Четвертый день. Первый завтрак после голодовки

Когда я ем – я глух и нем.

(Пословица)

Итак, три дня голода, которые провели черту под прошлым, кончились. Что вы получите на четвертый день – когда, наконец, вы сможете позавтракать? Казалось бы, вас должен мучить зверский голод, «слона бы съел». Возможно, вы и в самом деле это испытываете. Но если и так – это, извините, психологическое. Вы себя сами накрутили: ведь столько времени не есть – это как должно хотеться жрать! На самом деле к этому моменту организм уже замедлил обмен, желудок спит. Ваша задача сейчас – разбудить его.

Итак, позавтракайте.

Но тут уже начинаются тонкости. Поэтому читайте внимательно.

Первое. С этого момента вы будете приучаться есть МЕДЛЕННО. И другим способом, нежели раньше.

Как мы обычно едим? Да понятно как: глотаем куски, практически их не прожевывая. Да, мы все слышали, что пищу надо жевать, но вряд ли кто следовал этому мудрому совету. Потому что времени не хватает, потому что за едой мы читаем или болтаем, потому что вообще. Так вот: не вообще. С этого момента все будет по-другому.


Первое и самое главное.

ЗА ЕДОЙ НЕЛЬЗЯ РАЗГОВАРИВАТЬ И СЛУШАТЬ РАЗГОВАРИВАЮЩЕГО.

Есть замечательная русская пословица: «Когда я ем, я глух и нем». Выучите ее наизусть. Она описывает единственно правильное поведение во время еды.

Вы тут же возмутитесь. Как это так: ведь еда – единственное время, когда можно пообщаться с домашними, с любимой женой и не менее любимыми детьми, когда можно посплетничать, обсудить новости, и так далее! Да за столом должны царить шутки, смех, веселье! Да, в конце концов, посмотреть новости по телеящику – тоже ведь за едой, когда же еще?

Тут мы подходим к сложному. Людям проще голодать, чем есть не так, как они привыкли. И тут вам потребуется больше воли и больше внутреннего фашизма и тоталитаризма, чтобы ввести для себя (и для других!) новые привычки и еще настоять на них. Потому что жена-дети ПРИВЫКЛИ к болтовне за столом и будут вас всячески теребить, отвлекать, наконец, скандалить, чтобы только вы ели не молча, а болтали.

Поэтому придется объяснить, зачем это нужно.

Болтовня за едой, во-первых, мешает есть. Это понятно. Но она же заставляет нас глотать еду как можно скорее, кусками, чтобы успеть занять рот словами. Какое уж тут «жуй-жуй», только «глотай». Дальше, под болтовню съесть можно сильно больше – потому что мы НЕ ЗАМЕЧАЕМ, что едим. По той же причине легче сожрать любую дрянь: наше внимание отвлечено и мы просто не чувствуем, что мясо заветрилось, а картошка прокисла. С другой стороны, если еда хорошая, мы обкрадываем себя на вкусовые ощущения. Ведь нам некогда ее даже прожевать, проглотить бы скорее – и все.

Что делать? Во-первых, попробуйте устроиться так, чтобы есть в одиночестве. Жена-дети пусть себе кушают за телевизором, а вы на кухоньке пристройтесь с тарелочкой.

Но и это не все. ВО ВРЕМЯ ЕДЫ НЕ СЛЕДУЕТ ПРИНИМАТЬ ИНФОРМАЦИЮ. В том числе – НЕЛЬЗЯ ЧИТАТЬ. Ни газету, ни любимую книжку, ничего. Вообще ничего. Желательно быть не только глухим и немым, но и слепым.

Особенно это касается завтрака. Первый прием пищи после сна – совершенно не то время, когда следует глотать информацию. На самом деле время завтрака предназначено совсем для другого. А именно – для неспешного и несуетливого обдумывания своих дел, нет, даже не обдумывания, а настройки. Для того, чтобы окончательно проснуться, настроиться на предстоящий день, избавиться от беспокойства и набраться сил. Вот так, ага.

«Утренняя газета», «программа передач» и прочая мерзотина для того и придуманы, чтобы сбить вас с толку в этот важный момент. Драгоценные минуты завтрака, когда мы настраиваемся на предстоящий день, расходуются на сущую ерунду: проглотить несколько байтов информации, которую мы вполне могли бы получить чуть позже или без которой вполне могли бы обойтись. Но нет же: мы врубаем телевизор и смотрим какие-нибудь «новости», которые нам черти нагребли. Ну, узнаем мы, что Путин слетал в Будапешт и там сморозил какую-нибудь глупость. Да грести его конем, этого Путина и этот Будапешт! Завтра мы и не вспомним о Путине и Будапеште. Хуже того, мы и сегодня-то о них не вспомним! За каким хером оно нам надо?! А вот подумать о своей жизни, настроиться на свой день – это нам надо непременно. Но нет, пялимся в ящик поганый, о себе не думаем, думаем о Путине в Будапеште. Нам что, за это деньги платят? Или мы все как один политологи? Впрочем, политологи как раз телепередач-то и не смотрят. Во всяком случае, за завтраком. Для них эти телепередачи – как гинекологу женские прелести. «Объект работы».

То же самое можно сказать и о любой другой информации , которую мы поглощаем за завтраком. Мы легко можем получить ее же чуть позже – или она нам вообще не нужна. А вот весь день это нам испортит, это уж точно. Потому что мы О СЕБЕ НЕ ПОДУМАЛИ и НА СЕБЯ НЕ НАСТРОИЛИСЬ. Вместо этого мы потратили время на всякую херню, совершенно ненужную и отвратительную. От которой нам на самом деле ни жарко ни холодно. В крайнем случае мы получили какие-нибудь полезные сведения – но точно так же мы могли их получить в любое другое время. Что, у нас нет пятнадцати-двадцати минут в день, чтобы узнать новости? Так-таки совсем нету? Не смешите мои тапочки, ага.

Итак. Лучше всего есть в одиночестве . Оптимальное место для еды – собственный уютный кабинет. Если такового нет – любой уголок, где можно приткнуться и где никто не побеспокоит. Если дома обстановка такая, что все бегают, орут, дергают и тащат за общий стол смотреть телевизор – скажите домашним, что вы ужасно больны, что вам нельзя есть то, что едят они, что вам больно смотреть, как они хомячат жрачку, и так далее. Лишь бы оставили в покое.

Кстати. Не забудьте перевести мобильник (он ведь у вас включен постоянно, не так ли?) на режим «без звука». Звонки он примет и вы перезвоните кому надо. Но чтобы в момент еды эта сука не трезвонила! То же самое проделайте с домашним телефоном – например, переставьте на автоответчик. Если он не выключается – выдерните его из розетки. Кому надо, перезвонит. Главное, чтобы вас в этот момент ничего не дергало. Все беспокойства идут строго нахрен. Нахрен!

Но вот вы уединились. Интересный вопрос – а когда начинать еду?

Обычно мы начинаем хомячить вкусняшку, как только ее увидим. Это неправильно. Организм должен ПОДГОТОВИТЬСЯ к тому, чтобы начать перерабатывать жрачку. Сигналом готовности является повышенное слюноотделение. То самое «слюньки текут».

Так вот. Пока во рту нет слюны, есть не нужно. Как бы ни были глаза голодны.

Впрочем, не бойтесь. Она появится через несколько секунд после того, как вы нацелитесь на еду.

Впрочем, кроме слюны, организм вырабатывает еще и всякие вещества, нужные для переваривания. Причем именно те, которые нужны для переваривания совершенно определенной пищи. Той, которую он собирается перерабатывать.

Из этого – простой вывод. Думайте о той еде, которую собираетесь есть. То есть – если вы собираетесь позавтракать яичницей, так мечтайте о яичнице, а не о фуа-гра и не о жареной барабульке. Потому что если вы будете в этот момент думать о фуа-гра, так желудок начнет источать соки, нужные для переваривания фуагриного жира, а не для яичного белка и желтка. И когда в него упадет яичница, случится фигня. Так что – чего собираемся хавать, то себе и воображаем.

Хорошо, с этим мы все поняли. Теперь – в какой позе есть.

Представьте себе, это важно. Мы привыкли к тому, что тарелка стоит на столе, а мы над ней склоняемся и хомячим с нее, стараясь не заляпать жрачкой рубашку. Но эта наклоненная поза над тарелкой для еды на самом деле крайне неудобна, так как сбивает с толку желудок. С одной стороны, он сжимается, а с другой – выпячивается. Наклонитесь вперед и посмотрите на свой живот. Что с ним происходит? Он начинает свисать вперед. Это весь ливер – и желудок вместе с ним – растягивается. К чему это приводит? Ага, к желанию набить брюхо.

При этом у человека есть естественная поза сытости. Она вам хорошо известна лично. Что вы делаете, когда сыты и довольны жизнью? Ага, откидываетесь на стуле (еще лучше – в мягком кресле на спинку), этак царственно полулежа. Иногда с бокалом в руке (хотя в нашем случае это уже лишнее).

Так вот. Есть надо в позе сытости. То бишь откинувшись назад. В такой позе желудок не растянут и даже наоборот – жиры на него давят, естественным образом ограничивая аппетит. Причем чем больше жира, тем больше давит, и тем скорее он насытится.

Вы спросите – а как же тарелка? Все просто – тарелку с едой надо держать в руке. Разумеется, пищу нужно сначала порезать на мелкие кусочки, которые вы будете подбирать вилкой. Кстати, все старые и развитые кухни предполагают мелкую нарезку еды. Только варвары едят большие куски и орудуют ножом во время еды. Хорошая, правильная еда должна быть нарезана до того, как ее начнут употреблять.

Это касается любой еды. Нет ничего сложного в том, чтобы поделить на кусочки яичницу, кусок мяса, да что угодно. А какой-нибудь овощной салатик вообще не нужно резать, для него достаточно вилки.

Поэтому. Вы садитесь в любимое кресло (надеюсь, оно у вас есть?) или на любимый диванчик. Расположите рядом нужные вам приборы – например, на подносе. Впрочем, кресло можно придвинуть к столу. Можно заткнуть за ворот салфетку, чтобы прикрыть грудь. Потом берете тарелку в руку, по-барски откидываетесь, и начинаете вкушать…

Тут срабатывает культурный барьер. Мы привыкли есть в определенной позе – скрючившись над тарелкой. Отступить от этого обыкновения кажется каким-то святотатством.

Но попробуйте кое о чем подумать. Например – о духовном значении позы, которую принимает едящий.

Бывает, что раб и господин едят одно и то же. Иногда раб питается даже лучше господина – хотя бы потому, что тяжелее работает. Но господин и раб едят по-разному.

Раб торопится скорее-скорее запихнуть в себя свою пайку. Он скорчивается над миской, закрывает ее собой, чтобы ее не отняли другие рабы. Его вечно голодный желудок, сжатый сверху ребрами, торопит его – не только потому, что он пустой, но и от неудобной позы: скорее-скорее пихай в меня все, чтобы закончить поскорее неприятную процедуру. Да, для сдавленного желудка еда – именно что неприятная процедура, хотя и совершенно необходимая. Раб глотает куски, обжигая губы. И только запихнув в себя все, что было в миске, откидывается и отдувается, рыгая: хорошо, теперь его еду никто не отнимет. «Называй своим то, что ты съел».

Господин же ест иначе. Во-первых, он вечно сыт и потому никуда не спешит. Скорее уж, ему стоит последить за собой, чтобы не съесть лишнего. Он ценит и бережет свое тело, а к своему желудку относится с уважением. И ест исключительно в позе сытости.

Это верно даже для животного царства. Шакалы пируют над тушей, опустив низко голову и рыча – а лев, уже съев лучшие куски, спокойно лежит, держа между лап полуобглоданную кость, и, не торопясь, отрывает от нее волокна мяса. Он уже сыт, он ест в позе сытости.

То же характерно и для людей. Представьте себе, скажем, греческих героев на пиру. Вы можете себе вообразить Ахилла или Патрокла, уткнувшихся физиономиями в миску? Нет, мы представляем их восседающими с кусками мяса в руках. Да, тогда ели руками. Но представьте себе, как они держали это мясо, попробуйте вообразить себе позу. И вы увидите все то же самое – герой сидит, откинувшись на высокую спинку трона, откусывая от жареной бараньей ноги, и подносит эту ногу ко рту, а не себя к ноге. Господин не тянется за едой – это удел раба.

Впрочем, что касается более поздних времен, тут мы видим совсем странное: античные люди ели лежа на боку, опираясь на локоть. Странно? Ничуть. Это, опять же, поза сытости. «Прилечь» – естественное послеобеденное желание (кровь приливает к желудку, тот начинает работать – хочется отдохнуть). Но такая поза хороша в том случае, если мы намерены и в самом деле нагрузить желудок хорошенько. Для средненагруженного желудка наилучшая поза – полулежа откинувшись.

Но снова обратимся к истории. Переместимся во времени поближе к нашим дням. Зачем, спрашивается, надменные аристократы прошлого закладывали салфетки за воротник? Зачем, если они сидели над тарелками как мы, позорно скрючившись? Вот то-то.

Так же будем делать и мы. Мы не рабы.

С этим тоже разобрались. И опять новость: следует заново приучиться разжевывать еду.

Зачем мы вообще жуем? Обычный ответ – чтобы измельчить пищу. На самом деле мельчить ее можно по-разному. Собака, например, не жует. У нее зубы устроены так, что она жевать не может – она «стрижет» или «сечет» свою жрачку. Это куда быстрее. Правда, собачий желудок узкоспециализирован: собака – хищник, жрет мясо. Человек же – тварь всеядная: кажется, только траву он переваривать не способен, да и то потому, что у него однокамерный желудок.

При этом, понятное дело, для переваривания каждого типа пищи желудок должен настроиться, ибо не можно обрабатывать одинаковым образом копченую колбасу, стакан молока и огурец. Ну, в случае молока с огурцами происходит системный сбой известного свойства. В случае молока с твердокопченой колбасой «все вроде бы проходит», но на самом деле внутри получается совсем даже не здорово.

Эти простые соображения лежат в основе системы раздельного питания, и они же играют свой рояль в теме «двигайте челюстью».

Для того же, чтобы желудок приготовился к обработке пище, эту пищу надо раскусить. То есть тщательно ее измельчить, смешать со слюной и – last not least – ощутить ее настоящий вкус. Повторяю: настоящий, а не тот, который мы чувствуем, запихивая в глотку какую-нибудь пакость, специально политую кетчупом, чтобы исказить и отбить этот самый вкус. Разумеется, «хотдог» лучше не жевать, а комками спустить в желудок – так он может показаться даже вкусным.

И еще одно обстоятельство. Движения челюстью раздражает окончания так называемого блуждающего нерва – важной части парасимпатического отдела вегетативной нервной системы. Вообще-то этих отделов два: симпатический и парасимпатический. Если коротко, симпатический отдел отвечает за возбуждение – точнее, за настройку тела на готовность к драке или бегству. Парасимпатический отдел, напротив, отвечает за отдых и релаксацию.

Для чего нужен блуждающий нерв и как он работает, объяснять здесь было бы долго (а отвечает он за многое, включая икоту). В данном случае важен результат: получив сигнал от челюстей, блуждающий нерв посылает ряд распоряжений в разные части организма, начиная от слюнных желез и желудка (моторику которого он активизирует) и кончая общим расслаблением.

На этом же эффекте, кстати, основан успокаивающий эффект еды, а также популярность жевательной резинки. Человек, все время двигающий нижней челюстью, более расслаблен и менее напряжен. Отсюда и желание сбросить стресс, быстренько похватав чего-нибудь, ну и жвачка как успокаивающее средство.

Итак, жуем – с чувством, с толком, с расстановкой.

Вы откусываете кусочек еды. Устраиваете его во рту на коренных зубах. И начинаете зубами раздавливать, раздавливать его, выжимая из него вкусный пищевой сок. Этот сок и есть самое лучшее, что есть в еде – начиная от спелого яблока и кончая свиной отбивной. Выпивайте сок и продолжайте жевать. Жуйте до тех пор, пока сок не кончится. Тогда проглотите разжеванное и измочаленное. А если хочется выплюнуть – так плюйте. Это еще одна причина для того, чтобы есть в одиночестве: вы можете, насладившись самым лучшим в еде, избавиться от невкусной фигни, которую «на людях» пришлось бы глотать из вежливости.

Некоторые продукты сока не дают. Скажем, кусочек сыра, яичница или банан. В таком случае постарайтесь раздавить их в кашицу, обильно смоченную слюной. То есть в подобие того же сока.

Если вы будете так делать, то узнаете кое-что новое.

Во- первых, вы узнаете, что вкус хорошо прожеванной пищи отличается от вкуса по-собачьи схваченного куска (иногда -сильно). Это, впрочем, неудивительно: при обычном собачьем хватании пища почти не смешивается со слюной, не достигает всех вкусовых рецепторов, а идет в горло колом.

Во- вторых, вы почувствуете, что съедаете этой самой пищи меньше. Опять же не забывайте про слюну, которая увеличивает объем съеденного. А удовольствия получите столько же, если не больше -за счет «количества вкуса», которое увеличится.

Сказанное относится не только к твердой пище, но и к жидкой. Если вы что-то пьете, подержите это во рту, прежде чем глотать. А лучше – «пожевать» жидкость, даже воду.

И еще одна деталь. Прожевав кусок и берясь за следующий, имеет смысл один раз сглотнуть пустую слюну.

Если вы любитель японской кухни, то, наверное, понимаете, зачем это. Японцы для этой цели используют корень имбиря: стереть вкус предыдущего куска. Но зачем нам такие сложности? Достаточно один раз проглотить слюну, чтобы добиться того же эффекта.

Индийские йоги, большие знатоки всякой диетики, довели указанные выше принципы до своего логического завершения. Они рекомендуют «пить твердое» и «есть жидкое». То есть – жевать так долго, чтобы пищу не приходилось даже глотать, а она сама стекала в горло. Жидкое же предлагается именно жевать, чтобы смешать напиток со слюной. Наверное, они правы, и к этому надо стремиться. Но йог может позволить себе час жевать какой-нибудь корешок, а современный человек – нет.

Кстати о жидкости. Мы все привыкли сначала есть, а потом запивать съеденное «чайком». Эту привычку тоже придется бросить. Потому что она неправильная.

Как известно, пищу в желудке переваривает желудочный сок. Это, попросту говоря, раствор соляной кислоты. Когда мы сначала пихаем туда еду, а потом заливаем водичкой, мы этот раствор элементарно разбавляем. В результате пища не переваривается, а лежит комом в пресном пузе и киснет. Потом, когда она, кое-как переварившись, проходит в кишечник, от этого получается всякая фигня (за деталями – к диетологам).

Короче. Пить воду (или чай, или кофе) нужно не после, а ДО ЕДЫ. Желательно – с разницей минут на двадцать или полчаса.

Если вы пьете какие-нибудь лекарства (что вполне вероятно), то некоторые из них как раз нужно принимать натощак. Утренняя чашка воды – хороший повод их употребить, заодно и запить.

И еще один прием, который, может быть, покажется вам смешным. Во время еды закрывайте глаза. Да, именно так – ешьте вслепую. Это обострит вкусовые ощущения до крайности. Во Франции, кстати, недавно открыли ресторан, где нет освещения. Как раз для особых гурманов, которых обстановка отвлекает от процесса поглощения вкуснятины. Но мы не будем есть в темноте, чтобы не пронести ложку мимо рта. Закрывайте глаза, только когда жуете. Еще раз: во время еды желательно быть не только глухим и немым, но и слепым.

Логичный вопрос: почему бы не попробовать научиться разжевывать пищу (и вообще делать все эти штуки) еще до голодовки? Да пожалуйста, попробуйте. Только учтите: после голода у вас изменится вкус. Вам покажется вкусным не то чтобы «совсем другая пища», но НЕ СОВСЕМ ТА, которая вам нравилась раньше. Голод не тетка, но учитель он хороший.

Теперь – что именно есть.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх