недостаток везения, ответственность за семью, и так далее. К сорокалетнему возрасту он обнаруживает себя, как равнодействующую этих активной и пассивной сил, наемным художником, расписывающим рекламные щиты. Такова конечная "форма" его желания. Этот процесс случается сам по себе, как случается рост, умножая причины и карму на протяжении всей жизни человека, и каждая равнодействующая является началом нового усложнения.

Так продвигается процесс роста, постепенно и неотвратимо, при этом иногда еще рывками, которые поочередно открывают и подчеркивают какую-то новую грань организма. И человек, завороженный и напуганный, ждет изменения, которого он не может ни знать заранее, ни предотвратить. Разве младенец хочет стать ребенком, а побег деревом? Все случается; раскручивается какая -то огромная часовая пружина вселенной, и волей-неволей вместе с ней и он, и все другие творения.

И именно когда человек начинает чувствовать эту фатальность роста, то будучи слабым, он начинает себя обманывать. Если рост превращает тело мальчика в тело мужчины, тело девочки в тело женщины, не вкладывает ли он и мудрость в их взрослые тела, и не учит ли расставаться с детскими вещами? Но нет, он этого не делает. Он дает накопление опыта, но не усвоение этого опыта. Он дает накопление знания, но не развитие бытия.

Для человека основная сущность этого процесса в том, что он происходит несознательно и непроизвольно. Бессознательный и непроизвольный процесс не может принести сознание и волю. Сознание не может быть развито бессознательно, ни воля невольно. Эти качества, не сравнимые с ростом мышцы и органа, могут быть приобретены только другим и совершенно отличным процессом, сознательным и намеренным с самого начала.

Именно поэтому идея эволюции - гениальная идея в уме Дарвина - стала такой бессильной и ложной в популярном изложении. Дарвин, описывая появление новых видов и все более сложных форм в ходе геологических эр, преобладание в каждой эпохе нового и высшего царства природы, почувствовал и открыл рост Земли. Он показал, как взрослела физическая Земля, точно так же, как взрослеет физический человек. И как новые виды прибавлялись у Земли по мере ее роста, точно так же, как новые функции прибавляются у человека по мере его роста. Это явно не имело ничего общего с возможностью какого-либо вида превзойти самого себя, так же как с возможностью какой-либо функции стать сознательной. Здесь, как выражал это Успенский, подменили карту.

Идею всеобщей эволюции, отнесенную к моральному развитию человечества, можно подкрепить только совершенно произвольным выбором примеров - сравнивая, например, методы инквизиции с современной свободой прессы в Соединенных Штатах, но при этом забывая сравнить средневековое право убежища с современной организацией концентрационных лагерей.

В наши дни слово эволюция используется без различия и для процесса роста, и для процесса совершенствования, который мы рассмотрим следующим, и для процесса перерождения, о котором мы знаем меньше всего. Полностью исказившись по смыслу, оно даже превратилось в какую-то гарантию изготовителя - о том, что каждый отдельный осьминог однажды разовьется в Будду, и что, без всякого усилия или намерения с их стороны, все люди неизбежно станут мудрыми.

Это так же фантастично, как верить, что позволив своему каноэ дрейфовать вниз по реке, путешественник неизбежно окажется на вершине высочайшей горы. Процесс роста в самом деле является огромной космической рекой, вечно текущей от Создателя. Если полагаться на одно лишь ее течение, то существует только одно направление, в котором человек может двигаться - это вниз. А чтобы подниматься вверх по реке, необходимо другое понимание, другая энергия и другое усилие.


УСВОЕНИЕ

В этом втором процессе пассивная материя подвергается действию жизненной силы и этим поднимается или преобразуется в материю более высокого уровня. Все процессы очищения, совершенствования, приготовления пищи и перегонки жидкостей имеют эту природу. Факторы творения в этом процессе действуют в порядке: материя, жизнь, форма.

Мы уже много раз видели, как разные функции человеческой машины работают с энергией различных напряжений, так сказать, с различным топливом. Можно, например, представить пищеварительную, дыхательную, артериальную и различные нервные системы как работающие соответственно на угле, древесине, керосине, высокооктановом бензине и электричестве. Процесс, которым эти высшие энергии или виды топлива вырабатываются путем очищения из своих начальных материалов пищи и воздуха - это именно тот процесс, который мы сейчас рассматриваем. А последовательные стадии, в ходе которых это достигается, совершенно аналогичны операциям дистилляции и "крекинга", которые проводятся на каком-нибудь большом нефтеперерабатывающем комбинате с помощью давления и катализаторов, то есть операциям, начинающим с угля как сырого материала и выдающим побочные продукты с различным удельным весом вплоть до чистейшего авиационного бензина, производство которого является главным назначением всей установки.

Давайте начнем с сырого материала, пищи. Впервые попадая в организм, она представляет собой пассивную материю. Во рту она сразу же подвергается жевательным движениям челюстей и смешивающему движению языка, соединенным с разжижающим действием слюны. Ферменты в слюне и пищеварительные соки раскрывают тяжелые молекулы пищи, и расщепляют их на все более тонкие частицы. Все это представляет активную силу жизни. Получающаяся в результате форма - питательное вещество, известное как химус,- может уже усвоиться лимфатической системой.

Одна из характерных черт процесса усвоения в том, что он непреврывен, то есть продукт одной стадии становится сырым материалом для следующей. Таким образом, переваренная пища, которая была продуктом первого действия, становится пассивной материей для второго и, в свою очередь, подвергается действию желчи и других активных выделений печени (жизнь). Ряд сложных химических процессов дает форму или жидкость, которая достаточно очищена, чтобы быть усвоенной непосредственно в венозную циркуляцию.

Мы уже видели, что различные системы тела и соответствующие им энергии могут рассматриваться как восходящая октава. Поэтому и последовательные стадии очищения материй, пригодных для использования в этих системах, также могут быть рассмотрены как октава. Таким образом, пассивная пища на тарелке может быть выражена нотой до, химус, получающийся после первой стадии преобразования - ре, а сверхтонкое питательное вещество, которое осмотически проходит в кровь - ми. Здесь мы подходим к полутону и, как мы заметили в устройстве Солнечной Системы и таблицы элементов, Природа, кажется, всегда приготавливает некий особый шок для противодействия нисходящей тенденции, которую представляют такие полутона.

Точно так же все устроено и здесь, и мы находим, что теперь пассивная материя венозной крови встречается с активизирующим принципом не внутри тела, но, на этот раз, приходящим извне. Поток крови, выставляемый по всей огромной поверхности легких на воздух, вдруг оживляется добавлением внешнего кислорода (жизнь), и выходит как очищенная или артериальная кровь (форма).

До сих пор мы старались говорить об этих продуктах различных стадий очищения в физиологических терминах. Но уже на стадии, относящейся к циркуляции артериальной крови, такое описание становится весьма неадекватным, поскольку мы знаем, что циркуляция крови приносит с собой некоторые субъективные ощущения, которые нельзя не учитывать. Полноценный поток крови вызывает ощущения тепла и хорошего самочувствия; недостаточный - ощущения зябкости и уныния. Такие ощущения могут окрашивать всю эмоциональную жизнь человека и определять его общее отношение к миру.

Чем выше мы поднимаемся по шкале человеческих энергий, тем более важным становится это субъективное ощущение их человеком, и тем менее удовлетворительными чисто физиологические описания. Поэтому о следующей стадии мы можем сказать определенно, что артериальная кровь проходит через мозг и встречается там с неким принципом, который активизирует ее настолько, чтобы она могла вызывать электрические или нервные реакции в коре головного мозга. Но мы хорошо знаем, что главным продуктом этой частной стадии является то, что субъективно представляется нам как наше восприятие образов, наша ассоциация идей, и вообще то, что мы называем нашими мыслями.

На следующей стадии энергия очищается еще дальше, до уровня, где она становится топливом нервной системы, управляющей с одной стороны двигательными импульсами, а с другой - непроизвольной внутренней деятельностью тела. Это та энергия, которой человек движется и действует.

Наконец, одна последняя трансформация производит необычайно тонкие проявления энергии, которые мы можем описать физиологически в терминах половой функции, или, более субъективно, как источник целой гаммы высших или творческих эмоций, на которые данное человеческое существо способно. Выше этого мы не знаем никакой дальнейшей трансформации, естественно ведущейся человеческим очистным комбинатом.

Из этих примеров ясно, что на каждой стадии некий пассивный сырой материал, обработанный или усвоенный неким активным принципом, уже существующим в теле, в результате превращается в очищенное или промежуточное вещество, питающее, в свою очередь, соответствующую функцию.

На эту тему часто задают вопрос: "влияет ли на усвоение вид пищи и способ ее приема?" Разумеется, влияет. С этой точки зрения, первым шагом будет есть не из подражания, привычки или теории, но в ответ на голос инстинктивного разума. Необходимо установить контакт с этим разумом, который уже знает все о внутренних нуждах организма, спрашивать его совета и прислушиваться к его требованиям - либо искать ту или иную пищу, либо воздерживаться от того или иного, есть от души или поститься. Без этого контакта все теории о диете могут только испортить аппетит.

На следующем уровне чувствительности интересно стать осведомленным о происхождении пищи, которую ешь. Пища человека добывается из царства растений, как фрукты и овощи, из царства беспозвоночных, как крабы и устрицы, из царства холоднокровных позвоночных, как рыба, и из царства теплокровных позвоночных, как дичь или мясо. Она может состоять из естественных побочных продуктов других форм жизни, как яйца, молоко или мед; или она может требовать принесения в жертву самих этих форм жизни. Все это означает варьирующийся фактор насилия в добывании человеческой пищи, который может иметь значительную важность для расы или нации, и даже в некоторых случаях для отдельного человека.

К тому же, еда может быть преобразована, и этот фактор насилия частично компенсирован как мастерством, вниманием и искусством повара, так и сознанием и благодарностью едока. Возможно, необходимо соединение набожной благодарности перед едой верующего с сознательной "physiologie du gout" гурмэ, чтобы вполне разгадать эту тайну человека, жующего и переваривающего внутри себя все царство природы. Потому что диетики и вегетерианцы озабочены только клеточной природой пищи, и ее воздействием на клеточную природу человека: только отшельник или Брийят-Саварен начинают понимать ее молекулярную структуру и использовать ее для усиления своей собственной.

(Брийят-Саварен, Ансельм - французский юрист, политик и писатель, автор знаменитого труда "Physiologue du gout".прим. перев.)

Однако, несмотря на это, никто не может, питаясь больше или лучше, приобрести тот огромный запас новой энергии, который необходим для само-трансформации. Для этого нужно обратиться к двум другим формам человеческого питания, - воздуху и впечатлениям - которые проходят через такой же ряд очищений, давая новые проявления на каждой стадии. Если твердая пища почти автоматически очищается до своей конечной возможности, то усвоение этих двух более тонких форм пищи зависит большей частью от внимания, понимания и выбора данного человека.

В частности, в случае впечатлений усвоение не является автоматическим и вовсе не гарантировано от природы. Оно зависит полностью от уровня сознания воспринимающего. И с увеличением сознания впечатления могут очищаться до уровня, где будут приводить к такой степени экстаза, которая обычно для нас непредставима.

Например, кто-то каждый день проходит мимо нищего на улице. Иногда он воспринимает лицо этого нищего, если вообще воспринимает, как смутное пятно на общем фоне, которое имеет не больше смысла или значения, чем старый кусок газеты. Впечатление отражается в глазах этого человека, но не идет дальше, не приводит абсолютно ни к каким процессам внутри организма. Но однажды точно такой же фотографический образ запечатлеется очень живо в его сознании. Он неожиданно увидит этого нищего таким, каков он есть, увидит бедность, болезнь, хитрость, веселье или безнадежность, написанные на его лице, и неожиданно осознает то, что привело его к этой точке, и что неизбежно будет с ним дальше.

Это простое впечатление вызовет сотню мыслей, теорий и эмоций. Оно будет очищено в пищу для ума, чувств и даже для высшего исцеления или творческой активности. И это усвоение впечатления будет результатом временного усиления сознания со стороны воспринимающего, происшедшего, возможно, оттого, что он помнил самого себя.

Это, однако, уже граничит с совершенно другим процессом. Потому что главная характерная черта процесса усвоения в том, что в нем все происходит естественно. Каждый человек, по самому праву рождения как человеческое существо, обладает способностью пользоваться произведенными таким образом энергиями. И хотя он может по-разному вмешиваться и затруднять их естественную выработку, весь этот чудесный ряд трансформаций проходит вполне независимо от его воли, намерения или желания.

Таким образом, это естественное соврешенствование, которое начинается, как мы видели, с инертной материи и кончается формой, не должно смешиваться с тем намеренным совершенствованием, направляемым собственной волей и стремлением человека, которое начинается с формы и кончается жизнью. Это последнее подразумевает совершенно отличный и самый трудный процесс. Позже мы увидим ту точку, в которой он может начаться.


УСТРАНЕНИЕ. РОЛЬ ОРГАНИЧЕСКИХ СОЕДИНЕНИЙ.

Одновременно с процессом усвоения и преобразования пищи, в теле идет процесс разрушения и устранения. Этот процесс работает в порядке сил: жизнь, форма, материя. Как мы видели ранее, это процесс, в котором жизненная сила разбивает форму, низводя ее до инертной материи. Здесь каждая стадия является законченной самой по себе, с произведенным в результате одним частным отработанным продуктом, который уже не может быть дальше использован этим организмом. Типичными веществами физиологического разрушения являются выделения.

Главное свойство выделений в том, что они не имеют дальнейшей возможности трансформации, и поэтому выводятся через поры и другие отверстия организма. Некоторые выделения очевидны и ощутимы, но есть, несомненно, много других, менее заметных, но не менее важных, которые могут даже выглядеть как конструктивные функции.

Давайте попытаемся изучить процесс устранения на каждом из функциональных уровней, которые мы ранее классифицировали. Итак, пищеварение, циркуляция крови, деятельность мозга, работа произвольных и непроизвольных мышц, и наконец половая и эмоциональная функции должны иметь свои собственные выделения. Потому что только таким избавлением себя от отработанных продуктов эти функции могут поддерживать себя в здоровом и действенном состоянии.

Вспомним, как в процессе пищеварения входящая пища (материя) встечалась с активными пищеварительными соками в теле (жизнь), и преобразовывалась в химус, форму, в которой она могла ассимилироваться в лимфатическую систему. В настоящем процессе, тот же активный принцип (по-прежнему жизнь) входит первым и, атакуя эту пищу (теперь форму), тем же самым расщеплением отделяет от нее ее неперевариваемую часть (материю), которая устраняется в кишечник. Продукт этой триады, испражнения, находится на полпути между своей первоначальной формой как пищи, и полностью окаменелой органической материей, как, например, древесина, и хотя не имеет никакого дальнейшего использования в человеческом организме, может, тем не менее, служить питанием для другого уровня творения, представленного растительным царством.


Здесь интересно видеть, как два эти процесса усвоения и устранения неразрывно связаны друг с другом на каждой стадии, и как в них обоих действует один и тот же активный элемент, но в разных местах и играя разные роли. Таким образом: форма жизнь жизнь материя химус пищеварительные испражнения соки

Точно так же и фильтрующий принцип в почках, очищая и утоньшая проходящую через него кровь, в то же время отделяет и устраняет урину. Если кал - инертный и конечный продукт пищи, то можно сказать, что моча - конечный продукт воды, превосходящий ее плотностью из-за содержания мочевины, фосфата калия и различных других отработанных материй и пигментов. Все это тоже может представлять ценность для мира растений.

На следующей стадии тот самый вдыхаемый кислород, который перезаряжает венозную кровь, переводя ее в более высшее состояние, действует также и как механический шок, от которого груз двуокиси углерода сбрасывается в легкие, и оттуда выносится как выдыхаемый воздух. Он отличается от вдыхаемого воздуха утратой большей части своего кислорода и других тонких материй, науглероженностью, и особенно нагруженностью парами воды, - то есть всеми теми факторами, которые делают его инертным и бесполезным для человека.

Здесь мы снова подходим к пункту, где физиологические объяснения становятся недостаточными. На следующей стадии активная сила яснее всего видится как физические упражнения и тепло, которые, усиливая обмен веществ, стремяться разрушить отработанные материи в клетке и ткани, устраняя их в виде потовых выделений.

А еще дальше, на уровне умственной деятельности, мы находим умственные выделения, представленные "воображением", то есть постоянным выделением лишних образов, побочных продуктов прошлых впечатлений, которые протекают через мозг и вовне бессмысленным и бесконечным потоком. Как человек принимает пищу с перерывами, так же выделяется и кал; но поскольку входящий поток впечатлений непрерывен, то так же непрерывны и эти выбросы воображения. Когда непосредственное воздействие внешнего мира прерывается сном, этот поток даже становится виден нам как сновидения. Фактически, сны снятся и ночью и днем, без остановки, что с готовностью подтвердит всякий, кто научился задерживать на несколько минут более активный мыслительный процесс мозга.

На самом деле, существует возможность посредством воли и умения овладеть потоком воображения для использования его с определенной целью, так же как водопад можно использовать для вращения турбины. Это другой вопрос, который будет затронут в следующей главе. Он не меняет основной природы потока, похожего на то, как если бы в большой киностудии все ненужные обрезки пленки были склеены друг с другом как попало, и полученая в результате лента постоянно, день и ночь, прокручивалась бы в какой-то задней комнате на каком-то забытом проекторе.

Следующая стадия устранения отработанной материи ума - это речь. И в определенном сорте разговоров, знакомых каждому, ведущихся без особого смысла, цели или сознания, и следующих так же автоматически за работой мозга, как пот за физическими упражнениями, мы действительно и вполне буквально различаем то "выделение ума", о котором говорили ранние рационалисты.

Какое-то количество речи определенно необходимо для физического здоровья: без выведения побочных продуктов восприятия сама мысль становится засореннной и застойной, подавляется испарениями фантазий, которые сама вырабатывает. Однако, проблема в том, что очень многие люди устраняют в разговоре не только ненужные для ума материи, но огромную долю восприятий и мыслей, которые еще не были усвоены вовсе. Образы, которые могли бы стать пищей для понимания, входят в их глаза и выходят из их ртов без какой-либо извлеченной из них пользы. И в этом случае вульгарное выражение "словесный понос" дает не только колоритное, но вполне точное описание их расстройства.

Поэтому для некоторых типов, в частности молчаливых и угрюмых, больше разговаривать, вероятно, необходимо, чтобы прочистить и проветрить их запорные умы. Тогда как для других, словоохотливых и общительных, умственное здоровье может быть связано больше с молчанием, удерживанием внутри себя впечатлений и мыслей до тех пор, пока они полностью не переварятся и не усвоятся. В обоих случаях можно правильно увидеть роль речи как выделения.

Выделения внутренних инстинктивных функций, зависящих от симпатической системы, - многочисленны и очень тонки. Например, можно, вероятно, отнести к этому разряду слезы физиологического облегчения. Однако на этом уровне "выделения" имеют тенденцию становиться все более утонченными и психологическими, и на самом деле находят свой "выход" в вечно-меняющейся игре выражений человеческого лица, глаз, жестов, поз и изменений голоса. В таких занятиях, как пение или танцы, можно тоже увидеть некий вид намеренного психо-эмоционального выделения, всегда сопровождаемого чувством очищения и хорошего самочувствия на этом частном уровне.

Наконец, в связи с половой и эмоциональной функцией мы вспоминаем не столько о физиологических выделениях, сколько о неуловимом сообщении воодушевления, муки или радости, и всей игре высшей человеческой выразительности. Было бы заблуждением стараться ассоциировать отработанные продукты этого уровня с ощутимыми веществами, потому что они, очевидно, принимают форму эманаций, слишком утонченных для физического измерения и анализа. Сюда же могут относиться некоторые виды смеха, являющиеся средством отказа от впечатлений, слишком противоречивых или непонятных для воспринимающего. Но в общем мы можем сказать, что то, что "выводится" как "лишнее", то есть то, что выходит в мир, должно быть пропорционально тому, что усвоено внутри. Человек может выдавать побочные продукты только того, что он переварил, очистил и понял - но это он уже должен делать.

Итак, работающий таким способом процесс разрушения является вполне естественным и необходимым процессом, который приводит к успешному устранению инертных и неассимилированных материй, и, таким образом, поддерживает тело в живом и здоровом состоянии. Далее, то, что относится ко всему телу, так же относится к каждой отдельной функции, от наивысшей до самой низшей. Каждая функция, если она работает в полную силу, должна избавляться от своих отработанных материй, наказание же за неделание этого принадлежит следующему процессу - болезни.

Из этих трех процессов, которые мы изучили в некоторых деталях, уже ясно, что с каждым из них связаны определенные характерные для них материи. Теперь мы можем найти этому интересное подтверждение, обратившись к таблице, в которой мы расположили определенный набор органических соединений в нисходящих октавах молекулярного веса. 158.0

58. Смотрите Приложение VII, "Таблица органических соединений".

Приняв углерод, азот и кислород - основу всей органической жизни - за самые первые ноты нашей первой октавы, а за ее завершение - удвоение начального молекулярного веса углерода - 12, мы получаем нечто подобное следующему:

до  12 углерод

–  13

си  14 азот

ля  15 ацетон

соль 16 кислород

фа  18 вода

–  19

ми  20

ре  22 1/2

до  24

В любой нисходящей октаве будут существовать, как показано, интервалы между до и си, то есть между углеродом и азотом, и между фа и ми, то есть сразу после воды. Позже мы увидим, что эти интервалы имеют совершенно особое значение.

Пока же, если мы продолжим построение дальнейших октав в той же пропорции, то общая схема лучше всего выразится в форме спирали, где можно ясно увидеть, как каждая нота отражается ниже во все более сложных формах материи, таким образом:


Рис. 10. Октавы молекулярных соединений.

На самом деле эта идея повторяющихся моделей молекулярной структуры, связанных с особыми характеристиками, была предугадана в 1930-х годах в синтетической химии. Она привела к "сшиванию" искусственных молекул для специальных нужд, и самым первым примером, чрезвычайно удачным, был нейлон. Позже, манипуляцией молекулами для соединения известных свойств были произведены, например, силоксаны, особые лакокрасочные покрытия, в которых свойства стекла и органической смазки были объединены простой заменой атомов углерода последней атомами кремнезема, элемента, который лежит точно октавой ниже. Однако, несмотря на многие блестящие импровизации, общий принцип молекулярных октав не был, по-видимому, выяснен до конца, и нам было бы, поэтому, полезно разобрать более детально каждую ноту.

Начнем, предположим, с ноты соль, представленной первоначально кислородом, и посмотрим, где находятся ее созвучия. Одной октавой ниже мы находим метиловый спирт, а двумя ниже - азотную кислоту. С четвертой октавы, однако, наш поиск становится все более интересным. Здесь лейцин(130) и лизин (132), две аминокислоты, которые оказываются настолько насущными для роста, что протеины, которые не включают их, как, например, кукурузная мука, являются недостаточными для кормления детей, а в качестве основного продукта питания приводят к пеллагре и другим болезням отставания физического развития. Молодые животные не вырастают, если их единственный протеин - глиадин хлеба, хотя тот же протеин может поддерживать в полном здравии взрослое животное. Далее, в пятой октаве около ноты соль мы находим мекониевую кислоту (254), которой новорожденные младенцы питаются до молока матери, эстрон - материнский гормон, лактозу самого молока, и знакомый витамин А рыбьего жира, который особенно необходим в детстве и в период беременности. Все эти вещества явно связаны с процессом роста.

Переходя к ноте ре, в первых трех октавах мы вновь не находим ничего проясняющего, но в четвертой - поразительную группу, образованную масляной кислотой масла (88), алинином яйца (89), и молочной кислотой молока (90). На следующей октаве мы переходим к аскорбиновой кислоте (176), карбогидрату, и фруктовым и молочным сахарам - фруктозе и галактозе (все 180). Наконец, шестое ре дает солодовый сахар (мальтозу) и рибофлавин или витамин B 2 (360), которые обнаруживаются во всей пищеварительной системе и кажутся близко связанными с производством ферментов, деятельность которых состоит в расщеплении пищевых молекул. Жиры, сахара и витамины этой ноты - все, вполне очевидно, относятся к процессу усвоения.

Фа, нота, первоначально представленная водой (18), и продолжающаяся салициловой кислотой (138) - основой фиолетовой краски, и пара-аминобензольной кислотой (137), обладающей свойством восстанавливать цвет седых волос, - имеет странное значение. Фа пятой октавы дает яркие краски, ализарин оранжевый, желтый и малахитно-зеленый, а также витамин А, из которого образован зрительный пурпур радужной оболочки глаза, дающий чувствительность к цвету. Фа шестой октавы включает пигменты ксантофилл, билирубин и гематин, окрашивающие плазму, печень и кровь соответственно в желтый, коричневый и красный цвета. Вещества этой ноты не только на самом деле кажутся связанными с цветом и красками, но и сами эти цвета, по мере нисхождения по октавам, опускаются ниже по спектру - от бесцветности к фиолетовому, голубому, зеленому, желтому, оранжевому, коричневому и красному. Не сразу мы понимаем, что эта особое свойство фа - расцвечивающее, или разбивающее белый цвет - удивительным образом отражает скрытый аспект дезинтеграции вообще, то есть космического процесса разрушения.

Обращаясь к ноте ми, мы, кажется, сталкиваемся с реактивами процесса, который детально еще нами не рассматривался. Около ми в четвертой, пятой и шестой октавах мы находим целый набор травных алкалоидов, как эвкалиптол, ментол, никотин, тимол, таннин, хинин, стрихнин, опий и аконит, которые с незапяматных времен считались лекарствами или естественными реактивами процесса лечения.

Ля также представляет процесс, которым более детально мы будем заниматься в следующей главе. Первоначальное ля заполнено ацетоном (15). Следом идет формальдегид (30), едкая раздражающая жидкость, которая огрубляет кожу или вызывает язвы на ее поверхности, и которая используется для отвердения, сохранения или бальзамирования органических веществ. Далее мы находим мочевину (60), которая создает ревматические кристаллы, и уксусную кислоту (60), которая превращает вино и сахар в уксус. Тогда как в четвертой октаве появляется анестезирующий хлороформ (119), обладающий особым свойством лишать сознания. Это общее качество делания живых форм более жесткими, более кристаллическими, менее чувствительными и менее сознающими мы различаем как принадлежащее процессу вырождения или порчи.

Первое си это азот 14. Его октавный двойник - этилен(28) - странный газ, который, как обнаружилось, способствует созреванию и гниению плодов, а также сам выделяется при этом процессе. Двумя октавами дальше мы находим гистамин (111) костного мозга, где генерируются клетки крови, и креатинин (111), вещество, которое большей частью встречается в человеческом семени, а также в беременной матке, и производство которого сильно возрастает в период беременности. Тогда как в си шестой октавы входит витамин E (450), отсутствие которого приводит к бесплодию, а его обилие дает плодовитость, как мужскую, так женскую. Все эти вещества близко связаны с полом и способностью воспроизводства - и на животном, и на клеточном уровне. Мы можем, поэтому, предварительно связать эту ноту с тем, что в другой связи мы назвали процессом перерождения.

Нужно добавить, однако, что многие из органических соединений, насущно необходимых для производства потомства, как мужской тестостерон и женский эстрон, обнаруживаются в рамках или вблизи ноты 1соль0, которую мы связали с процессом роста. И вообще вещества этих двух нот, си и соль, представляющие объединенные возможности воспроизводства и роста, удивительным образом взаимодействуют, соединяются и зависят друг от друга, так же как их главные представители, азот и кислород, соединяются и взаимодействуют, образуя воздух, являющийся основой всего органического роста и рождения. 59.

59. Обратите внимание также на взаимодействие и нераздельность нот _3соль и_3 си в октаве планетных времен, уже разбиравшейся в части о вехах человеческой жизни (смотрите Главу 11, II).

С одной этой оговоркой, теперь представляется возможным вполне обоснованно приписать шесть из семи нот наших нисходящих октав органических соединений шести космическим процессам, в которых эти соединения являются как бы молекулярными реактивами. Мы можем суммировать наши находки таким образом:

до ?

– 

си некоторые витамины: реактивы воспроизводства

(перерождение) ля некоторые яды: анестезирующие реактивы

(вырождение) соль аминокислоты, и т.д.: реактивы роста фа краски: реактивы цвета

(разрушение)

– 

ми естественные лекарства: реактивы лечения ре жиры и сахара: реактивы усвоения

Мы не будем здесь касаться ноты до , которая завершает каждую пройденную октаву и начинает каждую новую, и которая резюмирует в самой себе все, что было пройдено до этого и все, что будет после.

Но еще не рассмотренными остаются естественные интевалы, между до и си и между фа и ми , где, как мы видели, любой первоначальный импульс клонится к падению или ослаблению, и которые в космических устройствах компенсируются вхождением некого внешнего импульса с другой шкалы и другого уровня.

Интервал до-си в первой октаве мог бы быть представлен молекулярным весом 13, хотя ни об одном таком веществе ничего не известно. В следующей октаве мы находим ацетилен (26), источник сильного света. Элемент со сходным молекулярным весом, магний, также обладает этим свойством. В том же интервале в других октавах входят странные наркотики, происходящие из мескаля, мака и конопли, которые имеют свойство приводить человека во временную связь с обычно дремлющими высшими функциями, то есть - на мистическом языке - "освобождают внутренний свет".

Вещества интервала ми-фа - бензол, кокаин, морфий, гиосцин - кажется, имеют очень сходные свойства, либо давая свет, либо в некоторых случаях делая человека невосприимчивым к физической боли за счет выведения его сознания в другую область. Самый первый ми-фа интервал, представленный чем-то, что тяжелее воды, был на самом деле искусственно заполнен "тяжелой водой", изобретенной человеком как средство для расщепления атома и освобождения атомной или, точнее, электронной энергии.

Все это содержит в себе сильный элемент "магии", некое ощущение, что законы этого мира, который мы рассматриваем, вдруг отменены законами более высшего мира. Действие веществ, обнаруживающихся в этих интервалах, определенно несравнимо с действием веществ, относящихся к нотам между ними, так же как рождение и смерть несравнимы с жизнью. Светоносное свойство ацетилена и бензола дает нам ключ к пониманию этой несопоставимости.

Мы назвали эту таблицу таблицей молекулярных соединений, и действие большей части веществ действительно является молекулярным, то есть на шкале и во времени молекул, и посредством соединения и взаимодействия молекул. Но мы видим, что с ацетиленом и бензолом, и несколько иначе с наркотиками, неожиданно входит 1свет.0 Свет совершенно не относится к молекулам или материи в молекулярном состоянии: он относится к миру электронов и материи в электронном состоянии. Другими словами, эти интервалы представляют вхождение материи в высшем состоянии, из высшего мира. Это секрет космических интервалов на всех шкалах. Они представляют собой дверь из одного мира в другой.

В следующей главе мы увидим, что процесс перерождения, который мы будем рассматривать, как раз связан с узаконенным взломом такой двери.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх