13 Шесть процессов в человеке

Порча

Процесс порчи или болезни происходит тогда, когда форма, вырываясь на свободу от назначенной ей функции, побеждает жизнь, и низводит целое до инерции и мертвой материи. Порядок факторов творения в этом четвертом процессе - форма, жизнь, материя.

Самая очевидная причина болезни в человеческом организме состоит в недостаточности процесса разрушения. Мы видели, что в результате этого процесса образуются определенные инертные или отработанные материи, не пригодные к дальнейшему использованию, которые должны быть устранены из организма тем или иным образом. Но такие инертные материи могут и остаться в теле, где они превращаются в яды. В этом случае они дают начало совершенно новому процессу, который в жизни человечества проявляется как восстание или преступление.

Что может соответствовать преступлению в человеческом теле? Конечно, неправильное функционирование или бунт различных частей организма. А это неправильное функционирование, в свою очередь, порождается задержкой инертных материй в теле.

Начиная с самого нижнего уровня, можно видеть, как вместо того, чтобы отработанной материи пищи быть выведенной сразу, она задерживается в организме так долго, что кал начинает гнить внутри организма. Причиной этому обычно является некий активный яд из высшей функции - клеточные отбросы, которые вместо того, чтобы выходить вместе с потом, залегают в тканях и вызывают спазмы и напряжения мышц перистальтики.

Здесь мы имеем хороший пример того принципа, что термины активный, пассивный и нейтрализующий, или жизнь, материя и форма являются относительными. Поскольку в процессе болезни активным фактором почти всегда являются такие отработанные материи высшей функции, которые, будучи инертными на своем собственном уровне, тем не менее способны начать цепь болезней в нижних функциях. Именно поэтому процесс порчи, в отличие от процесса разрушения, является непрерывным, с автоматическим развитием каждой нижней ступени из высшей.

Приведенный пример, конечно, является просто техническим описанием запора. На следующем уровне нормальная моча, задержанная отработанной материей некой высшей функции, образует кристаллы мочевой кислоты, вызывающие ревматизм и подобные ему заболевания, а мочевая кислота - как мы видели в конце прошлой главы - является одним из ядов ноты ля в нашей таблице органических соединений. Таким же образом не выведенная из легких двуокись углерода образует в теле яды, которые ощущаются как головная боль, вялость тела, и тому подобное.

На уровне клеточной ткани мы видим, что правильная работа процесса разрушения, стимулируемая физическим трудом и упражнениями, ведет к выбросу отработанных продуктов посредством потовыделения. Общеизвестно, что потение и физические упражнения способствуют ослаблению физического напряжения, создают ощущение спокойствия и хорошего тонуса, ассоциируемые нами с правильной деятельностью околощидовидной железы, и точную координацию движений. С другой стороны, отутствие потовыделения, а значит устранения отработанных клеточных материй, приводит ко всем видам физических напряжений, препятствующих току крови и необходимой выработке тепла. Яд, образуемый процессом болезни на этой стадии, - это молочная кислота, откладывающаяся в мышцах в состоянии напряжения и вялости.

Переходя к следующей функции, мы берем некоторое количество речи и внешнего выражения как законное выделение умственной деятельности. Чтобы оставаться здоровым на этом уровне, каждый человек должен говорить и действовать так, как он думает. Он должен быть искренним. Патологически, однако, эти отработанные материи мысли остаются невыделенными, невыраженными, и ворочаются в его мозгу, порождая болезненное воображение, мании, навязчивые идеи и мечты, от которых он не может освободиться. Они представляют собой в буквальном смысле умственные яды, вполне определенного уровня плотности, которые, со временем возрастая в количестве, могут совершать страшные нападения на все физическое и моральное здоровье человека.

В симпатической нервной функции, где процесс устранения дает слезы, смех, пение или другие внешние психо-эмоциональные проявления, процесс болезни превратит эти отработанные материи в безосновательные страхи и раскаяния, негативные мечты, и так далее. Эти неправильные функции, ядовитые и на своем собственном уровне, можно узнать по тому неприятному и подозрительному оттенку, который они придают мыслям. Потому что именно таким путем яды высшей функции вторгаются как активная сила в функции ниже, заражая их.

Наконец, по отношению к половой и эмоциональной функции, где выделения представлены глубочайшими и тончайшими формами человеческих проявлений, удерживание этой материи в теле и ее патологическое разложение приведет к сексуальному воображению в самой лихорадочной форме, и к целому ряду болезненных эмоций насилия, страха, отчаяния и преступления. Что, однако, может служить активизирующим фактором на этой стадии, поскольку это должен быть яд, происходящий из функции более высокой, чем обычные человеческие? Стараясь ответить на этот вопрос, мы оказываемся лицом к лицу с дьяволом.

На фоне всего вышеизложенного эти процессы разрушения и преступления, или устранения и болезни, видятся в некотором смысле как альтернативные - один естественный и здоровый, другой ненормальный и дегенеративный.

Но если разрушение обычно ограничивает себя надлежащим устранением отработанных материалов пропорционально очищенным в процессе усвоения, то процесс порчи не испытывает такого ограничения. Мы отметили, как в этом процессе инертные материи на высшем уровне выступают как заразители или отравители инертных материй на нижнем уровне; и напротив, как инертные материи какого-то нижнего уровня служат пассивным материалом для инфицирования этими высшими. Насколько мы можем видеть из наблюдения, физические напряжения ведут к болезненным мыслям, ведущим к безосновательным страхам и предчувствиям, ведущим, в свою очередь, к насильственным и саморазрушительным эмоциям. И точно так же в обратном направлении. Процесс болезни имеет особое свойство "разрастания", или заражения всего сырого материала, как высшего, так и низшего, с которым он входит в соприкосновение, и который немедленно разлагает.

Он на самом деле имеет свойство развиваться в обратную сторону и, если его не обуздать, истреблять огромные запасы хорошего материала, которые представляют, может быть, результат очень долгой работы и накопления. Аналогию этому мы видим в молекулярном царстве, когда от одной ложки кислого молока сворачивается целый кувшин свежего, или когда, вследствие небрежного хранения, закисает, превращаясь в уксус, вино. А в клеточном мире мы видим почти неостановимое разрастание клеток рака за счет здоровой ткани.

Чтобы понять процесс порчи, мы должны понять идею яда в более широком смысле, чем мы привыкли. Существуют яды физические, яды интеллектуальные, яды эмоциональные. Существуют ядовитые лекарства, ядовитые насекомые и ядовитые люди. Можно страдать от отравленного пальца, отравленного ума или отравленного общества. И в каждом случае природа яда состоит в том, что он подрывает единство организма, отрезает часть от жизни целого и оставляет ее гнить беспомощно в одиночестве.

Теперь много говорят о бактериях как факторах болезни. Но почти все виды бактерий существуют повсюду. Здоровое тело, со своим собственным сильным магнитным полем, имеет естественный иммунитет к вредоносным микроорганизмам. Они не могут овладеть им, если его жизненность и единство не подорваны уже до этого внутренними ядами. Стоит только начаться порче, бактерии непременно помогают подточить и уничтожить весь больной организм, так же как черви помогают подточить и уничтожить труп. Они по природе своей являются теми подрывниками, функция которых состоит в том, чтобы как можно быстрее убирать с дороги ненадежные структуры. Истинно здоровое тело не в большей мере может подвергнуться их нападению, чем нападению личинок мух.

В мире людей этот процесс порчи проявляется как преступление. И его понимание представляет собой тест, по которому можно объективно оценивать различные социальные концепции преступления.

Настоящим преступлением будет то, в котором знание, умение, понимание или расчет (форма) использованы для того, чтобы разрушить высшие возможности (жизнь), оставляя жертву на более низком уровне, нежели раньше (материя). По этому критерию общество совершенно право, рассматривая убийство - в котором человек задумывает лишить другого человека жизни, оставляя лишь инертную материю его трупа, - как классическое преступление. Преднамеренное воровство, в результате которого жертва лишается товаров, сбережений или возможностей, также является преступлением. Но преступлением будет также и преднамеренная ложь, которая оставляет ситуацию искаженной, а других людей - до этого откровенных - наполняет злобой, подозрением, завистью или недоверием.

Часто возражают, что воровство заложено в природе нашего общества, и что если бы существовало изобилие свободно распространяемых товаров, то не было бы воровства. Этот аргумент упускает главную черту воровства, которое является попыткой получить что-то за ничего. Поскольку это универсальный закон, что ничего нельзя получить за ничего, что рано или поздно все должно быть оплачено тем или иным образом, то такая попытка всегда бывает за чей-то чужой счет. В этом смысле кража денег или товаров, плагиат идей, даже похищение душ - все имеет одну природу. Происходит ли оно на задней улице или в раю, 1воровс1тво не может быть оправдано.

С другой стороны мы видим, что отсутствие повиновения неким совершенно деспотическим ограничениям, или неимение какого -либо документа или обязательного для всех листка бумаги, когда никому от этого нет никакого вреда, ни в коем случае не может быть отнесено к космическому процессу преступления.

Таким образом, многое, что общество считает преступным, на самом деле вовсе не преступно, но лишь, в худшем случае, нежелательно или просто глупо. Тогда как с другой стороны многие вещи, которые общество само поддерживает и оправдывает, как "патриотизм", "лояльность", "свобода", "долг", "ответственность" и так далее, могут содержать очень сильную преступную тенденцию. К какому иному процессу, например, может принадлежать пропаганда, которая - искусно используя мастерство художника, опыт психолога, и технику ученого - стремится погрузить в сон или разрушить естественное живое суждение и заменить его единым стандартным отношением, временно выгодным одной политике, одному правительству или одному рекламодателю? В современном мире преднамеренное и часто официальное убийство собственного мнения и сознания представляет собой преступление на такой большой шкале, что оно становится невидимым, и люди даже не могут представить себе жизни в каких-то других условиях.

Этим способом может быть разрушена в тысячах и даже миллионах людей самая главная из всех возможностей - возможность сознательного развития. Такие люди, уже не имеющие собственного мнения, собственного сознания, собственной совести, или независимой индивидуальной реакции на обстоятельства и требования жизни, могут продолжать до конца своих дней быть полезными и послушными гражданами. Но их сущность умерла. Это ходячие мертвецы, зомби нашей современной цивилизации. И как любые другие трупы убитых, они являются продуктом процесса преступления, как их собственного, так и чужого.

Вместе с тем, существует, видимо, некое космическое требование, обязывающее крупномасштабную преступность заявлять о своих намерениях совершенно открыто в самом начале. Гитлер опубликовал "Mein Kampf" за много лет до того, как стал по-настоящему опасен. "Откровенная дипломатия - это то же самое, что деревянное железо или сухая вода", говорил Сталин в свои ранние дни. Король Дуврских Скал честно предупреждает Пер Гюнта - "Итак, сын мой, я должен сделать все что можно, чтобы избавить тебя от твоих собственно человеческих черт". "Я не творю зло," начинает благонамеренный дьявол Успенского, "я только коллекционирую его как любитель". 160.0

60. "Благонамеренный дьявол", короткий рассказ П.Д.Успенского, не опубликованный на английском.(Прим. автора)

Конечно, эти заявления могут быть выражены в такой обаятельной манере, что их истинное значение упускается, а позже они могут быть прикрыты искусной ложью, чтобы показать, что дьявол исправился. Но на самом деле лишь человеческий сон и только сон - нежелание видеть вещи такими, как они есть - делает людей глухими к ясным предупреждениям о порче перед тем, как начинается ее работа. Человек, который полностью пробудился, не будет так обманут и примет необходимые меры предосторожности.

Таким образом, если процесс разрушения отделяет инертное от живого, и тем самым сохраняет живое, то процесс порчи, напротив, низводит само живое до инерции и смерти.


Исцеление

Если бы процесс порчи не имел никаких препятствий, то вселенная была бы обречена уже в силу самой его заразной природы. Но мы знаем, что больные иногда выздоравливают, эпидемии стихают, пустыни самозасеваются, и даже войны подходят к концу. Существует процесс исцеления, в котором больная материя, находя заново первоначальную природную форму, снова становится каналом для жизни и восстанавливается в здоровое состояние. Порядок сил в этом процессе: материя, форма, жизнь.

Здесь имеется в виду открытие заново первоначального принципа, и его приспособление к новой или ненормальной обстановке. Например, какие-то ядовитые материи начинают накапливаться в мышечных тканях тела. Через некоторое время положение становится слишком тяжелым, чтобы облегчиться нормальным выделением. При этом, однако, белые тельца крови несут обязанность устранения ядов и вполне наделены этой способностью. Окружая и изолируя этот яд гноем, они изобретают некую форму выделения. Нарыв развивается, назревает и лопается. Яды выброшены, и если заражение не слишком общее, ткань заживает.

В теле существуют целебные вещества всех видов. Но в некоторых случаях их работе могут помочь лекарства и препараты, имеющие сходную с ними природу - именно те лечебные вещества, которые, как мы нашли в предыдущей главе, были связаны с нотой ми. Это вещества, содержащие в концентрированном виде природный принцип, необходимый для того, чтобы исправить ненормальность и восстановить здоровую форму. К тому же самому нарыву доктор прикладывает различные соли, имеющие естественное свойство вытягивать или высасывать яды из плоти. Он использует этот же принцип на молекулярном уровне, прикладывая тепло в форме горячего компресса. Другими словами, он вспоминает и использует естественные законы, чтобы 1изобрести0 способ возвращения организма к той форме, через которую кровь и жизнь снова смогли бы протекать свободно.

Уже в этом примере мы видим процесс исцеления работающим на двух уровнях. Во-первых, некое естественное физиологическое самоизлечение внутри тела. Во-вторых, этот процесс поддержан человеческой изобретательностью, выраженной в искусстве медицины. По своей природе это один и тот же процесс: различны только шкалы и среда их действия. В первом случае мы видим процесс, действующий в клеточном мире, во втором - в мире человека. В первом он представляется нам как заживление в собственном смысле слова, во втором как изобретение, умение, или применение науки, то есть намеренное использование естественных законов.

В своей основе, исцеление - это то, что восстанавливает в здоровое состояние явления, тронутые процессами порчи и преступления. Мы видим, как этот последний процесс делает кислым молоко, делает из вина уксус и заражает кровь сепсисом. В случае испорченных таким образом свободных продуктов человек может либо отказаться от них, как от протухшей пищи, либо использовать их для других, более низких надобностей. Когда же порча начинает вырождать материи его собственного тела, он не может оставаться таким равнодушным, а должен стараться остановить гниение и вернуть их в здоровое состояние. Уксус можно использовать по самой его "кислоте", но заражение крови должно быть излечено, иначе сам человек погибнет. Из этого родилась медицина.

В средние века очень интересная система медицины была развита и детально разработана на основе классификации органов и организмов в соответстви с четырьмя "соками" - горячим, холодным, влажным и сухим, - когда после установления диагноза патологического увеличения в организме одного или недостатка другого старались восстановить равновесие при помощи противоположного "сока", с применением средств и медикаментов, классифицированных таким же образом. Этот метод лечения уравновешиванием четырех соков используется до сих пор, например, в прикладывании 1холодных0 компрессов при сильном 1жаре0, или прописывании сухого климата при таких "влажных" заболеваниях, как туберкулез. И если эта система как целое ныне дискредитирована, то это не потому, что она была ошибочной или суеверной в самой себе, но лишь потому, что лежащий в ее основе принцип был со временем утерян, и была построена совершенно другая система медицины на другой основе.

Старая медицина почти полностью была основана на лечении тела как целого, либо на лечении отдельных органов. Наряду с изучением органов с точки зрения соков, была создана классификация этих органов на основе их родства с планетами, а лекарственные травы - классифицированные таким же образом - использовались для стимулирования реакции на то или другое планетное влияние. Использовавшийся в лечении принцип состоял в восстановлении гармонии - в мире органов.

Изучение в 1830-х годах клеточной структуры растений и животных, открытие Броуном примерно в то же время движения "активных молекул", и начавшийся вслед за этим синтез органических соединений, - все это на самом деле вело к ниспровержению средневековой медицины, поскольку с этим знанием пришла возможность создания лекарства, способного восстанавливать гармонию не только в мире органов, но в мире клеток и даже молекул. Такое лечение применялось непосредственно к нижним космосам, и используя время этих космосов, могло, конечно, давать намного более скорые результаты, чем старомодное лечение органов. Его скорость и точность казались в буквальном смысле волшебными в сравнении с старой медициной - как всегда выглядит волшебным вхождение законов другого космоса в наш собственный.

Изучение жизни клеток пролило свет на роль бактерий, сообщников порчи на клеточном уровне. И большая доля того огромного прогресса, которого добилась медицина во второй половине девятнадцатого века благодаря открытиям Пастера и Листера, была основана на асепсисе или антисепсисе, то есть устранении или разрушении этих факторов болезни в клеточном мире.

Позже, с работой Эрлиха, соединившего гермициды с красками, о которых было известно, что они окрашивают только отдельные органы, химики начали работать в еще меньшем и быстром мире. Эрлих образовал около тысячи различных молекулярных соединений, стремясь создать химических посыльных, которые, попадая в тело, исполняли бы какое-то одно частное задание в молекулярном мире.

Этот метод вел к открытию различных "сульфа-" препаратов, с их удивительной проникающей способностью и скоростью действия. Воздействуя таким образом непосредственно на восстановление баланса в мире молекул, современные доктора в некоторых случаях могут за несколько часов достигать такого лечебного эффекта, для достижения которого старомодным лекарствам, оперировавшим в мире органов, потребовались бы недели и даже месяцы. С точки зрения скорости и точности это является огромным шагом вперед.

Что еще не бралось в расчет, однако, - это тот факт, что оперируя непосредственно в мире молекул, современная медицина часто проходит мимо и разрушает разум органов. Основополагающим принципом старой медицины было знание о том, что каждый орган имеет свой собственный разум, способный - с соответствующей помощью - диагностировать свою собственную болезнь и вырабатывать свое собственное противоядие. Эти разумы различных органов в действительности связаны воедино в один общий для всей инстинктивной функции разум, который, если ему поверить и не перечить, может спасти человеческий организм почти от любой болезни, которая может его постигнуть.

Современная медицина, работающая на молекулярном уровне, большей частью совершенно игнорирует этот инстинктивный разум, и действуя, так сказать, через его голову, часто подрывает его авторитет и власть в организме. Это как если бы пациент вместо того, чтобы положиться на ответственность большой больницы, с ее мудрым главврачом и многими подчиненными специалистами и отделениями, пошел бы прямо в исследовательскую лабораторию и стал бы там уговаривать ассистента прописать ему самый последний препарат. Хотя такое случайное лекарство могло бы дать некоторое возбуждение, эта практика скоро сделала бы лечебную работу больницы как целого совершенно невозможной. Таким же образом, чрезмерное увлечение молекулярными лекарствами, действующими с возбуждающей силой и скоростью, может подорвать способность организма к самоизлечению и выздоровлению в дальнейшем.

В то же время совершенно ясно, что медицина не может отвернуться от своих собственных открытий, не может отступиться от мира молекул, в который теперь проникает ее лечебная деятельность. Поэтому здесь, фактически, есть только один выход. Чтобы исцеление было совершенным, то есть чтобы оно приносило реальную пользу всему человеку в целом, а не уничтожение какого-то отдельного микроба или стимулирование отдельного гормона, пациент сам должен познакомиться с разумом его инстинктивной функции. Он должен прежде всего выслушивать внутри себя его голос, он должен верить его желаниям и подчиняться его приказам. Если он это делает, процесс исцеления начнется в нем в таком масштабе, который может со временем сделать вмешательство внешней медицины совершенно ненужным.

На самом деле существует возможность приобретения человеком способности непосредственно воздействовать умом на инстинктивный разум; то есть он может поместить в клеточный орган точный электронный образ здоровья, которому тот должен будет неизбежно соответствовать. Эта возможность лежит в основе истинного врачевания верой - методов Христианской Науки, и так далее. Проблема в том, это требует очень большого умственного контроля, полностью позитивного отношения, и умения общаться с органами на их языке. Кроме того, часто это симулируется неким видом самогипноза, когда процесс болезни протекает по-прежнему, но пациент убеждает себя, что не чувствует симптомов. Это как раз и означает погружение инстинктивного разума в сон.

На самом деле именно инстинктивный разум является связующим звеном между физиологическим лечением и интеллектуальным изобретением - двумя главными аспектами изучаемого нами процесса. Поскольку выше уровня клеток или органов изобретения человеческого ума и изобретения других его функций, работающих через инстинктивный разум, все более смешиваются друг с другом. Мы можем даже предположить, что все изобретения человеческого ума являются результатом некого искусного воплощения природных принципов, законов или устройств, которые непрерывно действуют в механике движений его собственного скелета, химии его пищеварения, электрических явлениях его нервной системы, и так далее.

Предположим, например, что вяжущей на спицах женщине нужно пройти какой-то очень сложный участок. Если она опытна в своем деле, то что-то в ее двигательном центре очень быстро открывает способ управления многими рычагами рук, а также необычайно искусного и тонкого их комбинирования для получения желаемого результата. Позже некий проницательный наблюдатель может изобрести машину, имитирующую это движение, которое уже изобрел ее двигательный центр. Увеличением количества этих машин или повышением их скорости он мог бы даже произвести за час намного больше продукции, чем одна пара рук этой женщины. Но в сущности этот изобретатель только переоткрыл приспособление, которое уже существует в природе. Таким же образом подъемный кран - это только переоткрытие принципа руки, фотокамера - переоткрытие принципа глаза, а телефонный коммутатор - переоткрытие принципа коры головного мозга. Для получения желаемого результата материя располагается в особую форму, в которой через нее может действовать подходящий для этого закон природы (жизнь).

Все случаи искажения человеческих изобретений не могут заслонить того факта, что истинным конечным продуктом этого процесса на самом деле является жизнь - возросшая жизненность, сила, возможность, и так далее. Лучше всего это видно в физиологическом и даже психологическом исцелении, где этот процесс действительно означает исправление ненормальности, то есть противодействие тенденции к преувеличению какой -либо функции, либо стимулирование той, работа которой недостаточна. Таким образом, цель процесса исцеления - это нормальный или гармоничный организм, потому что только в таком организме жизнь протекает наиболее полноценно.

Именно этот процесс и эти вещества в теле перестраивают материю в такую форму, в которой жизнь может сохраниться в изменившихся обстоятельствах. Этим процессом человеческий организм чудесным образом приспосабливается к сильной жаре, крайнему холоду, долгому посту или недостатку сна. Этим процессом слепой начинает "видеть" кожей своего лица, глухой начинает "слышать" костями своего черепа.

Это тот процесс, которым могут быть исправлены ошибки и несчастья, поврежденный орган вернуться к здоровью, а человек приблизиться к нормальности правильным пониманием природного закона.


ПЕРЕРОЖДЕНИЕ

Лишь один процесс остался у нас нерассмотренным. Процесс, относящийся к порядку факторов:форма, материя, жизнь. Тот процесс, который на космическом уровне мы охарактеризовали как форму, организующую материю в подражание жизненному принципу; творение, соперничающее с творцом.

Такой процесс мы назвали регенерацией, то есть перерождением. Это слово означает пере-порождение, пере-создание. Оно подразумевает, что нечто было первоначально создано естественно, и должно теперь пере-создаться во второй раз - волей, замыслом и намерением. Это слово означает второе рождение.

Многочисленные примеры работы этого процесса можно видеть у простых организмов. Червяк, разрезанный пополам, не просто исцеляется, как может исцелиться человек с ампутированной ногой, если ему повезет. Червяк перерождает себя; то есть он выращивает совершено новую половину, имеющую полностью все те органы и функции, которые содержала потерянная половина. Даже самый маленький кусочек некоторых морских червей имеет эту способность регенерации целого организма. Каким-то таинственным образом сама форма пере-создает себя.

Тем же способом ящерица может переродить свой хвост, рак - свою клешню, человеческий организм - свою кожу и до некоторой степени печень. Но для высших человеческих органов этот процесс не работает. Ни один человек не может вырастить новую голову, если она была отрублена, ни даже новую руку. Если мы хотим понять значение процесса перерождения для человека, мы должны посмотреть на него по-другому - с точки зрения внутреннего или психологического перерождения. Человек имеет возможность пересоздать себя, или, более точно, человеческое существо имеет возможность переделать себя в человека. Как мы видели ранее, главное, что отличает человека от животных - это его возможность стать сознательным в своем собственном существовании и своем месте во вселенной. Лишь существо, которое сознательно до этой степени, может поистине называться человеком. Таким образом, для человеческого существа переродиться - значит пере-создать из себя сознательного человека.

Как может работать такой процесс? Порядок процесса перерождения таков, что форма организует материю0в подражание жизни. Сам человек является этой формой: в этом процессе все зависит от его инициативы, его воли, его упорства. Поэтому этот процесс не происходит сам по себе. Он является как бы некой причудой бытия, на которую способны лишь некоторые люди и лишь только в связи с некоторой весьма определенной целью и согласованными усилиями.

Что является той материей, с которой работает человек, пересоздавая себя? Чтобы понять это более ясно, нам нужно остановиться на одной из его функций и изучить ее подробнее. Когда мы рассматривали умственную деятельность человека, мы вполне ясно могли отличить восприятие, накопление и намеренное сравнение впечатлений от праздного течения мыслей и бессмысленного воображения. Последнее мы назвали выделениями ума. Ум каждого человека выделяет бесконечный поток таких умственных отходов, который обычно проходит совершенно незамеченным. Но в процессе перерождения 1форма0 или функция работает на своем собственном отработанном материале. Это значит, что наиболее "свежая" часть ума, то есть сила восприятия, наблюдает свой собственный конечный продукт, то есть бессвязный поток ассоциативной мысли, который является его выделением. Ум является как бы разделенным на два, с одной частью, наблюдающей за другой частью.

Всякий, кто пытался проделывать этот опыт достаточно долго, подтвердит его чрезвычайную трудность, и необходимость - чтобы выполнять его хотя бы минуту - огромного усилия по удержанию внимания. Кроме того, он найдет это совершено невозможным, когда выделение ума, то есть обычный ассоциативный поток, отравляется процессом порчи и приобретает болезненный, мучительный, насильственный или обиженный оттенок. В этом состоянии и на это время материя ума оказывается полностью за рамками возможности перерождения. Если, однако, это усилие может удерживаться достаточно долго и успешно, то вырабатывается совершенно неожиданная энергия, и человек делает первый шаг к познанию самого себя.

Дальнейшее применение этого процесса к умственной функции состоит в намеренном воображении. Оно совершенно отлично от механического воображения, которое, как мы видели, может рассматриваться как естественное выделение мозга. В этом случае воспринимающая часть ума организует поток образов в некий канал и управляет их природой, имея в виду особую цель. Например, человек намеренно воображает, что было бы, если бы его тело было величиной с дом. Он вызывает из памяти образы картин и людей, виденных с большой высоты, о сверхчеловеческих силах, с корнем вырывающих деревья и ровняющих горы с землей, о великанах рядом с куклами: все это, соединенное с реальными ощущениями его собственного тела и его сил может, с направленным вниманием, создать чрезвычайно живое ощущение того, что значит быть величиной с дом. Такое намеренное воображение или "вера" является насущным фактором в перестройке себя.

Когда образы и воспоминания из нескольких функций, сплавленные воедино таким намеренным "воображением", находят выражение в каком-либо умении рук, тела или ума, то результатом является искусство. Такое искусство в своем лучшем проявлении является намеренным пересозданием или реконструкцией опыта, полученного художником в мире. Оно подразумевает перерождение прошлого опыта. И оно имеет природу этого общего процесса.

При переходе к функциям движения и ощущения та же возможность снова выражает себя через некое разделение. Высшая часть функции ощущения намеренно отслеживает психо-эмоциональную "погоду" организма. У человека появляется ощущение своих движений, ощущение своих ощущений, физическое сознание о своем теле и о большем или меньшем количестве идущих в нем процессов. Это и есть то "чувство себя", своего физического существования в определенном окружении в определенное время, которое, будучи развито достаточно серьезно, заметно вырабатывает очень сильную и ценную эмоцию.

Но снова, за исключением редких и случайных моментов, оно требует наибольшего возможного внимания для поддержания этого "отделения" между наблюдающим ощущением и всем множеством воспринимаемых чувств и побуждений, которые стремятся нахлынуть все разом, образуя одно смутное и не поддающееся наблюдению ощущение "я".

На основе двух этих примеров мы можем прийти к некому пониманию отношения внимания к возможности различных процессов внутри каждой функции. Когда внимание намеренно поддерживается на максимуме, когда сила умственного восприятия или физического ощущения намеренно фокусируется - можно надеяться, что работает процесс перерождения. Когда внимание привлечено, то есть, когда отработанные продукты мысли или ощущений "утягиваются" в неуправляемый разговор, действие или другую механическую форму выражения, - можно сказать, что работает процесс устранения. И наконец, когда нет внимания или оно рассеяно, то есть когда эти отработанные материи не утягиваются, а, оставаясь внутри организма, вырождаются в раздражения, болезненные воображения, в страстные ненависти и страхи, тогда мы можем предположить, что работает процесс порчи. Таким образом, удерживаемое, привлеченное и рассеянное внимание являются, в некотором смысле, психологическими ключами к процессам соответственно перерождения, устранения и порчи.

Теперь мы подходим к последней и самой трудной стадии этого процесса: той, которая относится к сексуально-эмоциональной функции. По аналогии с двумя предыдущими примерами мы можем предположить, что должна существовать некая высшая или "чистая" эмоция, наблюдающая или работающая с низшими эмоциональными "отходами". Этими отходами будет самый обычный поток эмоциональных желаний, стремлений, влечений и отвращений наиболее лихорадочного свойства. Но что является той "чистой" эмоцией, которая могла бы наблюдать или бороться с этим потоком, несмотря на его огромную скорость и силу? По-видимому, это только некая эмоциональная цель, пересиливающая все остальные цели, некое постоянное и сильное стремление к Богу и сознанию, или, с другой стороны, некое постоянное отвращение от обычного уровня человека и сильный страх перед последствиями этого уровня. Совершенно ясно, что для того, чтобы работал процесс перерождения, такая цель должна быть постоянной, поскольку, из-за высокой скорости обычных эмоциональных реакций, то, что не присутствует постоянно, просто не сможет угнаться за ними и бороться с ними. Оно будет появляться слишком поздно, или как они, будет слишком мимолетным, чтобы производить достаточно глубокое и продолжительное впечатление.

Если же постоянная эмоциональная цель будет создана, то становится возможной напряженная борьба между созидательными и разрушительными сторонами человека. Это внутреннее разделение - которое может чувствоваться как совесть - производит трение. А внутреннее трение - это именно то, посредством чего может быть выработано сознание, так же как физическое трение - то, посредством чего могут быть выработаны свет и тепло. Таким образом, процесс перерождения всегда начинается с разделения, с отделения.

Чем больше человек отделяет свою цель от привычек и слабостей своего тела и личности, и чем больше он принуждает последние, как бы ни неохотно, служить этой цели, тем в большей степени он будет становиться сознательным о себе самом. Постепенно его самые тайные слабости, потворство своим капризам, самооправдания, а с другой стороны, его истинные желания, способности и стремления будут выведены на свет сознания - точно так же, как в перерождении небесных тел все больше их скрытых тяжелых недр должно быть превращено в атмосферную оболочку, которая может быть наполнена и оживлена излучением Солнца.

В самом деле, процесс перерождения именно и означает превращение материи из непрозрачной в излучающую. Это преобразование включает в себя две стадии. Физически, некое непрозрачное тело должно сначала стать просвечивающимся, то есть оно должно приобрести способность пропускать сквозь себя свет другого тела. Только по прошествии большого периода времени, проведенного в этом состоянии, может появиться возможность излучения, то есть свечения собственным светом. Таким же образом, человек, который хочет развиться, должен сначала стать прозрачным, то есть он должен выставить все без остатка стороны самого себя для просвечивания сознанием другого человека, сознанием его учителя. Он должен утратить свою твердость, должен стать невидимым и неразличимым, быть видимым только при свете другого человека. Поэтому сами эти выставление и просвечивание могут представлять собой средства, которые позволят ему узнать самого себя и в конце концов приобрести постоянное собственное сознание.

Эти три стадии - непрозрачность, просвечиваемость, излучение - связаны с тремя состояниями материи - минеральной или клеточной, молекулярной и электронной, о которых мы говорили раньше. В мире планет эта вторая стадия связана с развитием атмосферы, а третья - с излучением света. В человеке вторая стадия связана с развитием нового молекулярного тела, способного ассимилировать сознание другого, а третья - с созданием следующего электронного тела, способного вырабатывать свое собственное сознание и охватывать им других. Далее мы будем говорить об этих потенциальных новых телах как о душе и духе.

Очень многое может стать понятным в нашем состоянии сознания и следующих потенциальных состояниях при рассмотрении вопроса невидимости. Потому что развитие этих новых тел подразумевает создание средств проникновения в невидимые миры.

Как мы отметили в Главе 4, для нас существует много различных родов невидимости. Вещи могут быть невидмыми, потому что они слишком далеки, как далекая звезда; или потому, что они слишком близки, как железы внутри собственного мозга. Они могут быть невидимы, потому что они слишком велики, как Земля; или слишком малы, как клетка. Они могут быть невидимы, потому что они слишком разреженны, как воздух или мысль; или слишком плотны, как недра земли. Они могут быть невидимыми, потому что они слишком быстры, как летящая пуля; или слишком медленны, как форма цивилизации.

Все эти разные формы невидимости происходят оттого, что в своем обычном состоянии наше сознание свободно функционирует только в минеральном и клеточном мирах. Заключенное в клеточное тело, оно сознает только минеральные или клеточные объекты.

Если бы проникающая способность сознания могла вырасти до такой степени, что оно функционировало бы так же свободно и в молекулярном мире, то многих из этих невидимостей для него больше не существовало бы. Сознание, которое имело бы такую же проникающую способность в молекулярном мире, как наше имеет в клеточном, могло бы реально "воспринимать" молекулярную материю, как воздух или эмоция; могло бы реально проникать в глубину плотных объектов, как горы; и обладало бы такой скоростью передвижения, что вся шкала "далекого" и "близкого" полностью изменилась бы.

Помимо всего этого, сознание, свободное в молекулярном мире, то есть в следующем состоянии за пределами нашего, сознавало бы уже не только отдельные объекты, но также и отношение между объектами. Потому что в большинстве случаев силовое поле, представляющее это отношение между объектами, состоит из материи в молекулярном состоянии. Оно сознавало бы отношение между кошкой и стулом, мужчиной и женщиной, своим обладателем и его окружением. В сравнении с этим сознанием живых и вечно-меняющихся отношений восприятие отдельных объектов показалось бы картиной какого-то мертвого и невероятно унылого мира.

Если говорить о практике, то самый первый шаг к этому проникновению сознания в молекулярный мир или мир отношений состоит в практике разделенного внимания. Человек, который начинает учиться намеренно разделять свое внимание между собственным телом и тем объектом или другим человеком, с которыми он имеет дело, то есть человек, который сознает себя и свое окружение одновременно, фактически начинает жить в мире отношений, в молекулярном мире. Он начал сознавать себя. Он начал выращивать душу.

Конечно, первые же усилия разделить внимание продемонстрируют ему крайнюю трудность удержания такого состояния, и у него не останется никаких сомнений, что способность управления этим состоянием не является естественной для человека, но требует постоянных усилий. В то же время эти самые усилия откроют перед ним совершенно новый мир, мир отношений, и покажут, что этот мир реально доступен его собственному сознанию 1с0 помощью разделенного внимания. Более того, вместе с продвижением его сознания в направлении следующего состояния, область невидимого будет становиться для него все меньше.

Относительно создания еще одного тела помимо души, то есть, духа, мы еще не можем здесь говорить. Это слишком от нас далеко. Но теперь мы начинаем понимать буквальное значение слова "перерождение". Этим процессом существа, имеющие клеточные тела, буквально рождаются заново, сначала в молекулярные тела, а затем в электронные. Каждое новое рождение означает вход в новый мир, новые восприятия, совершенно новое отношение к вселенной. На самом деле, все новые возможности, о которых мы до сих пор говорили - совесть, сознание, объединение нервных систем, проникновение в другие времена, сознание о других мирах, бессмертие - означают ничто иное, как лишь различные стороны или различные стадии такого 1перерождения.0





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх